КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ДИСЦИПЛИНЕ УГОЛОВНОЕ ПРАВО. ОБЩАЯ ЧАСТЬ
1
ОГЛАВЛЕНИЕ
Тема 1. Введение в уголовное право
§ 1. Понятие уголовного права
§ 2. Предмет и методы уголовного права
§ 3. Задачи и система уголовного права
§ 4. Источники уголовного права
§ 5. Принципы уголовного законодательства
Тема 2. Уголовный закон
§ 1. Понятие уголовного закона
§ 2. Основные этапы развития уголовного законодательства России
§ 3. Структура норм уголовного закона
§ 4. Действие уголовного закона во времени
§ 5. Действие уголовного закона в пространстве и по кругу лиц
§ 6. Выдача в уголовном праве
§ 7. Толкование уголовного закона
Тема 3. Понятие и признаки преступления
§ 1. Понятие преступления
§ 2. Признаки преступления
§ 3. Криминализация деяний и их декриминализация
§ 4. Классификация преступлений
§ 5. Малозначительность деяния
Тема 4. Состав преступления
§ 1. Понятие и признаки состава преступления
§ 2. Виды составов преступлений
§ 3. Состав преступления и квалификация преступления
Тема 5. Объект преступления
§ 1. Понятие и значение объекта преступления
§ 2. Виды объектов преступления
§ 3. Предмет преступления и потерпевший от преступления
Тема 6. Объективная сторона преступления
§ 1. Понятие объективной стороны преступления и ее уголовно-правовое
значение
2
§ 2. Общественно опасное деяние (действие или бездействие)
§ 3. Общественно опасное последствие
§ 4. Причинная связь между действием или бездействием и
наступлением общественно опасных последствий
5. Место, время, обстановка, средства и орудия, способ совершения
преступления
Тема 7. Субъект преступления
§ 1. Понятие общего субъекта преступления
§ 2. Возрастные признаки субъекта преступления
§ 3. Невменяемость. Психическое расстройство, не исключающее
вменяемости
§ 4. Специальный субъект преступления
§ 5. Проблема уголовной ответственности юридических лиц
Тема 8. Субъективная сторона преступления
§ 1. Понятие и значение субъективной стороны преступления
§ 2. Понятие и формы вины
§ 3. Умысел и его виды
§ 4. Неосторожность и ее виды
§ 5. Невиновное причинение вреда
§ 6. Преступление с двойной формой вины
§ 7. Мотив и цель преступления
§ 8. Эмоциональное состояние лица, совершающего преступление
§ 9. Ошибка и ее уголовно-правовое значение
Тема 9. Уголовная ответственность
§ 1. Понятие уголовной ответственности
§ 2. Основание уголовной ответственности
§ 3. Реализация уголовной ответственности
Тема 10. Стадии совершения преступления
§ 1. Понятие стадий совершения умышленного преступления
§ 2. Приготовление к преступлению
§ 3. Покушение на преступление
§ 4. Оконченное преступление
§ 5. Добровольный отказ от преступления
Тема 11. Соучастие в преступлении
3
§ 1. Понятие и признаки соучастия в преступлении. Формы и виды
соучастия
§ 2. Виды соучастников
§ 3. Совершение преступления группой лиц
§ 4. Совершение преступления группой лиц по предварительному
сговору
§ 5. Совершение преступления организованной группой
§ 6. Совершение преступления преступной организацией (преступным
сообществом)
§ 7. Специальные вопросы уголовной ответственности соучастников
Тема 12. Множественность преступлений
§ 1. Понятие и формы множественности преступлений
§ 2. Соотношение множественности преступлений и единичного
преступления
§ 3. Совокупность преступлений
§ 4. Рецидив преступлений
Тема 13. Обстоятельства, исключающие преступность деяния
§ 1. Понятие и юридическая природа обстоятельств, исключающих
преступность деяния
§ 2. Необходимая оборона
§ 3. Причинение вреда при задержании лица, совершившего
преступление
§ 4. Крайняя необходимость
§ 5. Физическое или психическое принуждение
§ 6. Обоснованный риск
§ 7. Исполнение приказа (распоряжения)
Тема 14. Понятие и цели наказания
§ 1. Понятие и признаки наказания
§ 2. Цели наказания
Тема 15. Система и виды наказаний
§ 1. Понятие системы наказаний
§ 2. Штраф
§ 3. Лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью
§ 4. Лишение специального, воинского или почетного звания, классного
чина и государственных наград
§ 5. Обязательные работы
4
§ 6. Исправительные работы
§ 7. Ограничение по военной службе
§ 8. Ограничение свободы
§ 9. Принудительные работы
§ 10. Арест
§ 11. Содержание в дисциплинарной воинской части
§ 12. Лишение свободы на определенный срок
§ 13. Пожизненное лишение свободы
§ 14. Смертная казнь
Тема 16. Назначение наказания
§ 1. Общие начала назначения наказания
§ 2. Обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание
§ 3. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено законом
§ 4. Формализованное обязательное смягчение и усиление наказания
§ 5. Назначение наказания по правилам совокупности преступлений и
совокупности приговоров
§ 6. Определение сроков наказаний и зачет наказания
Тема 17. Освобождение от уголовной ответственности
§ 1. Понятие и признаки освобождения от уголовной ответственности
§ 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным
раскаянием
§ 3. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением
с потерпевшим
§ 4. Освобождение от уголовной ответственности по делам о
преступлениях в сфере экономической деятельности
§ 5. Освобождение от уголовной ответственности с назначением
судебного штрафа
§ 6. Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением
сроков давности уголовной ответственности
§ 7. Иные основания освобождения от уголовной ответственности
Тема 18. Освобождение от наказания
§ 1. Понятие и правовая природа освобождения от наказания
§ 2. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания
§ 3. Замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания
§ 4. Освобождение от наказания в связи с изменением обстановки
§ 5. Освобождение от наказания в связи с болезнью
§ 6. Отсрочка отбывания наказания
§ 7. Отсрочка отбывания наказания больным наркоманией
5
§ 8. Освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков
давности обвинительного приговора суда
§ 9. Условное осуждение
Тема 19. Амнистия, помилование, судимость
§ 1. Амнистия
§ 2. Помилование
§ 3. Судимость
Тема 20. Уголовная ответственность несовершеннолетних
§ 1. Понятие несовершеннолетнего в уголовном праве
§ 2. Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних
§ 3. Особенности назначения наказания несовершеннолетним
§ 4. Особенности освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания
§ 5. Виды принудительных мер воспитательного воздействия
Тема 21. Иные меры уголовно-правового характера
§ 1. Конфискация имущества
§ 2. Судебный штраф
§ 3. Принудительные меры медицинского характера
6
Тема 1. ВВЕДЕНИЕ В УГОЛОВНОЕ ПРАВО
В результате изучения студент должен:
знать понятие уголовного права как отрасли национального права;
содержание предмета, метода, задач и системы уголовного права;
основные проблемы источников уголовного права; понятие принципов
уголовного законодательства;
уметь понимать видовую дифференциацию уголовно-правового
отношения; принимать правовые решения в соответствии с принципами
уголовного законодательства; понимать юридические основания источников
уголовного права;
владеть навыками применения принципов уголовного законодательства
при правовой оценке содеянного; анализировать различные коллизии,
связанные с источниками уголовного законодательства.
§ 1. Понятие уголовного права
Существует несколько версий истории происхождения определения
«уголовное право» в русском языке. Согласно одной из них «уголовный» означает «отвечать головой» за содеянное, т.е. подвергаться наказанию за совершенное преступление. По другой, «уголовный» — это «находящийся во
главе», т.е. уголовное право — право, имеющее своеобразное верховенство
над другими отраслями.
Современное определение «уголовное право» может иметь несколько
смысловых значений.
Как отрасль правауголовное право России представляет собой совокупность юридических норм, определяющих преступность и наказуемость
деяний, основания уголовной ответственности, систему и виды наказаний,
порядок и условия их назначения, основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, а также применение принудительных мер воспитательного воздействия и медицинского характера.
В связи с нормами, содержащимися в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и ч. 2
ст. 1 УК РФ, уголовное право России как отрасль национального права в целом должно быть основано на положениях Конституции РФ и действующих
для России норм международного права, имеющих уголовно-правовое значение.
Положения уголовного права реализуются в рамках уголовно-процессуального права и уголовно-исполнительного права. Иными словами, соответствующие процедурные нормы, содержащиеся в УПК РФ и УИК РФ, «оживляют» уголовно-правовую материю: «Нормы уголовного права устанавливают абстрактную вину абстрактного человека … Вина же фактическая, т.е.
7
вина конкретного человека в совершении им конкретного преступления, устанавливается с помощью уголовно-процессуальных норм1.
Уголовное право (как отрасль права) имеет тесные межотраслевые связи
с правом гражданским, административным и пр. в случае, если эти отрасли
права регулируют схожий спектр общественных интересов и отношений.
Разграничение сферы действия уголовного, с одной стороны, и иных отраслей права — с другой, во многом зависит от меры (степени) того негативного
воздействия, которое оказывает виновный на охраняемые различными отраслями права отношения и интересы.
Существует два диаметрально различных подхода в понимании места
уголовного права в регулировании той или иной сферы человеческой жизни
наряду с другими отраслями права. Сторонники первой точки зрения считают, что уголовное право обладает бесспорным приоритетом над иными отраслями2, и именно его положения должны применяться в случаях конкуренции норм уголовного и иного права (вспомним расхожую поговорку «Был бы
человек — статья найдется»). Другие авторы считают, что в подобных ситуациях необходимо исходить из обратного.
Представляется, что вторая позиция более точно и глубоко отражает существо уголовного права как отрасли. Будучи наиболее карательным по
своей природе, уголовное право в ситуации конкуренции с нормами иных отраслей права должно применяться в крайнем случае, когда нарушение того
или иного запрета (предписания) не охватывается нормами административного, гражданского, трудового и др. права. Обратный подход будет означать
«чрезмерное расширение сферы уголовного права», что приведет только к
отрицательным последствиям3.
Наукауголовного права — это совокупность уголовно-правовых идей,
доктрин и представлений об уголовном праве. Наука уголовного права прежде всего изучает уголовный закон, практику его применения, взаимодействие норм уголовного права с иными отраслями права в целях совершенствования уголовного законодательства.
В современной науке уголовного права принято выделять следующие
основные направления (школы): просветительско-гуманистическое, классическое, антропологическое и социологическое. Доктринальные (научные)
разработки оказывают существенное влияние на развитие отрасли уголовного права и уголовного законодательства.
Флетчер Дж., Наумов А.В. Основные концепции современного уголовного права. М.,
1998. С. 31.
2
«Нормы уголовного права являются средством охраны всех общественных отношений,
регулируемых другими отраслями права». См.: Теория государства и права / Отв. ред.
А.И. Королева, Л.С. Явич. Л., 1987. С. 96. Сходные позиции были высказаны и непосредственно в теории уголовного права. См.: Смирнов В.Г. Функции советского уголовного
права. Л., 1965. С. 43—45; Разгильдиев Б.Т. Задачи уголовного права Российской Федерации и их реализация. Саратов, 1993. С. 4.
3
Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. I. Общая часть. 5-е изд. М.,
2011. С. 5—8.
8
1
Огромный вклад в развитие российской науки уголовного права в досоветский период внесли такие мыслители, как Л.С. Белогриц-Котляревский,
Д.А.
Дриль,
В.В. Есипов,
А.А.
Жижиленко,
П.Д.
Калмыков,
А.Ф. Кистяковский, А.Ф. Кони, А.П. Куницын, А.В. Лохвицкий, С.П. Мокринский, Н.А. Неклюдов, А.А. Пионтковский (отец), С.В. Познышев, П.
Пусторослев, Н.Д. Сергиевский, Г.И. Солнцев, В.Д. Спасович, Н.С. Таганцев,
И.Я. Фойницкий, А.П. Чебышев-Дмитриев, М.П. Чубинский.
«Золотой фонд» отечественной науки уголовного права советского времени (несмотря на все идеологические ограничения) составили Ю.М. Антонян, М.М. Бабаев, Л.В. Багрий-Шахматов, М.И. Бажанов, Н.А. Беляев, Г.Н.
Борзенков, С.В. Бородин, Я.М. Брайнин, Ф.Г. Бурчак, С.Е. Вицин, В.А. Владимиров, Б.В. Волженкин, Б.С. Волков, Р.Р. Галиакбаров, А.В. Галахова, Л.Д.
Гаухман, М.Н. Гернет, А.А. Герцензон, А.С. Горелик, П.И. Гришаев,
П.С. Дагель, Н.Д. Дурманов, А.Э. Жалинский, М.П. Журавлев,
Н.И. Загородников, Б.В. Здравомыслов, И.И. Карпец, М.П. Карпушин, В.Е.
Квашис, С.Г. Келина, В.Ф. Кириченко, М.И. Ковалев, И.Я. Козаченко, Н.И.
Коржанский, Г.Г. Криволапов, Г.А. Кригер, Л.Л. Кругликов, В.Н. Кудрявцев,
Н.Ф. Кузнецова, Б.А. Куринов, В.И. Курляндский, Н.С. Лейкина, Ю.И. Ляпунов, В.П. Малков, А.И. Марцев, А.С. Михлин, А.В. Наумов, Б.С. Никифоров,
И.С. Ной, П.Н. Панченко, А.А. Пионтковский (сын), Э.Ф. Побегайло, А.И.
Рарог, П.С. Ромашкин, А.Б. Сахаров, И.И. Слуцкий, В.В. Сташис,
Н.А. Стручков, В.Я. Таций, П.Ф. Тельнов, Э.С. Тенчов, А.А. Тер-Акопов,
Г.В. Тимейко, И.С. Тишкевич, Ю.М. Ткачевский, А.Н. Трайнин,
Б.С. Утевский, Т.В. Церетели, В.М. Чхиквадзе, М.Д. Шаргородский, О.Ф.
Шишов и др.
Не вызывает сомнений, что ознакомление с трудами классиков науки
отечественного уголовного права является важнейшей частью обучения студентов-юристов и профессиональной деятельности юристов-практиков.
Отметим, что в настоящее время остро дискутируется вопрос о состоянии отечественной уголовно-правовой науки, не отвечающей современным
потребностям борьбы с преступностью и практики применения уголовного
права. Признаками своеобразного «кризиса» науки уголовного права, по
мнению ряда ученых, являются:
— нерешенность многих фундаментальных вопросов, в частности, относительно действительной роли уголовного закона в жизни общества,
обоснованности уголовно-правовых запретов, социальной «переносимости»
уголовно-правовой репрессии;
— консервация науки уголовного права и игнорирование ею реальных
потребностей развития общества;
— невысокий авторитет науки уголовного права и ее отрыв от потребностей правоприменения4.
Жалинский А. О современном состоянии уголовно-правовой науки // Уголовное право.
2005. № 1. С. 21—24.
9
4
Однако существует и более оптимистичная позиция относительно перспектив развития отечественного уголовного права и его науки. По словам
профессора А.В. Наумова «не следует стыдиться, что корни современного
уголовного права лежат в идеях, выдвинутых в XVIII–XIX веках. ... Да, человечество уже к тому времени сформулировало основные уголовно-правовые
идеи, и теперь они уже проверены веками. Трудность заключается в их правотворческой и правоприменительной реализации. Никакого нового уголовного права не будет, а будет органическое развитие старого с его приспособлением к новым ... реалиям»5.
§ 2. Предмет и методы уголовного права
Как и любая самостоятельная отрасль права, уголовное право имеет свои
предмет и методы правового регулирования.
Предмет уголовного правакак отрасли — это общественные отношения, возникающие в связи с совершением общественно опасного деяния.
Наука уголовного права считает вопрос о характере и содержании уголовного правоотношения как предмета уголовно-правового регулирования
одним из самых сложных и наиболее спорных.
В общей теории права под правоотношением понимается юридическая
связь между субъектами, которые имеют субъективные права и юридические
обязанности6. Следовательно, уголовно-правовое отношение как предмет
уголовного права — это юридическая связь между субъектами, имеющими
взаимные уголовно-правовые обязанности и права.
По существу, предмет уголовно-правового регулирования составляют
три вида уголовно-правовых отношений:
1. Охранительные правоотношения возникают по поводу совершения
преступления (общественно опасного деяния).
В специальной литературе высказывались различные точки зрения как о
моменте возникновения охранительного уголовного правоотношения, так и о
субъектном составе последнего:
— охранительное уголовно-правовое отношение возникает с момента
вступления обвинительного приговора суда в силу. Одним из субъектов
является именно осужденный, а другим — суд, вынесший обвинительный
приговор по уголовному делу7;
— охранительное уголовно-правовое отношение возникает с момента
возбуждения уголовного дела; его субъектами изначально выступают
соответственно обвиняемый и орган предварительного расследования либо
дознания8;
Открытое письмо профессора А.В. Наумова академику В.Н. Кудрявцеву // Уголовное
право. 2006. № 4. С. 138.
6
Алексеев С.С. Право. Опыт комплексного исследования. М., 1999. С. 66—67.
7
Смирнов В.Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965. С. 158.
8
Брайнин Я.М. Уголовный закон и его применение. М., 1967. С. 34.
10
5
— субъектами охранительного уголовно-правового отношения следует
признать, с одной стороны, общество в целом, с другой — лицо, совершившее преступное деяние9.
Обзор точек зрения по вопросу о характере, времени возникновения и
субъектном составе охранительного правоотношения в уголовном праве
можно было бы продолжить.
Уголовный кодекс РФ (1996 г.) снял споры о времени возникновения
охранительного уголовного правоотношения, указав в ст. 8, что основанием
для уголовной ответственности является наличие в деянии всех признаков
состава преступления. Следовательно, отправной точкой для возникновения
охранительного уголовного правоотношения является юридический факт —
совершение общественно опасного деяния, а его содержанием является совокупность прав и обязанностей, возникающих у государственного органа и
лица, совершившего общественно опасное деяние.
Общепризнано, что в основном охранительное уголовное правоотношение носит императивный характер: доминирующее положение в нем занимает государственный орган, дающий правовую оценку деянию лица и обладающий правом принуждения последнего.
Однако в настоящее время можно говорить о развитии принципиально
нового вида охранительного уголовного правоотношения, имеющего элементы диспозитивного характера. Речь идет о случаях, когда преступность
деяния, по существу, определяется самим потерпевшим, а уголовное преследование возможно только в силу волеизъявления последнего; таких деяний
меньше (к ним относятся клевета, оскорбление, побои, умышленное причинение легкого вреда здоровью). Данное суждение заставляет по-новому
взглянуть на природу уголовного правоотношения, так как нельзя игнорировать факт существования охранительного правоотношения в уголовном
праве, не вписывающегося в классическую схему императивного правоотношения и его субъектного состава.
2. Общепредупредительные правоотношения также входят в предмет
уголовного права. Они связаны с удержанием лиц от совершения преступлений. При этом нельзя не сказать, что такое удержание не в последнюю очередь обеспечивается угрозой применения мер уголовно-правового воздействия. Общепредупредительное правоотношение неразрывно связано с такой
функциональной задачей уголовного права, как предупреждение преступлений10.
3. Регулятивные (управомочивающие) правоотношения имеют место в
случаях, когда содеянное лицом формально подпадает под признаки преПетрова Г.О. Понятие уголовно-правового отношения. Ставрополь, 1993. С. 12.
Отметим, что рядом авторов отрицается существование общепредупредительного
уголовного правоотношения на основании того, что уголовному праву неизвестны «абсолютные» правоотношения, не связанные с фактом нарушения уголовно-правовой нормы.
См.: Ляпунов Ю. Уголовное право: предмет и метод регулирования и охраны // Уголовное
право. 2005. № 1. С. 50—51.
11
9
10
ступного, но таковым не расценивается в силу определенных законом обстоятельств. Иными словами, уголовный закон в ряде случаев дает человеку
право на причинение вреда, которое при иных обстоятельствах считалось бы
преступлением. Наиболее ярким примером такого правоотношения является
правомерное причинение защищающимся лицом вреда нападающему в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости и иных обстоятельствах, исключающих преступность деяния11.
Методыуголовного права неразрывно связаны с предметом уголовного
права как самостоятельной отрасли и состоят в:
— наложении запрета на совершение общественно опасных деяний неопределенным кругом лиц;
— установлении уголовной ответственности индивидуального лица за
совершение любого преступления;
— определении пределов дозволительного причинения вреда, внешне
подпадающего под определение преступного, но таковым не являющегося
(например, при причинении вреда в состоянии необходимой обороны).
§ 3. Задачи и система уголовного права
Задачиуголовного права определены ч. 1 ст. 2 УК РФ.
В соответствии с конституционными нормами можно выделить задачу
уголовного права по охране интересов: личности, общества, государства, человечества в целом (охранительная задача). В ранее действовавшем УК
РСФСР (1960 г.) задачи уголовного права определялись принципиально поиному — так, например, охрана интересов государства являлась главной.
Закон определяет в качестве задачи уголовного права предупреждение
совершения преступлений (превентивная задача). Необходимо отметить, что
реализация превентивной задачи обеспечивается не только посредством установления наказания, но также существованием дозволительных норм
(ст. 37 УК РФ — о необходимой обороне и пр.) и поощрительных норм,
смягчающих уровень уголовной репрессии при наличии позитивного поведения лица, совершившего преступное деяние (ст. 75 УК РФ — о деятельном
раскаянии).
В то же время неотъемлемой задачей уголовного права является задача
уголовной репрессии — то есть применение принудительных мер государственного воздействия (в первую очередь наказания) к лицу, совершившему
уголовно наказуемое деяние.
См.: Келина С. Обстоятельства, исключающие преступность деяния: понятие и виды //
Уголовное право. 1999. № 3. С. 5.
12
11
В науке уголовного права не утихает спор относительно того, какая из
указанных задач уголовного права является приоритетной12. Полагаем, что
все задачи уголовного права важны в равной мере — умаление значения
любой из них приведет к искажению понимания сущности уголовного права.
Системауголовного права. УК РФ состоит из Общей и Особенной частей, неразрывно связанных между собой.
В Общей части сформулированы понятие и задачи уголовного закона,
его принципы, основание уголовной ответственности, понятия преступления
и элементов его состава, обстоятельств, исключающих преступность деяния,
понятие и цели наказания, система и виды наказаний, установлены основания
освобождения от уголовной ответственности и наказания, а также применения иных, не связанных с наказанием, мер уголовно-правового воздействия.
Особенная часть представляет собой исчерпывающий перечень конкретных составов преступлений.
§ 4. Источники уголовного права
Согласно ст. 1 УК РФ, источникомуголовного права является УК РФ
1996 г. Любые законы, устанавливающие или изменяющие уголовную ответственность, подлежат включению в УК РФ. Из этого указания ст. 1 УК РФ
многие отечественные авторы делают вывод о том, что УК РФ является
единственным источником уголовного права России13.
Полагаем, что необходимо разделять понятия «источник уголовного
права» и «источник уголовного закона». Если вторым действительно является УК РФ, то согласно ч. 2 ст. 1 УК РФ непосредственное уголовно-правовое значение имеют Конституция РФ и международные договоры России.
Более того, уголовный закон основан на них, и, следовательно, Конституция
РФ и акты международного права (имеющие силу для России) являются
формальными источниками отечественного уголовного права. Необходимость отказа от признания УК РФ единственным источником уголовного
права нашей страны находит все большее количество сторонников и отражает истинное понимание места уголовного закона в источниковой базе отечественного уголовного права14.
Обзор высказанных точек зрения по данному вопросу см.: Наумов А.В. О законодательной и правоприменительной оценке социальных ценностей, охраняемых уголовным законом // Актуальные проблемы уголовного права. М., 1988. С. 31—37.
13
Галиакбаров Р.Р. Уголовное право. Общая часть. Краснодар, 1999. С. 38; Лопашенко
Н.А. Основы уголовно-правового воздействия. СПб., 2004. С. 87.
14
Бибик О.Н. Источники уголовного права Российской Федерации: автореф. дисс. … канд.
юрид. наук. Омск, 2005. С. 4—6; Кайсин Д.В. Источники уголовно-правовой системы
Российской Федерации: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2005. С. 9—11; Наумов
А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. Общая часть. 5-е изд. М., 2011. С.
208—210; Ображиев К.В. Система формальных (юридических) источников уголовного
права. М., 2015. С. 411—413.
13
12
Тем не менее наличие кодифицированного уголовного законодательства,
основанного на Конституции РФ и актах международного права в качестве
основного прямого источника уголовного права, со всей очевидностью позволяет говорить о принадлежности российской уголовно-правовой системы
к семье континентального (романо-германского) права.
Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие
и применяется на всей территории России (ч. 1 ст. 15), являясь
концептуальной основой российского уголовного права. Именно в
Конституции определен фундамент многих важнейших положений
уголовного права (требование единообразного понимания и применения
уголовного законодательства, запрет на повторную уголовную репрессию,
задача всемерной защиты прав и свобод человека, регламентация выдачи и
применения смертной казни и пр.) Особое значение имеет норма ч. 3 ст. 49
Конституции РФ о том, что «неустранимые сомнения в виновности лица
толкуются в пользу обвиняемого». Полагаем, что данное правило должно
применяться в случае наличия «неустранимого сомнения» как «в факте» (в
фактических обстоятельствах дела), так и «в праве» (положениях уголовного
законодательства).
В доктрине справедливо говорится о том, что для законодателя Конституция РФ — формальный источник уголовного права, имеющий прямое действие во всех случаях, а любая правотворческая деятельность должна всегда
осуществляться в рамках конституционных норм. В свою очередь, для правоприменителя Конституция РФ должна расцениваться также в качестве
формального источника уголовного права, имеющего прямое действие, в
первую очередь при коллизии конституционных и корреспондирующих им
уголовно-правовых норм15.
Сказанное подтверждается п. 2 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами
Конституции
Российской
Федерации
при
осуществлении
16
правосудия» , в соответствии с которым суд, разрешая дело, обязан
применить непосредственно Конституцию РФ в случаях, когда:
— закрепленные нормой Конституции РФ положения, исходя из ее
смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания
на возможность ее применения при условии принятия федерального закона,
регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие
положения;
— суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции РФ,
противоречит ей;
Коняхин В.П. Теоретические основы построения Общей части российского уголовного
права. СПб., 2002. С. 83—84.
16
БВС РФ. 1996. № 1. С. 2.
14
15
— суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после
вступления в силу Конституции РФ, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции РФ.
Принципы и нормы международного права должны расцениваться как
источники уголовного права в случае их ратификации в форме федерального
закона (ст. 14 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ «О
международных договорах Российской Федерации»17). В этом случае, по общему правилу, они подлежат включению во внутреннее уголовное законодательство, т.е. непосредственно в УК РФ (ч. 1 ст. 1 УК РФ). В постановлении
Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» указано,
что международные договоры, нормы которых предусматривают признаки
составов уголовно наказуемых деяний, не могут применяться судами
непосредственно, поскольку такими договорами прямо устанавливается
обязанность государств обеспечить выполнение предусмотренных договором
обязательств путем установления наказуемости определенных преступлений
внутренним (национальным) законом18.
Однако в ряде случаев международно-правовые акты имеют непосредственное уголовно-правовое значение без их включения в УК РФ. Это, например, касается вопросов уголовной ответственности лиц, пользующихся
иммунитетом в силу международных договоров и конвенций России; выдачи
лиц, совершивших преступления. Например, в решениях Верховного Суда
РФ отмечалось, что в соответствии с положениями ст. 15 Конституции
Российской Федерации, если международным договором России
установлены иные правила выдачи, чем предусмотренные национальным
законодательством, то применяются правила международного договора19.
Таким образом, можно говорить о том, что международно-правовые
акты могут быть непосредственными источниками уголовного права, что
прямо соответствует принципу приоритета международного права над национальным (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ) и признается самим уголовным
законом России (ч. 2 ст. 1 УК РФ)20.
Исходя из сказанного, Конституцию РФ и международно-правовые договоры России необходимо признать формальными источниками отечественного уголовного права.
Источником уголовного права необходимо признавать решения Конституционного Суда РФ. В соответствии со ст. 125 Конституции РФ и соотСЗ РФ. 1995. № 29. Ст. 2757.
БВС РФ. 2003. № 12. С. 3.
19
БВС РФ. 2014. № 5. С. 9. См. также: БВС РФ. 2014. № 10. С. 28.
20
Вдовин В.А. Имплементация уголовно-правовых норм в уголовном праве Российской
Федерации (вопросы Общей части): автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Казань, 2006. С.
8—12; Кибальник А.Г. Современное международное уголовное право. 2-е изд. М., 2010. С.
162—166; Шибков О.Н. Принципы и нормы международного права как источники
уголовного права: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Ставрополь, 2000. С. 6—8.
15
17
18
ветствующими положениями ФКЗ РФ от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»21 Конституционный Суд РФ
разрешает дела о соответствии Конституции РФ федеральных законов, в том
числе и уголовного. Конституционный суд РФ в уголовно-правовой сфере
осуществляет функции «негативного» и «позитивного» правотворчества.
Решения Конституционного Суда РФ, в результате которых положения
уголовного закона утрачивают силу, приводят к их устранению из правовой
системы, фактической отмене. При этом фактическое изменение в уголовноправовом регулировании происходит именно на основании судебного решения, а не в силу последующего решения законодателя. Толкуя в процессе
осуществления конституционного правосудия положения Конституции РФ,
признавая положение уголовного закона соответствующим ей только при условии, что оно понимается именно в том толковании, которое было дано самим Конституционным судом РФ, последний принимает непосредственное
участие в создании норм права22.
Так, Конституционный Суд РФ признал положения ст. 1594 УК РФ не
соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой эти положения
устанавливают
наказание
за
мошенничество,
сопряженное
с
преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере
предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере.
Данное преступление было отнесено к категории преступлений средней
тяжести, в то время как общая норма о мошенничестве, совершенном в
особо крупном размере, отнесена к категории тяжких преступлений. При
этом особо крупным размером похищенного применительно к наступлению
уголовной ответственности по статье 159 УК Российской Федерации
признавался существенно меньший, нежели по его статье 1594 УК РФ23.
Федеральным законом РФ от 3 июля 2016 г. № 325-ФЗ ст. 1594 УК РФ
была признана утратившей силу.
В науке последовательно обосновывается предложение о признании источником уголовного правасудебного решения Верховного Суда РФ, при
этом такое решение может иметь своеобразный «прецедентный» характер24.
Действительно, решения Верховного Суда РФ по уголовным делам (постановления Пленума Верховного Суда РФ, решения по отдельным делам
и т.п.) необходимо, на наш взгляд, расценивать как источники уголовного
права. В них нередко содержатся фактически обязательные для правоприменителя правила квалификации того или иного преступления (группы престуСЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447.
Степченко В.В. Решения Конституционного Суда Российской Федерации в уголовном
праве: автореф. … дисс. канд. юрид. наук. М., 2007. С. 7—8.
23
Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 г. №
32-П // Российская газета. 2014. 24 декабря.
24
Наумов А. Судебный прецедент как источник уголовного права // Российская юстиция.
1994. № 1. С. 8—11; Ображиев К. Судебный прецедент в уголовном праве России // Уголовное право. 2004. № 3. С. 58.
16
21
22
плений), назначения наказания и иные решения, толкующие применение положений УК РФ.
Например, в 2011 г. в решении по конкретному уголовному делу
Верховный Суд РФ указал что внесение Федеральным законом от 27 июля
2009 г. № 215-ФЗ изменений в ст. 131 УК РФ (исключение из прежней
редакции указания о «заведомости» совершения изнасилования потерпевшей,
не достигшей четырнадцати лет), не освобождает органы следствия от
обязанности доказывания наличия у виновного лица умысла на совершение
инкриминируемых ему действий. Из этого следует, что в предмет
доказывания по делам о сексуальных преступлениях должна входить
осведомленность виновного о возрасте потерпевшей (потерпевшего), если
такой возраст имеет непосредственное уголовно-правовое значение25.
Необходимость признания решений Верховного Суда РФ источниками
уголовного права диктуется требованием единообразного понимания и
применения уголовного законодательства на всей территории России.
Именно в этих решениях даются официальные толкования большому
количеству понятий, называемых в уголовном законе, но не объясненных в
нем непосредственно. Примером может служить такой оценочный признак,
как «особая жестокость» при совершении ряда преступлений (убийство, изнасилование и пр.), разъяснению которого посвящено несколько десятков
решений Верховного Суда РФ.
Однако решение Верховного Суда РФ не может подменять собой «букву» закона и тем более противоречить ему. Именно возможность принятия
высшей судебной инстанцией «незаконных» решений (такое бывало в практике не раз) выдвигается в качестве аргумента против их признания источниками отечественного уголовного права26.
Полагаем, что несмотря на все опасения подобного рода в настоящий
момент именно решения Верховного Суда РФ обеспечивают соблюдение
требования п. «о» ст. 71 Конституции РФ. Поэтому решение Верховного
Суда РФ может быть только «толкующим» норму источником национального уголовного права, а собственно преступность и наказуемость деяния
должны определяться законодательно. В последнем положении прослеживается неразрывная связь российского уголовного права с уголовным правом
стран континентальной (романо-германской) правовой семьи. Примечательно, что непосредственно в решениях Верховного Суда РФ неоднократно
указывалось на необходимость «усилить работу по ознакомлению судей с
судебной практикой Верховного Суда РФ в целях ее правильного и единообразного применения»27.
Кроме того, согласно положению Конституции РФ о приоритете международного права и вступлении России во многие международные организаБВС РФ. 2011. № 8. С. 30.
Рарог А.И. Правовое значение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ // Государство
и право. 2001. № 2. С. 51—57.
27
БВС РФ. 2005. № 9. С. 20.
17
25
26
ции в качестве источников национального уголовного права необходимо
расценивать также решения международных судов (трибуналов), имеющие
непосредственное уголовно-правовое значение.
Для признания решения международного суда источником, применимым в национальной уголовной юрисдикции, необходимо соблюсти следующие условия:
— юрисдикция международного суда признается Россией;
— на возможность использования решения международного суда в качестве «применимого права» должно быть указано в норме международного
права;
— в решении международного суда должна быть применена норма международного права, имеющая силу для России;
— решение международного суда должно официально вступить в силу в
соответствии с учредительными документами и процедурой самого суда.
В частности, к подобным решениям относятся решения Европейского
суда по правам человека, толкующие положения Европейской Конвенции о
правах человека и имеющие обязательный характер для национального, в т.ч.
российского, правоприменителя28, а также решения международных
уголовных трибуналов — Нюрнбергского, по бывшей Югославии, по Руанде.
Например, в решении Президиума Верховного Суда РФ 29 августа 2007
г. указано, что установленное Европейским Судом по правам человека
нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод
при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела является
основанием для возобновления производства по делу ввиду новых
обстоятельств, а состоявшиеся по делу судебные решения подлежат
отмене с передачей дела на новое судебное разбирательство. На основании
изложенного Президиум Верховного Суда РФ возобновил производство по
данному уголовному делу ввиду новых обстоятельств; отменил приговор
суда и кассационное определение в отношении П.; дело передал для
производства нового судебного разбирательства29.
§ 5. Принципы уголовного законодательства
Термин «принцип» происходит от латинского principium — основа, первоначало. Филология определяет термин «принцип» как основное, исходное
положение какой-либо теории, учения, науки. Следовательно, законодательно определенные принципы можно определить как выраженные в УК РФ
исходные, нормативно определенные, руководящие начала. По общему правилу ни одна норма уголовного закона не может противоречить принципам,
сформулированным в ст. 3—7 УК РФ, т.к. «они представляют собой требования нравственного, идеологического и политического характера, обусловВолосюк П.В. Значение решений Европейского Суда по правам человека в уголовном
праве России: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2007. С. 8.
29
БВС РФ. 2008. № 2. С. 20. См. также: БВС РФ. 2014. № 10. С. 27.
18
28
ленные потребностями и закономерностями общественного развития, направленные на выполнение задач уголовного законодательства, обязательные
как для законодательных, так и для правоприменительных органов и выполняющие функцию непосредственного и опосредованного регулирования общественных отношений»30.
УК РФ, в отличие от прежнего, непосредственно закрепляет принципы
уголовного законодательства: законности, равенства граждан перед законом,
вины, справедливости и гуманизма. В этих принципах реализуется уголовная
политика государства.
В ст. 3 УК РФ принцип законности сформулирован следующим образом: «1. Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовноправовые последствия определяются только настоящим Кодексом. 2. Применение уголовного закона по аналогии не допускается».
Данный принцип предполагает, что борьба с преступностью, привлечение к уголовной ответственности конкретного лица, совершившего преступление, и применение к нему уголовного наказания возможны только в рамках
закона и в полном соответствии с ним.
Принцип законности генетически связан с положениями римского
права — «nullumcrimensinelege» («нет преступления без указания на то в
законе») и «nullumpoenasinelege» («нет наказания без указания на то в законе»). Теоретически данный принцип был обоснован в трудах представителей «классической школы» уголовного права (Г. Гегеля, А. Фейербаха,
Н.С. Таганцева и др.).
К. и другие лица осуждены Московским окружным военным судом.
Кроме основных видов наказаний, всем осужденным назначено
дополнительное наказание в виде лишения права приобретения, хранения и
ношения огнестрельного и газового оружия. Военная коллегия исключила из
приговора решение о применении ко всем осужденным указанного
дополнительного наказания в связи с тем, что такой вид наказания ст. 44
УК РФ не предусмотрен31.
Законность как принцип уголовного права заключается в том, что
единственным основанием уголовно-правовых отношений является
нарушение норм уголовного закона, а наказание и иные меры уголовно-правового воздействия должны применяться в строгом соответствии с нормами
Общей части УК РФ и санкцией уголовно-правовой нормы Особенной части.
Например, в решениях Верховного Суда РФ подчеркивалось, что лицо не
может быть признано подозреваемым или обвиняемым в совершении
Чередниченко Е.Е. Принципы уголовного законодательства: понятие, система, проблемы
законодательной регламентации понятие, система, проблемы законодательной регламентации (комплексное теоретическое исследование): автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2006. С. 7.
31
БВС РФ. 2004. № 3. С. 14.
19
30
преступления, если содеянное не является составной частью события
преступления, за которое лицо подвергается уголовному преследованию32.
Такое формулирование принципа законности также (наряду с источниковой базой) позволяет утверждать, что уголовное право России принадлежит по своему определению к континентальной (романо-германской) правовой семье, несмотря на ряд особенностей, появившихся в социалистический
период развития российского уголовного права.
Отсутствие уголовно-правового запрета на момент официальной (от
лица государства) оценки содеянного исключает уголовную ответственность,
даже если на момент совершения деяния такой запрет существовал.
Федеральным законом от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ «О внесении
изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» редакция ст. 222 УК
РФ изменена: уголовная ответственность за незаконные приобретение,
передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение боеприпасов к гражданскому гладкоствольному оружию исключена.
Установлено, что 22 мая 1999 г. Н. незаконно приобрел обрез
охотничьего двуствольного куркового ружья и четыре патрона к
охотничьему гладкоствольному ружью, которые незаконно носил, хранил и
перевозил. Суд признал Н. виновным в незаконных приобретении, хранении,
ношении и перевозке огнестрельного оружия и боеприпасов и квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Суд надзорной инстанции
исключил из приговора осуждение Н. за незаконные приобретение, хранение,
ношение и перевозку четырех патронов к охотничьему гладкоствольному
ружью33.
В ч. 2 ст. 3 УК РФ прямо запрещенааналогия закона, т.е. применение
наиболее сходной уголовно-правовой нормы в жизненной ситуации, прямо
не указанной в законе34. В судебной практике еще в период действия УК
РСФСР (1960 г.) прочно укоренилось понимание того, что любое деяние, не
предусмотренное в уголовном законе, преступлением не является35.
Жесткий запрет на применение УК РФ по аналогии является основным
правоприменительным аспектом принципа законности.
Верховный Суд РФ по одному из дел указал следующее. В. осужден за
уничтожение похищенных им паспорта и военного билета по ч. 1 ст. 325 УК
РФ и ч. 2 ст. 325 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев дело
по протесту прокурора, отменил приговор в части осуждения В. по ч. 1
ст. 325 УК РФ и дело производством прекратил за отсутствием состава
преступления. Частью 1 ст. 325 УК РФ предусмотрена ответственность
за похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных докуБВС РФ. 2013. № 11. С. 37.
БВС РФ. 2006. № 9. С. 7.
34
С другой стороны, напр., в ст. 16 УК РСФСР (1926 г.) аналогия закона была разрешена,
что способствовало «теоретическому» обоснованию массовых политических репрессий
30—50-х гг. ХХ в.
35
БВС СССР. 1965. № 4. С. 18.
20
32
33
ментов, штампов или печатей, совершенные из корыстной или иной личной
заинтересованности. Ответственность же за похищение важных личных
документов, в том числе паспорта, законодателем выделена в ч. 2 ст. 325
УК РФ и с диспозицией ч. 1 ст. 325 УК РФ не связана. Таким образом,
специальная ответственность за уничтожение, повреждение или сокрытие
похищенного паспорта и военного билета законом не предусмотрена, и
квалификация содеянного по ч. 1 ст. 325 УК РФ явилась применением
уголовного закона по аналогии36.
От применения закона по аналогии следует отличать применение по
аналогии решений высшей судебной инстанции. Именно аналогичное применение решений Верховного Суда РФ относительно квалификации содеянного
позволяет единообразно применять положения уголовного закона в соответствии со ст. 71 Конституции РФ. Более того, в ряде решений Верховного
Суда РФ имеется прямое указание на необходимость применения положений
действующих решений последнего, что стало традицией еще в советский период37.
Принцип ответственности толькопри наличии вины (принцип вины,
ст. 5 УК РФ) отражает особенности предмета регулирования уголовного
права, определяя виновность деяния как необходимый признак юридического
факта, порождающего уголовное правоотношение. Значение принципа вины
состоит в том, что он является одним из важнейших средств обеспечения законности в уголовном праве. Принцип вины предполагает, что лицо подлежит уголовной ответственности лишь тогда, когда установлено определенное
психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному
деянию либо последствию такого деяния.
Непосредственное правоприменительное значения принципа вины состоит в запрете объективного вменения, т.е. в невозможности наступления
уголовной ответственности лица без обязательного установления именно его
персональной вины в совершении деяния, вне зависимости от факта реального существования уголовно-значимого вреда.
Так, еще в советский период в одном из решений Верховного Суда указывалось, что обвинение лица в совершении преступления, основанное
только на факте наступивших последствий, при отсутствии умышленной или
неосторожной вины, представляет собой объективное вменение, чуждое уголовному праву38.
К был осужден за неосторожное убийство, совершенное при следующих
обстоятельствах. Закурив на дороге, он бросил через плечо горящую спичку,
которая попала в лежавшую у дороги бочку из-под бензина и вызвала взрыв
бензиновых паров. При этом дно бочки вылетело и, попав в С., причинило ему
смертельное ранение. Учитывая все обстоятельства данного дела,
БВС РФ. 2000. № 7. С. 13.
БВС РСФСР. 1973. № 8. С. 8.
38
БВС СССР. 1964. № 6. С. 20.
36
37
21
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР пришла к
выводу, что смерть С. наступила в результате несчастного случая, поскольку К. не предвидел и по обстоятельствам дела не должен был и не мог
предвидеть и предупредить фактически наступившие последствия —
следовательно, он причинил их без вины39.
Однозначный запрет на объективное вменение связан с правилом личной ответственности. Если в содеянном не установлена персонифицированная вина, то лицо не может подлежать уголовной ответственности даже в тех
случаях, когда преступный результат объективно имеет место.
К. и Ш. признаны виновными в том, что, являясь рабочими
геологоразведочной партии, совершили неосторожное причинение смерти.
К. около 9 часов утра 9 августа 1963 г. пошел умываться к реке,
протекающей на расстоянии 200 м от поселка, и на противоположном
берегу реки увидел колебание кустов, черный силуэт и услышал треск веток.
Полагая, что в кустах медведь, К. побежал в дом поисковой партии и
рассказал об этом Ш. Оба они взяли одноствольные ружья 16-го калибра,
зарядили их одинаковыми патронами и вместе побежали к реке. На берегу
реки Ш. с колена, а К. стоя одновременно произвели выстрелы в кусты
противоположного берега, где, по мнению К., находился медведь. В кустах
оказался техник-геофизик, которому одним из выстрелов было причинено
смертельное ранение.
Решением суда К. и Ш., оба, признаны виновными в неосторожном
причинении смерти, так как выстрелы по цели произвели одновременно, с
одинакового расстояния, из одинаковых ружей, заряженных одинаковыми
пулями. Однако в процессе следствия и судебного разбирательства дела не
установлено, кто именно из них — Ш. или К. — причинил смертельное
ранение потерпевшему. Поэтому один из осужденных является невиновным
и осужден необоснованно. При таких обстоятельствах Пленум Верховного
Суда приговор отменил и направил дело на новое рассмотрение для
установления конкретного лица, виновного в совершении этого
преступления40.
Виновность лица в совершении преступления устанавливается
обвинительным приговором суда, вступившим в законную силу. Надо
подчеркнуть, что вынесение обвинительного приговора не может быть
основано на предположении виновности, на что неоднократно указывал
Верховный Суд РФ41.
Принцип справедливости, закрепленный ст. 6 УК РФ, предполагает,
что наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к
лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е.
Сборник постановлений Пленума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 1957—1959 гг. М., 1960. С. 19.
40
БВС СССР. 1966. № 5. С. 24.
41
БВС РФ. 2010. № 10. С. 17.
22
39
должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Таким образом, принцип справедливости должен индивидуализировать
ответственность и наказание. Применение к разным людям, совершившим
одинаковые преступления, одинакового наказания было бы несправедливым,
как и применение одинакового наказания к одинаково характеризующимся
лицам, но совершившим разные по характеру и степени общественной опасности преступления. Принцип справедливости также означает, что суд при
назначении наказания должен руководствоваться не эмоциями, не чувством
мести, а объективной оценкой как совершенного преступления, так и личности виновного.
В практике Верховного Суда РФ неоднократно указывалось, что несоответствие назначенного судом наказания тяжести преступления и личности
является основанием к отмене приговора.
Так, по приговору Верховного Суда Республики Башкортостан от 3
августа 2001 г. В. осужден по ч. 2 ст. 318 УК РФ к пяти годам лишения
свободы, на основании ст. 73 УК РФ — условно с испытательным сроком
четыре года. Он признан виновным в умышленном применении насилия,
опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти З. в
связи с исполнением последним своих должностных обязанностей.
Судом установлено, что В., управлявший транспортным средством в
состоянии алкогольного опьянения, задержан инспектором дорожнопатрульной службы З. Во избежание наказания В. самовольно вытащил
ключи из замка зажигания автомашины, на которой инспектор доставлял
его для медицинского освидетельствования, после чего стал руками душить
последнего, вытолкнул из салона автомашины, нанес удары по голове и
другим частям тела руками и булыжником, причинив своими действиями
потерпевшему легкий вред с кратковременным расстройством здоровья, а
затем, увидев, что тот начал терять сознание, забрал у него свои
документы и на автомашине скрылся с места преступления.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор
отменила, указав следующее. При назначении наказания В. суд первой
инстанции принял во внимание его молодой возраст, первую судимость,
фактическое признание вины, раскаяние в содеянном, положительные
характеристики, посчитал возможным исправление и перевоспитание
осужденного без изоляции от общества и в соответствии со ст. 73 УК РФ
назначил ему условную меру наказания. Однако, как видно из приговора, при
назначении осужденному наказания суд не в полной мере выполнил
требования ст. 60 УК РФ, в соответствии с которыми при назначении
наказания учитываются характер и степень общественной опасности
преступления и личность виновного, а также влияние назначенного
наказания на исправление осужденного. Суд не учел в должной мере, что
действия В. были направлены против представителя власти во время
исполнения им своих должностных обязанностей, и не оценил повышенную
23
степень общественной опасности содеянного. Следовательно, приговор
является незаконным42.
Справедливость уголовного права как основополагающий принцип была
обоснована в трудах многих авторов, принадлежащих в первую очередь к
«социологической школе» уголовного права (Ф. Лист, Ван Гамель,
М. Ансель, И.Я. Фойницкий и др.)
Принцип справедливости прямо запрещает повторное применение уголовно-правовых мер за одно и то же общественно опасное деяние — и в этом
состоит основное правоприменительное значение данного принципа,
основанного на положениях ч. 1 ст. 50 Конституции РФ (отметим, что еще со
времен римского права известна формула «не суди дважды»).
Юридическими следствиями уголовно-правового принципа справедливости являются, во-первых, невозможность юридической оценки однократно
содеянного по нескольким нормам уголовного закона; во-вторых — невозможность повторной уголовно-правовой оценки одного и то же деяния. Исключение из этого правила составляют случаи, когда осуждение имеет место
после отмены судебных решений в порядке, предусмотренном главами 48
(ввиду фундаментальных нарушений закона) и 49 УПК РФ, либо когда лицу
инкриминируется новое преступление, которое хотя и связано с преступлением, за которое это лицо было осуждено ранее, но содеянное выходит за
пределы судебного разбирательства по первому делу.
Например, А. и К. по приговору Московского областного суда от 26 мая
2005 г. были осуждены за преступление в отношении М., хотя ранее по
приговору Химкинского городского суда Московской области от 8 октября
2004 г. они уже были осуждены за это же самое преступление. Судом
установлено, что А. и К. изначально имели намерение совершить в
отношении М. только разбойное нападение, что ими и было сделано. Все
действия виновных квалифицированы городским судом (с учетом внесенных
изменений) по п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, совершенный с
применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по
предварительному сговору, с применением предметов, используемых в
качестве оружия, в целях завладения имуществом в особо крупном размере.
После вступления данного приговора в законную силу, т.е. после того,
как в отношении А. и К. состоялось окончательное судебное решение по делу
о преступлении в отношении М., органы предварительного следствия те же
самые обстоятельства преступления в отношении того же потерпевшего
квалифицировали еще и как покушение на убийство М. и направили дело в
суд. Однако такой вывод ошибочен, поскольку общеправовой принцип
запрета повторного осуждения исключает саму возможность осуждения
лица за то же самое преступление, выступая тем самым в качестве
гарантии от повторного уголовного преследования и осуждения, в том
числе и в тех ситуациях, когда действия виновного изначально ошибочно
квалифицированы органами, осуществляющими уголовное преследование.
42
БВС РФ. 2002. № 4. С. 8.
24
Тот факт, что по последнему приговору в отношении А. и К. суд при
описании преступного деяния указал на нанесение «К. и неустановленным
лицом ударов М. ножом в область шеи», нельзя рассматривать как новое
преступление, за которое виновные не были ранее осуждены. По приговору
Химкинского городского суда Московской области было установлено, что «в
пути следования К. нанес М. несколько ударов ножом в область шеи»,
вследствие чего названные действия не образуют состава нового преступления в отношении М. Тем более что причиненные потерпевшему телесные
повреждения, перечисленные в приговоре Химкинского городского суда,
идентичны телесным повреждениям, указанным в приговоре Московского
областного суда, что уже само по себе свидетельствует о повторном
осуждении за одно и то же преступление.
На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ отменил
приговор суда и кассационное определение Судебной коллегии в отношении А.
и К. и производство по уголовному делу прекратил ввиду повторного их
осуждения за одно и то же преступление43.
В силу принципа справедливости в российском уголовном праве действует не только запрет на повторную правовую оценку содеянного, но также и
запрет на повторный учет обстоятельств, которые могут повлиять на размер
наказания (ст. 61, 63 УК РФ), если такие обстоятельства содержатся в диспозиции статьи Особенной части УК РФ44.
Так, квалифицируя действия А. по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд признал
беспомощным состоянием малолетний возраст потерпевшего З. Этот же
признак (малолетний возраст) суд учел в качестве обстоятельства,
отягчающего наказание осужденного (ст. 63 УК РФ), поэтому он подлежит
исключению из приговора в части, касающейся убийства потерпевшего45.
Уголовно-правовой принцип равенства перед законом (ст. 4 УК РФ)
дублирует соответствующее положение Конституции РФ. Как известно, в
соответствии с конституционными нормами все люди равны перед законом
независимо от происхождения, социального, должностного и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности, политических
убеждений, пола, образования, языка, отношения к религии, рода и характера
занятий, места жительства и других обстоятельств. Иными словами, равенство перед законом — это одинаковые условия наступления уголовной ответственности, вне зависимости от демографических и социальных характеристик лица, совершившего преступление.
Необходимо указать на некоторое несовершенство названия ст. 4 УК
РФ, где говорится о равенстве граждан, хотя речь должна идти о равенстве
всех людей перед уголовным законом. Однако именно из этого принципа
существует целый ряд законодательных исключений.
БВС РФ. 2008. № 3. С. 20.
БВС РФ. 2010. № 10. С. 26; 2016. № 2. С. 41.
45
БВС РФ. 2008. № 1. С. 25.
25
43
44
Так, в Конституции РФ, федеральных законах, нормах международного
права может быть предусмотрен особый порядок привлечения к уголовной
ответственности отдельных категорий лиц (например, главы государства, дипломатов, консулов, депутатов, судей и пр.). Такое исключение из принципа
равенства перед законом обосновано особенностью правового статуса этих
лиц.
Однако уголовная ответственность лиц, обладающих иммунитетом, может наступить при преодолении законодательно оговоренных препятствий
(например, лишение дипломатического иммунитета главой представляемого
государства, дача согласия соответствующей палатой Федерального Собрания РФ на наступление уголовной ответственности депутата и т.д.)
К сожалению, на практике такие исключения нередко превращаются в
личную привилегию этих лиц, что недопустимо.
Статья 7 УК РФ закрепляет принцип гуманизма: уголовное законодательство Российской Федерации обеспечивает безопасность человека. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь целью причинение физических
страданий или унижение человеческого достоинства.
Гуманистические начала уголовного права были заложены в работах
представителей «просветительно-гуманистической школы» (Ч. Беккариа,
Ш. Монтескье и др.)
Принцип гуманизма в уголовном праве имеет две стороны: обеспечение
безопасности членов общества, защиты их от преступных посягательств и
обеспечение прав лица, совершившего преступление.
Во-первых, установление уголовной ответственности, во многих случаях
достаточно жесткой, должно оказывать сдерживающее влияние на всех членов общества, предупреждать совершение преступлений, обеспечивая таким
образом защиту общества и прав отдельного человека.
Во-вторых, к лицам, преступившим закон и подвергнутым уголовной
ответственности, не должны применяться пытки и другое обращение с человеком, специально причиняющие физические страдания, что соответствует
положениям Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г.
Наряду с законодательно закрепленными принципами в уголовно-правовой литературе выделяются также принципы демократизма, неотвратимости
ответственности, дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности и наказания, экономии уголовной репрессии и пр.46
Перечисленные принципы, имея доктринальный (теоретический) характер, оказывают определенное влияние на понимание и применение норм уголовного права.
Литература
46
Кудрявцев В.Н., Келина С.Г. Принципы советского уголовного права. М., 1988. С. 65.
26
1. Бавсун М.В. Методологические основы уголовно-правового
воздействия. М., 2012.
2. Баумштейн А.Б. Концептуальные начала уголовного права
Российской Федерации. М., 2014.
3. Генрих Н.В. Предмет и метод уголовно-правового регулирования:
история, теория и практика. М., 2011.
4. Коняхин В.П. Теоретические основы построения Общей части
российского уголовного права. СПб., 2002.
5. Мадьярова А.Н. Разъяснения Верховного Суда Российской Федерации
в механизме уголовно-правового регулирования. СПб., 2002.
6. Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в
правоприменительной деятельности. СПб., 2004.
7. Ображиев К.В. Система формальных (юридических) источников
российского уголовного права. М., 2015.
8. Пудовочкин Ю.Е., Пирвагидов С.С. Понятие, принципы и источники
уголовного права: сравнительно-правовой анализ. СПб., 2003.
9. Сабитов Т.Р. Уголовно-правовые принципы: методы познания,
сущность и содержание. М., 2012.
10. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. I. Понятие уголовного права. Механизм уголовно-правового
регулирования / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
11. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. II. Система, источники и структура уголовного права. Принципы
уголовного права / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
12. Филимонов В.Д. Охранительная функция уголовного права. СПб.,
2003.
13. Флетчер Дж., Наумов А.В. Основные концепции современного
уголовного права. М., 1998.
14. Чередниченко Е.Е. Принципы уголовного законодательства. М.,
2007.
15. Чучаев А.И. Уголовно-правовое воздействие: понятие, объект,
механизм, классификация. М., 2010.
27
Тема 2. УГОЛОВНЫЙ ЗАКОН
В результате изучения студент должен:
знать понятие уголовного закона; содержание структуры норм
уголовного закона; понятие правил (принципов) действия уголовного закона
во времени, пространстве и по кругу лиц;
уметь
понимать
закономерности
развития
уголовного
законодательства России; принимать правовые решения в соответствии с
обязательным по юридической силе толкованием уголовного закона;
понимать юридические основания правил (принципов) действия уголовного
закона;
владеть навыками применения правил (принципов) действия уголовного
закона при правовой оценке содеянного; анализировать различные коллизии,
связанные с действием уголовного закона.
§ 1. Понятие уголовного закона
Уголовный закон Российской Федерации — это нормативно-правовой
акт, принятый федеральными законодательными органами власти либо референдумом, состоящий из взаимосвязанных юридических норм и устанавливающий преступность и наказуемость деяний, основание уголовной ответственности, систему и виды наказаний, порядок и условия их назначения, основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, а также
применение принудительных мер воспитательного воздействия и медицинского характера. Уголовный закон (УК РФ) является основным прямым источником российского уголовного права.
Уголовный закон состоит из Общей и Особенной частей. Нормы Общей
части закрепляют основания и принципы уголовной ответственности, содержат общие положения уголовного законодательства. Нормы Особенной
части определяют, какие именно общественно опасные деяния являются
преступлениями, и устанавливают наказания, которые могут быть
применены судом к лицам, виновным в их совершении, а также
определенные случаи освобождения от уголовной ответственности за
совершение преступлений.
§ 2. Основные этапы развития уголовного законодательства России
В истории российского уголовного законодательства можно (с известной долей условности) выделить четыре основных этапа: законодательство
средневекового периода (X—XVII вв.); законодательство Нового времени
(XVIII в.—1917 г.); законодательство советского периода (1917—1990 гг.);
законодательство постсоветского периода (с 1991 г.)47.
Заметим, что в научной литературе существуют иные точки зрения на периоды развития
российского уголовного законодательства. При этом иногда (по не совсем ясной причине)
28
47
Средневековое уголовное законодательство. Уголовно-правовые
нормы содержались уже в первых правовых памятниках России — договорах
с Византией (907, 911 и 944 гг.), Русской Правде Ярослава Мудрого и
Ярославичей (ХI в.). По своей сути они являлись узаконенными нормами
обычного раннесредневекового права — преступления расценивались в
качестве нарушения («обиды») не столько государственных, сколько личных
интересов. В частности, это выражалось в возможности выкупа ущерба
практически за любое преступление («виры»), санкционировании кровной
мести, а также в возможности применения наказания по принципу талиона.
Новгородская и Псковская судные грамоты (конец XIV—середина
XV вв.), содержавшие уголовно-правовые нормы, явились единственными
средневековыми памятниками русского городского корпоративного права, на
которые серьезное влияние оказало городское право германских государств.
Примечателен тот факт, что в грамотах отсутствует упоминание о кровной
мести, а ряд преступлений признаются направленными против государственных институтов.
Серьезная кодификация законодательства связана с централизацией Российского государства и отражена в Судебнике (1497 г.) Ивана III. Однако, и в
этом документе, и в последующем Соборном Уложении1649 г. царя Алексея
Романова уголовно-правовые нормы были смешаны с нормами иных отраслей права. Тем не менее в этих памятниках впервые ликвидированы положения обычного права, а также проведено четкое разграничение между каноническими и светскими уголовно-правовыми нормами. В целом в законодательстве XV—XVII веков произошло утверждение публичного характера
уголовно-правовых норм — преступления стали изначально расцениваться
как посягательства на публичные (государственные) интересы. Соборное
Уложение являлось источником российского уголовного права вплоть до
принятия Свода законов Российской империи (1835 г.)
Законодательство Нового времени. Собственно отраслевое уголовное
законодательство России начинается с Артикула Воинского (1715 г.), причем
основное внимание в нем было уделено военно-уголовному праву, а многие
нормы прямо заимствовались из уголовного законодательства европейских
государств (что объясняется исторической ситуацией во время правления
Петра I). Одним из отличительных признаков Артикула Воинского явилась
законодательная дифференциация уголовной ответственности вследствие определения ряда смягчающих и отягчающих обстоятельств.
В 1845 году царем Николаем I было подписано Уложение о наказаниях
уголовных и исправительных, ставшее Уголовным кодексом в полном смысле
этого слова. Уложение 1845 г. впервые выделило Общую часть (разд. I «О
преступлениях, проступках и наказаниях вообще»), где давались формальные
определения преступления и проступка («как само противозаконное деяние,
такая периодизация проводится применительно лишь к XX—началу XXI в. См.: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1 / под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 2002.
С. 16—62.
29
так и неисполнение того, что под страхом наказания уголовного или исправительного законом предписано» — ст. 4), стадий его совершения, соучастников, системы и видов наказаний, их отмены и замены. Нормы Особенной
части содержались в 2043 статьях (разд. II—XII).
В Уложении 1845 г. выделялись 11 групп преступлений и проступков:
религиозные; государственные; против порядка управления; «по службе государственной и общественной»; против постановлений о повинностях; против доходов и имущества казны; против общественного благоустройства и
благочиния; «против Законов о Состояниях»; против жизни, здоровья, свободы и чести частных лиц; против прав семейственных; против собственности частных лиц.
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных претерпело две
существенные редакции (1866, 1885 гг.) в связи с проводимыми социальнополитическими и судебными реформами.
22 марта 1903 г. императором Николаем II было подписано Уголовное
Уложение, явившееся по своему характеру и технике законодательства передовым правовым актом общеевропейского масштаба, отражавшим в целом
развитие буржуазных отношений и соответствующих социально-политических ценностей в Российской империи. Значительную роль в разработке
этого документа сыграл выдающийся русский теоретик уголовного права
Н.С. Таганцев.
Уголовное Уложение 1903 г. содержало 687 статей, из них 72 — в Общей части (гл. I «О преступных деяниях и наказаниях вообще»). Практически
как и в ныне действующем законодательстве, в Уложении 1903 г. были
сформулированы принципиальные для уголовного права категории и институты (понятие преступления; правила действия уголовного закона; определение умысла и неосторожности как форм вины; установление возрастной
планки субъекта преступления; система обстоятельств, исключающих преступность деяния, и пр.).
В силу ряда исторических причин Уложение 1903 г. полностью так и не
вступило в силу, однако оно оказало огромное влияние на последующее развитие отечественного уголовного законодательства, несмотря на 70-летний
период коммунистического правления.
Законодательство советского периода. Советское уголовное законодательство в период революции и гражданской войны было основано на идее
революционного насилия («красного террора»). Пределы уголовной репрессии связывались не с опасностью содеянного, а с принадлежностью лица к
тому или иному классу. Так, в ст. 2 Руководящих начал по уголовному праву
РСФСР (1919 г).прямо говорилось: «Уголовное право имеет своим содержанием правовые нормы и другие правовые меры, которыми система общественных отношений данного классового общества охраняется от нарушения
(преступления) посредством репрессии (наказания)».
Уголовные кодексы РСФСР (1922 и 1926 гг.), Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик (1924 г.) также ставили во
главу угла политические задачи защиты советского строя и правопорядка,
30
«установленных рабоче-крестьянской властью на переходный к коммунистическому строю период времени» (ст. 5 УК РФ 1922 г.) В законодательство
того времени было введено правило применения Уголовного кодекса по аналогии, что стало одним из юридических «обоснований» массовых репрессий
30—50-х гг. ХХ в. Так, в соответствии со ст. 581в УК РСФСР (1926 г.) несовершеннолетние члены семьи осужденного за измену Родине подлежали лишению избирательных прав и ссылке в отдаленные районы Сибири на пять
лет. Изменения законодательства, усиливавшие наказание или устанавливавшие заново преступность деяния, как правило, имели обратную силу.
По жестокости и неоправданности репрессий за преступления против
государства и государственной (общественной) собственности сталинское
уголовное законодательство не знало себе равных. Например, в соответствии
с законом от 7 августа 1932 г. (закон «о колосках»), за хищение имущества
государственных предприятий, колхозов и кооперации полагался расстрел с
конфискацией имущества вне зависимости от размера похищенного; при
смягчающих обстоятельствах — лишение свободы на срок не менее 10 лет. В
то же время умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах каралось лишением свободы сроком до 10 лет (ст. 136 УК РСФСР 1926 г.).
В 1958 г. были приняты новые Основы уголовного законодательства
Союза ССРи союзных республик, на основе которых введен в действие УК
РСФСР (1960 г.). В этих актах в связи с некоторой демократизацией советского общества были устранены наиболее одиозные положения УК РСФСР
1926 г.: был наложен запрет на применение закона по аналогии, в большей
мере защищены права и свободы личности. В целом УК РСФСР 1960 г. был
менее политизирован, хотя и ставил своей основной задачей защиту «советского общественного и государственного строя, социалистической собственности, личности и прав граждан и всего социалистического правопорядка от
преступных посягательств» (ст. 1). В УК РСФСР 1960 г. сохранялись приоритетная защита государства, дискриминационный подход в вопросе охраны прав и свобод человека, различия в охране государственной (общественной) и личной собственности.
Процесс перестройки (1985—1991 гг.) имел следствием начавшуюся
реформу уголовного законодательства, которая не закончена и по сей день. В
1991 г. были приняты более демократичные Основы уголовного законодательства СССР и союзных республик, так и не вступившие в силу про причине развала СССР.
Постсоветское уголовное законодательство. В 1992—1996 гг. продолжал действовать УК РСФСР 1960 г. Однако его содержание резко изменилось: не упоминалось о всемерной защите «социалистических завоеваний», приоритете классовых ценностей, сократилось количество «расстрельных статей». Важным шагом реформы стало исключение из Уголовного кодекса отдельной главы о защите государственной (общественной) собственности и ряде хозяйственных преступлений, препятствовавших развитию рыночной экономики.
31
С 1 января 1997 г. введен в действие Уголовный кодекс Российской Федерации, принятый в 1996 г.48. В целом УК РФ ознаменовал собой возвращение отечественного законодательства в русло континентальной (романо-германской) правовой системы. За период действия УК РФ, до 1 января 2017 г.,
было принято более ста законов, внесших в него свыше 600 изменений.
Система и структура уголовного закона соответствует задачам уголовного права. УК РФ (1996 г.) содержит 12 разделов и 36 глав.
§ 3. Структура норм уголовного закона
Статьи нумеруются по порядку, как правило, состоят из частей, могут
включать пункты. Статьи Общей части УК РФ по своей юридический сущности представляет собой гипотезу для статей Особенной части, т.е. определение условий, при которых применяются нормы Особенной части.
Статьи Особенной части состоят из диспозиций (описание конкретных
составов преступлений) и санкций.
Виды диспозиций в нормах Особенной части уголовного закона:
— простая (назывная) — содержит только название преступного деяния, описание которого не требуется в силу очевидности (например, ч. 1
ст. 126 УК РФ «Похищение человека»);
— описательная — содержит не только название, но и описание состава
преступления (например, ч. 1 ст. 158 УК РФ «Кража, т.е. тайное хищение
чужого имущества»);
— ссылочная — в статье УК РФ присутствует прямая отсылка к другой
статье УК РФ (например, ч. 1 ст. 112 УК РФ «Умышленное причинение
средней тяжести вреда здоровью … не повлекшего последствий, указанных в
статье 111 настоящего Кодекса…»);
— бланкетная (отсылочная) — содержит отсылку к другому правому
акту (например, ч. 1 ст. 143 УК РФ «Нарушение правил техники безопасности или иных правил охраны труда…»).
В статьях Особенной части УК РФ определены санкции, определяющие
вид (виды) и размеры наказания за конкретное преступление. Санкции могут
быть альтернативными (предусмотрено несколько видов наказаний) и безальтернативными (предусмотрен только один вид наказания).
Практически все санкции являются относительно-определенными, т.е. в
них указаны минимальный и максимальный пределы того или иного вида наказания.
§ 4. Действие уголовного закона во времени
Основное правило действия уголовного закона во времени состоит в
том, что преступность и наказуемость деяния определяются тем уголовным
законом, который действовал в момент его совершения.
48
СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.
32
Определение времени совершения преступления имеет важное значение
для решения вопроса об уголовной ответственности лица, на что неоднократно обращалось внимание в судебной практике.
В декабре 1993 г. Б. незаконно распорядился деньгами акционерного
общества, что в июле 1994—июне 1995 гг. причинило акционерному
обществу материальный ущерб. Приговор в части осуждения Б. по ст. 1483
УК РСФСР (1960 г.) отменен, и дело прекращено производством за
отсутствием состава преступления, поскольку действия, причинившие
впоследствии материальный ущерб, совершены осужденным в декабре
1993 г., а уголовная ответственность за такое деяние установлена с 1 июля
1994 г.49.
В соответствии с Федеральным законом от 14 июня 1994 г. № 5-ФЗ «О
порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных
законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания»50,
уголовный закон может вступать в силу либо с момента его официального
опубликования, либо с момента особо оговоренной даты. Закон прекращает
действие после его отмены (в этом случае на отмену должно быть прямое
указание в законе, имеющем равную силу) либо в случае замены его новым
законом.
Обратная сила уголовного закона — это возможность применения
норм действующего Уголовного закона к деяниям, совершенным до его
вступления в силу.
Правила применения обратной силы уголовного закона определены в
ст. 10 УК РФ. Их смысл состоит в обязательности применения обратной силы
уголовного закона в отношении виновного лица при «повороте закона к лучшему» и соответственно в запрете на применение обратной силы при «повороте к худшему». Вопросам применения обратной силы уголовного закона
специально посвящено Постановление Конституционного Суда РФ от 20
апреля 2006 № 4-П, в котором указано, что правила действия обратной силы
применяются к положениям как Особенной, так и Общей части УК РФ51.
Основания применения обратной силы уголовного закона:
1. Обратная сила применяется, если устраняется преступность деяния,
т.е. происходит его декриминализация. Например, Федеральный закон от 8
декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в
Уголовный кодекс Российской Федерации» декриминализовал такие деяния,
как заведомо ложная реклама, обман потребителей и пр.
Московским городским судом 5 февраля 1997 г. Д. осужден по ч. 2
ст. 1627 УК РСФСР (1960 г.) к лишению свободы. Он признан виновным в
незаконной сделке с валютой по предварительному сговору группой лиц
(осужденных по другому приговору) и в крупном размере. Как видно из
приговора, 7 октября 1994 г. Д. во исполнение ранее достигнутой
БВС РФ. 1997. № 8. С. 12.
СЗ РФ. 1994. № 8. Ст. 801.
51
Российская газета. 2006. 3 мая.
49
50
33
договоренности в качестве средства платежа передал З. и П. 500 долларов
США.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 10 апреля
1997 г., рассмотрев кассационные жалобы осужденного и его адвоката,
приговор отменила, а дело прекратила, указав следующее. Обстоятельства,
при которых была осуществлена передача валюты, установлены судом
правильно. Вместе с тем, постановляя обвинительный приговор и
квалифицируя действия Д. по ч. 2 ст. 1627 УК РСФСР (1960 г.), суд не учел
то обстоятельство, что УК РФ, введенным в действие с 1 января 1997 г.,
устранена уголовная ответственность за незаконные сделки с иностранной
валютой. Поскольку в соответствии со ст. 10 УК РФ уголовный закон,
устраняющий преступность деяния, имеет обратную силу, то приговор
подлежит отмене, а дело — прекращению за отсутствием в действиях Д.
состава преступления52.
2. Обратная сила применяется, если снижается максимальный размер
или срок наказания за преступление, совершенное до вступления в силу нового Уголовного закона, либо в новом законе смягчается сам вид наказания
за совершенное преступление (например, вместо лишения свободы предусмотрены только исправительные работы53). При переквалификации
действий осужденного надо исходить из вида и размеров наказания за данное
преступление в ранее действовавшем и новом уголовных законах54. При
решении этого вопроса необходимо сопоставлять верхние пределы санкций
статей Особенной части УК РФ.
Военным судом Уральского военного округа С. признан виновным в
умышленном убийстве, совершенном с особой жестокостью, и в разбое,
совершенном с использованием предмета в качестве оружия (молотка).
Обсуждая вопрос о возможности квалификации по УК РФ действий С.,
связанных с разбоем, суд первой инстанции сделал ошибочный вывод о том,
что санкция п. «б» ч. 2 ст. 146 УК РСФСР (1960 г.) мягче санкции,
предусматривающем ответственность за те же действия п. «г» ч. 2
ст. 162 УК РФ (по минимальному пределу их санкций), и квалифицировал
действия С. по п. «б» ч. 2 ст. 146 УК РСФСР (1960 г.).
Военная коллегия Верховного Суда РФ признала вывод суда первой
инстанции неправильным и переквалифицировала содеянное С. с п. «б» ч. 2
ст. 146 УК РСФСР (1960 г.) на п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ, указав следующее.
При решении вопроса о переквалификации действий С., связанных с разбоем,
суду первой инстанции следовало исходить не из нижнего, а из верхнего
предела санкций соответствующих статей старого и нового уголовных
кодексов, при этом учитывать, что закон, предусматривающий за
аналогичные действия более суровое по сроку или размеру наказание,
является более строгим. Поскольку согласно данному правилу санкция
БВС РФ. 1997. № 11. С. 9.
БВС РФ. 1997. № 5. С. 8.
54
БВС РФ. 2013. № 4. С. 15.
52
53
34
статьи УК РФ более мягкая по ее верхнему пределу, действия С. в
соответствии с требованиями ч. 1 ст. 10 УК РФ подлежат переквалификации55.
В одном из решений Конституционного Суда РФ указано, что применение обратной силы уголовного закона возможно только при изменении в
лучшую для лица сторону положений УК РФ, а не иного отраслевого законодательства, к которому отсылает Уголовный закон.
Минимальный размер оплаты труда, исходя из которого определяется
такой квалифицирующий признак, как крупный размер хищения (до
изменения УК РФ от 8 декабря 2003 г. — Авт.), устанавливается не
уголовным законом, а законом иной отраслевой принадлежности. Его
изменение не влечет изменение нормы уголовного закона, действовавшей на
момент совершения преступления, поскольку по своей правовой природе
минимальный размер оплаты труда является единицей расчета, которая
определяется федеральным законодателем с учетом социальноэкономических факторов и на определенный период, что в данном случае
исключает возможность применения конкретного минимального размера
оплаты труда в уголовно-правовых отношениях, возникших до его
установления. Иное могло бы привести — вопреки воле законодателя — к
декриминализации общественно опасных деяний и к нарушению принципа
справедливости, предполагающего обеспечение соответствия наказания и
иных уголовно-правовых мер характеру и степени общественной опасности
совершенного преступления. В современных социально-экономических
условиях принятие федеральным законодателем решения о повышении
минимального размера оплаты труда не может рассматриваться как
издание
закона,
устраняющего
или
смягчающего
уголовную
56
ответственность за хищение .
Полагаем, что данное решение Конституционного Суда РФ вряд ли соответствует правилам применения обратной силы уголовного закона для
составов преступлений, имеющих бланкетные признаки (бланкетные диспозиции).
3. Обратная сила применяется, если «иным образом» улучшается положение лица, совершившего преступление и отбывающего наказание. Обычно
такое улучшение связано с условиями отбывания назначенного наказания,
порядком их замены, применения условий освобождения от наказания и исчислением срока погашения судимости57.
Вердиктом присяжных заседателей С. и Г. признаны виновными в
хищениях чужого имущества путем разбойных нападений, грабежей и
краж, в убийствах, покушениях на убийство и других преступлениях,
БВС РФ. 1998. № 3. С. 19.
Определение Конституционного Суда РФ от 16 января 2001 г.№ 1-О «По делу о проверке конституционности примечания 2 к статье 158 УК РФ» // Российская газета. 2001. 3
февраля.
57
БВС РФ. 1997. № 10. С. 5; 1999. № 12. С. 2.
35
55
56
совершенных с 30 октября по 7 декабря 2002 г. в г. Людиново Калужской
области и г. Калуге. Виновному Г. назначено наказание в виде лишения
свободы с отбыванием в колонии особого режима.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 6 апреля
2004 г. приговор изменила с учетом изменений и дополнений, внесенных в УК
РФ. Как видно из ст. 18 УК РФ в новой редакции, в действиях Г. имеется не
особо опасный рецидив, а опасный рецидив, и в соответствии с п. «б» ч. 1
ст. 58 УК РФ отбывание ему лишения свободы надлежит назначить в
исправительной колонии строгого режима58.
В ст. 10 УК РФ также установлены правила, в соответствии с которыми
применение обратной силы уголовного закона невозможно.
1. Обратная сила не применяется, если новый закон устанавливает преступность деяния вновь. В УК РФ впервые были криминализованы, например, преступления в сфере компьютерной информации, многие преступления
в сфере экономической деятельности.
Действия осужденной квалифицированы судом по ст. 210 УК РСФСР
(1960 г.) как вовлечение несовершеннолетних в пьянство. Между тем
ст. 151 УК РФ предусматривает ответственность за вовлечение
несовершеннолетних в систематическое употребление спиртных напитков.
Системы в действиях виновной судом не установлено. С учетом требования
ст. 10 УК РФ об обратной силе закона кассационная инстанция приговор в
части осуждения по ст. 210 УК РСФСР(1960 г.) отменила и дело
производством прекратила.59
2. Обратная сила не применяется в случаях, когда новый закон ужесточает наказание — под этим понимается введение в новом законе более строгого вида наказания за совершенное преступление либо увеличение максимального размера уже существовавшего наиболее строгого наказания60.
В одном из решений Верховного Суда РФ указано, что судья, вынося
постановление в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 14 июня
1996 г. № 64-ФЗ «О введении в действие Уголовного кодекса Российской
Федерации»,, необоснованно переквалифицировал действия лица со ст. 210
УК РСФСР (1960 г.) на ч. 1 ст. 150 УК РФ 1996 г., поскольку в
соответствии со ст. 10 УК РФ обратную силу имеет закон, устраняющий
преступность деяния или смягчающий наказание. В данном случае был
применен закон, ухудшающий положение осужденного по признаку
ужесточения наказания, поэтому постановление судьи отменено61.
Кроме того, в судебной практике выработано правило, согласно которому не может назначаться тот вид наказания, который отсутствовал в санкции статьи Особенной части на момент совершения преступления.
БВС РФ. 2005. № 2. С. 11.
БВС РФ. 1998. № 4. С. 15.
60
БВС РФ. 1994. № 5. С. 3.
61
БВС РФ. 1998. № 9. С. 5.
58
59
36
В одном из решений Верховного Суда РФ указывалось, что
установленное санкцией ч. 1 ст. 222 УК РФ дополнительное наказание в виде
штрафа к лицам, совершившим преступление до введения в действие УК
РФ, не может быть применено в силу ч. 1 ст. 10 УК РФ. Преступление было
совершено в период действия ст. 218 УК РСФСР, санкция которой не
предусматривала дополнительного наказания в виде штрафа62.
3. Наконец, запрет на применение обратной силы имеет место, если новый закон «иным образом» ухудшает положение осужденного лица. Это может происходить, например, в случаях, когда новый закон ухудшает условия
отбывания наказания, назначенного по ранее действовавшему закону.
В соответствии со ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы в
исправительных колониях особого режима назначается лишь при особо
опасном рецидиве преступлений, а также лицам, осужденным к
пожизненному лишению свободы.
Я., неоднократно судимый, в 1990 г. был осужден по ст. 102 и другим
статьям УК РСФСР (1960 г.) к смертной казни. В 1994 г. он помилован, и
смертная казнь ему заменена 15 годами лишения свободы в исправительной
колонии особого режима. В связи с введением в действие УК РФ приговор
был приведен в соответствие с нормами УК РФ 1996 г., однако оставлено
без изменения указание об отбывании лишения свободы в колонии особого
режима. В связи с тем, что согласно ст. 10 УК РФ закон, ухудшающий положение лица, совершившего преступление, обратной силы не имеет,
отбывание наказания в исправительной колонии особого режима подлежит
замене на отбывание наказания в колонии строгого режима63.
Несоблюдение судом любого из правил действия обратной силы Уголовного закона во времени влечет отмену судебного решения.
Согласно примечанию к ст. 126 УК РФ лицо, добровольно освободившее
похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его
действиях не содержится иного состава преступления. Согласно ч. 1 ст. 10
УК РФ данный закон имеет обратную силу.
По приговору суда Ф. и Ш. признаны виновными в похищении человека, а
Ч. — в пособничестве этому преступлению. Как установлено судом, Ф. и Ш.
захватили на улице потерпевшего и на машине под управлением Ч. привезли в
подвал дома, где Ф. и Ш. избивали его, причинив менее тяжкие телесные
повреждения, при этом никаких условий, связанных с его освобождением, не
выдвигали. Имея реальную возможность незаконно удерживать
потерпевшего, осужденные предоставили ему свободу, т. е. добровольно освободили. При таких обстоятельствах, установленных судом первой
инстанции, Президиум Верховного Суда РФ переквалифицировал действия
Ф. и Ш. с ч. 2 ст. 125-1 на ч. 2 ст. 109 УК РСФСР (1960 г.) (причинение
менее тяжких телесных повреждений, носивших характер мучения и
62
63
БВС РФ. 1999. № 7. С. 12.
БВС РФ. 1998. № 9. С. 5.
37
истязания), поскольку в данном случае было добровольное освобождение
потерпевшего. Дело в отношении Ч. по ст. 17 и ч. 2 ст. 1251 УК РСФСР
(1960 г.) как пособника похищения человека, не принимавшего участия в
избиении потерпевшего, впоследствии добровольно освобожденного
виновными, прекращено за отсутствием в его действиях состава
преступления64.
§ 5. Действие уголовного закона в пространстве и по кругу лиц
Действие уголовного закона в пространстве и по кругу лиц тесно связано с понятием «национальная уголовная юрисдикция», под которой понимается применение положений УК РФ на территории России национальным
правоприменителем.
Согласно ст. 11, 12 УК РФ действие уголовного закона России в пространстве и по кругу лиц происходит в соответствии со следующими
правилами (у многих авторов – принципами): территориальным,
национальным, реальным и универсальным.
Территориальное правило действия уголовного закона заключается в
том, что УК РФ действует на территории Российской Федерации, определенной Законом РФ от 1 апреля 1993 г. № 4730-I «О государственной
границе Российской Федерации»65.
Таким образом, за преступления, совершенные на территории России,
несут ответственность по УК РФ не только граждане Российской Федерации,
но и иностранные граждане, и лица без гражданства (ч. 1 ст. 11 УК РФ). Данное положение УК РФ корреспондирует со ст. 4 Федерального закона от 25
июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», согласно которой все иностранные граждане пользуются в России правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации «за исключением случаев, предусмотренных федеральным
законом».66
К территории России относятся: суша, внутренние и территориальные
воды, воздушное пространство в пределах государственной границы; континентальный шельф и исключительная экономическая зона; военные воздушные и водные суда (вне зависимости от места нахождения); гражданские воздушные и водные суда под российским флагом (если они находятся на территории Российской Федерации или в нейтральном пространстве).
Необходимо особо отметить, что на территории иностранных посольств
и представительств, находящихся на территории России, действует УК РФ, в
связи с чем надо признать не соответствующей реалиям доктрину «экстерри-
БВС РФ. 1999. № 3. С. 18.
Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1993. № 17. Ст. 594 (в
действ. ред.)
66
Российская газета. 2002. 31 июля.
38
64
65
ториальности» (внеземельности) дипломатических и иных представительств
в стране пребывания.
Положения УК РФ могут согласно ч. 4 ст. 11 УК РФ не применяться в
случаях наличия у лица непреодоленного или непреодолимого иммунитета
от уголовной ответственности (дипломатические представители и ряд других
лиц, указанных в международных договорах Российской Федерации, например, в Венской Конвенции о дипломатических сношениях 1961 г.67).
Национальное правило (правило гражданства)действия уголовного
закона распространяется на граждан Российской Федерации и апатридов,
постоянно проживающих в Российской Федерации, если они совершили
преступление за пределами России. Генетически оно связано с территориальным правилом действия УК РФ и происходит от «обязанности и права государства наказывать не только за преступления, совершенные на его территории, но и преступления своих подданных, совершенные за границей» 68.
В настоящее время условиями применения положений ч. 1 ст. 12 УК РФ
являются:
— направленность совершенного преступления против интересов, охраняемых УК РФ;
— отсутствие решения суда иностранного государства, вынесенного за
совершенное преступление, в отношении такого лица.
Таким образом, из закона исчезло требование «двойной преступности» в
реализации правила гражданства (ранее деяние должно было признаваться
преступлением как по УК РФ, так и по уголовному законодательству страны
совершения).
Редакция ч. 1 ст. 12 УК РФ, действовавшая до вступления в силу Федерального закона РФ от 27 июля 2006 г., нередко подвергалась критике по поводу ограничения уголовной юрисдикции России и ее государственного суверенитета, невозможности уголовной ответственности за целый ряд преступлений против основ конституционного строя Российской Федерации (в том
числе за государственную измену, совершенную за пределами Федерации)69.
Однако отмена правила «двойной преступности» вовсе не так уж последовательно защищает уголовно-правовой суверенитет России, как кажется.
Трудно представить, что в зарубежном уголовном законодательстве отсутствуют нормы о преступлениях против жизни, здоровья, сексуальной свободы и неприкосновенности, собственности и пр. УК РФ только в последнее
десятилетие стал более-менее соответствовать общепризнанным стандартам
защиты прав и свобод человека. Однако даже не это главное — прав
А.И. Бойцов в своих рассуждениях о том, что идея «двойной преступности»
Ведомости Верховного Совета СССР. 1964. № 18. Ст. 221.
Мартенс Ф. Современное международное право цивилизованных народов. Т. 2. СПб.,
1905. С. 394.
69
Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство: опыт криминологического
анализа. СПб., 2000. С. 43—46.
39
67
68
выражает «благотворную тенденцию» унификации уголовного законодательства различных стран: при этом «никакого «ограничения» суверенитета Российского государства … не происходит»70. Унификация (универсализация)
уголовно-правовых систем различных государств обладает громадным позитивным потенциалом в плане уголовно-правовой защиты тех или иных интересов на национальном уровне, и правило «двойной преступности» в целом
выгодно как отечественному законодателю, так и отечественному правоприменителю.
Иначе обстоит дело с посягательствами против государственной власти.
Абсурдно искать в уголовном законодательстве других стран нормы о преступлениях против Российского государства, и наоборот (тот же гражданинизменник действительно не совершает преступления по закону иностранного
государства). Выход из этой ситуации состоит в следующем: в УК РФ должен существовать исчерпывающий перечень тех деяний, совершение которых за границей гражданином Российской Федерации (апатридом, постоянно
проживающим в РФ) влечет ответственность по УК РФ вне зависимости от
правила «двойной преступности». В первую очередь это относится к преступлениям против основ конституционного строя нашего государства, преступлениям против мира и безопасности человечества и конвенционным преступлениям (в том числе террористического характера).
Примечательно, что законодатель многих государств формулирует
правило гражданства подобным образом. Например, в § 64 Уголовного кодекса Австрии содержится перечень преступных деяний, «совершенных за
границей, которые наказываются вне зависимости от законов места совершения деяния». В то же время по отношению ко всем остальным деяниям, совершенным австрийцем за границей, действуют «австрийские уголовные законы, которые применяются только в том случае, если наказание за эти деяния предусмотрено и в месте их совершения» и, естественно, при отсутствии
решения иностранного суда (§ 65)71.
Подобного рода компромисс между правилом «двойной преступности»
и строго оговоренными случаями его несоблюдения при регламентации
правила гражданства позволяет соблюсти баланс между защитой национальных интересов и достижением задач уголовного законодательства. Обратное приведет к «закрыванию» российской уголовно-правовой системы.
В состав правила гражданства входит императивное положение о том,
что военнослужащие Российской Федерации, дислоцированные за границей,
в случае совершения преступления несут ответственность по УК РФ, где бы
они ни находились, если иное прямо не предусмотрено международным соглашением Российской Федерации (ч. 2 ст. 12 УК РФ). В действующих соглашениях Российской Федерации с иностранными государствами, на территории которых находятся части Вооруженных Сил РФ (Абхазия, Армения,
Уголовное право России. Общая часть / под ред. Н.М. Кропачева, Б.В. Волженкина,
В.В. Орехова.СПб., 2006. С. 296.
71
Уголовный кодекс Австрии. М., 2001. С. 38—40.
40
70
Киргизия, Сирия, Таджикистан, Южная Осетия и др.) продублировано
положение о том, что военнослужащие РФ, совершившие преступления на
территории этих государств, подлежат ответственности только по УК РФ.
В силу реального правила действия уголовного законаиностранный
гражданин и лицо без гражданства, постоянно не проживающее в России,
могут быть привлечены к ответственности по УК РФ в случае совершения
преступления вне пределов Российской Федерации и при соблюдении
следующих условий:
— если преступление направлено против интересов России, гражданина
Российской Федерации или постоянно проживающего в России лица без
гражданства;
— если лицо не осуждалось за совершенное преступление по законодательству иностранного государства.
На ограниченность осуществления реального правила действия уголовного закона России справедливо указано в специальной литературе72.
Действительно, для привлечения лица к ответственности надо установить,
что деяние не только направлено против интересов Российской Федерации,
но и предусмотрено законодательством государства, где оно совершено. Это
делает маловероятным уголовную ответственность указанных лиц за совершение, например, преступлений против государственных интересов России
(шпионаж и пр.)
Воронежским областным судом 19 сентября 1997 г. И. осужден за
хищение огнестрельного оружия и боевых припасов из воинской части путем
разбойного нападения, участие в банде и совершенных ею нападениях,
незаконный оборот огнестрельного оружия и боеприпасов, соучастие в
убийстве. Преступления им совершены в 1991—1993 гг. на территории
Эстонии.
И. не является гражданином России и постоянно не проживает на ее
территории. Однако им совершены разбойные нападения на воинские части,
находившиеся в то время под юрисдикцией Российской Федерации, а,
следовательно, совершенные преступления направлены против интересов
России. В Эстонии И. не осуждался. Поэтому в соответствии с ч. 3 ст. 12
УК РФ осуждение И. по нормам УК РФ является обоснованным73.
Универсальное правилодействия уголовного закона (ч. 3 ст. 12)
формулируется так: иностранные граждане и лица без гражданства, постоянно не проживающие в России, несут уголовную ответственность по УК
РФ, если:
— такая возможность предусмотрена в международном договоре Российской Федерации либо ином документе международного характера,
признаваемом Россией;
72
73
Лукашук И.И. Уголовная юрисдикция // Государство и право. 1998. № 2. С. 115.
БВС РФ. 1998. № 9. С. 4.
41
— лицо не осуждалось по уголовному закону иностранного государства.
Это правило может осуществляться при наступлении уголовной ответственности за деяния, преступность которых определена в международном
уголовном праве, так как многие из этих преступлений считаются посягающими на мировой правопорядок вне зависимости от места их совершения, и
любое государство может установить свою национальную уголовную юрисдикцию в отношении таких лиц.
Совершение деяния, признанного преступлением согласно международному уголовному праву, вне зависимости от места совершения и статуса лица
считается направленным против интересов любого государства, участвующего в международном соглашении. В связи с этим положением, в доктрине
высказана позиция о приоритете универсального правила (принципа)
действия уголовного закона над территориальным и национальным74.
В первую очередь это относится к преступлениям против мира и безопасности человечества. Так, в соответствии со ст. 1 Конвенции ООН о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 9 декабря 1948 г.,
геноцид признается преступлением, нарушающим нормы и принципы международного права «независимо от того, совершается ли он в мирное или военное время», при этом все государства «обязуются принимать меры предупреждения и карать» за совершение любого акта геноцида75. Недаром в
литературе предложена формулировка о привлечении к уголовной ответственности по УК РФ лиц, виновных в совершении преступлений против мира
и безопасности человечества, «независимо от уголовного права места совершения деяния»76.
Действие универсального правила распространено в последние десятилетия в отношении преступлений, называемых «конвенционными», т.е.
преступлений, не относимых к преступлениям против мира и безопасности
человечества.
Например, в соответствии со ст. 4 Гаагской конвенции от 16 декабря
1970 г. (Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов) каждое договаривающееся государство принимает такие меры, какие могут оказаться необходимыми, «чтобы установить свою юрисдикцию над таким преступлением и любыми другими актами насилия в отношении пассажиров или
экипажа, совершенных предполагаемым преступником»77.
§ 6. Выдача в уголовном праве
Князев А.Г. Действие уголовного закона в пространстве: автореф. дисс. … канд. юрид.
наук. М., 2006. С. 12.
75
Ведомости Верховного Совета СССР. 1954. № 12. Ст. 244.
76
Танеева Т.В. Запрет повторного осуждения в уголовном праве: автореф. … канд. юрид.
наук. Ростов-на-Дону, 2006. С. 9.
77
Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с
иностранными государствами. Вып. 27. М., 1974. С. 292—293.
42
74
На основании ст. 63 Конституции РФ ст. 13 УК РФ регламентирует выдачу (экстрадицию) лиц иностранному государству, если преступление совершено на его территории, а лицо находится на территории Российской Федерации. В соответствии с этой нормой:
— граждане Российской Федерации не подлежат экстрадиции;
— иностранные граждане и лица без гражданства могут быть выданы,
если это указано в международном договоре Российской Федерации78.
Не подлежат выдаче лица, получившие в России убежище по политическим или религиозным мотивам.
Письмом от 9 июля 2002 г. Генеральный прокурор Республики
Казахстан обратился к Генеральному прокурору Российской Федерации о
выдаче гражданина Казахстана Г., совершившего на территории
Казахстана изнасилование несовершеннолетней и находящегося на
территории Российской Федерации.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала
следующее. В соответствии с международной Конвенцией от 22 января
1993 г. о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским,
семейным и уголовным делам Российская Федерация и Республика Казахстан
приняли на себя обязательство, закрепленное в ст. 56 Конвенции, по
требованию выдавать друг другу лиц, находящихся на их территории, для
привлечения к уголовной ответственности или для приведения приговора в
исполнение.
Доводы Г. о том, что он отказался от гражданства Республики
Казахстан и получил гражданство Российской Федерации в Челябинской
области, судом проверялись и были признаны не соответствующими
действительности. По данным ГУВД Челябинской области и по сообщению
прокурора Челябинской области, Г. в 1996 г. обращался с заявлением о
приобретении гражданства Российской Федерации. Проведенной проверкой
установлено, что правоохранительными органами Республики Казахстан он
обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 101
Уголовного кодекса Республики Казахстан, и находится в розыске, в связи с
этим дело по приобретению им гражданства Российской Федерации
приостановлено и положительное решение не принято.
В жалобе Г. ссылался на то, что его вина в совершении
инкриминируемого деяния не доказана, что в Республике Казахстан может
быть нарушено его право на защиту и применены незаконные методы
ведения следствия. Однако в ходе рассмотрения дела об экстрадиции суд не
обсуждает вопросы виновности лица, принесшего жалобу, ограничиваясь
проверкой соответствия законодательству и международным договорам
Российской Федерации решения о выдаче данного лица. Кроме того, какихОднако в соответствии с ч. 3 ст. Европейской конвенции о выдаче от 13 декабря 1957 г.
если запрашиваемая сторона не выдает своего гражданина, она по просьбе запрашивающей стороны передает дело своим компетентным органам для возбуждения уголовного
преследования, «если оно будет необходимым». Конвенция имеет силу для России.
43
78
либо достоверных данных о возможном нарушении права на защиту Г.,
применении
к
нему
незаконных
методов
ведения
следствия
правоохранительными органами Республики Казахстан суду не
представлено и в ходе судебной проверки не установлено.
Решение о выдаче Г. правоохранительным органам Республики
Казахстан не противоречит законодательству Российской Федерации,
соответствует международному договору Российской Федерации,
общепризнанным принципам и нормам международного права79.
Для принятия решения о выдаче иностранного гражданина или лица без
гражданства должно быть соблюдено требование взаимного признания
преступности деяния Россией и запрашивающего государства. Если в России
деяние, совершенное иностранцем или апатридом на территории иностранного государства, не считается преступлением, то экстрадиция такого лица
невозможна. Кроме того, деяние, инкриминируемое лицу, подлежащему выдаче, должно соответствовать составу преступления, предусмотренному
нормой уголовного закона запрашивающей договаривающейся стороны.
Органами следствия Азербайджанской Республики М. обвинялся в том,
что он, призванный на действительную воинскую службу, 23 февраля 1998 г.
самовольно оставил место службы на срок свыше одного месяца и в
войсковую часть не вернулся. Действия М. квалифицированы по п. «в»
ст. 241 Уголовного кодекса Азербайджанской Республики. В связи с тем,
что М. был задержан на территории Российской Федерации, Генеральная
прокуратура Азербайджанской Республики на основании Конвенции от 22
января 1993 г. о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским,
семейным и уголовным делам обратилась 15 апреля 2003 г. в Генеральную
прокуратуру РФ с запросом о выдаче М. правоохранительным органам
Азербайджанской
Республики
для
привлечения
к
уголовной
ответственности, предоставив необходимые материалы. По российскому
законодательству действия М. подпадают под признаки преступления,
предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала
следующее. Согласно ст. 58 названной Конвенции требование о выдаче
наряду с другими сведениями должно содержать описание фактических
обстоятельств деяния и текст закона запрашивающей договаривающейся
стороны, на основании которого это деяние признается преступлением; к
требованию о выдаче для осуществления уголовного преследования должна
быть приложена заверенная копия постановления о заключении под стражу.
Однако эти требования не соблюдены. М. был призван на действительную
(срочную) военную службу в вооруженные силы Азербайджанской
Республики и не является офицером, прапорщиком, мичманом или
военнослужащим сверхсрочной службы. Его же действия квалифицированы
по п. «в» ст. 241 Уголовного кодекса Азербайджанской Республики как
самовольное оставление части или места службы лицом офицерского
79
БВС РФ. 2003. № 10. С. 19.
44
состава, прапорщиком, мичманом или военнослужащим сверхсрочной
службы, а равно как неявка его в срок на службу без уважительных причин
продолжительностью
свыше
10
суток.
Каких-либо
данных,
подтверждающих принадлежность М. к указанной категории военнослужащих, запрашивающей договаривающейся стороной не представлено80.
Согласно ряду положений международного права, экстрадиция лица не
может быть осуществлена в то государство, где выдаваемому угрожает бесчеловечное обращение либо исполнение наказания в виде смертной казни81.
Подобное указание также содержится в решениях Европейского Суда по
правам человека82.
Кроме того, согласно решениям Европейского суда по правам человека
«нарушением права человека на уважение его жизни со стороны государственных органов» признается выдача лица, не являющегося гражданином государства, если оно в течение длительного срока проживает на территории
этого государства, вступило там в брак, имеет детей и т.п.83
§ 7. Толкование уголовного закона
Толкованиеуголовного закона — это уяснение содержания закона в целях его точного и единообразного применения на всей территории России. В
доктрине виды толкования обычно выделяют в зависимости от субъекта толкования, его приемов и объема.
В зависимости от субъекта толкования различают:
1. Легальное (аутентичное) толкование; оно осуществляется Государственной Думой Федерального Собрания РФ. Аутентичное толкование имеет
обязательную силу и, по существу, является изменением УК РФ.
Примером такого толкования может служить определение понятия «жилище», данное в примечании к ст. 139 УК РФ, введенном в действие Федеральным законом от 20 марта 2001 г. № 26-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи
с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод».
2. Судебное (казуальное) толкование осуществляется любым судом по
конкретному уголовному делу или категориям преступлений. Обязательной
силой для судов нижестоящей юрисдикции обладает толкование, данное в
решениях Верховного Суда РФ по категориям дел и по отдельным уголовным делам.
БВС РФ. 2005. № 2. С. 13.
БВС РФ. 2015. № 2. С. 28.
82
Soering v. United Kingdom. Судебное решение от 7 июля 1989 г. // Европейский суд по
правам человека. Избранные решения. Т. 1. М., 2000. С. 638—658; Chahalv.
UnitedKingdom. Судебное решение от 15 ноября 1996 г. // Европейский суд по правам
человека. Избранные решения. Т. 2. М., 2000. С. 260—282.
83
Beldjoudiv. France. Судебное решение от 26 марта 1992 г. // Европейский суд по правам
человека. Избранные решения. Т. 1. М., 2000. С. 730—736.
45
80
81
В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г.
№ 1 «О судебной практике по делам об убийстве» разъяснено, что для
признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо
установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с
особой жестокостью. По мнению Верховного Суда РФ, признак особой
жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением
жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись
пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда
убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с
причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого
количества
телесных
повреждений,
использование
мучительно
действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи и воды и
т.д.); особая жестокость может выражаться в совершении убийства в
присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что
своими действиями причиняет им особые страдания84.
Известны случаи, когда судебное толкование по существу изменяло
смысловое содержание уголовно-правовой нормы. Ярким тому примером
может служить судебное определение момента окончания хищения. Если до
1972 г. общепризнанной была позиция, что хищение окончено в момент завладения виновным чужим имуществом, то Верховный суд РСФСР дал в
свое время иное толкование: хищение (на примере кражи) должно считаться
оконченным не в момент завладения, а в случае, когда виновный получил реальную возможность распорядиться похищенным имуществом как своим85.
Эта позиция нашла отражения в последующих решениях Верховного Суда и
в итоге отразилась в «букве» уголовного закона (примечание к ст. 158 УК
РФ).
3. Научное (доктринальное) толкование – осуществляется учеными-юристами и не имеет обязательной силы в правоприменении. В принципе, любой
учебник по уголовному праву или комментарий к УК РФ является примером
доктринального толкования.
В зависимости от приемов (способов) выделяют следующие виды толкования уголовного закона:
1. Грамматическое (филологическое) — разъяснение правовых терминов
с помощью правил грамматики и синтаксиса (например, толкование терминов «хранение», «сбыт», «приобретение» наркотических средств и психотропных веществ, данное в решениях Верховного Суда РФ).
2. Систематическое — уяснение содержания закона посредством его сопоставления с другими статьями УК РФ или другими законами (например,
признак причинения тяжкого вреда при совершении особо квалифицированного разбоя отсылает к ст. 111 УК РФ).
84
85
БВС РФ. 1999. № 3. С. 2.
БВС РСФСР. 1972. № 1. С. 14.
46
3. Историческое — уяснение исторических причин принятия или
отмены законов. Например, введение в УК РФ ст. 2151 «Прекращение или
ограничение подачи электрической энергии либо отключение от других
источников
жизнеобеспечения»
было
обусловлено
массовыми
несанкционированными отключениями электроэнергии в середине 1990-х гг.
По объему толкование уголовного закона бывает:
1. Буквальное — производится в точном соответствии с текстом закона.
2. Ограничительное — означает применение текста УК РФ к более узкому кругу случаев.
3. Расширительное — предполагает применение УК РФ к большему
числу случаев, чем это следует из его текста. По общему правилу, вытекающему из принципа законности, расширительное толкование УК РФ не допускается, так как оно может привести к применению уголовного закона по аналогии.
Следует заметить, что в одном акте толкования могут соединяться различные его разновидности.
Так, например, разъяснение понимания признака особой жестокости при
совершении убийства, данное в п. 8 упомянутого постановления Пленума
Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 является одновременно казуальным и ограничительным толкованием («глумление над трупом само по
себе не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего
о проявлении виновным особой жестокости»).
Литература
1. Бойко А.И. Язык уголовного закона и его понимание. М., 2010.
2. Бойцов А.И. Действие уголовного закона во времени и пространстве.
СПб., 1995.
3. Бойцов А.И. Выдача преступников. СПб., 2004.
4. Волосюк Е.А. Грамматическое толкование норм Уголовного кодекса
Российской Федерации. М., 2015.
5. Иванчин А.В. Законодательная техника и ее роль в российском
уголовном правотворчестве. М., 2011.
6. Кобзева Е.В. Теория оценочных признаков в уголовном законе. М.,
2009.
7. Кругликов Л.Л., Смирнова Л.Е. Унификация в уголовном праве. СПб.,
2008.
8. Кругликов Л.Л., Спиридонова О.Е. Юридические конструкции и
символы в уголовном праве. СПб., 2005.
9. Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия. СПб., 2004.
10. Наумов А.В. Преступление и наказание в истории России. В 2 ч. М.,
2014.
11. Панько К.К. Теория и практика законотворчества в уголовном праве.
М., 2011.
47
12. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. IV. Уголовный закон. Законодательная техника / под ред. Н.А.
Лопашенко. М., 2016.
13. Филимонов В.Д. Норма уголовного права. СПб., 2004.
14. Щепельков В.Ф. Уголовный закон: преодоление противоречий и
неполноты. М., 2003.
15. Якубов А.Е. Обратная сила уголовного закона. СПб., 2003.
48
Тема 3.ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридические признаки преступления; основания
криминализации
и
декриминализации
деяния;
определение
малозначительности деяния
уметь понимать юридические основания выделения признаков
преступления; принимать правовые решения в соответствии с
положениями УК РФ о категориях преступлений;
владеть навыками применения правил определения категории тяжести
преступного деяния; решать проблемные вопросы, связанные с определением
категории преступления и малозначительности деяния.
§ 1. Понятие преступления
В ч. 1 ст. 14 УК РФ преступление определяется как «виновно
совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим
Кодексом под угрозой наказания».
Законодательное определение преступления, данное в ст. 14 УК РФ,
является формально-материальным, потому что предусматривает как
формальный, нормативный признак (запрещенность деяния уголовным
законом), так и материальный признак (его общественную опасность). Из
законодательной формулировки вытекает, что в понятие преступления
входят еще два признака — его виновность и наказуемость. В целом же
преступление следует определить как запрещенное уголовным законом
общественно опасное, виновное и наказуемое деяние (действие или
бездействие).
§ 2. Признаки преступления
Уголовная противоправность (противозаконность).Формальный
признак преступления означает законодательное выражение принципа «нет
преступления без указания о том в законе». Это значит, что по российскому
уголовному праву не допускается (запрещается) применение уголовного
закона по аналогии (аналогия преступлений и наказаний).
Правоприменительными органами могут быть обнаружены общественно
опасные деяния, которые по какой-то причине выпали из поля зрения
законодателя и потому не признаны уголовно наказуемыми. Кроме того,
общественная опасность деяния не остается чем-то неизменным, раз и
навсегда данным. Развитие общественных отношений, научно-технического
прогресса может вносить коррективы в критерии признания деяний
общественно опасными и наказуемыми.
То, что сегодня общественно опасно, завтра может перестать быть
таковым, и наоборот, может возникнуть необходимость в запрещении
уголовным законом новых деяний. Однако подобное восполнение пробелов
49
относится к компетенции самого законодателя. Суд, прокурор, следователь,
орган дознания не вправе давать уголовно-правовую оценку деянию,
находящемуся вне сферы уголовно-правового регулирования. Долг
правоприменительных органов в случае обнаружения нового вида
общественно опасных деяний — поставить вопрос об их законодательном
запрещении, об установлении за их совершение уголовной ответственности.
Общественная опасность. Этот признак преступления заключается в
способности предусмотренного уголовным законом деяния причинять
существенный вред охраняемым уголовным законом объектам (интересам).
Общественная опасность, как уже отмечалось, есть материальный признак
(внутреннее свойство) преступного деяния, раскрывающий его социальную
сущность. Это объективное свойство преступления, не зависящее от воли
законодателя. В уголовном законодательстве западноевропейских стран
материальный признак преступления (указание на его общественную
опасность), как правило, отсутствует. Так, например, в Уголовном кодексе
ФРГ преступление определяется как «противоправное деяние, за которое
предусматривается наказание в виде лишения свободы от одного года и
выше». Законодательное определение преступления в германском Уголовном
кодексе появилось еще в прошлом веке, во времена господства так
называемого «классического» направления уголовного права, когда
уголовно-правовая теория еще не выработала категорию общественной
опасности деяния.
Учение об общественной опасности деяния зародилось и получило
развитие вовсе не в рамках советского уголовного права, а в теоретических
работах представителей так называемой социологической школы уголовного
права. Другое дело, что на нашей законодательной ниве оно действительно
прижилось. Общественная опасность преступления признается и
современной теорией уголовного права западных стран.
Например, в Примерном уголовном кодексе США преступление
определяется как «поведение, неоправданно и неизвинительно причиняющее
существенный вред интересам личности и общества или угрожающее
причинением такого вреда»86. Очевидно, что причинение существенного
вреда интересам личности и общества, по сути дела, есть синоним признака
общественной опасности деяния, его расшифровка (едва ли не безупречная).
Следует отметить, что указанное положение Примерного уголовного кодекса
стало неотъемлемой частью законодательного определения преступления в
уголовных кодексах ряда штатов США. Так, на первое место при
перечислении целей уголовного закона в Уголовном кодексе штата НьюЙорк ставится запрещение «поведения, которое неоправданно и
неизвинительно причиняет или угрожает причинить существенный вред
индивидуальным или публичным интересам»87.
Примерный уголовный кодекс (США). М., 1969. С. 32.
Цит. по: Уголовное право буржуазных стран. Общая часть: сборник законодательных
актов / под ред. А.И. Игнатова, И.Д. Козочкина.М., 1990. С. 86.
50
86
87
Общественная
опасность
является
внутренней
объективной
характеристикой
преступлений.
И попытка
отказаться
от
этой
характеристики или от этого признака чревата «выплескиванием ребенка»:
без этого признака определение преступления будет недосказанным. Будет
непонятно, почему все-таки определенные деяния запрещаются под страхом
уголовного наказания.
Другое дело, что необходимо изменить традиционное для советской
науки уголовного права соотношение материального и формального
признаков в определении (понятии) преступления. Необходимо
действительно отказаться от принятой трактовки взаимосвязи этих
признаков, когда в основу определения кладется материальный признак
(общественная
опасность),
а
формальный
признак
(уголовная
88
ответственность) объявляется производным от него . Видимо, в правовом
государстве первое место должен занять признак противоправности.
Виновность. Общественно опасное деяние может быть признано
уголовно противоправным лишь тогда, когда оно совершено виновно, т.е.
при наличии соответствующего психического отношения лица к деянию и
наступившим последствиям в форме умысла или неосторожности (ст. 24–27
УК РФ). Ни одно деяние, какие бы опасные последствия оно ни причинило,
не может рассматриваться как преступление, если оно совершено невиновно
(понятие вины, умысла и неосторожности будет рассмотрено в главе
«Субъективная сторона преступления»).
Наказуемость. Предусмотренность (запрещенность) общественно
опасного деяния уголовным законом не означает лишь декларирования
запрещенности деяния, но предопределяет обязательное установление за его
совершение соответствующего наказания. Это положение зафиксировано в
ч. 2 ст. 2 УК РФ, согласно которой УК РФ устанавливает виды наказаний и
иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицам,
совершившим преступления.
Однако это вовсе не означает, что предусмотренное в уголовном законе
наказание обязательно и во всех случаях должно применяться за совершение
общественно опасного деяния. Целый ряд статей УК РФ (например, ст. 75—
78) позволяет освободить лицо, виновное в совершении преступления, от
уголовной ответственности и уголовного наказания. Однако это не меняет
тезиса о наказуемости как обязательном признаке преступления: наказание
не мыслится без преступления и поэтому может быть последствием только
реально совершенного лицом преступления.
§ 3. Криминализация деяний и их декриминализация
Проблемы криминализации и декриминализации связаны, по сути дела,
с более общими проблемами развития любого государства и общества.
Советское уголовное право. Общая часть / под ред. Г.А. Кригера, Н.Ф. Кузнецовой,
Ю.М. Ткачевского.М., 1988. С. 44–50.
51
88
Представление о необходимости запрещения в уголовном законе тех или
иных деяний не остается раз и навсегда данным и неизменным. Жизнь
обязательно вносит в него свои коррективы. Особенно остро данная
проблема встает перед законодателем в период проведения крупных
законодательных работ, например, при кодификации. При этом следует
отметить, что процессы криминализации и декриминализации тесно связаны
друг с другом. Так, при любой кодификации ответственность за какие-то
деяния исключается, а за какие-то, наоборот, устанавливается.
Общим основанием криминализации (так же, как и декриминализации)
соответствующих деяний является переоценка степени их общественной
опасности. Анализ изменений, внесенных в этом направлении в уголовное
законодательство позволяет выделить некоторые причины криминализации
отдельных деяний.
Во-первых, криминализация может быть связана с отрицательными
последствиями научно-технического прогресса, способными влиять на
экологические процессы, в конечном счете причиняющими огромный вред
среде обитания человека. К причинам этого же порядка можно отнести и
развитие атомной энергетики, и вообще использование радиоактивных
веществ в научно-исследовательских и промышленных целях.
Во-вторых, можно выделить и причины криминализации общественно
опасных деяний, являющиеся специфическими лишь для определенного
периода развития того или иного государства. Применительно к нашему
уголовному законодательству это в первую очередь обстоятельства,
связанные с происходящими в стране процессами дальнейшего
реформирования общества. Так, усилия по становлению независимой
судебной власти вызвали принятие уголовно-правовых норм об уголовной
ответственности за ряд действий, посягающих на судебную власть. Здесь и
вмешательство в разрешение судебных дел, и угроза убийством судьи или,
например, присяжного заседателя, их оскорбление и умышленное
неисполнение судебного решения.
Специфической формой законодательного реагирования на процесс
перехода экономики на рыночные рельсы явилось принятие уголовноправовой нормы о нарушении антимонопольного законодательства. Рынок
обязательно предполагает
конкуренцию
производителей и
лиц,
занимающихся торговой деятельностью. Монополизм в этих областях может
свести на нет рыночные отношения. В связи с этим и потребовалась
криминализация деяний, связанных с нарушением антимонопольного
законодательства.
Причины переоценки необходимости запрещения тех или иных деяний в
уголовном законе и их наказуемости, приводящие к декриминализации,
более разнообразны. Внимательный анализ этого процесса позволяет
выделить следующие причины декриминализации:
– убеждение в неэффективности борьбы с теми или иными деяниями
уголовно-правовыми средствами;
52
– принципиальное изменение характера общественных отношений,
ранее находившихся под охраной уголовного закона;
– изменение представления о степени общественной опасности деяния;
– изменение общепринятой нравственной оценки соответствующего
деяния;
– выполнение государством международно-правовых обязательств по
охране прав человека.
Криминализация той или иной разновидности поведения человека и
существование определенного уголовно-правового запрета должны
соответствовать нравственным представлениям общества. Соотношение же
правовых и нравственных запретов не является постоянным. Право может и
опережать мораль, выступая нравственным ориентиром. Но чаще всего в
жизни бывает наоборот.
Нельзя забывать о том, что праву как таковому изначально присущ
почти неизбежный определенный консерватизм. Закон — всегда
«вчерашний» по отношению к сегодняшней жизни. Закон, в том числе и
уголовный, может «пропустить момент», когда нравственные запреты по
какому-то вопросу, допустим, ослабли, и тогда он оказывается
неподкрепленным нравственными началами. Поэтому встает вопрос о
декриминализации соответствующего запрещенного уголовным законом
деяния. Так обстояло дело, например, с исключением уголовной
ответственности за ненасильственное мужеложство без отягчающих
обстоятельств. Наше общество стало более снисходительно относиться к
такому деянию, относя его к сфере интимной жизни.
Применение уголовно-правовых санкций к человеку (хотя и
преступнику) — это всегда ограничение его прав и свобод. Поэтому одна из
задач уголовно-правовой науки — обоснование пределов этих ограничений и
выработка соответствующих рекомендаций законодателю. Для нашего
общества и нашего права эта проблема в ходе реформирования общества
приобрела вполне практическое значение.
Иногда может произойти и фактическая частичная декриминализация —
без изменения буквы закона. Это может быть связано с новым толкованием
сохраняющей силу уголовно-правовой нормы, сужающим объем
запрещаемого этой нормой поведения. Наглядным примером этому является
сегодняшнее толкование состава изготовления или сбыта порнографических
предметов. Вопрос этот тесно связан с проблемой соотношения
художественного творчества и порнографии. Сегодня общественное сознание
и мораль оказались более терпимыми к этим явлениям, и в последние годы,
например, отечественными кинематографистами созданы такие фильмы,
которые раньше однозначно были бы расценены как безусловно
порнографические, а создатели и демонстраторы этих кинокартин были бы
привлечены к уголовной ответственности. В этом отношении сама норма об
ответственности за порнографию не подвергалась принципиальному
изменению, но изменилось правосознание судей и следователей вследствие
изменения нравственных представлений общества на этот счет, что и
53
привело к фактической декриминализации некоторых видов поведения, ранее
образующего состав этого преступления.
§ 4. Классификация преступлений
Как уже отмечалось, все преступления являются общественно
опасными, и именно по этой причине законодатель запрещает их совершение
под страхом уголовного наказания. Однако характер и степень общественной
опасности одних преступлений могут существенно отличаться от других.
Очевидно, например, что убийство опаснее кражи имущества, а последняя
опаснее оскорбления. Соответственно, различаются и уголовно-правовые
последствия совершения того или иного преступления, в первую очередь
размеры наказания.
Согласно ч. 1 ст. 15 УК РФ («Категории преступлений») в зависимости
от характера и степени общественной опасности все преступления
подразделяются на четыре категории: небольшой тяжести, средней тяжести,
тяжкие и особо тяжкие.
Преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и
неосторожные деяния, за которые максимальное наказание, предусмотренное
УК РФ, не превышает трех лет лишения свободы.
К преступлениям средней тяжести относятся умышленные деяния, за
которые максимальное наказание не превышает пяти лет лишения свободы;
неосторожные деяния, за совершение которого максимальное наказание
превышает три года лишения свободы.
К тяжким преступлениям относятся умышленные деяния, за которые
максимальное наказание не превышает десяти лет лишения свободы.
Особо тяжкими признаются умышленные преступления, за которые
законом предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на
срок свыше десяти лет или более строгое наказание.
Эта категоризация преступлений учитывается при:
– определении оснований ответственности и наказания при опасном и
особо опасном рецидиве;
– установлении уголовной ответственности за приготовление к
преступлению;
– признания совершения преступления преступным сообществом
(преступной организацией);
– назначении осужденным к лишению свободы вида исправительного
учреждения;
– назначении смертной казни;
– определении смягчающих наказание обстоятельств;
– назначении наказания по совокупности преступлений и по
совокупности приговоров;
– освобождении от уголовной ответственности;
– условно-досрочном освобождении от отбывания наказания;
– замене неотбытой части наказания более мягким;
54
– отсрочке отбывания наказания;
– освобождении от отбывания наказания в связи с истечением срока
давности обвинительного приговора;
– погашении и снятии судимости;
– установлении особенностей уголовной ответственности и наказания
несовершеннолетних.
В судебной практике неоднократно указывалось на обязательность определения категории тяжести преступления на момент его непосредственного совершения, поскольку это играет первостепенную роль в определении
юридических последствий содеянного.
И. признан виновным в похищении человека, совершенном 18 мая 1997 г.,
и осужден по п. «а», «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ. На тот момент санкция ч. 2
ст. 126 УК РФ предусматривала наказание до 10 лет лишения свободы,
соответственно это преступление относилось к категории тяжких. На
момент осуждения, в силу изменений ст. 126 УК РФ, совершенное И.
преступление является особо тяжким.
Суд, признавая И. виновным в похищении человека, совершенном группой
лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, ошибочно
руководствовался действовавшей на момент вынесения приговора редакцией
ч. 2 ст. 126 УК РФ, указав в мотивировочной части приговора, что И.
совершено особо тяжкое преступление. При этом назначил ему для отбывания наказания исправительную колонию строгого режима.
Вместе с тем ст. 9 УК РФ устанавливает, что преступность и
наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во
время совершения этого деяния. Ввиду того что на момент совершения И.
преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 126 УК РФ оно относилось с
категории тяжких, осужденному в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ
должна быть назначена к отбыванию наказания исправительная колония
общего режима89.
Классификация преступлений проводится и в других юридических
науках — криминологии, уголовно-исполнительном праве, уголовном
процессе, криминалистике, но по другим признакам, имеющим важное
значение именно для этих наук. Так, криминологическая классификация
преступлений учитывает признаки, свидетельствующие о характере
антисоциальной направленности личности виновного, ее глубине и
стойкости, о механизме и способе преступного посягательства (в этом
смысле различается, например, преступность несовершеннолетних и
молодежи, рецидивная преступность, неосторожные преступления,
насильственные преступления, должностные и хозяйственные преступления
и т.д.).
В уголовно-исполнительном праве классификация преступлений обычно
производна от классификации преступников и осуществляется, как правило,
в зависимости от особенностей организации исполнения наказания и
89
БВС РФ. 2004. № 3. С. 14.
55
исправления осужденных (преступления, совершенные мужчинами,
женщинами, несовершеннолетними, лицами, ранее осуждавшимися и не
осуждавшимися к лишению свободы, и т.д.).
В уголовном процессе классификация преступлений в первую очередь
зависит от таких признаков, как подследственность и подсудность.
Несмотря на свою специфичность, эти классификации тем не менее в
определенной мере учитывают уголовно-правовую классификацию
преступлений.
Изменение категории тяжести преступления.
Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ ст. 15 УК РФ была
дополнена ч. 6, в соответствии с которой суду предоставляется право в
определенных случаях и при определенных условиях изменять категорию
совершенного преступления при назначении наказания: «С учетом
фактических обстоятельств преступления и степени его общественной
опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и
при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию
преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию
преступления при условии, что за совершение преступления, указанного в
части третьей настоящей статьи, осужденному назначено наказание, не
превышающее трех лет лишения свободы, или другое более мягкое
наказание; за совершение преступления, указанного в части четвертой
настоящей статьи, осужденному назначено наказание, не превышающее пяти
лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание; за совершение
преступления, указанного в части пятой настоящей статьи, осужденному
назначено наказание, не превышающее семи лет лишения свободы».
Мотивы законодателя понятны и вполне благие: уменьшить «тюремное
население» (речь, разумеется, не о тюрьме, как виде специального
исправительного учреждения, а вообще об уменьшении контингента
осужденных к лишению свободы, которое, как известно, на момент принятия
такой поправки было, мягко говоря, избыточно).
Однако, думается, что сделано это было не лучшим образом.
Наделение
суда
указанным
полномочием
противоречит
конституционному принципу «разделения властей». В соответствии со ст. 10
Конституции РФ, государственная власть в России разделяется на
законодательную, исполнительную и судебную, которые являются
самостоятельными. Следует также отметить, что изменение категории
преступления влечет весьма значимые юридические последствия (например,
назначение иного вида исправительного учреждения, изменение сроков
погашения судимости, изменение условий для условно-досрочного
освобождения от отбывания наказания и др.). К тому же, по этим или другим
причинам данная новелла как-то «не прижилась» и суды достаточно редко
прибегают к ее применению.
§ 5. Малозначительность деяния
56
В ч. 2 ст. 14 УК РФ закреплено положение, в соответствии с которым
«не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и
содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим
Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной
опасности».
Смысл этого уточнения заключается в том, что одного формального
сходства с преступлением еще недостаточно. Вопрос о признании того или
иного деяния малозначительным — это вопрос факта. Он находится в
компетенции суда, прокурора, следователя и органа дознания. Если деяние
будет признано малозначительным (например, кража коробка спичек), то в
соответствии с уголовно-процессуальным законодательством уголовное дело
о таком деянии не должно быть возбуждено, а возбужденное подлежит
прекращению за отсутствием в деянии состава преступления.
По приговору Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского
края от 10 апреля 2013 г. С. осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ. Он признан
виновным в хищении вверенного ему чужого имущества с использованием
своего служебного положения.
Преступление
совершено
при
следующих
обстоятельствах.
Государственной жилищной инспекцией на С. как на руководителя
предприятия (МУП) за неисполнение ранее вынесенного предписания
наложен штраф в размере одной тысячи рублей, который оплачен не был.
Постановлением мирового судьи С. признан виновным по ч. 1 ст. 20.25 КоАП
РФ с обязательством уплатить штраф в двукратном размере от
неуплаченной суммы.
С целью погашения штрафа, наложенного на него как на должностное
лицо, С. дал указание главному бухгалтеру предприятия о его оплате за счет
денежных средств, находящихся на балансе предприятия. Главный
бухгалтер составил авансовый отчет, к которому прилагался чек банка на
сумму 2060 руб., на основании которого данная сумма была списана и
отнесена на расходы предприятия.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 22 апреля
2015 г. отменила приговор и последующие судебные решения в отношении
С., производство по делу прекратила, указав следующее.
Анализ обстоятельств совершенного С. деяния, небольшой размер
материального ущерба, отсутствие в материалах дела доказательств
того, что деяние причинило существенный вред интересам предприятия, не
позволяют сделать вывод о том, что содеянное обладает признаками
общественной опасности, которые позволили бы признать содеянное
преступлением.
Сам по себе способ совершения С. Присвоения с использованием
служебного положения, которое является квалифицирующим признаком
вмененного ему в вину деяния, без учета конкретных обстоятельств дела не
может быть признан основанием, свидетельствующим о невозможности
признания деяния малозначительным.
57
Действия С. формально подпадают под признаки преступления,
предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, однако учитывая, что ими не
причинен существенный вред интересам предприятия, а также какие-либо
иные общественно опасные последствия, они в силу малозначительности не
представляют общественной опасности90.
В первоначальной редакции УК РФ ч. 2 ст. 14 о малозначительности
деяния, не представляющего общественной опасности, дополнялась словами
«т.е. не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда
личности, обществу или государству». Однако Федеральным законом от
25 июня 1998 г. № 92-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный
кодекс Российской Федерации» эта концовка формулировки ч. 2 ст. 14
УК РФ была исключена.
Такое изменение позиции законодателя было вызвано тем, что вред
правоохраняемым интересам (в том числе личности, обществу и государству)
может быть причинен не только в результате совершения преступления, но и
иного противоправного деяния, например, административного проступка.
В связи с этим малозначительное деяние, из-за отсутствия общественной
опасности не содержащее в себе состава преступления, может образовать
состав иного правонарушения (например, административного или
дисциплинарного), и в этом случае к лицу, его совершившему, могут быть
применены меры административного или дисциплинарного воздействия, не
являющиеся уголовным наказанием.
Литература
1. Благов Е.В. Уголовный закон и преступление. М., 2011.
2. Епифанова Е.В. Общественная опасность как научная категория,
законодательная дефиниция: история и современность. М., 2012.
3. Козлов А.П. Понятие преступления. СПб., 2004.
4. Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность // Избранные труды.
СПб., 2003.
5. Наумов А.В. Преступление и наказание в истории России. В 2-х ч. М.,
2014.
6. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В
10 т. Т. V. Понятие преступления. Состав преступления / под ред. Н.А.
Лопашенко. М., 2016.
7. Трайнин А.Н. Избранные труды. СПб., 2004.
90
БВС РФ. 2016. № 7. С. 28.
58
Тема 4.СОСТАВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие состава преступления; основания выделения видов
состава преступления и его элементов;
уметь понимать юридические основания видовой классификации
составов преступлений; принимать правовые решения в соответствии с
положениями ст. 8 УК РФ о необходимости установления в деянии всех
признаков состава преступления;
владеть навыками установления признаков состава преступления в
совершенном деянии; решать проблемные вопросы, связанные с основаниями
квалификации преступления.
§ 1. Понятие и признаки состава преступления
Определение преступления (как законодательное, так и доктринальное)
указывает юридические и социальные признаки, присущие любому
преступлению. Эти признаки (уголовная противоправность, общественная
опасность, виновность и наказуемость) позволяют отграничить преступное
деяние от других правонарушений и деяний, не являющихся преступлением.
Однако по указанным признакам в рамках всей совокупности возможных
преступных деяний нельзя отграничить одно преступление, например, кражу,
от другого преступления, допустим, убийства. Нельзя потому, что и первое, и
второе преступления в равной мере обладают признаками, образующими
понятие преступления.
Под составом преступления в теории уголовного права понимается
совокупность установленных уголовным законом объективных и
субъективных признаков, характеризующих общественно опасное деяния как
конкретное преступление (т.е., например, убийство или кражу, грабеж или
хулиганство).
Понятие состава преступления образует четыре группы признаков,
называемых в теории элементами состава преступления. Это объект,
объективная сторона, субъект и субъективная сторона преступления. Именно
по содержанию признаков, образующих эти элементы и в целом составы,
кража и будет отличаться от убийства, а грабеж от хулиганства.
Объект преступления —это те интересы (блага), которым причиняется
или может быть причинен вред в результате преступного посягательства и
которые охраняются уголовным законом от этих посягательств. Они
перечисляются в ст. 2 УК РФ и в принципе могут быть сведены к
разновидностям трех объектов: личности и ее правам, общественным и
государственным интересам.
Объективная сторона преступления есть его внешняя характеристика,
заключающаяся в предусмотренном уголовным законом общественно
опасном деянии (действии или бездействии), причиняющем или создающем
угрозу причинения вреда объекту преступления, а также в обстановке и
59
условиях причинения этого вреда. Соответственно, к признакам объективной
стороны преступления кроме общественно опасного действия или
бездействия и общественно опасного последствия (преступного результата)
относятся также причинная связь между общественно опасным деянием и
общественно опасными последствиями, способ, средства и орудия, место,
время и обстановка совершения преступления.
Субъектом преступления является физическое лицо, совершившее
преступление и способное нести за содеянное уголовную ответственность.
Эта способность определяется возрастом, с которого наступает уголовная
ответственность за совершенное преступление (ст. 20 УК РФ), и
вменяемостью лица, т.е. его способностью отдавать отчет в своих действиях
и руководить ими (понятие невменяемости, исключающей такую
способность, дается в ст. 21 УК РФ). Следует отметить, что в уголовном
законодательстве
некоторых
зарубежных
государств
наряду
с
ответственностью физических лиц существует также уголовная
ответственность юридических лиц. Так, по Уголовному кодексу штата НьюЙорк субъектом некоторых преступлений признаются, например,
корпорации (разумеется, к ним применяются специфические санкции —
штраф, приостановление производства и т.д.). Цель применения уголовноправовых санкций к юридическим лицам (например, к экологически вредным
предприятиям) заключается не только в том, чтобы они «ударяли» по
владельцу или руководителю такого предприятия, но и чтобы сделать
экономически невыгодным занятие экологически вредной производственной
или иной деятельностью для всех работников соответствующего
предприятия. Европейский комитет по проблемам преступности Совета
Европы еще в 1978 г. рекомендовал законодателям европейских государств
встать на путь признания юридических лиц субъектами уголовной
ответственности за экологические преступления. Такая рекомендация уже
реализована, например, в законодательстве Англии и новом Уголовном
кодексе Франции.
Думается, что такая законодательная практика не является
принципиальным отказом от классического принципа виновной личной
ответственности в уголовном праве. Этот принцип является серьезным
завоеванием прогресса и демократии. И там, где он является единственно
возможным (т.е. практически в случае совершения большинства
предусмотренных уголовным законом преступных деяний), он должен
оставаться незыблемым. Там же, где сама жизнь выдвигает возможность
применения иного принципа уголовной ответственности юридических лиц,
он вполне может сосуществовать с первым и дополнять его.
Субъективная сторона преступления — это характеристика
внутреннего (в отличие от объективной стороны) содержания преступления,
т.е. вина, заключающаяся в особом психическом отношении субъекта к
совершаемому им запрещенному уголовным законом деянию и его
последствиям в форме умысла и неосторожности (ст. 24, 25 и 26 УК РФ), а
также мотив и цель преступления.
60
Состав преступления — это обязательно совокупность указанных
объективных и субъективных признаков. Он существует в единстве этих
признаков. В свою очередь каждый из признаков состава также связан с
другими и не существует сам по себе, т.е. вне состава преступления в целом.
Признаки состава преступления формулируются в уголовном законе, в
первую очередь в статьях Особенной части УК РФ, определяющих уголовноправовые запреты. Однако указания на признаки состава преступления
содержатся и в нормах Общей части УК РФ. Обычно это касается признаков,
общих для всех или для многих составов преступлений. Так, в ч. 1 ст. 2
УК РФ говорится о разновидности объектов преступления, в ст. 24–27 — о
признаках субъективной стороны, в ст. 20 и 21 — о субъектах преступления,
в ст. 30–36 — о признаках предварительной и совместной преступной
деятельности.
Признаки состава преступления разделяются на две группы:
необходимые и факультативные.
Необходимыми считаются те признаки, без которых невозможно
наличие никакого состава. Они поэтому являются признаками каждого
состава преступления. Отсутствие такого признака означает отсутствие
состава любого преступления. Такими признаками являются, например, вина
и вменяемость лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние.
В. осужден по ст. 2641 УК РФ – он признан виновным в том, что,
будучи ранее подвергнутым административному наказанию (за управление
транспортным средством в состоянии опьянения и при отсутствии права
на управление транспортным средством), в нарушение требований п. 1.3,
2.7. Правил дорожного движения Российской Федерации управлял
автомобилем в состоянии опьянения, не имея права на управление
транспортным средством.
Данное преступление имеет формальный состав, которые не
предполагает наступление общественно опасных последствий в виде
причинения вреда здоровью либо смерти окружающих лиц, в связи с чем
преступление признается оконченным с начала совершения деяния,
указанного в законе (с момента начала движения транспортного средства),
и может быть совершено только с прямым умыслом, поскольку лицо
осознает, что будучи ранее подвергнутым административному взысканию
за управление транспортным средством в состоянии опьянения, вновь в
состоянии опьянения управляет транспортным средством91.
Факультативные признаки — это те, которые являются обязательными
для одних составов и необязательными для других. Например, для убийства
при отягчающих обстоятельствах такой мотив, как корысть или хулиганство,
является необходимым и влечет повышенную уголовную ответственность по
п. «з» или п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Для истязания же (ст. 117 УК РФ),
например, хулиганский мотив не влияет на наличие или отсутствие состава
этого преступления и, следовательно, является факультативным признаком.
91
БВС РФ. 2016. № 8. С. 15.
61
Не оказывая, однако, влияния на решение вопроса о наличии или отсутствии
состава преступления, факультативные признаки не являются безразличными
для уголовной ответственности: они могут смягчать или повышать
ответственность при назначении наказания (ст. 61–64 УК РФ).
По смыслу закона умышленное причинение смерти другому человеку
надлежит квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ в случаях, когда
квалифицирующий признак убийства — с целью скрыть другое преступление
или облегчить его совершение — является основной целью убийства.
Президиум Верховного Суда РФ исключил из приговоров п. «к» ч. 2 ст. 105
УК РФ, поскольку по рассмотренным делам преступления совершены только
из корыстных побуждений, а не с целью сокрытия разбойного нападения
либо облегчения его совершения92.
Как уже отмечалось, признаки состава преступления предусматриваются
в уголовном законе. Однако это вовсе не значит, что все признаки
обязательно перечисляются в тексте диспозиции соответствующих статей
УК РФ, хотя по отношению к большинству составов преступлений это так и
есть. По этому поводу В.Н. Кудрявцев справедливо утверждает, что
«законодатель, разумеется, образует не состав, а уголовно-правовую норму, в
которой с большей или меньшей полнотой описываются признаки состава
преступления. Сами эти признаки существуют объективно, независимо от
сознания людей, они действительно присущи данному конкретному
преступлению, и задача законодателя состоит в том, чтобы выявить и
предусмотреть эти признаки в законе с наибольшей точностью и глубиной...
Диспозиция статьи закона, таким образом, только отражает элементы состава
преступления, и то обычно не в полном объеме»93. Таким образом, выявление
необходимых или факультативных признаков состава преступления
происходит в процессе толкования уголовного закона.
Статья 8 УК РФ устанавливает, что основанием уголовной
ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки
состава преступления, предусмотренного УК РФ. О составе преступления как
основании уголовной ответственности четко говорится в уголовнопроцессуальном законодательстве. Так, в соответствии с его нормами
уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит
прекращению за отсутствием в деянии состава преступления. Там же
установлено, что важнейший вопрос, который обязан выяснить суд при
постановлении приговора, — это содержит ли данное деяние состав
преступления. В том же случае, когда будет установлено, что в деянии
подсудимого нет состава преступления, суд выносит оправдательный
приговор. Этим определяются огромная роль и значение состава
преступления в российском уголовном праве.
92
93
БВС РФ. 2000. № 5. С. 12.
Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1960. С. 46–47.
62
§ 2. Виды составов преступлений
Основным критерием классификации составов преступлений является
степень общественной опасности соответствующих преступных деяний и
связанный с ней размер наказания, предусмотренный санкцией статьи
уголовного закона, формулирующей соответствующий состав преступления.
С учетом этого все составы преступлений подразделяются на три вида:
основной, со смягчающими обстоятельствами, а также квалифицированный
(или с отягчающими обстоятельствами).
Основной состав преступления — это состав того либо другого
преступления без смягчающих и без отягчающих обстоятельств.
Законодательно он выражается, как правило, в виде части статьи УК РФ
(например, ч. 1 ст. 105).
Состав преступления со смягчающими обстоятельствами — это
состав с такими обстоятельствами, которые являются основанием для
законодательного значительного снижения размера наказания по сравнению
с наказанием, установленным за совершение преступления, образующего
основной состав. Например, в случае совершения убийства без отягчающих
обстоятельств санкция ч. 1 ст. 105 УК РФ предусматривает наказание в виде
лишения свободы на срок от 6 до 15 лет. При совершении такого же
преступления — убийства, но вследствие превышения пределов
необходимой обороны (ст. 108 УК РФ), наказание существенно снижается —
до 2 лет ограничения свободы или 2 лет лишения свободы. Состав этого
преступления и есть состав убийства со смягчающими обстоятельствами. Он
законодательно выражается обычно в формулировании самостоятельной
статьи УК РФ (например, ст. 107 и 108 УК РФ).
Квалифицированный состав – это состав преступления с отягчающими
обстоятельствами, наличие которых влечет повышенное наказание по
сравнению с преступлением, образующим основной состав (например, ч. 2
ст. 105, ч. 2 ст. 158 УК РФ). Иногда по степени тяжести совершаемого
преступления и, соответственно, усиления наказания, законодатель выделяет
разновидности квалифицированного состава в виде составов преступлений
при особо отягчающих обстоятельствах (например, ч. 3 и 4 ст. 158 УК
РФ)94.
В доктрине выделяют иные основания классификации составов преступлений.
Например, в зависимости от структуры (способа описания в нормах Особенной части УК
РФ) различают составы: 1) простой — описывается единое посягательство: одно деяние
(например, в ч. 1 ст. 128 УК РФ — незаконное помещение лица в психиатрический
стационар) либо одно последствие (например, в ч. 1 ст. 105 УК РФ — умышленное
причинение смерти другому человеку); 2) сложный — описывается единое
посягательство, состоящее из двух и более деяний, обязательных для установления
(например, в ч. 1 ст. 131 УК РФ говорится о половом сношении, явившемся результатом
применения насилия или использования беспомощного состояния потерпевшей); 3)
альтернативный — преступлением признается совершение хотя бы одного из указанных
63
94
§ 3. Состав преступления и квалификация преступления
Квалификация преступления всегда есть оценка фактических
обстоятельств. Правильное и полное установление фактических
обстоятельств совершенного преступления – это необходимое условие
правильной квалификации. Каждое преступление сопровождается большим
количеством различных обстоятельств и фактов. Однако далеко не все они
имеют уголовно-правовое значение, т.е. не все влияют на преступность и
наказуемость содеянного. Так, время года, часы, минуты совершения
преступления, имея весьма важное доказательственное значение, для
уголовного права безразличны. Уголовно-правовое значение имеют только те
фактические обстоятельства, которые одновременно являются признаками
соответствующего состава преступления.
За установлением фактических обстоятельств уголовного дела следует
выбор уголовно-правовой нормы, в соответствии с которой и
квалифицируется совершенное лицом общественно опасное деяние,
запрещенное уголовным законом. Установление уголовно-правовой нормы
не состоит лишь в формальном выборе нормы права. Необходимо проверить,
является ли норма действующей, не вносились ли в нее изменения, выяснить
вопросы ее действия в пространстве и во времени. Следует обязательно
удостовериться в правильности (подлинности) текста правового акта,
содержащего норму, в соответствии с которой происходит квалификация
преступления. Правильная квалификация преступления невозможна и без
уяснения смысла и содержания соответствующей правовой нормы, т.е. без ее
толкования.
Установление фактических обстоятельств дела и установление
уголовно-правовой нормы соотносятся друг с другом как отдельное и общее.
Как уже отмечалось, уголовно-правовая норма, например, об
ответственности за кражу дает собирательный образ всех проявлений этого
в диспозиции статьи Особенной части УК РФ деяния (например, в ч. 1 ст. 222 УК РФ) или
наступление хотя бы одного из перечисленных последствий (например, в ч. 1 ст. 111 УК
РФ).
В зависимости от законодательной конструкцииобъективной стороны выделяют
следующие составы преступлений: 1) материальные — если в диспозиции статьи прямо
указано общественно опасное последствие (последствия), при этом само деяние может
законодательно не описываться (например, ч. 1 ст. 105, 111 УК РФ); 2) формальные —
если в диспозиции статьи описано только деяние без указания на его последствия
(например, ч. 1 ст. 129, 162 УК РФ); 3) формально-материальные — в этих случаях для
наступления уголовной ответственности требуется альтернативно установить либо совершение деяния, либо наступление указанного в диспозиции последствия (например, в ч. 1
ст. 171 УК РФ незаконным считается предпринимательство, сопряженное с извлечением
крупного дохода или причинившее крупный ущерб).
См.: Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В 10 т. Т. V.
Понятие преступления. Состав преступления / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016. С. 455464.
64
преступления через такие признаки, как «тайное хищение чужого
имущества» (ч. 1 ст. 158 УК РФ). Конкретные проявления тайного способа
похищения разнообразны, однако все они содержат признаки,
сформулированные в уголовно-правовой норме об ответственности за кражу.
Все они (несмотря на те или иные различия фактического исполнения кражи)
совпадают между собой, так как лицо, совершившее любую кражу, считает,
что оно совершает ее незаметно от других, т.е. тайно. Поэтому при
квалификации рассматриваемого преступления отбрасываются все
случайные характеристики кражи, отличающие одну кражу от другой, а в
расчет принимаются только объединяющие признаки, сформулированные в
уголовном законе («тайное хищение чужого имущества»).
Итоговый вывод о том, что установленные фактические обстоятельства
соответствуют установленной уголовно-правовой норме, формулирующей
определенный состав преступления, по своей логической форме
соответствует дедуктивному силлогизму. В нем установленные фактические
обстоятельства служат меньшей посылкой. В качестве же большей посылки
выступает уголовно-правовая норма, к которой «примеряют» установленные
факты. Однако процесс квалификации в целом нельзя сводить только к
дедукции, так как достижение истины в квалификации преступления (как и в
любом другом деле) невозможно без взаимосвязи дедукции и индукции.
Например, установление фактических обстоятельств дела, как и всякое
накопление фактов, происходит преимущественно индуктивным путем.
Процесс сопоставления фактических обстоятельств дела и уголовноправовой нормы осуществляется по методике, разработанной теорией
уголовного права и уголовного процесса, проверенной многолетней судебной
практикой, а также практикой прокурорско-следственных органов и органов
дознания. Суть ее заключается в сопоставлении фактических данных с
уголовно-правовой нормой по всем элементам состава преступления. По
общему правилу процесс квалификации обычно начинается с установления
объекта и объективной стороны преступления, а заканчивается
установлением субъекта и субъективной стороны. При этом преступление
лишь тогда может быть признано квалифицированным правильно, когда все
без исключения обстоятельства, связанные со всеми элементами
преступления, имеются в наличии и точно соответствуют признакам того или
иного состава преступления, предусмотренного уголовным законом.
Итоги квалификации преступления, т.е. вывод о том, что данное
деяние содержит состав преступления, соответствующий установленной
уголовно-правовой
норме,
отражаются
в
важнейших
уголовнопроцессуальных документах, особенно в обвинительном заключении и
судебном приговоре. В них квалификация преступления фиксируется путем
точного наименования всех тех статей уголовного закона, формулирующих
уголовно-правовые нормы, в соответствии с которыми подлежит уголовной
ответственности и наказанию лицо, совершившее преступление. Следует
подчеркнуть, что при квалификации содеянного должны быть точно указаны
статьи как Общей, так и Особенной частей УК РФ, в которых так или иначе
65
содержатся признаки установленного состава преступления. При этом если
отдельные признаки состава, а тем более виды состава (основной, при
смягчающих обстоятельствах, квалифицированный) обособлены в
самостоятельных частях, а также пунктах статьи Особенной части УК РФ,
это должно быть также учтено в квалификации. Так, если кража имущества
совершена группой лиц по предварительному сговору, содеянное должно
квалифицироваться по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Также должны указываться
и статьи Общей части, формулирующие условия ответственности за
предварительную или совместную преступную деятельность (например,
ст. 30, 34 УК РФ). Так, если при совершении умышленного убийства без
отягчающих и смягчающих обстоятельств наряду с исполнителем выступал
еще и пособник, то его действия должны квалифицироваться по ч. 5 ст. 33 и
ч. 1 ст. 105 УК РФ. Если же исполнитель такого преступления не смог
достичь поставленной цели (например, выстрелил в потерпевшего, но
промахнулся), то его действия следует квалифицировать как покушение на
убийство по ст. 30 и 105 УК РФ.
Квалификация преступления в науке уголовного права чаще всего
рассматривается и исследуется применительно к квалификации отдельных
видов преступлений (квалификация преступлений против личности,
квалификация преступлений против собственности и т.д.), что является
предметом изучения Особенной части уголовного права. Кроме того,
исследуются и теоретические основы квалификации преступлений (речь идет
об общих принципах и методах, используемых при квалификации любых
преступных деяний).
Значение квалификации преступления многопланово. Поскольку
установление в том или ином деянии признаков соответствующего состава
преступления достигается только путем квалификации, то последняя
выступает правовым обоснованием привлечения лица к уголовной
ответственности,
применения
мер
процессуального
принуждения,
предъявления обвинения, предания суду, назначения наказания, направления
в соответствующие исправительные учреждения либо исполнения иного
наказания, т.е. правовым обоснованием уголовной ответственности и
наказания лица, совершившего преступление, либо освобождения его от
уголовной ответственности и наказания. Таким образом, квалификация
преступления отражает не только охранительные уголовно-правовые
отношения, но и смежные с ними уголовно-процессуальные и уголовноисполнительные отношения. Во всех указанных случаях правильная
квалификация преступлений есть непременное соблюдение принципа
законности в деятельности суда, прокурорских, следственных органов и
органов дознания. Вместе с тем следует иметь в виду, что сложность
процесса
квалификации,
а
также
недостатки
в
деятельности
правоохранительных органов (недостаточно внимательное отношение к делу,
недобросовестность или низкая профессиональная подготовка отдельных
работников этих органов) приводят иногда к ошибкам в квалификации
преступлений.
66
Правильная
квалификация
преступления
имеет
важное
криминологическое значение, так как на ее основе выявляется качественная
структура преступности и разрабатываются действенные меры по
предупреждению и пресечению преступлений. Неправильная же
квалификация может дать искаженную картину состояния и динамики
преступности, что повлечет ошибки в планировании профилактической
работы.
Квалификация преступлений имеет значение и для правотворчества, так
как успехи или трудности в квалификации показывают законодателю степень
правоприменительной эффективности тех или иных уголовно-правовых норм
и могут явиться основанием для внесения в них соответствующих изменений
и дополнений.
Литература
1. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. 2е изд. М., 2003.
2. Иванчин А.В. Конструирование состава преступления: теория и
практика. М., 2014.
3. Коробеев А.И., Чанхай Лун. Состав преступления в доктрине
уголовного права Китая и России: компаративистское исследование. М.,
2013.
4. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд.
М., 2001.
5. Марчук В.В. Методологические основы квалификации преступлений.
М., 2016.
6. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В
10 т. Т. V. Понятие преступления. Состав преступления / под ред. Н.А.
Лопашенко. М., 2016.
7. Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления // Избранные
труды. СПб., 2004.
67
Тема 5. ОБЪЕКТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридические признаки объекта преступления; виды
объектов преступления – общий, родовой, видовой, непосредственный;
уметь понимать юридические основания выделения видов объекта
преступления; принимать правовые решения в соответствии с учением об
объекте преступления;
владеть навыками применения установления объекта преступления;
решать проблемные вопросы, связанные с предметом преступления и
потерпевшим от преступления.
§ 1. Понятие и значение объекта преступления
Объект преступления – это то, на что посягает лицо, совершающее
преступное деяние, и чему причиняется или может быть причинен вред в
результате преступления.
Законодательный перечень объектов преступления дается в ч. 1 ст. 2
УК РФ. Это права и свободы человека и гражданина, собственность,
общественный порядок и общественная безопасность, окружающая среда,
конституционный строй РФ, мир и безопасность человечества.
В советской юридической литературе объект преступления традиционно
определялся как общественные отношения, охраняемые уголовным законом
от преступных посягательств. При этом под общественными отношениями
понимались отношения между людьми в процессе их совместной
деятельности или общения, находящиеся под охраной правовых или
моральных норм.
Во многих случаях трактовка объекта преступления как определенных
общественных отношений вполне справедлива, например, в случаях
признания объектом преступления отношений собственности при краже,
грабеже и других хищениях имущества. В этом случае объектом
преступления действительно выступает не похищаемое имущество
непосредственно (ему при этом может быть не причинено никакого вреда), а
именно отношения, вытекающие из права собственности, т.е. права владения,
пользования и распоряжения имуществом.
Однако в ряде других случаев теория объекта преступления как
общественного отношения «не срабатывает». Особенно это относится к
преступлениям против личности, в первую очередь, к убийству. В науке
советского уголовного права принято было считать, что объектом убийства
является жизнь человека не как таковая сама по себе, а именно в смысле
совокупности общественных отношений95.
См., например: Курс советского уголовного права (часть Особенная). В 4-х т. Т. 3. Л.,
1973. С. 478.
68
95
Очевидно, что такое понимание жизни человека как объекта убийства
явно принижало абсолютную ценность человека как биологического
существа, жизни вообще как биологического явления. Человек из
самостоятельной абсолютной ценности превращался в носителя
общественных отношений (трудовых, оборонных, служебных, семейных,
собственности и т.д.). В связи с этим теория объекта преступления как
общественных отношений, охраняемых уголовным законом, не может быть
признана общей универсальной теорией. Представляется возможным
возвращение к теории объекта как правового блага, созданной еще в конце
прошлого века в рамках классической и социологической школ уголовного
права.
Так, опираясь на определение права, данное Р. Иерингом, немецкий
криминалист Ф. Лист определял объект преступления как защищенный
правом жизненный интерес. На сходных позициях стоял и крупнейший
представитель российской науки уголовного права досоветского периода
Н.С. Таганцев. Он определял преступление как «деяние, посягающее на
такой охраняемый нормою интерес жизни, который в данной стране, в
данное время признается столь существенным, что государство ввиду
недостаточности других мер угрожает посягавшему на него наказанием»96.
Н.С. Таганцеву принадлежит заслуга и в преодолении узконормативного
подхода к определению объекта преступления как нарушаемой
преступником уголовно-правовой нормы, характерного для нормативной
теории объекта преступления, разработанной в рамках классического
уголовного права еще в середине прошлого века, например, в трудах
В.Д. Спасовича.
Объектом преступления может быть признано лишь то, что терпит
ущерб в результате преступления. В связи с этим не являются объектом
преступления сами по себе уголовно-правовые нормы, запрет которых
нарушает преступник.
Таким образом, объектом преступления следует признать теблага
(интересы), на которые посягает преступное деяние и которые
охраняются уголовным законом.
Однако отнесение тех или иных благ (интересов) к объекту
преступления вовсе не означает, что эти интересы являются объектами
исключительно уголовно-правовой охраны. Очень часто одни и те же
объекты охраняются нормами разных отраслей права. Например, отношения
собственности охраняются и регулируются в первую очередь нормами
гражданского права. Уголовное право берет под свою охрану эти объекты в
случаях наиболее опасных на них посягательств (например, в случаях кражи,
грабежа, мошенничества, разбоя, вымогательства и других видов хищения
имущества). Менее опасные посягательства на собственность охраняются
нормами гражданского права (например, невозвращение денежного долга).
Таким образом, отнесение определенных благ (интересов) к категории
96
Таганцев Н.С. Русское уголовное право: лекции. Часть Общая. Т. I. СПб., 1887. С. 40.
69
охраняемых уголовным правом вовсе не превращает любое из посягательств
на эти блага (интересы) в уголовно наказуемое. Таковыми становятся лишь
наиболее опасные посягательства на эти объекты, предусмотренные только
уголовным законом.
Установление объектов преступления имеет важное значение для
квалификации преступного деяния.
Ч. был осужден за фальшивомонетничество, за изготовление двух
денежных купюр, которые сбыл 3. за вещи. Президиум Верховного Суда РФ
не согласился с такой квалификацией, исходя из того, что подделка была
настолько грубой, что для ее обнаружения не требуется каких-либо
специальных исследований. Ч. сбыл поддельные деньги в расчете на плохое
зрение 3. Однако последний в тот же день обнаружил, что деньги,
полученные им от Ч., являются поддельными, и пытался вернуть их ему.
Изготовленные путем грубой подделки фальшивые денежные знаки не могли
попасть в обращение и могли быть использованы лишь для обмана граждан,
т.е. объектом преступления в данном случае является не денежнокредитная система, а личная собственность, и, следовательно, действия Ч.
необходимо квалифицировать не как изготовление и сбыт поддельных денег,
а как мошенничество97.
§2. Виды объектов преступления
Теория уголовного права традиционно различает понятия общего,
родового (специального) и непосредственного объектов преступления.
Общим объектом преступления признается совокупность благ
(интересов), охраняемых уголовным законом от преступных посягательств.
В соответствии с ч. 1 ст. 2 УК РФ, это права и свободы человека и
гражданина, собственность, общественный порядок и общественная
безопасность, окружающая среда, конституционный строй РФ, мир и
безопасность человечества. Перечисленные объекты характеризуются тем,
что любое преступление, с одной стороны, может посягать лишь на эти
объекты, а с другой — тем, что любое из них посягает на какой-то из
названных объектов, так как общий объект есть сумма охраняемых
уголовным законом объектов.
Родовой (специальный) объект — это часть общего объекта. Он
представляет собой группу однородных благ (интересов), на которые
посягает однородная группа преступлений. Родовой объект имеет важное
значение для построения системы Особенной части УК РФ. В основу деления
Особенной части УК РФ на разделы, а иногда и на главы положен родовой
(специальный)
объект.
Так,
родовым
объектом
преступлений,
предусмотренных, например, статьями УК РФ, объединенными в разд. VII
Особенной
части,
является
личность.
Объектом
преступлений,
97
БВС РФ. 1996. № 2. С. 8.
70
предусмотренных гл. 25, — здоровье населения и общественная
нравственность.
Непосредственный объект — это часть родового (специального)
объекта; это то определенное благо (интерес), которому причиняется вред в
результате совершения определенного преступления (например, кражи или
хулиганства, убийства или дезертирства). Непосредственными объектами
преступлений, предусмотренных статьями Особенной части, помещенными в
гл. 16 УК РФ, являются (в отдельности) жизнь или здоровье личности уже
как часть родового объекта — личности в целом. Непосредственный объект
имеет практическое значение для квалификации преступлений, так как
позволяет в ряде случаев отграничивать преступление от других однородных
с ним преступлений.
Как правило, каждое преступление имеет один непосредственный
объект. Однако бывают такие преступления, которые одновременно
посягают на два непосредственных объекта (так называемые двуобъектные
преступления). В этих случаях один из объектов является главным
(основным), а другой — дополнительным. Вопрос о том, какой именно
непосредственный объект является основным, а какой дополнительным,
решается в зависимости не от важности правоохраняемого блага, а от его
связи с родовым объектом. Например, непосредственным объектом такого
преступления, как угроза или насильственные действия в связи с
осуществлением
правосудия
и
производством
предварительного
расследования (ст. 296 УК РФ), являются интересы правосудия, а также
личность. Основным из них будет первый объект, личность же в данном
случае выступает в качестве дополнительного объекта.
Следует заметить, что дополнительный объект может быть как
необходимым, так и факультативным. Необходимый (обязательный)
дополнительный объект всегда связан с причинением ему того или иного
вреда соответствующим преступным посягательством (либо с угрозой
причинения такого вреда). Факультативному же объекту вред может и не
причиняться (либо он может быть не поставлен под угрозу причинения
вреда).
Трехступенчатая классификация объектов преступления (общий,
родовой и непосредственный) соответствовала структуре прежних уголовных
кодексов Однако принципиально новая структура УК РФ с делением
Особенной части не только на главы, но и на разделы (объединяющие
отдельные
главы)
позволяет
вспомнить
о
нетрадиционной
четырехступенчатой классификации, не получившей в свое время общего
признания в юридической науке.
Исходя из структуры нового УК РФ родовым объектом являются
интересы, на которые посягают преступления, нормы об ответственности за
совершение которых помещены в единый раздел.
Соответственно, видовым объектом (разумеется, в тех случаях, когда
раздел Особенной части делится на главы) являются интересы, на которые
71
посягают преступления, нормы об ответственности за совершение которых
располагаются в пределах одной главы.
Так, например, родовым объектом преступлений, нормы о которых
помещены в разд. VII, является личность, а видовым объектом — жизнь и
здоровье (гл. 16), свобода, честь и достоинство личности (гл. 17), половая
неприкосновенность и половая свобода (гл. 18), конституционные права и
свободы человека и гражданина (гл. 19), семья и несовершеннолетние (гл.
20). При этом понятие общего и непосредственного объекта и их
соотношение остаются прежними. В тех же случаях, когда раздел Особенной
части дополнительно не делится на главы, а состоит из одной главы,
тождественной по названию разделу, родовой объект совпадает с видовым
(например, разд. XII и гл. 34 — мир и безопасность человечества).
§ 3. Предмет преступления и потерпевший от преступления
От объекта преступления необходимо отличать предмет преступления.
Так, при краже имущества (например, автомобиля) предметом
преступления является непосредственно сам автомобиль, а объектом —
право собственности на него.
От предмета преступления надо отличать орудияи средства совершения
преступления, т.е. те предметы, которые используются преступником для
совершения преступления (например, огнестрельное оружие при разбое или
убийстве, отмычки при квартирной краже и т.д.). Один и тот же предмет
может в одних преступлениях выполнять роль предмета преступления, а в
других — орудия или средства совершения преступления. Так, пистолет при
его хищении (ст. 226 УК РФ) будет предметом преступления, а
использование его при разбое (ст. 162 УК РФ) превращает его в орудие
преступления.
Предмет преступления может иметь важное уголовно-правовое
значение, особенно для квалификации преступления, в тех случаях, когда он
является признаком соответствующего состава преступления. Например,
предметом квалифицированной контрабанды (ч. 2 ст. 188 УК РФ) являются
лишь определенные предметы, незаконно перемещаемые через таможенную
границу Российской Федерации.
Предмет преступления присутствует не в каждом преступлении, а
только в тех, в которых, как отмечалось, преступное посягательство на
объект преступления осуществляется через непосредственное воздействие на
материальные предметы внешнего мира. Например, не имеют предмета
преступления такие преступления, как изнасилование, оскорбление,
дезертирство.
Заслуживает внимания позиция Л.Л. Кругликова и О.Е. Спиридоновой,
относящих к предметам материального мира все, что входит в содержание
материи как объективной реальности. «Отсюда и права, и интеллектуальные
ценности, и блага, и электрическая энергия, и даже звуки (мелодия и слова)
Государственного гимна России составляют эту реальность, т.е.
72
материальны, поскольку существуют здесь и сейчас, в этом мире. А значит, в
широком смысле слова их можно назвать предметами (элементами)
материального
мира,
которые
также
обладают
относительной
98
самостоятельностью» .
При совершении некоторых преступлений виновный причиняет вред
(моральный, физический, имущественный) личности. Лица, пострадавшие от
преступления, называются потерпевшими. Исследованием личности
потерпевшего от преступления занимается направление криминологии,
называемое виктимологией. Для многих преступлений личность
потерпевшего приобретает такое же уголовно-правовое значение, как и
предмет преступления.
Например, изнасилование несовершеннолетней или потерпевшей, не
достигшей 14-летнего возраста, влечет для преступника повышенную
ответственность (ч. 3 и 4 ст. 131 УК РФ). Напротив, провоцирующее
поведение
потерпевшего,
проявившееся,
например,
в
насилии,
издевательстве или тяжком оскорблении лица и вызвавшее у него состояние
внезапно возникшего сильного душевного волнения, влечет квалификацию
совершенного им вследствие этих причин убийства как убийства при
смягчающих обстоятельствах (ст. 107 УК РФ).
Неправомерное поведение потерпевшего может рассматриваться как
смягчающее обстоятельство при назначении наказания, например, если
поводом для преступления были противоправные или аморальные действия
потерпевшего (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Однако личность потерпевшего
может рассматриваться и как обстоятельство, отягчающее ответственность
при назначении наказания, например, совершение преступления в отношении
малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица либо лица,
находящегося в зависимости от виновного (п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ).
Литература
1. Анощенкова С.В. Уголовно-правовое учение о потерпевшем. М., 2006.
2. Бикмурзин М.П. Предмет преступления: теоретико-правовой анализ.
М., 2006.
3. Винокуров В.Н. Объект преступления: аспекты понимания, способы
установления и применение уголовного закона. М., 2012.
4. Новоселов Г.П. Учение об объекте преступления: методологические
аспекты. М., 2001.
5. Таций В.Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном
праве. Харьков, 1988.
6. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В
10 т. Т. VI. Объект преступления. Объективная сторона преступления / под
ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
Кругликов Л.Л., Спиридонова О.Е. Юридические конструкции и символы в уголовном
праве. СПб., 2005. С. 185.
73
98
7. Фаргиев И.А. Статус потерпевшего от преступления в уголовном
праве. Ростов-на-Дону, 2004.
74
Тема 6. ОБЪЕКТИВНАЯ СТОРОНА ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридическое значение объективной стороны
преступления; формы деяния – действие и бездействие; виды преступных
последствий;
основные
концепции
причинно-следственной
связи;
факультативные признаки объективной стороны преступления;
уметь понимать систему обязательных признаков объективной
стороны в преступлениях с формальным и материальным составом;
принимать правовые решения в соответствии с положениями об
обязательных и факультативных признаках объективной стороны
преступления;
владеть навыками установления действия либо бездействия,
преступных последствий и причинно-следственной связи; решать
проблемные вопросы, связанные с установлением признаков объективной
стороны преступления.
§ 1. Понятие объективной стороны преступления и ее уголовноправовое значение
Объективную
сторону
преступленияобразуют
признаки,
характеризующие его с внешней стороны. К ним относятся:
— общественно опасное деяние (действие или бездействие);
— общественно опасные последствия (преступный результат);
— причинная связь между общественно опасным деянием и
общественно опасными последствиями;
— способ, орудия и средства, место, время и обстановка совершения
преступления.
Объективная сторона преступления — важная предпосылка уголовной
ответственности. Уголовное право признает преступлением не сами по себе
идеи или мысли человека, реализация которых представляет опасность для
личности, общества и государства, а лишь общественно опасное деяние,
нарушающее уголовно-правовые нормы (ст. 2, 8, 14 и другие статьи УК РФ).
Объективная сторона преступления — своеобразный фундамент уголовной
ответственности, без которого она вообще не существует.
Объективная сторона преступления является поэтому главным
критерием в оценке намерений и целей преступника, в оценке его
субъективной стороны. В соответствии с этим при расследовании или
судебном рассмотрении уголовного дела в первую очередь устанавливается
объективная сторона преступления и только на ее основе — субъективная
сторона преступления, делается вывод о намерениях, мотивах и целях лица,
совершившего общественно опасное деяние, запрещенное уголовным
законом. Без признаков объективной стороны вопрос о субъективной стороне
не возникает, так как последняя существует только в связи с первой. Таким
образом создается барьер для проникновения произвола и субъективизма в
75
деятельность суда и прокурорско-следственных органов. Это служит
серьезной гарантией соблюдения законности при отправлении правосудия по
уголовным делам.
О важности объективной стороны преступления для уголовной
ответственности, о том, что именно этот элемент состава преступления
является фундаментом всей конструкции состава преступления и уголовной
ответственности, свидетельствует тот факт, что в диспозициях статей
Особенной части УК РФ законодатель чаще всего указывает именно
признаки объективной стороны преступления. Например, в уголовном законе
всегда указываются признаки общественно опасного деяния, без них
невозможна ни одна диспозиция какой-либо статьи Особенной части, часто
указываются в уголовном законе и другие признаки объективной стороны.
При этом следует отметить, что не все они имеют одинаковое уголовноправовое значение.
Обязательным для всех составов преступлений является общественно
опасное деяние (действие или бездействие). Остальные признаки
объективной стороны факультативные, т.е. для одних составов преступлений
они являются признаками их объективной стороны, а для других — не
являются. Например, для составов причинения вреда здоровью (ст. 111–118
УК РФ) безразлично место совершения преступления, и уголовная
ответственность за эти преступления наступает независимо от того, где они
совершены. Однако этот признак (место) является обязательным для
установления, например, состава незаконной добычи водных животных и
растений (ст. 256 УК РФ).
Факультативные признаки объективной стороны, даже когда они, не
являясь признаками соответствующего состава преступления, не влияют на
его квалификацию, тем не менее имеют важное материально-правовое
значение, оказывая существенное влияние на назначение наказания. В ряде
случаев они выступают в качестве обстоятельств, смягчающих или
отягчающих наказание. Например, в соответствии со ст. 63 УК РФ
обстоятельствами, отягчающими наказание, являются такие признаки
объективной стороны, как общественно опасное последствие («наступление
тяжких последствий в результате совершения преступления»), способ
преступления («совершение преступления с особой жестокостью,
издевательством, а также мучениями для потерпевшего»), обстановка
совершения преступления («совершение преступления в условиях
чрезвычайного положения») и др.
Следует иметь в виду и то, что факультативные признаки объективной
стороны всегда имеют важное доказательственное значение по уголовному
делу. Все они являются необходимой физической характеристикой любого
преступления. Уголовное дело не может считаться раскрытым, если,
например, не установлены место и время совершения преступления (хотя
применительно к отдельному составу они могут и не иметь значения для
квалификации). Поэтому все признаки объективной стороны преступления
независимо от своей «обязательности» или «факультативности» в уголовно76
правовом смысле входят в предмет доказывания по любому уголовному
делу.
В рамках одной главы Особенной части УК РФ преступления,
объединенные по родовому (специальному) объекту, различаются чаще всего
по признакам объективной стороны, так как именно в различии этих
признаков обычно проявляются характерные черты общественной опасности
соответствующего преступления. Так, большинство преступлений против
конституционных прав и свобод граждан отличаются друг от друга по
признакам объективной стороны преступления, т.е. по характеристике
общественно опасного деяния. Например, ст. 141 УК РФ предусматривает
ответственность за воспрепятствование осуществлению избирательного
права, а также воспрепятствование работе избирательных комиссий, а ст. 136
УК РФ — за нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина;
ст. 142 УК РФ — за фальсификацию избирательных документов, документов
референдума, а ст. 139 УК РФ — за нарушение неприкосновенности жилища
и т.д.
Признаки объективной стороны преступления служат основанием
отграничения не только преступных деяний друг от друга, но и в ряде
случаев основанием разграничения преступлений, с одной стороны, и
административных, дисциплинарных и иных правонарушений — с другой.
Так, незаконная рубка деревьев и кустарников как преступление (ч. 1 ст. 260
УК РФ) отличается от аналогичного административного правонарушения по
такому признаку объективной стороны, как размер причиненного
правонарушением ущерба. Преступное злоупотребление должностными
полномочиями (ч. 1 ст. 285 УК РФ) отличается от аналогичного
дисциплинарного проступка размером причиненного вреда. Если при
должностном злоупотреблении правам и законным интересам граждан или
организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства
причинен существенный вред, такое злоупотребление признается
преступным. Если же при этом будет причинен меньший вред, деяние
должно повлечь дисциплинарную ответственность.
§ 2. Общественно опасное деяние (действие или бездействие)
Преступное деяние (действие или бездействие) является важнейшим
признаком объективной стороны, так как именно оно выступает стержнем
объективной стороны в целом и ее отдельных признаков. Деяние может
иметь форму действия или бездействия (ст. 14 УК РФ).
С физической стороны действие характеризуется активным поведением
человека. Оно всегда проявляется в телодвижении, но не сводится лишь к
нему, так как обычно включает не одно, а несколько телодвижений
(например, выстрел убийцы из пистолета включает ряд движений, связанных
с прицеливанием и нажатием на спусковой крючок пистолета). Но главной
для преступного действия является не физическая, а социальная
характеристика, в качестве которой выступает его общественная опасность.
77
Общественно опасным является действие, которое причиняет вред
объектам, охраняемым уголовным законом, либо ставит их под
непосредственную угрозу причинения вреда. Если действия не общественно
опасны, то они не могут быть признаны преступными и не могут влечь
уголовной ответственности. В соответствии с ч. 2 ст. 14 УК РФ «не является
преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее
признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в
силу малозначительности не представляющее общественной опасности».
Чтобы иметь уголовно-правовой характер, действие должно быть
обязательно волевым. Не имеет уголовно-правового характера активное
поведение человека, допущенное им под влиянием непреодолимого
физического принуждения со стороны другого лица или других лиц. Под ним
понимается физическое воздействие на человека (например, нанесение ему
побоев) с целью заставить его совершить общественно опасное действие. Для
того чтобы физическое принуждение исключало уголовную ответственность,
необходимо, чтобы деяние совершалось вопреки воле лица, действующего по
принуждению. Не может, например, отвечать за повреждение чужой вещи
лицо, которое умышленно толкнули, чтобы оно повредило эту вещь.
Если физическое принуждение не исключало для лица возможность
действовать по своей воле, то оно не освобождается от уголовной
ответственности, однако примененное к нему насилие при этом
рассматривается как обстоятельство, смягчающее ответственность при
назначении наказания.
Определенное уголовно-правовое значение имеет и психическое
принуждение. Под ним обычно понимается угроза причинением какого-либо
вреда (в том числе и физического) с целью заставить человека совершить
общественно опасное деяние.
Однако психическое насилие не следует сводить лишь к угрозам.
В прессе, например, описывался случай, когда Т. — врач-психиатр,
владеющий методами и средствами психотерапии, — воздействовал на своих
пациентов (в основном молодых людей), в результате чего те совершали
различного рода противоправные действия (часто в отношении своих
родителей), покушались на самоубийство, нередко «подопытным»
причинялся серьезный вред их здоровью99.
Психическое принуждение (насилие) обычно не исключает волевого
характера действия, и поэтому оно по общему правилу не исключает
уголовной ответственности лица, совершившего под его влиянием
предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние. Вместе с
тем как и физическое, психическое принуждение признается
обстоятельством, смягчающим уголовную ответственность. Психическое
принуждение может исключать уголовную ответственность лица,
действовавшего под его влиянием, лишь тогда, когда это лицо действовало в
состоянии крайней необходимости. Например, кассир, который под угрозой
99
См.: Литературная газета. 1997. 12 марта.
78
немедленного лишения его жизни передает преступникам деньги,
освобождается от уголовной ответственности, так как жизнь человека дороже
любых
материальных
ценностей
(содержание
понятия
крайней
необходимости будет раскрыто в гл. 13).
Таким образом, уголовно-правовое действие представляет собой
общественно опасное, волевое и активное поведение человека.
Как было уже отмечено, преступление с объективной стороны может
быть совершено не только путем действия, но и путем бездействия. Под
уголовно-правовым бездействием понимается общественно опасное,
волевое и пассивное поведение. Оно заключается в несовершении лицом тех
действий, которые оно должно было и могло совершить в силу лежащих на
нем обязанностей. Пассивность поведения лица — это не физическая его
(поведения) характеристика, а социальная. В физическом смысле лицо может
вести себя очень активно, но, если оно при этом не выполнило определенной
обязанности, нарушив уголовно-правовой запрет, налицо уголовно-правовое
бездействие. Например, лицо отказывается от дачи показаний в качестве
свидетеля, уклоняясь от явки в суд (ст. 308 УК РФ), и при этом работает на
своем огороде. В физическом смысле оно действует (убирает, например,
овощи), в уголовно-правовом — бездействует (уклоняется от дачи показаний
в качестве свидетеля).
Обязанность лица действовать может возникать по различным
основаниям. Во-первых, из указания закона. Так, закон обязывает
совершеннолетних
детей
оказывать
материальную
помощь
нетрудоспособным
родителям,
а
родителей —
содержать
несовершеннолетних детей. Злостное нарушение этой обязанности
наказывается в уголовном порядке (ст. 157 УК РФ).
Во-вторых, обязанность действовать может возникнуть в силу
избранной профессии. Например, врач в соответствии со своей профессией
обязан оказывать помощь больным, и невыполнение им этой обязанности без
уважительных причин влечет за собой уголовную ответственность (ст. 124
УК РФ).
В-третьих, такая обязанность может возникнуть в силу принятых на себя
обязательств. Так, лицо, вызвавшееся следить за малолетним ребенком, будет
отвечать в уголовном порядке, если из-за небрежного, невнимательного
отношения лица к выполнению этой обязанности ребенок погибнет (ст. 125
УК РФ).
Наконец, в-четвертых, обязанность действовать может возникнуть также
из поведения лица, ставящего в реальную опасность охраняемые уголовным
законом объекты. Например, водитель автомашины, совершивший наезд на
человека, обязан доставить потерпевшего в ближайшее лечебное учреждение
или оказать ему иную помощь. Невыполнение лицом этой обязанности
влечет уголовную ответственность.
В. отвез потерпевшего от места совершенного им неосторожного
дорожно-транспортного происшествия за город и оставил его там в
тяжелом состоянии в сырую и дождливую погоду. В. осознавал, что в
79
результате переохлаждения может наступить смерть потерпевшего, но к
ее наступлению относился безразлично, сказав потерпевшему: «До дома
недалеко, доберешься сам». Однако смерти потерпевшего не наступило.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ указала, что В., оставляя
потерпевшего, лишенного возможности принять меры к самосохранению,
заведомо оставил его без помощи в опасном для жизни состоянии, хотя
обязан был иметь о нем заботу, так как сам поставил его в такое
состояние100.
Как и уголовно-правовое действие, бездействие носит уголовноправовой характер лишь тогда, когда оно является волевым. Пассивное
поведение, лишенное волевого характера, не влечет за собой уголовной
ответственности. Поэтому так же, как и при действии, уголовная
ответственность за бездействие не наступает, если оно совершено под
влиянием непреодолимого физического принуждения. Так, охранник не
может отвечать за то, что не воспрепятствовал хищению вверенного под его
охрану имущества, если преступники связали его и лишили возможности
сопротивляться или звать на помощь. Психическое насилие при бездействии
рассматривается как смягчающее обстоятельство при назначении наказания.
Не имеет уголовно-правового характера и пассивное поведение
человека, допущенное им под влиянием непреодолимой силы природы. Под
непреодолимой силойпонимается такое воздействие объективных факторов
(стихийных сил природы, животных, болезненных процессов), в силу
которых
человек
лишен
возможности
физически
действовать.
Непреодолимая сила исключает уголовную ответственность потому, что
лицо не в состоянии преодолеть препятствия на пути к выполнению лежащей
на нем обязанности действовать. Не может, например, быть признано
преступным поведение врача, не оказавшего больному помощь вследствие
того, что врач сам был тяжело болен, или путь к пациенту преграждает
разлившаяся река и врач не смог переправиться через нее.
Однако понятие непреодолимой силы не является абсолютно
неизменным. Конкретное решение этого вопроса зависит от установления
круга обязанностей лица и тех требований, которые предъявляются к нему в
определенной ситуации.
Например, пожар является непреодолимой силой для обычного
гражданина, в связи с чем его нельзя привлечь к уголовной ответственности
за оставление лица в горящем доме. Однако для пожарного по профессии это
обстоятельство не может исключать ответственности. Такое упомянутое уже
обстоятельство, как разлив реки, признаваемое для врача непреодолимой
силой на пути к выполнению его профессиональных задач, не может быть
признано таковым для военнослужащего, который обязан преодолевать
любые препятствия, являющиеся преградой на пути к выполнению отданного
ему боевого приказа (даже с риском для своей жизни).
100
БВС РСФСР. 1968. № 1. С. 6.
80
§ 3. Общественно опасное последствие
Каждое уголовно-правовое деяние вызывает определенные изменения в
охраняемых уголовным законом объектах, которым причиняется вред или
которые ставятся под непосредственную угрозу причинениям вреда.
Преступное последствие (результат) — это и есть причинение
определенного вреда объектам уголовно-правовой охраны в результате
совершенного общественно опасного деяния (действия или бездействия).
Преступные последствия могут быть классифицированы на две основные
группы:
— материальные;
— нематериальные.
Первые подразделяются на последствия имущественного характера
(хищение имущества, его уничтожение и повреждение и т.д.) и причинение
вреда жизни и здоровью граждан (например, причинение смерти, телесных
повреждений).
Вторые (нематериальные) выражаются в нарушении нормальной
деятельности учреждений и предприятий или общественного порядка
(должностные преступления, преступления против порядка управления,
хулиганство и др.) и в нарушении чести и достоинства граждан и их личных
неимущественных прав (так называемый моральный вред при клевете,
оскорблении, преступном нарушении авторских и изобретательских прав и
других преступлениях).
Р., являясь инспектором службы отдельного взвода дорожнопатрульной службы (ДПС), а М. — старшим инспектором ДПС ГИБДД
Новотроицкого ГОВД, т.е. должностными лицами, признаны виновными в
злоупотреблении должностными полномочиями, использовании своих
служебных полномочий вопреки интересам службы из корыстной
заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых
законом интересов государства.
По смыслу закона уголовная ответственность по ч. 1 ст. 285 УК РФ за
злоупотребление должностными полномочиями наступает в случае, если
это деяние повлекло существенное нарушение прав и законных интересов
граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или
государства. Как видно из приговора, по ч. 1 ст. 285 УК РФ суд
квалифицировал факты ненаправления потерпевшего И. на освидетельствование и изъятия у него водительского удостоверения. Вывод о том,
что указанными действиями осужденных было допущено существенное
нарушение охраняемых законом интересов государства, судом не
мотивирован, в связи с чем осуждение Р. и М. по ч. 1 ст. 285 УК РФ
признано необоснованным101.
В зависимости от характера вредных изменений в охраняемых
уголовным законом объектах диспозиции статей Особенной части УК РФ
101
БВС РФ. 2006. № 7. С. 22.
81
конструируют объективную сторону состава преступления двояким образом.
В ряде случаев наличие оконченного состава преступления уголовный закон
связывает лишь с наступлением определенных, указанных в законе
последствий. Такие преступления именуются преступлениями с
материальными составами. К ним относятся убийства, причинение вреда
здоровью, кража и многие другие преступления.
В других случаях уголовный закон считает преступление оконченным
после совершения общественно опасного деяния (действия или бездействия)
независимо от наступления определенных общественно опасных
последствий. Например, заведомое оставление без помощи лица,
находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии (ст. 125 УК РФ),
считается оконченным преступлением независимо от того, заболел ли тяжело
или умер вследствие этого потерпевший или же он был спасен, так как
последствия в этом случае находятся за пределами состава преступления.
Данная уголовно-правовая норма связывает совершение преступления лишь
с фактом оставления потерпевшего в опасном для жизни состоянии. Такие
преступления в теории уголовного права называются преступлениями с
формальными составами.
Следует иметь в виду, что в реальной действительности любые
преступления, в том числе и формальные, всегда влекут за собой какие-то
вредные изменения в окружающей действительности, в охраняемых
уголовным законом объектах (в принципе, нет и не может быть
беспоследственных преступлений). Однако указанные изменения и
последствия не включены законодателем в состав формальных
преступлений, и при решении вопроса о наличии или отсутствии в деянии
состава преступления не принимаются во внимание. Разумеется, эти
последствия могут иметь уголовно-правовое значение, но не для определения
состава соответствующего преступления, а как обстоятельства, смягчающие
или отягчающие ответственность при назначении наказания. Например, для
наличия состава злостного уклонения от уплаты средств на содержание
нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК РФ) не требуется, чтобы в
результате этого пострадавшим был причинен какой-то серьезный вред.
Однако в том случае, когда родители в результате этого, допустим, тяжело
заболели, это обстоятельство на основании ст. 63 УК РФ будет учтено в
качестве отягчающего при назначении наказания.
Законодатель избирает тот или иной способ конструирования
объективной стороны преступления (материальные или формальные
составы) не произвольно, а с учетом и в зависимости от характера и
специфических особенностей общественной опасности соответствующего
преступления и особенностей уголовно-правовых мер борьбы с ним
(особенно их возможностей). В одних случаях законодатель прибегает к
конструкции формальных преступлений ввиду невозможности конкретного
определения характера общественно опасных последствий преступного
деяния или значительной трудности такого определения. При этом
учитывается также трудность процессуального доказывания наличия
82
определенных последствий в практической деятельности органов уголовной
юстиции.
Например, клевета, т.е. распространение заведомо ложных сведений,
порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его
репутацию (ст. 1281 УК РФ), посягает на честь и достоинство личности.
Последствием этого преступления является причинение вреда чести и
достоинству. Если бы законодатель включил это последствие в состав
клеветы, то всякий раз следователь и суд должны были бы решать вопрос о
наличии или отсутствии состава клеветы в зависимости от того, насколько
сильно опозоренным чувствовал себя потерпевший из-за распространенных о
нем заведомо ложных измышлений. Разумеется, установить это очень
сложно, так как в одной ситуации и для одного потерпевшего такие
клеветнические сведения будут причиной серьезных переживаний, а для
другого пройдут незамеченными. Сам факт причинения вреда при клевете не
поддается точному установлению, а определение его размера вряд ли
возможно. Поэтому законодатель справедливо не стал связывать наличие
этого состава с наступлением конкретного последствия. Чаще всего так
поступает законодатель в случаях причинения вреда в результате
преступления в сфере охраны конституционных прав и свобод граждан и
моральной сфере.
В других случаях, хотя конкретизация вредных последствий, в
принципе, бывает и возможна, законодатель не включает их в состав
преступления потому, что преступление имеет высокую степень опасности
уже в момент совершения самого деяния. Так, последствия лежат за
пределами составов таких опасных преступлений, как разбой (ст. 162
УК РФ), вымогательство (ст. 163 УК РФ). Если бы эти составы преступлений
были сконструированы по-другому, как материальные, то они считались бы
оконченными лишь при наступлении определенных последствий (завладения
имуществом). Очевидно, что такая конструкция не отвечала бы интересам
охраны личности и могла бы нанести ущерб борьбе с этими опасными
преступлениями.
§ 4. Причинная связь между действием или бездействием и
наступлением общественно опасных последствий
Причинная связь есть признак объективной стороны материальных
преступлений. Речь об ответственности лица за наступившие общественно
опасные последствия (при наличии, разумеется, вины) может пойти только
тогда, когда они находятся в причинной связи с совершенным им
общественно опасным действием или бездействием. При отсутствии
причинной связи уголовная ответственность за наступление вредных
последствий исключается.
Причина — это философская категория, отражающая одну из форм
всеобщей объективной связи, взаимозависимости и взаимообусловленности
предметов, явлений и процессов, происходящих в природе и обществе.
83
Под причиной понимается явление, которое закономерно, с внутренней
необходимостью порождает другое явление, рассматриваемое как следствие.
Это философское понимание причинности является общим для всех отраслей
знаний, и поэтому оно применимо и к причинной связи в уголовном праве.
Материалистическая философия рассматривает причинную связь как
объективно существующую, как одну из форм всеобщего взаимодействия
природы и общества. Существуя объективно, независимо от нашего
сознания, причинная связь может быть познана человеком.
Объективный характер причинных связей имеет важное значение и для
уголовного права. Следственные органы и суд при расследовании и судебном
рассмотрении уголовного дела устанавливают не какую-то воображаемую
связь между общественно опасным поведением лица и вредными
последствиями этого поведения, а объективную, существующую вне
сознания следователя и суда причинную связь. Однако процесс установления
причинной связи не всегда является простым. Представление человека о
причинных закономерностях нередко несколько упрощает их, абсолютизируя
одни стороны процессов объективной действительности и преуменьшая
значение других. В связи с этим следствие и суд для установления
причинной связи по уголовному делу прибегают к помощи различного рода
специалистов и экспертиз.
Начиная примерно с середины XIX века научная юридическая мысль в
области уголовного права была подчинена поискам приемлемой теории
причинной связи.
Первой такой теорией, которая довольно длительное время не только
господствовала в уголовно-правовой науке, но и разделялась на практике,
была так называемая теория эквивалентности. Эта теория признавала
причинную связь между действием человека и наступившим в результате его
преступным последствием тогда, когда это действие было необходимым
предшествующим условием (conditio sine qua non) результата. Но каким
образом устанавливалось практически, что то или иное действие в самом
деле было не просто условием наступления результата, а именно его
необходимым условием? Делалось это методом мысленного исключения.
Для этого из всех предшествующих наступлению результата условий
мысленно исключалось то действие, которое мы хотим считать причиной
наступившего результата. Если при таком подходе оказывалось, что без этого
действия последствие не наступало бы, то делался вывод, что именно это
действие и было необходимым условием наступления результата, т.е. его
причиной. Если же получалось, что и при мысленном исключении
интересующего действия из числа других условий наступления результата
последний все равно наступал, то делался вывод о том, что данное действие
нельзя было признать необходимым условием наступления результата, а
значит, его нельзя было считать причиной этого результата.
Теория эквивалентности вначале получила широкое распространение.
Однако вскоре и она перестала удовлетворять как теоретиков, так и
практиков, так как на ее основе можно было решать вопрос об уголовной
84
ответственности за очень далеко идущие (самые отдаленные) последствия
совершенного лицом деяния. Очень остроумно высмеял настоящую
безбрежность теории эквивалентности немецкий юрист П. Эртманн: «Если
мой пес надоедает прохожему и он вследствие этого изменяет маршрут своей
ежедневной прогулки, а затем, спустя несколько недель, этот прохожий
попадает под автомобиль, гуляя по вновь избранному маршруту, то я должен
буду нести ответственность, ибо если бы моя собака не вела себя
определенным образом, то прохожий не изменил бы прежнего направления
своей прогулки и не попал бы под автомобиль»102.
В чем же была причина ошибочности указанной теории, приводившей
действительно к крайне широкому пониманию того, что следует считать за
причину совершенного лицом действия? Ошибка заключалась в том, что
сторонники теории эквивалентности все предшествующие условия
наступления результата считали равноценными вне зависимости от того,
являются ли они близкими или отдаленными. Все условия поэтому
признаются одинаковыми, т.е. одинаково значимыми для признания любого
из них причиной. В связи с этим исходя из теории эквивалентности можно
было признать причиной убийства не только, например, действия
непосредственного убийцы, сделавшего смертельный выстрел в
потерпевшего, но и того, кто продал оружие убийце (при мысленном
исключении последнего действия преступный результат не наступил бы,
значит, продажа оружия есть conditio sine qua non наступления этого
результата).
В доктрине была сделана попытка создания теории неравноценности
условий (в противовес теории эквивалентности). Так, К. Биркмейер под
причиной предлагал понимать то из условий наступления последствия,
которое больше, чем другие, повлияло на наступление соответствующего
последствия. То есть фактически, признавая и другие условия условиями
наступления преступного результата, предлагалось считать одни из них
главными, а другие менее главными (терминологически он называл их
несколько иначе — «наиболее действенными» и «менее действенными»). С
этим можно было бы, наверное, и согласиться. Весь вопрос в том, как
практически отделить «наиболее действенные» условия от «менее
действенных»?
Сторонники данной концепции предлагали в этих целях
руководствоваться здравым человеческим смыслом или, как он считал,
«вульгарным» понятием причины, которое используется в повседневной
жизни.
Немецкий криминалист К. Биндинг попытался сформулировать теорию
об изменении равновесия между способствующими и препятствующими
условиями. Это развитие, по его мнению, происходит в результате борьбы,
которую ведут между собой силы, содействующие наступлению результата,
Цит. по: Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву.
М., 1961. С. 200.
85
102
и силы, препятствующие его наступлению. В связи с этим К. Биндинг
действие человека считал причиной наступившего последствия тогда, когда
оно либо способствует содействующим результату условиям, либо ослабляет
противодействующие ему условия, тем самым также создавая перевес
условиям содействующим103. Однако и этот конечный вывод
свидетельствовал о том, что и Биндингу, несмотря на его попытки, не
удалось выйти за рамки теории эквивалентности.
Н.С. Таганцев предлагал признать значение причины наступления
последствия в результате поведения человека только в том случае, когда оно
«настолько облегчило успех присоединившихся сил, что их независимость
является мнимой, а не действительной»104. И наоборот, если степень
способствования наступлению результата является незначительной, то это
прерывает причинную связь между поведением лица и наступившим
результатом. Однако никаких объективных критериев установления
преобладающей роли соответствующих событий или, наоборот, их
относительную незначительность Н.С. Таганцев не выдвинул, оставляя все
это решать на усмотрение судьи.
Попыткой преодолеть слишком широкие возможности объективных
оснований
уголовной
ответственности,
определяемых
теорией
эквивалентности, являлась распространенная в английском уголовном праве
теория ближайшей причины. По признанию самих английских авторов, это
понятие не имеет точных границ. Твердо установленным считается лишь
положение о том, что «существует известный предел, за которым право
отказывается следить за целью причинности, почему и самое действие за
этим пределом рассматривается как слишком отдаленное, чтобы быть
виновным»105. Думается, что в принципе посылку о том, что при
установлении причинных связей в уголовном праве должны быть какие-то
разумные временные пределы (они не могут быть беспредельными), за
которыми те или иные условия теряют значение причин, следует признать
правильной. Другое дело, как опять-таки определить эти пределы? Практика
же выработала лишь ряд положений, касающихся решения этих вопросов по
тем или другим категориям уголовных дел. Так, в английском праве
сохранилось давнее правило, согласно которому никто не может быть
осужден за убийство, когда лицо, подвергшееся нападению и получившее
ранение, прожило год и один день после причинения ему повреждения106.
Определенным противовесом теории эквивалентности была и теория
адекватной причинности. Она считала причиной преступного результата
такие действия, которые вообще, а не только в данном конкретном случае
способны повлечь наступление рассматриваемых преступных последствий.
См.: Церетели Т.В. Причинная связь в уголовном праве. М., 1963. С. 108.
Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Т. 1. СПб., 1887. С. 672.
105
Кении К. Основы уголовного права. М., 1949. С. 139.
106
Дженкс Э. Английское право. М., 1947. С. 152.
86
103
104
Так, согласно данной теории нельзя признать наличие причинной связи
между, например, относительно легким ударом по голове и наступившей
затем смертью потерпевшего, если тот незадолго до этого перенес болезнь
мозга (допустим, был прооперирован по этому поводу). Поскольку
наступление смерти здесь не является типичным, этот результат не
соответствует легкому удару и ему неадекватен, постольку указанный легкий
удар по голове нельзя признать причиной смерти потерпевшего. Очевидно,
что в данном случае принимается во внимание не объективный характер
причинной связи, а он заменяется субъективным представлением, к примеру,
судьи о типичности или нетипичности наступившего результата от
совершенных лицом действий. Дело, однако, заключается в том, что о
типичной причине можно говорить лишь в абстракции. В реальной же
действительности вопрос ставится не в плоскости типичности или
нетипичности причины, а в решении вопроса о том, есть она, т.е. причинная
связь, или нет, и судью мало должна интересовать ее типичность.
Начиная примерно с 30-х гг. прошлого столетия теория российского
уголовного права (в то время — теория советского уголовного права) также
пыталась сузить слишком широкие рамки объективных оснований уголовной
ответственности, установленных теорией эквивалентности. Наибольшее
распространение в отечественной уголовной науке получила теория
необходимого причинения, впервые обоснованная А.А. Пионтковским.
В основу этой теории автор положил качественное различие между
философскими категориями необходимости и случайности. Вначале
необходимо установить, что интересующее нас действие того или иного лица
было одним из необходимых условий наступления преступного результата
(как и в теории эквивалентности). После получения положительного ответа
на этот вопрос необходимо решить, явилось ли наступление
соответствующего последствия необходимым или случайным. «Необходимое
последствие есть проявление закономерности развития данного явления, оно
внутренне ему присуще. Случайное последствие закономерно не вытекает из
данного явления, хотя оно само причинно обусловлено. Оно наступает
потому, что в своем развитии данная закономерность переплетается с
действиями других посторонних для нее обстоятельств»107.
В связи с этим уголовная ответственность ни при каких условиях не
должна быть связана со случайными последствиями человеческого
поведения: вопрос об ответственности за наступившие последствия может
быть поставлен и положительно решен лишь тогда, когда эти последствия
были необходимыми, закономерными последствиями совершенного лицом
действия, имели в нем свое основание.
Между сторонниками теории необходимого причинения возникает
иногда противоречие при решении вопроса о наличии или отсутствии
Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961.
С. 213.
87
107
причинной связи, когда наступлению общественно опасного результата
содействовали особые свойства организма потерпевшего.
В судебной же практике были решения как в пользу одной, так и другой
точки зрения на этот счет. Приведем два примера из практики Верховных
Судов РСФСР и СССР, ставшие почти классическими.
С. довольно сильно ударила рукой по голове 13-летнего мальчика К.
В тот же вечер мальчик занемог, а через неделю умер. В соответствии с
судебно-медицинской экспертизой, Верховный Суд установил, что смерть
последовала от паралича сердца вследствие воспаления мозговых оболочек,
причиной чего явился удар в голову, от чего получилось расхождение
костных швов. Суд указал, что при наличии старого процесса воспаления
среднего левого уха удар для К. был смертельным. Таким образом, несмотря
на то, что наступлению смерти потерпевшего сопутствовали особые
свойства организма потерпевшего, Верховный Суд признал наличие
причинной связи между действиями обвиняемой и наступившей смертью
мальчика108.
Другой пример.
П. был признан виновным в том, что, проезжая в повозке на лошади по
одной из улиц города, сделал крутой поворот и наехал на игравшую на
тротуаре пятилетнюю девочку, которая получила повреждения в области
головы. Она была доставлена в больницу, где через 17 дней умерла. Судебномедицинская экспертиза установила, что девочка получила легкие телесные
повреждения, однако вследствие сильного истощения организма ребенка,
вызванного только что перенесенной болезнью, незначительные
повреждения мягких тканей лица от столкновения с повозкой явились
источником заражения всего организма, что и вызвало смерть. Верховный
Суд определил по этому делу, что при наличии указанных обстоятельств,
поскольку неосторожными действиями П. потерпевшей К. нанесены легкие
телесные повреждения, а смерть девочки наступила от инфекционного
процесса, вспыхнувшего в связи с ранее перенесенной болезнью, причинная
связь между действиями П. и наступившими последствиями — смерть К. —
отсутствует109.
До сих пор судебная практика с «переменным» успехом склоняется то к
одному, то к другому варианту решения. Нам же кажется, что правильной
является позиция А.А. Пионтковского, считавшего, как уже отмечалось, что
особые свойства потерпевшего не придают причинной связи случайный
характер, а сохраняют за ней значение необходимой причинной связи. В этих
случаях надо лишь правильно сформулировать вопрос. Он должен быть
сформулирован примерно так: «Есть ли необходимая причинная связь между
действием, совершенным обвиняемым в отношении потерпевшего,
обладающего особыми свойствами организма, и наступившими в результате
108
109
Судебная практика Верховного Суда РСФСР. 1927. № 14. С. 22.
Судебная практика Верховного Суда СССР. 1952. № 1. С. 98.
88
этого (т.е. как действий обвиняемого, так и особых свойств потерпевшего)
преступными последствиями?».
Определенные трудности возникают и в случаях, когда течение
причинной связи осложняется тем, что в цепь причинности вклиниваются
привходящие (извне) силы110, т.е. причинная связь осложняется поведением
третьих лиц, вмешательством сил природы либо виной потерпевшего.
Например, потерпевшему был нанесен ножевой удар в живот (сам по
себе несмертельный), однако хирург, зашивая рану, оставил в брюшной
полости раненого марлевую салфетку, в результате чего тот через три дня
скончался от острого воспаления брюшины. Или, допустим (это также
пример из реальной судебной практики), шофер в нарушение правил
дорожного движения посадил грузчиков в кузов самосвала. В пути
следования один из них выпрыгнул из машины, попал под колесо и был
раздавлен. В обоих случаях суд не признал наличия причинной связи между
действиями причинившего ранение в живот и между нарушением водителем
самосвала правил дорожного движения и наступившим в обоих случаях
смертельным исходом для потерпевшего. Смерть и в том и в другом случае
не вытекает с необходимостью из указанных действий, она случайна по
отношению к этим действиям и причина ее лежит в иных действиях других
лиц (в первом случае — преступная небрежность хирурга, во втором —
грубая неосторожность самого потерпевшего).
Любая причинная связь, в том числе и причинная связь в уголовном
праве, характеризуется рядом признаков. Наиболее общим признаком любых
причинных связей является их многозначность. Это означает, что в реальной
действительности редко бывают ситуации, когда одно последствие
порождается одной причиной. Обычно сама причина вызывается рядом
обстоятельств и в свою очередь порождает также не одно, а несколько самых
разнообразных явлений — следствий. В связи с этим причинная связь чаще
всего есть не взаимодействие двух явлений, а совокупность ряда явлений.
Нередко причина и следствие отделены друг от друга целой цепочкой других
явлений и обстоятельств, которые выступают в виде связывающих причину и
следствие звеньев. Поэтому причинная связь — это не обязательно связь
между «соседними» по внешней последовательности событиями.
Преступное последствие также может быть следствием не одного
деяния, а нескольких, и в этом случае необходимо учитывать всю
совокупность причин. Например, строители не поставили ограждение около
выкопанной через дорогу траншеи, а шофер, который ехал ночью, не проявил
должной внимательности, в результате чего произошла авария, в которой
погиб пассажир. В таких случаях необходимо устанавливать наличие
причинной связи между каждым общественно опасным деянием и
В.Н. Кудрявцев выделяет следующие разновидности причинной связи, осложненной
вмешательством привходящих сил: вмешательство сил природы и технических процессов;
деятельность невиновного лица; вина потерпевшего; преступное поведение других лиц.
См.: Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1960. С. 215–232.
89
110
наступившим последствием. При этом необходимо проследить характер
взаимосвязи этих обстоятельств и объективную значимость каждого из них
для наступления преступного последствия.
При решении вопроса о наличии или отсутствии причинной связи между
общественно опасным деянием и общественно опасным последствием при
расследовании или судебном рассмотрении уголовного дела, не
ограничиваясь установлением того, наступили ли в реальной
действительности общественно опасные последствия, необходимо
установить, совершено ли при этом общественно опасное деяние,
содержащее признаки соответствующего состава преступления.
Следующим условием установления причинной связи является
определение внешней последовательности явлений, принимаемых за
причину и следствие. Общественно опасное деяние (действие или
бездействие) должно по времени предшествовать преступному
последствию.
Однако для решения вопроса о наличии причинной связи между двумя
явлениями недостаточно установить лишь их внешнюю последовательность.
Необходимо, чтобы одно из них (совершенное общественно опасное деяние)
определенным образом повлияло на наступление другого (общественно
опасного последствия). В процессе установления причинной связи
необходимо выяснить, что общественно опасное деяние, вменяемое лицу в
качестве причины наступления преступного результата, являлось
необходимым условием, без которого это последствие не могло бы
наступить. Вместе с тем, как уже отмечалось, указанное обстоятельство (как
и установление внешней последовательности событий деяния и последствия)
является лишь необходимым этапом установления причинной связи в
процессе деятельности следователя или суда при расследовании и судебном
рассмотрении уголовного дела.
Российская уголовно-правовая наука проводит принципиальное
различие между причинами и условиями (даже необходимыми). Условия, в
отличие от причины, — это явления, которые сами по себе не могут
непосредственно породить другое явление (следствие), но, сопутствуя
причинам и влияя на них, обеспечивают определенное их развитие. Условия
иногда играют значительную роль в развитии причинной связи. Они могут
обеспечить действие причины, т.е. способствовать наступлению следствия,
но могут и тормозить развитие причинной связи. Причина же, в отличие от
условия, с внутренней закономерностью порождает определенные
последствия.
Причиной, а не условием определенное событие является лишь тогда,
когда установлено, что соответствующее последствие вызвано именно
данным, а не другим явлением. Последнее же, как уже было отмечено при
характеристике концепций причинной связи, решается на основе
определения того, является связь между рассматриваемыми событиями
необходимой или случайной. Необходимой связь является в том случае,
когда она обусловлена внутренним развитием данного деяния, присущими
90
ему особенностями и той конкретной ситуацией, в которой оно
происходит111.
Случайной связь будет признана тогда, когда последствия не являются
результатом внутреннего развития определенного деяния, а вызываются
иными причинами и обстоятельствами. Преступный результат в этих случаях
наступает потому, что к соответствующему деянию присоединяются какие-то
побочные обстоятельства.
Например, одно лицо причинило другому легкий вред здоровью (ст. 115
УК РФ). В нанесенную ранку попали бациллы столбняка, болезнь была
запущена, и потерпевший умер. В этом случае необходимая причинная связь
существует лишь между действиями лица и причинением легкого вреда
здоровью потерпевшего. С наступлением же смерти потерпевшего его
действия причинно не связаны, так как это последствие не вытекает с
внутренней необходимостью из поведения лица, причинившего легкий вред
здоровью потерпевшего, а вызвано присоединением к нормальному ходу
развития причинной связи побочных обстоятельств. Смерть потерпевшего
наступила не из-за причинения легкого вреда здоровью, а из-за попадания в
ранку болезнетворных бактерий. В связи с этим в рассмотренном случае
лицо может быть привлечено к уголовной ответственности лишь за
причинение легкого вреда здоровью.
Причинная связь исследуется и выявляется именно такой, какой она
реально была в объективной действительности. Иногда результат может быть
вызван исключительными особенностями или свойствами потерпевшего или
предмета посягательства либо специфическими особенностями обстановки
совершенного общественно опасного деяния. Однако если результат
наступил именно в этих специфических условиях, то, как уже отмечалось,
следует признать наличие необходимой причинной связи.
По общему правилу причинная связь устанавливается в преступлениях с
материальным составом — между совершенным общественно опасным
деянием (действием или бездействием) и наступившими общественно
опасными последствиями. Однако причинная связь устанавливается и в
некоторых формальных преступлениях. Речь идет о таких преступлениях с
формальным составом, в которых признаком объективной стороны является
создание лицом реальной возможности наступления соответствующего
ущерба (при фактическом наступлении таких последствий).
Например, ст. 247 УК РФ предусматривает уголовную ответственность
за производство запрещенных видов опасных отходов, транспортировку,
хранение, захоронение, использование или иное обращение радиоактивных,
бактериологических, химических веществ и отходов с нарушением
установленных правил, если эти деяния создали угрозу причинения
Причинную связь, обусловливающую наступление преступного результата «без
присоединения других независимых сил, в частности, без вмешательства других
человеческих поступков», В.Н. Кудрявцев называл прямой причинной связью. См.:
Кудрявцев В.Н. Указ. соч. С. 213.
91
111
существенного вреда здоровью человека или окружающей среде. В таких
случаях ввиду отсутствия в реальной действительности конкретных
последствий возникает необходимость исследования вопроса о возможности
развития причинной связи, т.е. такой, которая должна была бы иметь место,
если бы такие-то обстоятельства, не зависящие от воли лица, совершившего
общественно опасное деяние, не помешали наступлению общественно
опасного последствия. Установление возможного (предполагаемого)
характера развития причинной связи в случаях, когда определенное явление
создавало реальную возможность наступления определенных последствий,
не противоречит положению об объективном характере причинных связей.
Реальная возможность наступления вредных последствий является не
только субъективным предположением о ходе развития возможных событий.
Она носит и объективный характер, поскольку реальная возможность создает
такую ситуацию, при которой одно явление по своим объективным
качествам в определенной обстановке закономерно порождает другое
явление. В уголовном праве в качестве такого явления выступает
общественно опасное деяние, которое создает реальную возможность
наступления общественно опасного последствия. Это вредное последствие не
наступает исключительно в силу каких-то случайных обстоятельств, которые
извне присоединяются к развитию причинной связи.
Установление причинной связи необходимо не только при совершении
общественно опасного действия, но и при общественно опасном бездействии.
Так же, как и действие, бездействие человека производит определенные
изменения в окружающем мире. Следует отметить, что в УК РФ в отдельных
случаях прямо указывается на необходимость причинной связи между
бездействием и вредными последствиями.
Выяснение причинной связи при бездействии обладает особенностью,
объясняемой социальной и юридической характеристикой бездействия.
Бездействие в уголовно-правовом смысле — это всегда невыполнение лицом
лежащей на нем обязанности. Только в том случае, когда на лице лежала
обязанность активного поведения, совершения определенных действий, и
оно не выполнило этих обязанностей, вследствие чего наступили
общественно опасные последствия, можно говорить о наличии причинной
связи между бездействием лица и наступившими последствиями. При
отсутствии у лица такой обязанности вопрос о причинной связи между его
бездействием и наступившими последствиями отпадает.
Особенность установления причинной связи при бездействии состоит и
в необходимости решения при этом вопроса о том, могло ли
соответствующее действие, которое обязанное лицо совершило бы,
предотвратить наступление преступного результата. Причинная связь будет
налицо только при положительном ответе на этот вопрос112.
См. Тер-Акопов А.А. Бездействие как форма преступного поведения. М., 1980. Следует
отметить, что некоторые авторы отрицают наличие причинной связи при бездействии.
92
112
Б., работая воспитателем детского оздоровительно-образовательного
лагеря, оставила на футбольном поле без должного присмотра
восьмилетнего К., который схватился руками за горизонтальную
перекладину футбольных ворот и стал раскачиваться. После
кратковременного раскачивания произошло падение металлической
конструкции футбольных ворот на малолетнего К., которому в результате
удара был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший его смерть на месте
происшествия. Действия Б. квалифицированы судом по ч. 2 ст. 109 УК РФ
как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего
исполнения своих профессиональных обязанностей требованиям техники
безопасности.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала,
что по смыслу ч. 2 ст. 109 УК РФ обязательным условием для привлечения
лица к уголовной ответственности является установление правовых
предписаний, регламентирующих поведение лица в той или иной
профессиональной сфере. Отсутствие соответствующей правовой нормы
(правил поведения) свидетельствует и об отсутствии самого общественно
опасного деяния, поскольку в таком случае нельзя установить отношение
лица к тем или иным правовым предписаниям (профессиональным
обязанностям).
Кроме того, несовершение необходимого действия либо совершение
запрещаемого
действия
должно
быть
обязательным
условием
наступившего последствия, т.е. таким условием, устранение которого (или
отсутствие которого) предупреждает последствие.
Из материалов дела следует, что смерть потерпевшего К. наступила
от черепно-мозговой травмы, полученной в результате падения на него
металлической конструкции футбольных ворот. Однако в должностные
обязанности воспитателя лагеря Б. не входила обязанность по проверке
технического состояния спортивных сооружений.
Судом установлен факт допуска в эксплуатацию несертифицированных
футбольных ворот, не отвечающих требованиям безопасности, о чем
осужденной не было известно. При этом осужденная не предвидела
возможности наступления смерти потерпевшего от своих действий
(бездействия) и по обстоятельствам дела не могла предвидеть наступления
тяжких последствий в результате падения незакрепленной надлежащим
образом конструкции футбольных ворот.
При таких данных, допущенные Б. нарушения не являются уголовно
наказуемыми, поскольку не содержат одного из признаков объективной
стороны состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ,
каковым является причинно-следственная связь между действиями
(бездействием) и наступившими последствиями113.
См., например: Шаргородский М.Д. Вопросы общей части уголовного права. Л., 1955. С.
55.
113
БВС РФ. 2016. № 3. С. 25.
93
5. Место, время, обстановка, средства и орудия, способ совершения
преступления
Место совершения преступления — это определенная территория, на
которой совершено преступление. Например, п. «г» ч. 1 ст. 258 УК РФ
предусматривает наказание за незаконную охоту на территории заповедника,
заказника либо в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной
экологической ситуации, а п. «в» ч. 1 ст. 256 УК РФ к уголовно наказуемому
относит незаконную добычу рыбы, морского зверя и иных водных животных
или промысловых морских растений в местах нереста или на миграционных
путях к ним.
Время совершения преступления как признак состава преступления —
это определенный временной период, в течение которого может быть
совершено
преступление.
Например,
такие
преступления,
как
воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе
избирательных комиссий (ст. 141 УК РФ) и фальсификация избирательных
документов, документов референдума (ст. 142 УК РФ), предполагают
совершение их в определенное время — выборов в органы государственной
власти и органов местного самоуправления или референдума.
В этих случаях и место, и время совершения преступления являются
признаком объективной стороны состава преступления, отсутствие которого
означает и отсутствие соответствующего состава.
Обстановка совершения преступления — это те объективные условия,
при которых происходит преступление. Обстановка совершения
преступления может оказать непосредственное влияние на наличие
общественной опасности деяния и ее степень. Дело в том, что способность
общественно опасного деяния причинять вред зависит не только от самого
деяния (действия или бездействия), но и от окружающей обстановки, в
которой оно происходит.
Например, курение в степи и курение во взрывоопасном цехе приводит к
различным последствиям. Если первое не является общественно опасным, то
второе может привести к тяжким последствиям. Поэтому в ряде случаев
законодатель конструирует объективную сторону преступления, вводя в нее
характеристику обстановки совершения преступления, и в этом случае она
является признаком состава. Например, ч. 1 ст. 359 УК РФ предусматривает
уголовную ответственность за использование наемника в вооруженном
конфликте или военных действиях. И в этом случае указанные условия
использования наемника, т.е. обстановка вооруженного конфликта или
военных действий, превращаются в необходимый признак объективной
стороны данной разновидности наемничества. Преступления против военной
службы, предусмотренные гл. 33 УК РФ, предполагают их совершение в
мирное время. В соответствии с ч. 3 ст. 331 УК РФ уголовная
ответственность за преступления против военной службы, совершенные в
военное
время
либо
в
боевой
обстановке,
определяется
94
законодательством РФ военного времени. И это не случайно, так как эти
признаки значительно повышают общественную опасность указанных
преступлений. Эта повышенная общественная опасность состоит в том, что
преступление происходит тогда, когда военнослужащий находится в
непосредственном соприкосновении с противником, выполняет боевую
задачу, и подобные действия военнослужащих могут серьезно ослабить
боеспособность воинского подразделения.
Средства и орудия совершения преступления — это те орудия и
приспособления, при помощи которых было совершено преступление.
Использование преступником тех или иных средств также может
существенно влиять на степень общественной опасности деяния. В тех
случаях, когда соответствующие средства и орудия повышают его
общественную опасность, они включаются законодателем в число признаков
объективной стороны состава преступления. Так, применение при разбое
оружия или предметов, используемых в качестве оружия, повышает
общественную опасность деяния, и поэтому разбой с применением этих
орудий преступления законодатель выделил в квалифицированный состав и
предусмотрел за него повышенную ответственность (ч. 2 ст. 162 УК РФ).
Обязательным признаком бандитизма (ст. 209 УК РФ) является
признак вооруженности банды, т.е. наличия хотя бы у одного из участников
банды оружия в собственном смысле этого слова. Использование
участниками нападения непригодных к целевому применению оружия или его
макетов не может рассматриваться в качестве признака вооруженности
банды.
Как усматривается из материалов дела, ни органы следствия, ни суд не
установили, какое оружие было на вооружении банды, соответствует ли
оно требованиям, изложенным в Федеральном законе «Об оружии». Таким
образом, вывод суда об организации виновными банды при отсутствии
доказательств использования ими пригодного для применения оружия не
доказан. Президиум Верховного Суда РФ отменил приговор в отношении
осужденных по ст. 209 УК РФ, а дело производством в данной части
прекратил114.
Под способом совершения преступления понимаются те приемы и
методы, которые использовал преступник для совершения преступления.
В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27
декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и
разбое», как тайное хищение чужого имущества (кражу) следует
квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие
имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого
имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но
незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что
совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки,
114
БВС РФ. 1999. № 10. С. 7.
95
полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным
хищением чужого имущества.
В свою очередь, открытым хищением чужого имущества,
предусмотренным ст. 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение,
которое совершается в присутствии собственника или иного владельца
имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это
преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают
противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли
они меры к пресечению этих действий или нет115.
Способ совершения преступления также очень часто может влиять на
наличие или степень общественной опасности преступления, и в тех случаях,
когда он повышает общественную опасность деяния, законодатель вводит его
в число признаков соответствующего состава преступления. Так, если
клеветнические сведения распространяются, например, в СМИ, уголовный
закон предусматривает за такую клевету повышенную ответственность (ч. 2
ст. 1281 УК РФ).
Действующее уголовное законодательство РФ конструирует диспозиции
статей Особенной части УК РФ в зависимости от описания способа
совершения преступления следующим образом:
— в диспозиции содержится указание на единственный способ
совершения преступления. Так, состав квалифицированного ложного доноса,
совершенного «с искусственным созданием доказательств обвинения»,
влечет ответственность по ч. 3 ст. 306 УК РФ. Совершение данного
преступления иным способом (при отсутствии других отягчающих
обстоятельств) будет квалифицировано по ч. 1 этой же статьи;
— диспозиция содержит точный перечень возможных способов
совершения преступления. Например, ч. 2 ст. 141 УК РФ предусматривает
уголовную ответственность за воспрепятствование осуществлению
избирательных прав или права участвовать в референдуме, а также
воспрепятствование работе избирательных комиссий или комиссий по
проведению референдума, соединенное с подкупом, обманом, применением
насилия либо угрозой его применения, совершенное лицом с использованием
своего служебного положения или группой лиц по предварительному
сговору или организованной группой. Воспрепятствование же иным
способом образует состав этого же преступления без отягчающих
обстоятельств (ч. 1 ст. 141 УК РФ);
— диспозиция содержит примерный перечень возможных способов
совершения преступления. В этих случаях преступление может быть
совершено и иными кроме перечисленных способами. Например, ч. 2 ст. 167
УК РФ определяет квалифицированный состав уголовно наказуемого
умышленного уничтожения или повреждения имущества, совершенного
«путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом»;
115
БВС РФ. 2003. № 1. С. 2.
96
— из формулировки диспозиции может вытекать, что совершение
преступления возможно любым способом (например, ст. 125 УК РФ об
ответственности за оставление в опасности).
В тех случаях, когда место, время, обстановка, средства и орудия, а
также способ совершения преступления не являются признаками
объективной стороны состава преступления, они не безразличны для
уголовной ответственности, так как могут учитываться как смягчающие или
отягчающие ответственность обстоятельства при назначении наказания или
иметь важное доказательственное значение по уголовному делу.
Литература
1. Акоев К.Л. Место совершения преступления и его уголовно-правовое
значение. Ставрополь, 2000.
2. Бойко А.И. Преступное бездействие. СПб., 2003.
3. Козаченко И.Я., Курченко В.Н., Злотенко Я.М. Проблемы
причинности и причинной связи в институтах Общей и Особенной частей
отечественного уголовного права. СПб., 2003.
4. Кузнецова Н.Ф. Значение преступных последствий для уголовной
ответственности // Избранные труды. СПб., 2003.
5. Малинин В.Б. Причинная связь в уголовном праве. СПб., 2000.
6. Нагаева Т.И.Формы и виды преступного деяния. М., 2012.
7. Плотников А.И. Объективное и субъективное в преступлении. М.,
2011.
8. Сабитов Р.А. Учение о последствиях преступлений. М., 2015.
9. Тер-Акопов А.А. Преступление и проблемы нефизической
причинности в уголовном праве. М., 2003.
10. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. VI. Объект преступления. Объективная сторона преступления / под
ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
97
Тема 7. СУБЪЕКТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридические признаки общего субъекта преступления;
юридические и медицинские критерии невменяемости; основания признания
субъекта преступления специальным; перспективы введения уголовной
ответственности юридических лиц;
уметь понимать значение возраста для наступления уголовной
ответственности; принимать правовые решения в соответствии с
положениями о невменяемости и «ограниченной» вменяемости;
владеть навыками определение признаков общего и специального
субъекта преступления; решать проблемные вопросы, связанные с
установлением признаков субъекта преступления.
§ 1. Понятие общего субъекта преступления
Субъектом преступленияпо российскому уголовному праву
признается лицо, совершившее запрещенное уголовным законом
общественно опасное деяние (действие или бездействие) и способное нести
за него уголовную ответственность.
Субъект преступления — это один из элементов состава преступления,
без которого уголовная ответственность невозможна.
Кто же может быть субъектом преступления? Каковы признаки
субъекта? Физическое лицо, совершившее преступление, способно нести за
содеянное уголовную ответственность, если оно обладает следующими
признаками:
— вменяемостью;
— достигло установленного уголовным законом возраста.
Положение о том, что субъектом преступления может быть лишь
физическое лицо, вытекает из ряда статей УК РФ. Так, в ст. 11–13 УК РФ
говорится о том, что субъектами преступления и уголовной ответственности
могут быть граждане РФ, иностранные граждане и лица без гражданства.
Классическим принципом уголовного права является принцип личной
ответственности виновного, т.е. ответственности лишь вменяемого,
достигшего определенного возраста физического лица, совершившего
запрещенное уголовным законом преступное деяние. Этот принцип,
бесспорно, является одним из самых важных завоеваний человечества на его
пути к цивилизации, прогрессу и демократии. Провозглашен он был еще в
конце XVIII в. в ходе Великой французской революции.
Данный принцип вытеснил существовавшее до этого общее
представление об уголовной ответственности как ответственности не только
за виновное совершение преступления, но и за причинение любых опасных и
вредных последствий, сложившееся в феодальную эпоху. Последние же
могли быть причинены и невменяемыми, и животными, и даже неживыми
предметами (известно, например, что в России в 1553 г. был осужден за
98
государственное преступление церковный колокол, «призывавший» народ к
восстанию в Угличе; мятежный колокол был наказан кнутом и сослан в
Сибирь).
Субъектом преступления должно быть обязательно вменяемое лицо, т.е.
способное осознавать фактический характер и общественную опасность
своего действия (бездействия) либо руководить ими.
Лица невменяемые, лишенные такой способности вследствие
расстройства психики, не могут быть субъектами преступления. Вместе с тем
очевидно, что даже у психически здорового человека указанная способность
сознания и воли возникает только по достижении определенного возраста.
В связи с этим уголовный закон устанавливает определенный возраст (ст. 20
УК РФ), по достижении которого лицо может быть привлечено к уголовной
ответственности за совершенное преступление.
Указанные три признака являются общими юридическими признаками
субъекта преступления. Они являются обязательными признаками любого
состава преступления, и отсутствие одного из них означает отсутствие в
деянии состава преступления.
Вместе с тем в ряде случаев в Особенной части УК РФ
предусматривается ответственность лиц, обладающих кроме общих еще и
дополнительными
признаками,
характеризующими
субъекта
соответствующего преступления. Например, субъектом преступлений против
военной службы (ст. 331 УК РФ) могут быть только военнослужащие,
проходящие воинскую службу по призыву или контракту в Вооруженных
Силах, других войсках и воинских формированиях РФ, а также граждане,
пребывающие в запасе, во время прохождения ими военных сборов и
некоторые другие лица. Эти дополнительные признаки превращают
соответствующее лицо в специальный субъект преступления. Субъектом
государственной измены может быть лишь гражданин РФ (ст. 275 УК РФ).
От понятия субъекта преступления необходимо отличать понятие
личности преступника. И то и другое понятие относятся к одному и тому
же лицу — лицу, совершившему преступление. Однако содержание этих
понятий и главное — их юридическое (уголовно-правовое) значение не
совпадают. Как уже отмечалось, субъект преступления — это совокупность
тех признаков, без которых нет и не может быть либо никакого состава
преступления (общие признаки), либо определенного состава преступления
(признаки специального субъекта преступления). Отсутствие любого из этих
признаков означает и отсутствие в конкретном случае состава преступления,
а, следовательно, и непривлечение лица к уголовной ответственности.
В отличие от этого признаки личности преступника не сводятся к
признакам состава преступления. Например, социально-психологические и
биологические признаки лица, совершившего преступление, не
охватываются конструкцией состава преступления. Проблема личности
преступника изучается криминологией с привлечением методов и методик
самых различных наук — как изучающих социальные явления, так и
естественных наук (медицины, биологии, в том числе и генетики, и т.д.).
99
В криминологии признаки личности принято сводить к трем основным
компонентам:
— социальному статусу личности, что определяется принадлежностью
лица к определенной социальной группе (или классу) и социальнодемографической характеристикой (пол, возраст, образование, семейное
положение и т.д.);
— социальным функциям (роли) личности, включающим совокупность
видов деятельности лица в системе общественных отношений как
гражданина, члена трудового коллектива, семьянина и т.д.;
—
нравственно-психологической
характеристике
личности,
отражающей ее отношение к социальным ценностям и выполняемым
социальным функциям116 (например, случайные, профессиональные
преступники и т.д.).
Признаки личности преступника также могут иметь уголовно-правовое
значение, влияя в ряде случаев на индивидуализацию наказания либо на
освобождение от него. Так, личность виновного учитывается при
определении вида и размера наказания (ст. 60 УК РФ), в качестве
обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание (ст. 61, 63, 64
УК РФ), при решении вопроса об условном осуждении (ст. 73 УК РФ), при
решении вопроса об освобождении от наказания в связи с болезнью (ст. 81
УК РФ).
Однако признаки личности (в отличие от признаков субъекта
преступления) могут и не иметь уголовно-правового значения. Так, для
большинства преступлений безразличным является пол виновного, его
возраст в рамках совершеннолетия, его образование и род занятий. Все эти
признаки, как правило, не влияют на уголовную ответственность и
наказание. Для криминологической же характеристики как преступлений, так
и лиц, их совершающих, эти признаки не только не безразличны, но имеют
важное значение. Именно с учетом этих признаков могут быть, например,
определены меры предупреждения соответствующих преступлений.
§ 2. Возрастные признаки субъекта преступления
Как уже отмечалось, субъектом преступления может быть не любое
физическое и вменяемое лицо, а только достигшее определенного возраста.
Лица малолетние, которые в силу своего возраста не способны в полной мере
осознавать опасность совершаемых ими действий (бездействия) или
руководить ими, не могут быть признаны субъектами преступления и не
несут уголовной ответственности за совершенные ими общественно опасные
деяния.
В соответствии с ч. 1 ст. 20 УК РФ уголовной ответственности подлежит
лицо, достигшее ко времени совершения преступления 16 лет. Лица, которым
Криминология / под ред. Б.В. Коробейникова, Н.Ф. Кузнецовой, Г.М. Миньковского. М.,
1988. С. 87.
100
116
до совершения преступления исполнилось 14 лет, согласно ч. 2 ст. 20 УК РФ
подлежат уголовной ответственности только за перечисленные в ней
преступления.
Например, согласно ст. 20 УК РФ уголовной ответственности за
преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ, подлежит лицо,
достигшее ко времени его совершения 16-летнего возраста.
Как следует из материалов дела, убийство потерпевшего при
превышении пределов необходимой обороны Ш. совершил в возрасте 15 лет
11 месяцев. Таким образом, Ш. на момент причинения потерпевшему смерти
не достиг возраста уголовной ответственности за это деяние, поэтому в его
действиях отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 108
УК РФ117.
Устанавливая общий возраст уголовной ответственности с 16 лет, а за
отдельные преступления — с 14 лет, уголовный закон учитывает, что с
достижением такого возраста несовершеннолетний в полной мере способен
оценивать свое поведение, в том числе и преступное. Вместе с тем УК РФ
ввел правило позволяющее освободить несовершеннолетнего от уголовной
ответственности даже по достижении им возраста уголовной
ответственности.
В соответствии с ч. 3 ст. 20 УК РФ если несовершеннолетний достиг
возраста уголовной ответственности, но вследствие отставания в
психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, был
неспособен в полной мере осознавать фактический характер и общественную
опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не
подлежит уголовной ответственности. В этих случаях речь, по сути дела,
идет о своеобразной возрастной невменяемости.
Эта новелла была заимствована законодателем из известной
теоретической модели уголовного кодекса. В ней Р.И. Михеев
сформулировал
следующую
норму:
«Не
подлежит
уголовной
ответственности лицо, которое достигло установленного в законе возраста,
но вследствие психической незрелости (вариант:
задержки
в
психофизическом развитии) было неспособно сознавать фактический
характер либо общественную опасность своих действий (бездействия) или
руководить ими»118.
БВС РФ. 2013. № 4. С. 22.
Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования / отв. ред. В.Н. Кудрявцев, С.Г.
Келина. М., 1987. С. 65.
Следует отметить, что подобная норма существовала в российском дореволюционном
уголовном праве. Так, в Уголовном уложении 1903 г. была сформулирована норма, в
соответствии с которой не вменялось «в вину преступное деяние, учиненное
несовершеннолетним от 10 до 17 лет, который не мог понимать свойства и значения им
совершаемого или руководить своими поступками». Согласно Руководящим началам по
уголовному праву РСФСР 1919 г. несовершеннолетние, совершившие преступления в
возрасте от 14 до 18 лет, освобождались от наказания в случае, если было установлено,
что они действовали «без разумения».
101
117
118
О настоящей невменяемости в этих случаях говорить не приходится, так
как налицо отсутствие ее медицинского критерия. Задержка в
психофизиологическом развитии несовершеннолетнего вызывается не его
психическим
расстройством,
а
индивидуальными
возрастными
особенностями психофизиологического развития несовершеннолетнего,
проявляющимися, например, в его социальном инфантилизме.
Так, Верховный Суд РФ, рассмотрев в кассационном порядке дело в
отношении Б., осужденного за разбой при отягчающих обстоятельствах,
приговор отменил и дело прекратил за отсутствием в деянии состава
преступления.
Общественно опасное деяние, содержащее признаки разбоя, Б.
совершил в возрасте 15 лет, и с формальной стороны данное
обстоятельство давало основание для привлечения его к уголовной
ответственности. Однако, как установлено стационарной судебнопсихиатрической экспертизой, у Б., хотя и нет психического заболевания,
обнаруживается серьезная задержка психического развития вследствие
перенесенных им при родах травмы головного мозга, асфиксии и
недоношенности, по уровню общего психического развития на момент
обследования он не соответствует паспортному возрастному периоду,
считается не достигшим 14 лет и в силу интеллектуально-личностной
незрелости, недостаточной способности к прогнозированию и контролю на
момент обследования, как и во время совершения общественно опасного
деяния, не мог в полной мере осознавать значение своих действий и
руководить ими119.
С несовершеннолетним возрастом субъекта преступления уголовный
закон связывает многие особенности уголовной ответственности и наказания,
которые будут рассмотрены в главе 20.
В УК РФ определены возрастные границы, от которых зависит
способность лица нести уголовную ответственность, — 16 и 14 лет. Однако
это вовсе не значит, что за все преступления, кроме перечисленных в ч. 2
ст. 20 УК РФ, уголовная ответственность наступает с 16-летнего возраста.
Фактически за многие преступления она наступает не с 16 лет, а с гораздо
более зрелого возраста. Например, за ряд должностных преступлений, таких
как злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ),
превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ), получение взятки
(ст. 290 УК РФ) и некоторые другие, ответственность возможна лишь с 18летнего возраста (а практически субъектом этих преступлений являются лица
даже более старшего возраста). Субъектом преступлений против правосудия,
совершаемых, например, судьями, может быть лишь лицо, достигшее 25летнего возраста.
Следует отметить, что в УК РФ упоминается еще один возрастной
показатель субъекта преступления, имеющий важное уголовно-правовое
значение. В соответствии со ст. 59 УК РФ, смертная казнь не может быть
119
БВС РФ. 1997. № 8. С. 12.
102
применена к мужчинам, совершившим преступление в возрасте до 18 лет и
старше 65 лет.
§ 3. Невменяемость. Психическое расстройство, не исключающее
вменяемости
Как уже отмечалось, нести уголовную ответственность за совершенное
общественно опасное деяние, т.е. быть субъектом преступления, могут лишь
вменяемые лица, т.е. обладающие сознанием и волей. Только такие лица
способны сознавать содеянное ими и руководить своими деяниями. Лица,
лишенные такой способности, т.е. те, кто не осознает опасности содеянного,
а если осознает, то не может руководить своими действиями (бездействием),
признаются невменяемыми и не подлежат уголовной ответственности. К ним
могут быть применены только меры медицинского характера, в том числе и
принудительные.
Понятие невменяемости раскрывается в ч. 1 ст. 21 УК РФ: «Не
подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения
общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то
есть не могло осознавать фактический характер и общественную опасность
своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического
психического расстройства, временного психического расстройства,
слабоумия либо иного болезненного состояния психики».
Понятие невменяемости складывается из двух критериев, совокупность
которых и характеризует это состояние: юридического (психологического) и
медицинского.
Юридический критерий невменяемости подразделяется на два
признака: интеллектуальный и волевой.
Интеллектуальный
признак
предполагает
невозможность
(неспособность) лица осознавать опасность своего действия (бездействия).
Это качество психики означает отсутствие у лица способности понимать как
фактическую сторону совершаемого деяния, так и его социальный смысл.
Непонимание лицом содержания фактической стороны своего действия или
бездействия обычно означает непонимание им причинной связи между
совершенным деянием и наступившими последствиями (не сознает, что
лишает потерпевшего жизни, отнимает у него имущество и т.д.). Однако
главное в содержании интеллектуального признака заключается в
непонимании лицом социального смысла своего деяния т.е. в отсутствие
понимания его общественно опасного характера. В связи с этим вполне
возможны случаи, когда одно и то же лицо, сознавая фактическую сторону
своего поведения, не осознает его общественной опасности. Так, страдающий
определенным психическим заболеванием (например, шизофренией), может
осознавать, что лишает жизни человека, например, путевого рабочего,
производившего осмотр или ремонт железнодорожного полотна, но
воспаленное (вследствие психической болезни) воображение субъекта
связывает это не с совершением преступления (убийства), а с
103
предупреждением, например, мнимого акта терроризма (крушения поезда).
В связи с этим лицо считает свои действия актом выполнения общественного
долга, а не совершением преступления.
Другим признаком юридического критерия является волевой признак,
т.е. неспособность лица руководить своими действиями (бездействием).
Подобное также может иметь место при некоторых видах болезненного
расстройства психической деятельности. Например, расстройство волевой
сферы при относительной способности осознавать общественную опасность
своего действия (бездействия) наблюдается у наркоманов в состоянии
абстиненции, т.е. наркотического голодания. В этих случаях лицо сознает
уголовную противоправность, допустим, незаконного проникновения в
аптеку и завладения лекарством, содержащим наркотические вещества, но не
может воздержаться от совершения этих действий. Подобное же
расстройство волевой сферы возможно также при таких заболеваниях, как
эпидемический энцефалит, эпилепсия и др. Уголовный закон для признания
наличия юридического критерия требует установления не обязательно обоих
признаков, а хотя бы одного из них — либо интеллектуального, либо
волевого.
Наличие одного лишь юридического критерия не является основанием
для признания лица невменяемым. Необходимо установить, что лицо не
осознавало фактического характера и общественной опасности своих
действий (бездействия) или не могло ими руководить именно по причинам,
относящимся к медицинскому критерию. Последний представляет собой
обобщенный перечень психических расстройств и заболеваний, способных
привести к наличию у лица юридического критерия. Это — хронические
психические расстройства, временное психическое расстройство, слабоумие
или иное болезненное состояние психики (ч. 1 ст. 21 УК РФ).
Хронические психические расстройства —это именно хроническая
душевная болезнь, т.е. длительно протекающее расстройство психики.
Иногда они могут протекать и приступообразно (т.е. с улучшением или
ухудшением психического состояния), однако способны оставлять после себя
стойкий психический дефект. К таким психическим заболеваниям относятся:
шизофрения, эпилепсия, прогрессивный паралич, паранойя, маниакальнодепрессивный психоз и другие болезни психики.
Временное психическое расстройство — это также психические
заболевания, но продолжающиеся тот или иной срок (относительно быстро)
и заканчивающиеся выздоровлением. Сюда относятся: патологическое
опьянение (белая горячка), реактивные симптоматические состояния, т.е.
расстройства психики, вызванные тяжкими душевными потрясениями и
переживаниями.
Слабоумие — это различного рода снижение или полный упадок
психической деятельности, связанные с поражением интеллектуальных
способностей человека. Слабоумие связано с понижением или потерей
умственных способностей лица и является врожденным либо приобретенным
в результате того или иного прогрессирующего психического заболевания.
104
Различаются три степени слабоумия: легкая (дебильность), средняя
(имбецильность) и глубокая, тяжелая степень поражения умственной
деятельности (идиотия).
Иное болезненное состояние психики — это те болезненные явления,
которые не являются психическими заболеваниями в тесном смысле этого
понятия, но тем не менее также сопровождаются нарушениями психики. Так,
например, брюшной тиф, не являясь психическим заболеванием, может
сопровождаться помрачением сознания, галлюцинациями, во время которых
у больного может быть снижена или даже нарушена способность к
умственной или волевой деятельности. Подобное может наблюдаться и при
травмах головного мозга, опухолях мозга и других непсихических
заболеваниях.
Согласно выводам комплексной психолого-психиатрической экспертизы,
сделанным на основе стационарного обследования К. в Государственном
научном центре социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского, она
страдает органическим расстройством личности смешанного типа,
степень выраженности которого лишала ее способности осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Из указанного состояния К. не вышла до окончания ее
обследования, в связи с чем не может и в настоящее время осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий и
руководить ими. По смыслу ст. 21 УК РФ любое болезненное состояние
психики, в силу которого лицо не могло осознавать фактический характер и
общественную опасность своих действий либо руководить ими, исключает
уголовную ответственность такого лица120.
Само по себе наличие медицинского критерия также не является
достаточным для признания лица невменяемым. Например, не всегда та или
иная степень слабоумия влечет невозможность лица осознавать опасность
своего поведения и невозможность руководить своими поступками. Если,
допустим, слабоумие у лица выражено незначительно, оно может быть
признано вменяемым в связи с отсутствием именно юридического критерия.
Точно так же возможны и случаи, когда лицо не осознает опасности своих
действий (бездействия) и не может руководить ими вследствие, например,
опьянения. Очевидно, что такое лицо не может быть признано невменяемым
и освобождено от уголовной ответственности. Таким образом, только
совокупность юридического и медицинского критериев дает основание для
признания лица невменяемым и освобождения его от уголовной
ответственности.
Как вменяемость, так и невменяемость — юридические (уголовноправовые) понятия. В связи с этим вывод о вменяемости или невменяемости
лица по конкретному уголовному делу делает суд.
Правда, свой вывод юристы основывают на заключении судебнопсихиатрической экспертизы. В соответствии с уголовно-процессуальным
120
БВС РФ. 2005. № 4. С. 2.
105
законодательством проведение такой экспертизы обязательно для оценки
психического состояния обвиняемого или подозреваемого в тех случаях,
когда возникает сомнение по поводу их вменяемости или их способности к
моменту производства по делу отдавать отчет в своих действиях или
руководить ими. Однако это заключение, как и любое заключение эксперта
вообще, не является обязательным для лица, производящего дознание,
следователя, прокурора и суда. Они могут не согласиться с заключением
судебно-психиатрической экспертизы, но такое несогласие должно быть
мотивировано.
Военная коллегия Верховного Суда РФ указала, что в материалах дела
отсутствуют медицинские и другие документы, которые могли бы
объективно подтвердить данные анамнеза, выдвинутого экспертамипсихиатрами; все сводится к показаниям О. и потерпевшего С. о характере
поведения и состоянии здоровья О.
В частности, в деле отсутствуют медицинские документы,
отражающие физическое развитие и состояние здоровья О. в детском
возрасте, подтверждающие факт получения им черепно-мозговой травмы,
а также отравления в 13-летнем возрасте угарным газом. Органами
следствия и судом не истребовалась подлинная история болезни,
подтверждающая стационарное лечение его в психиатрическом отделении
госпиталя. Отсутствует объективная информация, характеризующая
состояние здоровья О. в период прохождения военной службы с момента
поступления в военное училище: заключение медицинской призывной
комиссии, его медицинская книжка в училище, а также медицинские
документы за период военной службы офицером и после. Отсутствуют рапорты и жалобы О. в период прохождения военной службы, а также его
заявления в ГОВД г. Межгорье по поводу анонимных звонков и конфликтов с
гражданином С., обращение в комиссию по делам несовершеннолетних на
действия жены, препятствовавшей его общению с детьми, и другие
материалы, характеризующие О. в различные периоды жизни.
Из-за отсутствия в материалах дела указанных документов не
представляется возможным с полной достоверностью оценить состояние
психического здоровья О. в инкриминируемый период, выяснить причину
возникновения болезненного состояния, определить нозологическую
принадлежность его психических расстройств и соответственно оценить
осознанность его действий. Указанные в акте стационарной судебнопсихиатрической экспертизы бредовой синдром, наличие обманов
восприятия и других психотических расстройств у О. недостаточно полно и
четко описаны, а мотивировочная часть заключения недостаточно
клинически обоснована и научно аргументирована121.
Состояние невменяемости лица определяется только на момент
совершения им преступления. Поскольку невменяемое лицо не может быть
признано субъектом преступления, оно не подлежит уголовной
121
БВС РФ. 2006. № 1. С. 28.
106
ответственности, но в соответствии с ч. 2 ст. 21 УК РФ ему могут быть
назначены принудительные меры медицинского характера, не являющиеся
наказанием (ст. 97–104 УК РФ). Такие же меры могут быть назначены и
лицу, совершившему преступление в состоянии вменяемости, но после этого
заболевшемупсихическим заболеванием или расстройством, делающим
невозможным исполнение в отношении его уголовного наказания
(содержание таких мер будет рассмотрено в главе 21).
С. совершил общественно опасные деяния, запрещенные уголовным
законом и содержащие признаки следующих преступлений – убийства и
кражи. В силу ст. 21 УК РФ не подлежит уголовной ответственности лицо,
которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в
состоянии невменяемости. Однако надлежащим образом установленных
данных о нахождении С. во время совершения вышеуказанных деяний в
состоянии невменяемости в деле не имеется. Как признал суд со ссылкой на
заключение судебно-психиатрической экспертизы, он в настоящее время
обнаруживает признаки временного психического расстройства и по своему
психическому состоянию не может осознавать фактический характер и
общественную опасность своих действий и руководить ими, нуждается в
направлении на принудительное лечение до выхода из болезненного
состояния с последующим направлением на экспертизу для решения диагностических и экспертных вопросов.
При таких обстоятельствах суд не вправе был принимать решение об
освобождении С. от уголовной ответственности. В соответствии с ч. 1
ст. 81 УК РФ лицо, у которого после совершения преступления наступило
психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий либо
руководить ими, освобождается от наказания, но не от уголовной ответственности, как это сделано судом. Такое лицо согласно ч. 4 ст. 81 УК РФ в
случае выздоровления может подлежать уголовной ответственности и
наказанию, если не истекли сроки давности, предусмотренные ст. 78 и 83
УК РФ. Судом при вынесении постановления вышеуказанные требования
закона не учтены122.
В УК РФ впервые в российском уголовном праве сформулирована
особая статья об уголовной ответственности лиц с психическим
расстройством, не исключающим вменяемости (ст. 22). В соответствии с
ч. 1 этой статьи вменяемое лицо, которое во время совершения преступления
в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий
(бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности.
Вместе с тем в соответствии с ч. 2 этой же статьи такое психическое
расстройство учитывается судом при назначении наказания и может служить
основанием для назначения принудительных мер медицинского характера.
122
БВС РФ. 2007. № 10. С. 7.
107
Таким образом, под психическим расстройством, упомянутым в ст. 22
УК РФ, понимается существенно уменьшенная способность лица,
совершившего преступление, сознавать опасность содеянного или
руководить своим поведением в силу таких психических расстройств и
отклонений, которые в принципе дают возможность признать лицо
вменяемым. В этих случаях речь идет о степени вменяемости, определяемой
в рамках общей вменяемости.
Следует отметить, что исследования, проведенные юристами и
психиатрами, подтверждают, что среди лиц, совершивших преступления и
признанных вменяемыми, значительную долю составляют лица, страдающие
психическими аномалиями (хронический алкоголизм, органические
поражения головного мозга и т.д.). То, что эти обстоятельства необходимо
учитывать при назначении наказания, в советской и российской уголовноправовой науке признавалось и ранее. Однако степень и порядок такого учета
понимались по-разному. Одни авторы (И.К. Шахриманьян, А.А. Хомовский)
исходили из того, что суд вправе учесть влияние психических аномалий
наряду с другими обстоятельствами дела. Другие (например, Г.И. Чечель)
считали, что психические аномалии должны быть включены в перечень
смягчающих обстоятельств с тем, чтобы имелась легальная возможность
смягчения наказания и применения в этих случаях наряду с наказанием и
принудительных мер медицинского характера123.
Судом первой инстанции Л. признан виновным в умышленном
причинении малолетнему Я. тяжкого вреда здоровью и приговорен к
лишению свободы сроком на шесть лет.
Из материалов дела следует, что Л. страдает олигофренией в степени
легкой дебильности, что не исключало для него возможности осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий и
руководить ими. Однако суд первой инстанции при назначении наказания в
нарушение требований ч. 2 ст. 22 УК РФ не учел этого обстоятельства, в
связи с чем Президиум Верховного Суда РФ снизил Л. наказание до трех лет
лишения свободы124.
Указание на смягчение наказания лицу, совершившему преступление в
состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости,
содержится в уголовном законодательстве ряда зарубежных стран, например,
в Уголовном кодексе ФРГ, где соответствующая вменяемость называется
уменьшенной. Вместе с тем как в юриспруденции, так и в психиатрии
высказывались и противоположные взгляды, отрицавшие необходимость
выделения в уголовном законе ограниченной (уменьшенной) вменяемости.
На этой позиции, например, стояли Н.С. Таганцев, видные русские
психиатры В.X. Кандинский и В.П. Сербский. Выдвинутые ими еще в начале
века возражения против уменьшенной вменяемости до сих пор используются
См.: Кибальник А.Г. Признаки общего субъекта преступления (проблемные вопросы) //
Общество и право. 2013. № 2. С. 65-68.
124
БВС РФ. 1999. № 2. С. 10.
108
123
ее противниками в научном споре по этой проблеме. Эти возражения в
основном сводятся к следующим аргументам:
—трудности установления конкретных критериев для определения
уменьшенной вменяемости;
—возможности ошибок и даже злоупотреблений в этом деле;
—возможно снижения при этом наказания опасным преступникам.
Однако современные исследователи, опираясь на новейшие научные
рекомендации судебных психиатров, справедливо говорят о том, что
указанные трудности явно преувеличены. Так, С.В. Бородин, опровергая
аргумент об отсутствии четких клинических критериев, убедительно
доказывает, что последнее связано с ошибочным представлением об
ограниченной вменяемости как промежуточном состоянии между
вменяемостью и невменяемостью, тогда как речь должна идти об
ограниченной вменяемости как разновидности вменяемости и о том, что ее
юридический и медицинский критерии вполне определимы. Ограниченно
вменяемые лица страдают психическими аномалиями, но при этом
сохраняют способность (хотя и ослабленную) отдавать отчет в
своихдействиях (бездействии) и руководить своим поведением (юридический
критерий вменяемости). Медицинский же критерий этой разновидности
вменяемости заключается в так называемых пограничных состояниях,
которые в настоящее время достаточно исследованы как в общей, так и в
судебной психиатрии. С.В. Бородин также убедительно опровергает другие
возражения против выделения в уголовном законе понятияограниченной
вменяемости125.
Вместе с тем согласно ч. 2 ст. 22 УК РФ состояние психического
расстройства, не исключающего вменяемости, не связывается с
обязательным смягчением наказания лицу, совершившему преступление в
указанном состоянии. Следовательно, формулировка УК РФ лишена
прямолинейности, отчасти присущей формулировкам Уголовного кодекса
ФРГ и других зарубежных стран. Это представляется правильным, так как
при назначении наказания суд должен исходить из всех обстоятельств дела и
личностных характеристик преступника. И в тех случаях (только в тех
случаях!), когда психические аномалии, указывающие на его
«ограниченную» вменяемость, явились решающим звеном в общей цепи
причинной связи, объективно приведшей к совершению преступления,
наступлению преступного результата, наказание этому лицу может быть
смягчено. Формулировка ст. 22 УК РФ позволяет сделать это.
К проблеме невменяемости примыкает вопрос об ответственности за
преступление, совершенное в состоянии опьянения. Уголовно-правовому
значению этого обстоятельства посвящена ст. 23 УК РФ. В ней сказано:
«Лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, вызванном
Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования / отв. ред. В.Н. Кудрявцев, С.Г.
Келина. М., 1987. С. 78–79.
109
125
употреблением
алкоголя,
наркотических
средств
или
других
одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответственности».
Данная статья УК РФ имеет в виду обычное (не патологическое)
опьянение, вызванное употреблением алкоголя, наркотических или других
одурманивающих веществ. Такое обычное опьянение даже в том случае, если
оно влечет за собой утрату лицом способности отдавать себе отчет в своих
действиях или руководить ими, не может рассматриваться в рамках
невменяемости, поскольку в этом случае отсутствует медицинский критерий,
т.е. наличие у лица психического расстройства, парализующего или
существенно ограничивающего способности его сознания и воли.
Обычное опьянение (в том числе и наиболее распространенная его
форма — алкогольное опьянение), как правило, возникает в результате
произвольного употребления алкоголя и наркотических веществ, дозы
которых в значительной степени и определяют поведение виновного в
состоянии опьянения. Последнее обусловливается также и другими
факторами, связанными с воспитанием лица, его культурным уровнем,
привычками и т.д. Все это и не позволяет отождествлять опьянение с
разновидностью психического заболевания.
Именно поэтому в уголовно-правовой теории не нашло широкой
поддержки предложение Н.С. Лейкиной о том, что в Особенной части УК РФ
должна быть выделена самостоятельная статья, в которой была бы
предусмотрена ответственность за приведение себя в состояние такого
опьянения, когда лицо, совершая общественно опасные действия, не
осознавало их и не могло руководить своими поступками126. В этом случае
ответственность явно смещалась бы с совершенного лицом преступления
(например, убийства) на доведение им себя до состояния опьянения, хотя
дело-то заключается как раз не в последнем, а в первом — в совершении
лицом преступления, хотя и в состоянии опьянения.
Позиция законодателя, выраженная в УК РФ, представляется более
предпочтительной, чем прежняя, выраженная им в УК РСФСР 1960 г., где
совершение преступления в состоянии опьянения было включено в перечень
обстоятельств, отягчающих ответственность при назначении наказания (хотя
и с оговоркой насчет того, что суд вправе в зависимости от характера
преступления не признавать это обстоятельство отягчающим).
И позиция действующего УК РФ, и указанная оговорка прежнего
УК РСФСР 1960 г. справедливо исходили из того, что уголовно-правовое
значение состояния опьянения как обстоятельства, отягчающего
ответственность, тесно связано с его криминогенным значением. Состояние
опьянения может повышать опасность преступления и лица, его
совершившего, в тех случаях, когда оно явилось обстоятельством,
способствующим в конкретном случае совершению преступления, например,
«подогрело» решимость виновного совершить преступление, т.е.
содействовало созреванию умысла, и т.д. Как показывает изучение судебной
126
Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л., 1968. С. 57.
110
и следственной практики по делам об убийствах, при совершении этих
преступлений состояние опьянения обычно и бывает своеобразным
катализатором, прямо влияющим на совершение виновным преступления.
Поэтому в таких случаях суды в соответствии с ранее действовавшим УК
РСФСР 1960 г., как правило, признавали состояние опьянения виновного в
момент совершения им преступления отягчающим ответственность
обстоятельством.
Суд не придавал опьянению виновного значения отягчающего
обстоятельства в тех случаях, когда устанавливалось отсутствие связи
совершенного преступления с состоянием опьянения.
От обычного опьянения (простого, физиологического), как уже
отмечалось, необходимо отличать опьянение патологическое. Разница здесь
состоит не в степени тяжести опьянения.
Патологическое опьянение — это качественно отличное от обычного
опьянения болезненное состояние, также возникающее в связи с
употреблением чаще всего алкоголя. Этот вид опьянения в психиатрии
признается разновидностью психических расстройств (к ним относятся белая
горячка, алкогольный галлюциноз, алкогольный параноид и т.д.).
Совершение опасных действий при указанных расстройствах исключает
уголовную ответственность в связи с тем, что в этих случаях налицо
сочетание юридического и медицинского критериев, лицо поэтому
признается невменяемым, и к нему вместо наказания могут быть применены
принудительные меры медицинского характера.
§ 4. Специальный субъект преступления
В теории уголовного права существует понятие не только общего
субъекта преступления, но и так называемого специального субъекта. Этот
вид субъекта преступления кроме признаков, характеризующих его как
физическое, вменяемое и достигшее определенного возраста лицо,
характеризуется еще и дополнительными признаками, предусмотренными
нормами Особенной части УК РФ. Эти признаки могут быть
классифицированы следующим образом:
— по гражданству субъекта: субъектом государственной измены (ст. 275
УК РФ) может быть только гражданин РФ, а субъектом шпионажа (ст. 276
УК РФ) — только иностранный гражданин или лицо без гражданства;
— по полу: непосредственным исполнителем изнасилования (ст. 131
УК РФ) может быть только мужчина;
— по возрасту: например, субъектом вовлечения несовершеннолетнего в
совершение преступления (ст. 150 УК РФ) может быть только
совершеннолетний;
— по семейно-родственным отношениям: субъектом злостного
уклонения от уплаты средств на содержание детей могут быть только
родители, а нетрудоспособных родителей — совершеннолетние и
трудоспособные дети (ст. 157 УК РФ);
111
— по должностному положению и профессиональным обязанностям:
субъектом нарушения правил по технике безопасности или иных правил
охраны труда может быть только лицо, на котором лежали обязанности по
соблюдению этих правил (ст. 143 УК РФ);
— по отношению к воинской обязанности: субъектом уклонения от
прохождения военной или альтернативной службы может быть только лицо,
в законном порядке призываемое на военную или альтернативную службу
(ст. 328 УК РФ), субъектами преступлений против военной службы могут
быть лишь военнослужащие, проходящие военную службу по призыву либо
контракту в Вооруженных Силах, других войсках и воинских формированиях
Российской Федерации, или граждане, пребывающие в запасе во время
прохождения ими военных сборов, и некоторые другие категории лиц (ст.
331 УК РФ);
— по другим основаниям (например, свидетели, эксперты и
переводчики — ст. 307 УК РФ).
Признаки специального субъекта — это дополнительные признаки
состава преступления. Их специфика, как и факультативных признаков,
характеризующих другие элементы состава преступления (объективную и
субъективную стороны преступления), выражается в том, что они:
—
могут
выступать
конструктивными
признаками
состава
преступления, без которых данный состав отсутствует. Например, субъектом
неправомерных действий при банкротстве (ст. 195 УК РФ) может быть лишь
руководитель
или
собственник
организации-должника,
а
равно
индивидуальный предприниматель. Если же эти действия совершены иным
служащим предприятия, данный состав преступления отсутствует;
— могут выступать квалифицирующим признаком, образующим состав
преступления при отягчающих обстоятельствах. Так, если присвоение
чужого имущества, вверенного виновному, совершается с использованием
им своего служебного положения, такие действия квалифицируются по ч. 3
ст. 160 УК РФ;
— могут иметь значение для индивидуализации наказания, выступая в
качестве обстоятельства, смягчающего или отягчающего его (например,
п. «м» ч. 1 ст. 63 УК РФ в качестве отягчающего обстоятельства
предусматривает совершение преступления с использованием доверия,
оказанного виновному в силу его служебного положения или договора).
По приговору суда первой инстанции Н. признан виновным в том, что,
работая в должности врача-педиатра, совершил служебный подлог,
незаконно выдавал и фактически подделывал рецепты, по которым
приобреталось
сильнодействующее
вещество,
используемое
для
изготовления наркотика другими лицами, которыми в дальнейшем вещество
сбывалось. При этом он получал взятки в виде денежного вознаграждения за
каждый рецепт.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор в
отношении Н. в части его осуждения за должностное преступление
отменила, указав, что, как видно из должностной инструкции в отношении
112
врача-педиатра городской больницы и из приказов о полномочиях врача, Н.
как
рядовой
врач-педиатр
не
обладал
ни
организационнораспорядительными, ни административно-хозяйственными функциями и
поэтому не являлся должностным лицом. Следовательно, он не может
рассматриваться как субъект преступления, предусмотренного ст. 290 УК
РФ (получение взятки)127.
§ 5. Проблема уголовной ответственности юридических лиц
Ограничение круга возможных субъектов преступления физическими
лицами означает, что субъектами преступления в России не могут быть
юридические лица, т.е. предприятия, учреждения, организации, партии. Этот
вопрос решен на законодательном уровне традиционно для отечественного
уголовного права. Однако в теоретическом плане проблема ответственности
юридических лиц в уголовном праве остается дискуссионной.
Дело в том, что с течением времени развитие научно-технического и
социального прогресса заставляет нас отказываться от многих привычных
представлений. По этой же причине перед нами нередко возникают
неожиданные вопросы, отвечать на которые хотя и крайне трудно, но
необходимо. В сфере уголовного права один из таких сложных вопросов —
уголовная ответственность юридических лиц.
Ответственность юридических лиц является обыденным явлением в
англо-американском уголовном праве. Вначале (на рубеже XIX-XX веков)
это было сделано в сфере хозяйственного уголовного права для борьбы с
преступной деятельностью синдикатов и трестов. Разумеется, в этом случае
соответствующая корпорация, признаваемая виновной, не лишалась свободы,
а приговаривалась к штрафу.
Позднее в уголовном законодательстве США была предусмотрена
уголовная ответственность общественных организаций, также наказываемых
штрафом в рамках уголовного процесса. Наша правовая теория
безапелляционно квалифицировала такие уголовно-правовые установления
как антидемократические, вызванные кризисом буржуазной законности.
Однако в этот идеологический спор вмешались экологические проблемы,
серьезно воспринятые в нашей стране лишь после Чернобыля.
Запад (особенно Европа) опережал нас как в понимании экологической
проблемы в целом, так и в способах правового реагирования на нее.
Уголовно-правовые санкции, применяемые за эти преступления, призваны
были сделать экономически невыгодным занятие экологически вредной
производственной или иной деятельностью для всех работников
соответствующего предприятия, а не только для его хозяина и
управленческого персонала. Штрафные санкции, применяемые к
юридическим лицам, способны реализовать эту идею, а штрафы,
127
БВС РФ. 2003. № 1. С. 19.
113
применяемые к физическим лицам, — нет (в силу их существенного
различия в размерах).
Европейские страны задумались над этим еще в 1970-х гг. Так, в 1978 г.
Европейский комитет по проблемам преступности Совета Европы
рекомендовал законодателям европейских государств встать на путь
признания юридических лиц субъектами уголовной ответственности за
экологические преступления. Эта рекомендация уже реализована в
законодательстве ряда европейских стран (например, Англии и Франции).
Такая же рекомендация содержится и в решениях периодически проводимых
Конгрессов ОНН по предупреждению преступности и обращению с
правонарушителями (в частности, Каирского 1996 г.).
Следует отметить, что на эти рекомендации уже откликнулось наше
административное право. Еще в соответствии с ранее действовавшим
Законом РСФСР от 19 декабря 1991 г. № 2060-1 «Об охране окружающей
природной среды»128 такие административно-правовые санкции, как штрафы,
могли налагаться не только на должностных лиц и отдельных граждан, но и
непосредственно на предприятия и организации, виновныев совершении
экологических правонарушений. Уголовное же право по этому поводу пока
молчит.
В чем мог бы состоять положительный эффект реализации европейских
рекомендаций?
Скептики обычно говорят, что можно установить предельно высокие
штрафы в отношении конкретных виновников экологического преступления.
Однако естественно, что возможность их выплаты у физических и
юридических лиц сильно отличается. Часто «штрафную» проблему
предлагают решить в рамках административного права, устанавливая в
соответствующих нормах сколь угодно большие по размеру штрафы. Однако
очевидно, что административно наказуемое экологическое правонарушение
не может быть уравнено по степени общественной опасности, а проще
говоря, по степени тяжести возможных или уже наступивших последствий с
экологическим преступлением.
Доводом против предлагаемого решения является и то, что в настоящее
время специально уполномоченные органы в области охраны природы могут
принять решение об ограничении или приостановлении деятельности
предприятий и иных объектов, если их деятельность является экологически
вредной (например, с превышением лимитов выбросов и сбросов
загрязняющих веществ).
Но почему же такая санкция не может быть применена судом в рамках
уголовного процесса? Уж если мы говорим о законности, о правовых началах
борьбы с экологическими преступлениями, то уровень законности в
уголовном процессе на несколько порядков выше, чем в административном.
Следует учитывать и возможность возмещения ущерба, причиненного
Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1992. № 10. Ст. 457
(утратил силу).
114
128
окружающей среде, в порядке гражданского иска в рамках уголовного
процесса. И в этом случае права потерпевших от экологического
преступления (человек, общество и природа) будут куда надежнее
защищены, чем при другой форме судебного или иного производства.
Что толку от того, что в результате чернобыльской трагедии несколько
конкретных ее виновников были осуждены к длительным срокам лишения
свободы? Что проку было бы в том, если бы мы успели препроводить в места
«не столь отдаленные» двух-трех руководителей бывшего Минводхоз СССР
за то, что строительство так называемых оросительных каналов привело к
засолению десятков тысяч гектаров пахотной земли?
А вот если бы за преступные опыты по переделыванию природы в
рамках уголовного процесса была бы установлена вина организации
(Минводхоза СССР как такового) и ее деятельность по приговору суда была
бы приостановлена, а сама организация распущена или запрещена (может
быть,
вместе
с
соответствующими
проектными
институтами,
разрабатывавшими свои преступные в экологическом смысле проекты),
проку было бы куда больше.
Конечно, поднятый здесь вопрос касается не только экологических
преступлений. Рынок и рыночные отношения едва ли не неизбежно приведут
нас и к ответственности корпораций за хозяйственно-экономические
преступления. Возвращаясь же к проблеме уголовной ответственности
юридических лиц в целом, зададимся вопросами: как же быть с
классическими принципами уголовного права? Неужели придется
поступиться ими? Переоценить и отказаться от них? Делать этого не следует.
Как отмечалось, ответственность юридических лиц вполне может
сосуществовать с принципом личной виновной ответственности и дополнять
его.
В теории уголовного права предложения о возможности признания
юридического лица субъектом преступления стали всерьез обсуждаться с
1991 г.129. Положительно этот вопрос был решен и в обоих предварительных
проектах уголовного кодекса, положенных в основу нового УК РФ130. Однако
при обсуждении и голосовании проекта в первом чтении в Государственной
Думе данное предложение не прошло, и новый УК РФ в этом отношении
остался на прежних позициях.
Обсуждение данной проблемы в юридической (в особенности уголовноправовой) науке свидетельствует, что научное сообщество по вопросу о
Наумов А.В. Уголовный закон в условиях перехода к рыночной экономике // Советское
государство и право. 1991. № 2. С. 35; Он же. Предприятие на скамье подсудимых //
Советская юстиция. 1992. № 17-18. С. 3; Келина С.Г. Ответственность юридических лиц в
проекте нового УК Российской Федерации // Уголовное право: новые идеи / под ред. С.Г.
Келиной, А.В. Наумова. М., 1994. С. 50–60; Никифоров А.С. Об уголовной ответственности
юридических лиц // Уголовное право: новые идеи. С. 43–49.
130
См., например: Преступление и наказание. Комментарии к проекту Уголовного кодекса
России / под ред. Н.Ф. Кузнецовой, А.В. Наумова. М., 1993. С. 297–301; Уголовный кодекс
Российской Федерации (Общая часть). Проект. М., 1994. С. 56–57.
115
129
необходимости или, напротив, ненужности реализации такой концепции
разделилось примерно на две равные части. Одни – за ее воплощение в закон,
другие – категорически против этого. Напомним лишь, что проблема эта уже
давно «стучится» в двери российского уголовного законодательства сугубо
практически – в рамках правотворческого процесса.
Во-первых, такая ответственность была «прописана» в обоих
официальных проектах нынешнего УК РФ, поступивших в середине 90-х гг.
в Государственную Думу Российской Федерации, из «соединения» которых и
получился действующий Уголовный кодекс. И нормы об уголовной
ответственности юридических лиц «потерялись» лишь на последнем этапе
принятия Кодекса.
Во-вторых, уже в последнее время (в 2011 г.) в Государственной Думе
официально обсуждался проект Федерального закона «О внесении
изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации в связи с
совершенствованием противодействия преступлениям, совершаемым от
имени и в интересах юридических лиц» (представленный депутатами Думы
А.В. Скочем и О.В. Лебедевым). Примерно в то же время Следственный
комитет Российской Федерации подготовил проект Федерального закона «О
внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской
Федерации в связи с введением института уголовно-правового воздействия в
отношении юридических лиц», в котором предлагалось дополнить раздел VI
УК РФ главой 152 «Меры уголовно-правового характера в отношении
юридических лиц», включающей 12 новых статей, регулирующих
рассматриваемый институт.
Наконец, уже в марте 2015 г. в Думу депутатом А.А. Ремезковым был
внесен законопроект (№ 750443-б) Федерального закона «О внесении
изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской
Федерации в связи с введением уголовной ответственности юридических
лиц». В связи с этим следует отметить, что обсуждаемый вопрос перестал
быть сугубо теоретическим, а достаточно твердо «встал» на почву
практического нормотворчества.
В настоящее время эти рекомендации восприняли следующие страны
европейского континентального права: Австрия, Бельгия, Босния и
Герцеговина, Голландия, Грузия, Дания, Исландия, Казахстан (член как
Содружества Независимых Государств, так и Евразийского Экономического
Союза), Литва, Люксембург, Македония, Молдова, Норвегия, Польша,
Португалия, Румыния, Украина, Финляндия, Франция131, Хорватия,
Позиция именно французского законодателя нанесла наиболее сильный удар по
противникам привнесения рассматриваемого института в европейское континентальное
право. Когда, еще в советские времена, на страницах журнала «Советское государство и
право» (1991, № 2) в своей статье «Уголовный закон в условиях перехода к рыночной
экономике» автор поставил вопрос о возможности внесения норм об уголовной
ответственности юридических лиц в советское уголовное законодательство (в связи с
объявленным тогда переходом к рынку, пусть и социалистическому), главным аргументом
критиков такого предложения было следующий довод. «Вы посягаете на самое святое» –
116
131
Черногория, Швейцария (фактически не «охваченными» остались Россия и
Германия, однако, судя по специальной литературе и в последней этот
вопрос «живо» обсуждается).
Следует отметить, что данный институт воспринят также КНР (как
социалистической страной с рыночной экономикой), рядом мусульманских
стран (например, Албания, Иордания, Ливан, Сирия), а также Израилем (с
его «смешанной» системой уголовного права).
Таким образом, этот институт можно назвать универсальным и не
зависящим от особенностей государственно-политического устройства той
либо другой страны. Назрел этот вопрос и для Российской Федерации.
Правонарушения, совершаемые корпорациями, не всегда укладываются в
рамки административных или гражданско-правовых деликтов и в ряде
случаев
существующая
административная
и
гражданско-правовая
ответственность оказывается в борьбе с ними неэффективной (судьба
Байкала – наглядный тому пример). Положительное решение этой проблемы
безусловно окажет благотворное воздействие на развитие экономики страны.
Вместе с тем эта проблема не ограничивается вопросами противодействия
экономической преступности. Ее решение будет способствовать
предупреждению вреда многим объектам уголовно-правовой охраны (жизни
и здоровья граждан, экологической и общественной безопасности, здоровью
населения)132.
Литература
1. Антонова
Е.Ю.
Концептуальные
основы
корпоративной
(коллективной) юридической ответственности. СПб., 2011.
2. Бурлаков В.Н. Уголовное право и личность преступника. СПб., 2006.
3. Курочкина Л.А. Человек как субъект уголовного преследования по
законодательству России и единой Европы. М., 2006.
4. Иванов Н.Г. Аномальный субъект преступления. М., 1998.
5. Назаренко Г.В. Невменяемость. Уголовно-релевантные психические
состояния. СПб., 2002.
6. Никифоров А.С. Юридическое лицо как субъект преступления и
уголовной ответственности. М., 2002.
7. Павлов В.Г. Учение о субъекте преступления. М., 2015.
на принцип индивидуальной ответственности, провозглашенный еще французским
Уголовным кодексом 1810 г. Но вот наступил 1992 г., и Франция приняла новый
Уголовный кодекс, в котором был четко выражен отказ от одного из принципов
европейского континентального права – уголовной ответственности только физических
лиц. Впервые была предусмотрена возможность привлечения к уголовной
ответственности юридических лиц, в связи с чем сконструировано и применение к ним
соответствующих санкций.
132
Подробнее см.: Наумов А.В. Уголовная ответственность юридических лиц //
LexRussica. 2015. № 7. C. 57-63.
117
8. Спасенников Б.А., Спасенников С.Б. Невменяемость в уголовном
праве. М., 2013.
9. Тарасова Ю.В. Специальный субъект преступления и его значение в
уголовном праве. М., 2007.
10. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
Т. VII. Субъект преступления. Субъективная сторона преступления. Книга I.
Субъект преступления / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
118
Тема 8. СУБЪЕКТИВНАЯ СТОРОНА ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридическое значение субъективной стороны
преступления; формы вины – умысел и неосторожность; виды умысла и
неосторожности;
основания
невиновного
причинения
вреда;
факультативные признаки субъективной стороны преступления;
уметь понимать систему обязательных и факультативных признаков
субъективной стороны; принимать правовые решения в соответствии с
положениями о видах умысла и неосторожности, невиновном причинении
вреда, преступлении с двойной формой вины;
владеть навыками установления умысла либо неосторожности,
мотивов и целей совершенного преступления; решать проблемные вопросы,
связанные с установлением признаков субъективной стороны преступления.
§ 1. Понятие и значение субъективной стороны преступления
Если объективная сторона преступления — этовнешняя характеристика
преступления (общественно опасное действие или бездействие, общественно
опасное последствие, причинная связь, место, время, способ, обстановка,
орудия и средства совершения преступления), то субъективная
сторонаявляется его внутренней (по отношению к объективной стороне)
характеристикой. Это есть внутреннее, т.е. психическое, отношение
преступника к совершенному им преступлению. К признакам, образующим
субъективную сторону преступления, относятся, как отмечалось, вина, мотив
и цель преступления, а также эмоциональное состояние лица в момент
совершения преступления. Несмотря на различное содержание этих
признаков, они объединяются в одну группу, образующую субъективную
сторону преступления, потому что все они характеризуют процессы,
происходящие в психике лица, совершающего преступление.
Психика (психическое)представляет собой внутреннее содержание
жизни человека, его мысли, чувства, намерения, волю. Психические
процессы обычно подразделяются на интеллектуальные (познавательные),
эмоциональные и волевые. При этом надо иметь в виду, что такое деление
является условным и в отдельности (сами по себе) такие процессы не
существуют. Лишь в единстве, в тесном сплаве интеллекта (познания),
чувства и воли существует психика человека. Тем не менее для уяснения
содержания и значения как в целом субъективной стороны преступления, так
и образующих ее признаков привлечение внимания к составляющим психику
элементам (процессам) является не только полезным, но и необходимым.
Каждый из признаков, образующих субъективную сторону
преступления, характеризует психическое содержание преступления, но
характеризует его по-своему.
119
Так,вина — это психическое отношение лица к совершенному им
общественно опасному деянию (действию или бездействию) и его
последствиям в форме умысла или неосторожности.
Вина — основной признак субъективной стороны преступления, хотя и
не исчерпывает ее. При конструировании как умышленной, так и
неосторожной вины законодатель использует лишь два элемента психики —
интеллектуальный и волевой. Эмоциональное содержание психических
процессов не учитывается в уголовно-правовой характеристике умысла и
неосторожности (остается за их пределами). Напротив, мотив преступления
как побудительная причина преступного деяния и признак субъективной
стороны чаще всего носит отпечаток эмоциональных процессов,
происходящих в психике лица, совершающего преступление. В отдельных
случаях эмоциональное состояние лица, совершающего преступление
(например, состояние аффекта, т.е. внезапно возникшего сильного душевного
волнения), приобретает самостоятельное уголовно-правовое значение
(например, ст. 107 УК РФ). Цель преступления, как и вина, ограничивается
интеллектуальным и волевым содержанием.
Вина — обязательный признак субъективной стороны преступления.
Без вины нет и не может быть состава преступления. Это основной признак
субъективной стороны, отграничивающий преступное деяние от
непреступного. Законодатель придает вине такое важное значение, что
виновная ответственность возведена в принцип УК РФ. В соответствии с ч. 1
ст. 5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности только за те
общественно опасные действия (бездействие), наступившие вредные
последствия, в отношении которых установлена его вина. В ч. 2 этой же
статьи подчеркивается, что уголовная ответственность за невиновное
причинение вреда не допускается.
Принцип виновной ответственности — это не выдумка юристов, а
элементарное условие правильной юридической и социально-нравственной
оценки поведения человека. Как отмечал выдающийся советский психолог
С.Л. Рубинштейн, «в противовес ложному, абстрактному «объективизму»
нужно сказать, что при оценке поступка правомерно исходить не из всего
того, что воспоследовало, а только из того, что из объективно
воспоследовавшего могло быть предусмотрено»133.
В связи с этим теория уголовного права и судебная практика исходят из
того, что принцип виновной ответственности не ограничивается лишь учетом
психического отношения (в форме умысла и неосторожности) к
совершаемому лицом общественно опасному деянию (действию или
бездействию) и его последствиям. Любые обстоятельства совершенного
преступления (в особенности квалифицирующие) могут быть вменены в вину
лишь тогда, когда по отношению к ним суд установит виновное отношение,
т.е. психическое отношение в форме умысла или неосторожности (в
133
Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1957. С. 286.
120
зависимости от особенностей конструирования законодателем этих
обстоятельств в уголовно-правовой норме).
В отличие от вины мотив, цель преступления и эмоциональное
состояние лица при совершении преступления не являются необходимыми
признаками состава преступления. Они включаются законодателем в число
признаков состава не всех, а лишь некоторых преступлений, и в этих случаях
они также превращаются в основание уголовной ответственности. Тем не
менее, даже не будучи признаками состава преступления, они могут
оказывать существенное влияние на назначение наказания, выступая в
качестве смягчающих или отягчающих обстоятельств. Но и тогда, когда эти
признаки не имеют самостоятельного значения для уголовной
ответственности и наказания, они нередко имеют важное значение для
установления вины, для отграничения умышленной вины от неосторожной.
Именно поэтому уголовное право не ограничивается принципом
виновной ответственности, но стоит на позиции так называемого
субъективного вменения. Последний означает, что при решении вопроса об
уголовной ответственности и наказании лица, совершившего преступление,
принимается во внимание не только виновное отношение лица к
совершенному им общественно опасному деянию (действию или
бездействию) и его последствиям, но учитываются и другие элементы
субъективной стороны преступления — его мотивы, цели и эмоциональное
состояние лица в момент совершения преступления.
Следует отметить, что для следственной и судебной практики из всех
элементов состава преступления наиболее сложной для установления и
доказательства является именно субъективная сторона. И это вполне
понятно, так как проникнуть в мысли, намерения, желания и чувства лица,
совершившего преступление, гораздо труднее, чем установить объективные
обстоятельства преступления. Не случайно известная пословица гласит, что
чужая душа — потемки. Поэтому не может и не должно быть какого-то
общего подхода к установлению той или иной разновидности психического
отношения лица к совершенному им общественно опасному деянию и его
последствиям, к установлению его мотивов, целей и эмоций
(аргументируемого соображениями «обычно так бывает», «чаще всего так
поступают» и т.д.).
Интересная ситуация, иллюстрирующая высказанные соображения,
описана Ф.М. Достоевским в его романе «Братья Карамазовы» (фабула
которого основана на изложении материалов реального уголовного дела).
Один из главных героев романа отставной поручик Дмитрий Карамазов
обвиняется в убийстве своего отца. Предполагается, что убийство совершено
из-за трех тысяч рублей, недоплаченных отцом сыну и пропавших в момент
убийства. Косвенные улики падают на Дмитрия. Одна из них заключается в
том, что в ночь после убийства он закатил кутеж (с цыганами), истратив
именно около трех тысяч рублей, которых до убийства у него не было.
В качестве оправдания Дмитрий Карамазов объясняет, что в этот раз им было
121
истрачено не три тысячи, а лишь половина этой суммы, причем, что очень
важно, эти деньги у него были.
Их происхождение он объяснил следующим образом. За месяц до
происшедшей трагедии его бывшая невеста Верховцева передала ему три
тысячи рублей для того, чтобы он переслал их ее родственнице в другой
город. Однако Карамазов не сделал этого, разделив всю сумму на две
половины, одну зашил в тряпку и повесил себе на шею (как он объяснял,
«вместо ладанки»), а другую половину тут же прокутил. В ночь же убийства
своего отца он истратил на новый кутеж и оставшуюся половину денег.
В действительности так все и было. И для самого Карамазова имело
принципиальное значение то, что он в первый раз истратил не все вверенные
ему деньги, что у него оставалась возможность вернуть половину этих денег,
а значит, он «подлец, но не вор». И это было серьезным нравственным
оправданием для обвиняемого. Следствие же и присяжные не увидели в этом
никакой разницы в нравственном смысле и поэтому отвергли объяснения
Карамазова, признав его виновным в убийстве.
§ 2. Понятие и формы вины
Как отмечалось, вина — это психическое отношение лица к
совершенному им общественно опасному деянию и его последствиям в
форме умысла и неосторожности.
В соответствии с уголовным законом вина — это всегда умысел или
неосторожность. Согласно ч. 1 ст. 24 УК РФ виновным в преступлении
признается лишь лицо, совершившее деяние умышленно или по
неосторожности. И умысел, и неосторожность являются формами виновного
психического отношения к совершенному деянию и его последствиям.
В этом состоит их сходство. Различие же их — в специфическом содержании
и соотношении интеллектуального и волевого моментов, образующих
умышленную и неосторожную вину.
Вина в совершении преступления (как умысел, так и неосторожность)
объективно существует вне сознания правоприменителя (судьи, следователя).
Она входит в предмет доказывания при производстве предварительного
расследования и судебного разбирательства. Делается это на основе оценки
установленных по делу доказательств. В связи с этим следует признать, что
вина есть не только юридически-психологическая категория, но и оценочная.
В советской юридической литературе в 40-х гг. ХХ в. была сделана попытка
совместить понятие вины как существующего вне сознания судьи
психического отношения виновного к совершенному им общественно
опасному деянию и его последствиям в форме умысла и неосторожности с
оценочным пониманием вины.
Taк, Б.С. Утевский считал, что «наряду с более узким пониманием вины
как элемента состава преступления, как субъективной стороны состава
преступления, т.е. умысла или неосторожности... уголовное право знает
более широкое понимание вины как основания уголовной ответственности».
122
Вина в качестве основания уголовной ответственности есть «совокупность
обстоятельств, заслуживающих, по убеждению... суда, отрицательной
общественной (морально-политической) оценки от имени... государства и
требующих уголовной ответственности подсудимого»134.
Такой подход к пониманию вины вызвал резкую, можно сказать
сокрушительную критику в советской юридической печати. Причины ее
носили в основном идеологический характер. Автора обвиняли в
заимствовании им оценочных теорий вины, выдвинутых буржуазными
учеными-юристами (криминал по тем временам серьезный). Однако в
дальнейшем резкое неприятие оценочного понимания вины в советском
уголовном праве было преодолено, а принцип виновной ответственности (т.е.
признание вины основанием уголовной ответственности) теперь
законодательно сформулирован в ст. 5 УК РФ. Это следует признать
правильным, так как уголовный закон не случайно связывает уголовную
ответственность не со всяким психическим отношением лица к
совершенному им деянию и его последствиям, а лишь с определенным — в
форме умысла или неосторожности.
Именно эти формы психического отношения выражают антисоциальное
(в умышленных преступлениях) либо пренебрежительное (в неосторожных
преступлениях) отношение виновного к интересам (ценностям), охраняемым
уголовным законом, т.е. интересам личности, общества и государства.
Поэтому вина есть психическое отношение лица к совершенному им
опасному действию или бездействию и наступившим в результате этого
вредным последствиям, в котором проявляется его отрицательное отношение
к интересам (ценностям), охраняемым уголовным законом от преступных
посягательств.
Как уже было отмечено, в виновное психическое отношение к деянию и
его последствиям уголовный закон включает интеллектуальный и волевой
моменты. Совокупность именно этих моментов и образует содержание вины.
По конкретному содержанию и соотношению указанных моментов
отличаются друг от друга как умышленные и неосторожные преступления
как таковые, так и определяемые в уголовном законе их разновидности. Эти
особенности содержания и соотношения интеллектуального и волевого
моментов и образуют формы вины. УК РФ предусматривает две формы
вины — умысел и неосторожность (ч. 1 ст. 24). В свою очередь умысел
подразделяется на прямой и косвенный (ст. 25 УК РФ), а неосторожность —
на легкомыслие и небрежность (ст. 26 УК РФ).
В отношении одних преступлений законодатель прямо указывает на то,
что они могут быть совершены только умышленно. Так, ст. 111 УК РФ
предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда
здоровью. При конструировании других
составов умышленных
преступлений законодатель не дает их определения как умышленных.
134
Утевский Б.С. Вина в советском уголовном праве. М., 1950. С. 59, 139.
123
Например, ч. 1 ст. 117 УК РФ определяет истязание как причинение
физических или психических страданий путем систематического нанесения
побоев либо иным насильственным способом без указания на форму вины.
В таких случаях для установления форм ы вины необходимо
руководствоваться ч. 2 ст. 24 УК РФ: «Деяние, совершенное только лишь по
неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это
специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части
настоящего Кодекса». Таким образом, в случаях, когда диспозиция статьи
Особенной части не конкретизирует форму вины, предусмотренное этой
статьей преступление может быть только умышленным135.
Уголовно-правовое значение вины трудно переоценить. Во-первых,
исходя из принципа виновной ответственности вина служит для
отграничения преступных деяний от непреступных. В соответствии с ч. 2
ст. 5 УК РФ объективное вменение, т.е. уголовная ответственность за
невиновное причинение вреда, не допускается. Во-вторых, если законодатель
дифференцирует ответственность в зависимости от формы вины, она влияет
на квалификацию преступления. Например, убийство квалифицируется по
ст. 105 УК РФ, а причинение смерти по неосторожности — по ст. 109 УК РФ.
Форма вины служит также разграничительным признаком умышленного и
неосторожного причинения вреда здоровью (ст. 111 и 118 УК РФ),
умышленного и неосторожного уничтожения или повреждения чужого
имущества (ст. 167 и 168 УК РФ) и других преступлений. В-третьих, формы
вины учитываются при законодательной категоризации преступлений.
К преступлениям небольшой и средней тяжести могут относиться как
умышленные, так и неосторожные, а к преступлениям тяжким, особо тяжким
преступлениям могут быть отнесены только умышленные преступления (ст.
15 УК РФ). Различие умышленной и неосторожной вины учитывается в
целом ряде других случаев реализации уголовной ответственности и
наказания (для определения оснований уголовной ответственности за
предварительную и совместную деятельность, при отмене условного
осуждения и условно-досрочного освобождения и т.д.). Уголовно-правовая
специфика этих случаев будет специально рассмотрена в следующих главах.
§ 3. Умысел и его виды
В соответствии с ч. 1 ст. 25 УК РФ умысел бывает прямыми косвенным.
Следует согласиться с Б.В. Волженкиным в том, что нынешняя редакция ч. 2 ст. 24
УК РФ не улучшила, а ухудшила для правоприменителя решение вопроса об
ответственности за неосторожные преступления и что необходимо вернуться к ее
первоначальной редакции («деяние, совершенное по неосторожности, признается
преступлением только в том случае, когда это специально предусмотрено
соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса»). См.: Волженкин Б.В.
УК РФ 1996 г. и Кодекс РФ об административных правонарушениях 2001 г. // Пять лет
действия УК РФ: итоги и перспективы. М., 2003. С. 148.
124
135
Для определения прямого умысла, как и любой другой разновидности
вины (умышленной или неосторожной) как психического отношения к
совершенному лицом общественно опасному действию (бездействию) и его
последствиям, законодатель использует содержание интеллектуального и
волевого элементов психики.
При совершении преступления с прямым умысломинтеллектуальный
момент заключается в том, что лицо осознает общественную опасность
своего действия (бездействия) и предвидит возможность или неизбежность
наступления его вредных последствий. Сознание общественно опасного
характера совершаемого деяния означает понимание виновным как
фактического, так и социального его характера.
Так, например, при краже лицо сознает, что тайно завладевает чужим
имуществом (фактическая сторона деяния), а также сознает, что этим самым
нарушает права собственности потерпевшего (социальный смысл деяния).
Осознание социального значения совершаемого действия (бездействия) —
это осознание виновным его общественно опасного характера.
Законодатель ограничивает интеллектуальный элемент осознанием
именно общественной опасности совершенного деяния и не требует
осознания виновным его противоправности. Правда, следует сказать, что
распространенные умышленные преступления (убийства, телесные
повреждения, половые преступления, хищения имущества и др.)
совершаются, естественно, с осознанием их противоправности. Однако по
общему правилу осознание противоправности не подлежит доказыванию по
уголовному делу.
Вместе с тем в ряде случаев путем конструирования специальных
составов в Особенной части законодатель связывает осознание общественной
опасности совершаемого виновным деяния с осознанием его
противоправности. Чаще всего это бывает при преступном нарушении
различного рода специальных правил. Так, в ч. 1 ст. 2282 УК РФ установлена
уголовная ответственность за нарушение, например, правил производства,
изготовления, переработки, хранения, учета, отпуска, реализации, продажи,
распределения, перевозки, пересылки, приобретения, использования, ввоза,
вывоза либо уничтожения наркотических средств или психотропных
веществ, если это деяние совершено лицом, в обязанности которого входит
соблюдение указанных правил. Очевидно, что осознание субъектом
общественной опасности этих действий обязательно предполагает знание им
соответствующих правил обращения (например, хранения и учета) с
указанными веществами. И если лицо не было ознакомлено с ними,
интеллектуальный момент умысла исключается, а следовательно,
исключаются как умышленная вина, так и уголовная ответственность этого
лица.
Предвидение наступления вредных последствий означает предвидение
виновным тех общественно опасных последствий, которые наступают в
результате совершаемого лицом общественно опасного действия или
бездействия. Согласно законодательной формулировке характер предвидения
125
при прямом умысле может быть двояким. Виновное лицо может предвидеть
как возможность, так и неизбежность наступления соответствующих
преступных последствий.
Предвидение возможности наступления преступных последствий
означает, что эти последствия могут по каким-то причинам и не наступить.
Предвидение неизбежности их наступления означает, что сознанием
виновного исключаются какие-либо обстоятельства, в соответствии с
которыми желаемые последствия могут не наступить.
Например, И., обладавший значительной физической силой, во время
выпивки со своими знакомыми поссорился с одним из собутыльников, Г., и
выбросил его из открытого окна комнаты, находящейся на 14-м этаже.
Очевидно, что в этом случае можно категорически утверждать, что виновный
предвидел неизбежность наступления смерти потерпевшего. Если бы эти
действия были совершены, допустим, в комнате на втором этаже, то
преступное последствие осознавалось бы виновным как возможное (все
зависело бы от различного рода обстоятельств: должен ли был потерпевший
упасть на землю или на асфальт, на кустарник или груду кирпичей и т.д.).
Умысел в любой его разновидности (как и неосторожная форма вины)
сформулирован законодателем применительно к преступлениям с
материальным составом, т.е. к тем, в объективную сторону которых входит
преступное последствие. В связи с этим, лицу вменяется в вину предвидение
не любых вредных последствий, а только тех, которые являются признаком
объективной стороны соответствующего состава преступления (при
убийстве — смерти потерпевшего, при причинении вреда здоровью —
тяжести такого вреда и т.д.).
Волевой момент прямого умысла характеризуется желанием
наступления преступных последствий. Это желание предполагает
целенаправленную деятельность виновного. Для него соответствующее
преступное последствие является осознанным и целенаправленным
результатом его общественно опасного действия или бездействия.
В заключение проиллюстрируем содержание прямого умысла на
несложном с точки зрения уголовно-правовой оценки примере.
В судебном заседании установлено, что в ходе совместного
употребления спиртных напитков между Е. и потерпевшим Л. возник
конфликт по поводу задержки последним оплаты Е. ремонтных работ
автомашины, принадлежащей потерпевшему. Е. нанес Л. множественные
удары по лицу и телу. Присутствовавший при ссоре С. Присоединился к
избиению потерпевшего и нанес ему удары руками по телу. После этого Е. и
С. совместно нанесли ему множественные удары ногами, руками и
поочередно молотком по голове и телу потерпевшего.
Избив потерпевшего, Е. и С. решили убить его. С этой целью они на
автомашине под управлением С. отвезли Л. в лесной массив, где при помощи
провода задушили. Убедившись, что потерпевший мертв, осужденные
закидали тело мусором и скрылись с места преступления.
126
О наличии у подсудимых прямого умысла на причинение смерти
свидетельствуют способ убийства, выбор орудия преступления, механизм
образования и локализация телесных повреждений, находящихся в прямой
причинной связи с наступившим последствием в виде смерти
потерпевшего136.
Косвеннымпризнается такой вид умысла, когда лицо осознавало
общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело
возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но
сознательно допускало их либо относилось к ним безразлично (ч. 3 ст. 25
УК РФ).
По своему интеллектуальному моменту косвенный умысел во многом
совпадает с прямым умыслом. Различие в этом отношении заключается лишь
в характере предвидения преступных последствий. Как отмечалось, при
прямом умысле лицо предвидит как возможность, так и неизбежность
наступления преступного результата.
При косвенном умысле предвидение виновного связывается лишь с
возможностью его наступления. Эта особенность косвенного умысла тесно
связана с его волевым моментом, по которому и происходит основное
различие этих видов умысла. При косвенном умысле, в отличие от прямого,
лицо хотя и предвидит возможность наступления преступных последствий
(интеллектуальный момент), но не желает, чтобы эти последствия наступили.
Уголовный закон различает две разновидности такого нежелания:
сознательное допущение преступных последствий и безразличное отношение
к ним. Однако чаще всего психическое отношение лица к последствиям
совершенного им действия (бездействия) предполагает соединение
безразличного отношения к их наступлению с сознательным их допущением.
Таким образом, нежелание наступления преступных последствий при
косвенном умысле означает, что лицо не заинтересовано в наступлении
общественно опасных последствий своего деяния, относясь к ним
безразлично и тем самым допуская возможность их наступления.
Как указано в приговоре, пьяные М. и В. на улице поселка встретили
незнакомого им гражданина Ш., пристали к нему и стали избивать, нанося
удары руками и ногами, в т.ч. по лицу и голове. Желая причинить
потерпевшему боль, М. в процессе избиения нанес ему удар ножом в плечо,
причинив легкое телесное повреждение с кратковременным расстройством
здоровья. Вслед за М. В. с целью убийства нанес Ш. этим же ножом удар в
левую половину груди, причинив проникающее ранение в левую плевральную
полость, отнесенное к тяжким телесным повреждениям. После этого М. и
В. с места происшествия скрылись, а Ш. был подобран патрульным нарядом
милиции и доставлен в больницу, где ему была оказана медицинская помощь.
Органы следствия и суд действия В., связанные с причинением тяжкого
телесного повреждения Ш., квалифицировали как покушение на умышленное
убийство из хулиганских побуждений.
136
БВС РФ. 2016. № 10. С. 15.
127
Военная коллегия Верховного Суда РФ установила, что действия В. по
ст. 15, п. «б» ст. 102 УК РСФСР (1960 г.) (ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ)
квалифицированы без достаточных оснований. В ходе предварительного
следствия и в судебном заседании В. утверждал, что, нанося Ш.. удар
ножом, он умысла на его убийство не имел, а хотел лишь причинить
потерпевшему физическую боль. Эти объяснения подтверждены объективными данными. Из материалов дела видно, что удар В. был нанесен с
незначительной силой, о чем свидетельствовала небольшая глубина раневого
канала (1,5 см). После случившегося В. видел, что Ш. жив, однако каких-либо
действий, направленных на лишение его жизни, не предпринимал, хотя имел
такую возможность.
Сам факт нанесения удара в левую половину груди при отсутствии
других доказательств, подтверждающих прямой умысел на лишение жизни
потерпевшего, не может свидетельствовать о намерении В. убить Ш..
Поэтому действия В. в части причинения Ш. ранения совершены с
косвенным умыслом, и их необходимо квалифицировать не как покушение на
убийство, а как причинение тяжкого вреда здоровью137.
Иногда сознательное допущение наступления преступных последствий
(либо безразличное к ним отношение) при косвенном умысле может
сочетаться и с нежеланием наступления этих последствий.
Например, лицо из мести ночью поджигает дом потерпевшего в
отсутствие последнего, заведомо зная, что в нем находятся престарелые
родители потерпевшего. При этом виновный может даже надеяться на то, что
старики не сгорят в огне, а спасутся. Но если эта надежда не связана с
расчетом на реальные конкретные обстоятельства, способные предотвратить
наступление преступных последствий, налицо волевой момент косвенного
умысла в виде сознательного допущения наступления смерти потерпевших.
В этих случаях лицо рассчитывает на какую-либо случайность (благодаря
которой смерть потерпевших может и не наступить).
Однако, как правильно отмечал А.А. Пионтковский, «надеяться на
„авось“ — значит ни на что не надеяться»138. Следовательно, в случае
наступления смерти потерпевших содеянное, кроме умышленного
уничтожения имущества путем поджога (ч. 2 ст. 167 УК РФ), должно быть
квалифицировано и как убийство при отягчающих обстоятельствах (п. «а»
ч. 2 ст. 105 УК РФ), совершенное с косвенным умыслом.
Сказанное можно проиллюстрировать и примером из судебной
практики.
С. и И. по предварительной договоренности с целью хищения вещей
проникли в дом 76-летней гражданки А., связали ее и вставили в рот
тряпичный кляп. В процессе связывания С. нанес А. несколько ударов ногами
по голове и другим частям тела, причинив тяжкие телесные повреждения, в
БВС РФ. 1997. № 8. С. 9.
Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961.
С. 358.
128
137
138
том числе переломы костей носа, скуловых костей и основания черепа.
Похитив интересовавшие их вещи, С. и И. скрылись. А. в результате
механической асфиксии, развившейся вследствие введения кляпа в рот, на
месте происшествия скончалась.
Органы предварительного следствия действия С. и И. квалифицировали
как разбой при отягчающих обстоятельствах (ч. 3 ст. 146 УК РСФСР
1960 г.) и умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах (п. «а»,
«г», «е», «н» ч. 1 ст. 102 УК РСФСР 1960 г.). Суд первой инстанции
действия С., связанные с убийством А., переквалифицировал на ст. 106 УК
РСФСР 1960 г. (как неосторожное убийство), а И. в совершении убийства
оправдал.
Верховный Суд признал, что совершенное убийство необоснованно было
признано неосторожным, и что оно было совершено с косвенным умыслом.
Суд первой инстанции поверил объяснениям осужденных о том, что А. они
избили лишь для того, чтобы сломить ее сопротивление, и что, оставляя
связанную потерпевшую с кляпом во рту, они рассчитывали, что утром к
ней придут родственники и знакомые и ее освободят. По мнению же
Верховного Суда, эти объяснения противоречат объективным данным,
которые установил суд. Осужденные знали о преклонном возрасте А., но
применили к ней насилие, опасное для жизни, а затем, связав руки и ноги,
оставили ее с разбитым лицом, с залитой кровью носоглоткой и с кляпом во
рту, закрывавшим дыхательные пути, забросав ее одеялом и матрацем.
Для С. и И. беспомощное состояние А. и физические страдания,
которые она испытывала, были очевидными, но они безразлично относились
к этому и к возможным последствиям (в том числе и к наступлению смерти
потерпевшей), о чем заявили в суде. Они не являлись жителями деревни, где
проживала потерпевшая, не были знакомы с ней, не знали об образе ее
жизни и имеются ли у нее родные, а поэтому их доводы о том, что
потерпевшую могли бы спасти ее родственники или знакомые, Верховным
судом были признаны несостоятельными. Суд отменил приговор и дело
направил на новое судебное рассмотрение139.
Деление умысла на прямой и косвенный имеет важное значение для
квалификации
преступлений
и
индивидуализации
уголовной
ответственности и наказания.
Так, преступления с формальным составом, т.е. те, в состав которых
не входит определенное преступное последствие, могут быть совершены
только с прямым умыслом. Например, оставление в опасности, т.е. заведомое
оставление без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или
здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к
самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей
беспомощности, в случаях, если виновный имел возможность оказать
помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу либо сам поставил его в
опасное для жизни или здоровья состояние (ст. 125 УК РФ), будет признано
139
БВС РФ. 1997. № 3. С. 8.
129
оконченным преступлением независимо от того, наступят для потерпевшего
в результате этого тяжкие последствия или нет. Психическое отношение
виновного в этом случае устанавливается лишь по отношению к факту его
общественно опасного бездействия (оставления в опасности как такового) и
выражается в сознании общественной опасности этого бездействия и
желании уклониться от выполнения своей обязанности.
О необходимости установления прямого умысла в преступлениях с
формальным составом указывается в решениях Верховного Суда РФ.
К. признана виновной в том, что она из неприязни, заведомо сознавая
ложность сообщаемых сведений, с целью опозорить малолетнего А. ложно
обвинила его в присутствии малолетних К. и М. в том, что А. якобы
совершил умышленное убийство ее сына, Юрия, утопив его в воде, и что А.
может совершить убийство других малолетних, с которыми он дружит.
Судом первой инстанции К. признана виновной в клевете.
Верховный Суд РФ указал, что согласно закону, клевета совершается
только с прямым умыслом. Данных о том, что К. умышленно
распространяла заведомо ложные сведения, порочащие честь и
достоинство А., в деле нет. Как видно из материалов дела, по факту
смерти сына К. было вынесено несколько постановлений о прекращении
дела, которые впоследствии отменялись по заявлениям К. Таким образом, в
течение всего времени, пока велось следствие по данному делу, ни К., ни
органам следствия не были известны истинные причины гибели ее сына.
Поэтому К., высказывая свои мысли об убийстве сына, добросовестно
заблуждалась, поскольку не знала о ложности распространяемых ею
сведений в отношении А.140.
Наиболее важное практическое значение деления умысла на прямой и
косвенный состоит в значении такого деления для отграничения
умышленной вины от неосторожной, так как именно косвенный умысел
является психическим отношением, пограничным с преступным
легкомыслием как разновидностью неосторожной вины. И именно между
косвенным умыслом и преступным легкомыслием лежит «водораздел»
умысла и неосторожности.
Смерть потерпевшей наступила в результате действий Б.,
совершившего на нее наезд на автомобиле. Потерпевшая скончалась
учреждении. Само по себе наступление ее смерти в больнице, а не на месте
происшествия, не может свидетельствовать об отсутствии у
осужденного умысла на ее убийство.
Обстоятельства совершенного преступления указывают также и на
отсутствие у него какого-либо расчета на предотвращение смерти
потерпевшей, поскольку исполнитель преступления Б. умышленно направил
автомобиль на потерпевшую, выехав на левую по ходу его движения обочину
за пределы проезжей части дороги. При этом ни торможения, ни какихлибо иных действий, направленных на уменьшение возможных последствий
140
БВС РФ. 1999. № 2. С. 12.
130
от своих действий он не предпринимал и предпринимать не намеревался, а
напротив, увеличил скорость, совершил на потерпевшую наезд, после чего
вместе скрылся с места происшествия141.
Деление умысла на прямой и косвенный имеет важное значение для
отграничения покушения на преступление от оконченного преступления,
поскольку теория уголовного права и судебная практика ограничивают
возможность покушения на преступление лишь кругом преступлений с
прямым умыслом.
Например, М. был осужден за покушение на убийство Ч. Виновный из
мести нанес потерпевшей удар ножом в шею и пытался нанести второй
удар, но из-за сопротивления потерпевшей этот удар оказался слабым, а
дальнейшие попытки нанесения ударов были предотвращены людьми,
прибежавшими на крики Ч. о помощи. Судебная коллегия по уголовным
делам Верховного Суда переквалифицировала действия М. на умышленное
причинение тяжкого телесного повреждения исходя из того, что М., нанеся
ножом в шею потерпевшей и пытаясь ударить второй раз, сознавал
общественно опасный характер своих действий, предвидел наступление
смерти потерпевшей и сознательно допускал это, т.е. действовал с
косвенным умыслом.
Однако Президиум Верховного Суда не согласился с таким выводом,
отменил кассационное определение и указал, что при решении вопроса о
содержании умысла виновного суд должен исходить из совокупности всех
обстоятельств совершенного преступления и учитывать, в частности,
способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию ранений
и иных телесных повреждений (например, в жизненно важные органы
человека), причины прекращения преступных действий виновного и т.д.142.
Внимательный анализ обстоятельств совершения этого преступления
подтверждает правильность такого вывода. Такие обстоятельства, как
нанесение удара ножом именно в жизненно важный орган, каким является
шея, попытка нанести второй сильный удар, предотвращенный лишь
вмешательством посторонних лиц, и предотвращение наступления тяжких
последствий уже нанесенных ножевых ударов благодаря своевременной
медицинской помощи, в своей совокупности свидетельствуют о том, что М.
предвидел возможность наступления смерти потерпевшей и желал
наступления такого последствия, т.е. действовал с прямым умыслом.
Следовательно, действия виновного были правильно квалифицированы
Президиумом Верховного Суда РФ как покушение на убийство.
Кроме того, деление умысла на прямой и косвенный имеет значение и
для индивидуализации наказания. По общему правилу считается, что
общественная опасность преступлений, совершенных с прямым умыслом,
выше, чем совершенных с косвенным умыслом. Это связывается с тем, что в
первом случае осознание и воля виновного непосредственно направлены на
141
142
БВС РФ. 2015. № 12. С. 26.
БВС РСФСР. 1991. № 1. С. 6.
131
совершение общественно опасного деяния и причинение преступных
последствий.
Законодатель ограничивается указанием лишь на два вида умысла —
прямой и косвенный. Однако теории уголовного права и судебной практике
известны и другие виды умысла.
Так, по времени возникновения различается умысел заранее обдуманный
и внезапно возникший.
Заранее обдуманный умыселхарактеризуется тем, что в этом случае
намерение совершить преступление и само преступление отделены друг от
друга определенным промежутком времени. В течение этого времени
субъект обдумывает и вынашивает планы и способы совершения
преступления (место, время, орудия и средства и т.д.).
Внезапно возникший умысел характеризуется тем, что он возникает
внезапно и сразу же реализуется. В теории считается, что по общему правилу
преступления, совершенные с заранее обдуманным умыслом, опаснее, чем
совершенные с внезапно возникшим умыслом143.
В УК РФ не содержится каких-либо указаний по этому вопросу. Дело в
том, что само по себе установление указанных видов умысла еще не
свидетельствует о меньшей или большей опасности преступления,
совершенного виновным. Так, например, заранее обдуманный умысел может
свидетельствовать и об определенной нерешительности виновного, и даже о
происходящей в его душе тяжелой внутренней борьбе. Это характерно,
например, для преступлений против жизни, совершенных по мотиву
ревности. И содержание такого заранее обдуманного умысла, конечно же, не
повышает степень общественной опасности совершенного лицом
преступления. Напротив, реализация внезапно возникшего умысла может
иногда свидетельствовать о той легкости, с которой лицо идет на совершение
преступления, подчас самого тяжкого. Так, например, убийство, совершенное
на почве отказа потерпевшего дать закурить виновному, справедливо
расценивается как убийство при отягчающих обстоятельствах, совершенное
из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ).
УК РФ лишь в двух случаях считает преступление, совершенное с
внезапно возникшим умыслом, менее опасным. Это бывает тогда, когда
такой умысел возникает под влиянием аффекта. Так, убийство или
причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии
аффекта выделено законодателем в самостоятельные составы преступлений
со смягчающими обстоятельствами (ст. 107 и 113 УК РФ). Данное
обстоятельство может учитываться и в рамках такого смягчающего
обстоятельства при назначении наказания, как противоправность или
аморальность действий потерпевшего, явившихся поводом к преступлению
(п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ).
Демидов Ю.А. Умысел и его виды по советскому уголовному праву: автореф. дисс. …
канд. юрид. наук. М., 1964. С. 13.
132
143
В зависимости от степени определенности представления виновного об
общественно опасных последствиях совершаемого им деяния умысел
делится на определенный и неопределенный.
Определенный умысел характеризуется тем, что лицо четко
представляет себе характер и размер последствий совершаемого им
общественно опасного действия или бездействия. При этом определенный
умысел может быть простым, когда виновный предвидит наступление одного
преступного последствия, и альтернативным, когда виновный предвидит
возможность наступления двух или более преступных последствий. Так,
например, убийца, нанося удар ножом в сердце, действует с простым
определенным умыслом, предвидя наступление смерти. Тот же, кто наносит
жертве удар ножом в живот, действует с альтернативным умыслом, так как
предвидит возможность наступления вследствие этого либо смерти
потерпевшего, либо причинения тяжкого вреда его здоровью и желает или
сознательно допускает наступление любого из этих последствий.
При неопределенном умысле преступное последствие хотя и
предвиделось виновным, но не было конкретизировано. Это может быть,
например, при посягательстве на жизнь и здоровье потерпевшего такими
орудиями и средствами, применение которых может привести к самым
разнообразным последствиям. Например, нанесение удара потерпевшему
палкой по голове, нанесение ему удара камнем в голову, ударов ногами по
голове, груди, животу. В этих случаях возможно причинение самых разных
последствий — от смерти до легкого вреда здоровью. Теория уголовного
права и судебная практика исходят в этих случаях из того, что
ответственность определяется в зависимости от фактически причиненных
последствий, так как виновный предвидел наступление любого из этих
последствий и желал либо сознательно допускал их наступление. Однако
такая квалификация будет обоснованной лишь в случае установления именно
неопределенного умысла. Если же в конкретном случае и при ударе
потерпевшего палкой по голове будет установлен прямой умысел на лишение
жизни, то фактическое причинение потерпевшему менее тяжкого вреда
(допустим, причинение вреда здоровью средней тяжести) следует
квалифицировать как покушение на убийство.
§ 4. Неосторожность и ее виды
Судебная практика в большей степени имеет дело с умышленными
преступлениями в силу их значительной по сравнению с неосторожными
преступлениями распространенностью. Однако следует отметить, что
сегодня число преступлений, совершаемых по неосторожности, постоянно
возрастает. Кроме того, в условиях научно-технического прогресса
значительно повышается опасность этих преступлений, особенно связанных
с нарушением специальных правил в сфере использования техники, а также
экологических преступлений. Достаточно по этому поводу вспомнить
известные трагические аварии: на Чернобыльской АЭС, на теплоходе
133
«Адмирал Нахимов» и некоторые другие. В связи с этим проблема уголовной
ответственности за неосторожные преступления приобретает все более
важное практическое значение.
Неосторожность — это особая форма вины, т.е. особая форма
психического отношения виновного к вредным последствиям совершенного
им действия или бездействия. По неосторожности могут быть совершены
лишь преступления с материальным составом, т.е. в объективную сторону
которых входят определенные, предусмотренные уголовным законом
общественно опасные последствия.
В УК РФ предусмотрены два вида неосторожности — легкомыслие и
небрежность.
В соответствии с ч. 2 ст. 26 УК РФ преступление признается
совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность
наступления общественно опасных последствий своего действия
(бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно
рассчитывало на их предотвращение.
Психическое
отношение
к
последствиям
содеянного
лица,
совершившего преступление по легкомыслию, так же как иная
разновидность умышленной и неосторожной вины, складывается из
интеллектуального и волевого моментов. Интеллектуальный момент
характеризуется тем, что лицо предвидит возможность наступления
общественно опасных последствий своего действия или бездействия.
Волевой момент характеризуется неосновательным расчетом на
предотвращение этих последствий. Например, шофер, управляя машиной,
превышает дозволенную скорость и в силу этого не успевает в определенный
момент затормозить, вследствие чего сбивает кого-либо из пешеходов,
причиняя ему смерть (ч. 3 ст. 264 УК РФ).
По законодательной формулировке легкомыслия его интеллектуальный
момент сближается с интеллектуальным моментом умысла — и прямого, и,
особенно, косвенного. В обоих случаях лицо предвидит наступление
общественно опасных последствий своего деяния. Однако по фактическому
содержанию понятие предвидения, употребляемое законодателем при
описании умысла, принципиальным образом отличается от этого же понятия,
использованного им при описании легкомыслия как неосторожной
разновидности вины. Это отличие заключается в характере предвидения.
При умысле (в равной степени прямом или косвенном) предвидение
носит конкретный характер, а при легкомыслии — абстрактный. Это
означает, что при умысле виновное лицо предвидит, что неизбежный или
возможный результат наступит именно от его конкретного действия
(бездействия), совершенного в данный момент, в определенной обстановке и
при определенных обстоятельствах. Нанося потерпевшему удар ножом в
грудь, лицо предвидит, что именно этот удар (его удар), удар данным ножом
может причинить смерть конкретному потерпевшему. Совсем иным
содержанием обладает интеллектуальный момент при преступном
134
легкомыслии. Лицо абстрактно предвидит наступление преступных
последствий своего действия (бездействия).
Так, водитель автомашины, превышающий дозволенную скорость,
вообще (в принципе) предвидит, что это может привести к столкновению с
пешеходом. И это предвидение носит не конкретный, а именно общий, т.е.
абстрактный, характер. Лицо, предвидя указанные опасные последствия
вообще (в принципе), исключает их наступление в своем конкретном случае.
Оно считает, что такие последствия наступают при сходных обстоятельствах
у других водителей, для себя же исключает их наступление, так как надеется,
что с ним, как опытным водителем, подобное не произойдет (т.е. он избежит
столкновения с пешеходом и причинения ему вреда).
Однако главное отличие легкомыслия от умысла (в первую очередь от
косвенного) заключается в волевом моменте. Последний при легкомыслии
как разновидности неосторожной вины характеризуется тем, что лицо без
достаточных к тому оснований рассчитывало на предотвращение
общественно опасных последствий своего деяния (в УК РСФСР 1960 г.
указывалось,
что
лицо
«легкомысленно
рассчитывало
на
их
предотвращение»).
В отличие от косвенного умысла воля лица при преступном
легкомыслии направлена на предотвращение преступных последствий своего
действия или бездействия. Лицо рассчитывает на конкретные реальные
обстоятельства, которые, по его мнению, способны предотвратить
наступление преступного результата. Так, в приведенном примере водитель
рассчитывает на свое профессиональное мастерство, на свой достаточно
продолжительный безаварийный опыт вождения автомашины, на ее
исправное техническое состояние, на хорошее состояние дорожного
покрытия и т.д. и т.п. К сожалению (несмотря на эти надежды), в конкретной
ситуации такой расчет оказывается ошибочным, водитель автомашины всетаки наезжает на пешехода и причиняет ему смерть. Неосновательность,
ошибочность расчета и превращает подобное психическое отношение к
последствиям совершенного деяния в преступное легкомыслие, а само
деяние — в преступление.
Говоря иными словами, лицо должно рассчитывать только на реально
существующие обстоятельства, в силу которых последствия могут не
наступить. Если таких обстоятельств по делу не установлено, причиненный
вред считается совершенным умышленно (с косвенным умыслом)144.
Ярким примером неосторожного преступления, совершенного по
легкомыслию, может служить пример из судебной практики.
Ш. в целях предупреждения кражи рыбы из мережи (рыболовная
снасть) сделал сигнализацию. Для этого он из своего дома к мосткам, с
которых ставились в реку мережи, провел провода и подключил их к
электросети с напряжением в 220 вольт, а в доме установил звонок. Ночью
подростки О. и С., придя на реку ловить рыбу, решили обрезать снасти,
144
БВС РФ. 2016. № 12. С. 9.
135
державшие мережи, чтобы спустить их по течению, так как этими
мережами был закрыт доступ рыбе вверх по течению реки. При этом они
решили разъединить провод с электросигнализацией. Во время разъединения
проводов плоскогубцами О. был убит электротоком.
На допросах Ш. признавал, что он предвидел возможность наступления
тяжких последствий (об этом свидетельствовали и другие материалы
дела). Ш. не скрывал от окружающих проведение им сигнализации. Об этом
знали жители деревни, в том числе и подростки, пришедшие в день
происшествия ловить рыбу возле установленных мереж. Из дела видно, что
Ш. предупреждал соседей, чтобы они не допускали своих детей к тому
месту, где была проводка сигнализации, а также показывал ее пастухам. По
делу установлено, что проводка сигнализации Ш. была сделана у него в
огороде по земле, кустам, покрыта ветками и разным мусором, а при
подходе к реке под пешеходной тропинкой зарыта в землю. Для проводки Ш.
выбрал провод с хорошей изоляцией, выдерживающей напряжение до 1000
вольт. Контакты и провода были изолированы. Для понижения напряжения
Ш. перед звонком установил лампочку, а сигнализацию включал только в
том случае, если сам был дома.
Ш. был осужден за убийство О. с косвенным умыслом. Однако Пленум
Верховного Суда справедливо переквалифицировал его действия на статью
уголовного кодекса о неосторожном причинении смерти, указав, что в
данном случае Ш. проявил преступноелегкомыслие, поскольку он знал об
опасности, которую представляет для человека электроток напряжением
220 вольт, но самонадеянно надеялся на предотвращение тяжких
последствий. При этом он рассчитывал не на случайность, а на такие
объективные факторы, которые, по его мнению, исключали возможность
наступления тяжких последствий145.
Второй разновидностью неосторожной вины являетсяпреступная
небрежность.
В соответствии с ч. 3 ст. 26 УК РФ, преступление признается
совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности
наступления общественно опасных последствий своих действий
(бездействия),
хотя
при
необходимой
внимательности
и
предусмотрительности должно было и могло их предвидеть.
Интеллектуальный момент преступной небрежности резко отличается
от интеллектуального момента как умысла (прямого и косвенного), так и
преступного легкомыслия. При преступной небрежности лицо не предвидит
возможности наступления общественно опасных последствий своего деяния.
Таким
образом,
интеллектуальный
момент
этой
разновидности
неосторожной вины характеризуется отсутствием в сознании виновного
оценки своего поведения как общественно опасного. Это своего рода
интеллектуальный момент со знаком «минус». Поэтому сущность вины в
данном случае заключается не в интеллектуальном, а в волевом моменте, ибо
145
БВС СССР. 1969. № 1. С. 22.
136
только в связи с волевым моментом данное психическое отношение получает
уголовно-правовую оценку.
Законодательное
определение
волевого
момента
преступной
небрежности связывается с двумя критериями — объективным («должно
было») и субъективным («могло их предвидеть»; имеется в виду предвидение
наступления вредных последствий). В теории и судебной практике
объективный критерий связан с обязанностями лица, основанными на законе,
профессиональном статусе лица, общепринятых правилах общежития. Все
это предполагает предвидение лицом наступления общественно опасных
последствий своего действия или бездействия. В западноевропейской
юридической литературе такой критерий удачно именуется критерием
«среднего человека». Имеется в виду, что у конкретного лица наличие
возможности предвидения наступления вредных последствий своего деяния
признается тогда, когда при данных обстоятельствах эти последствия мог
предвидеть «средний благоразумный человек» или, если это относится к
области специальных знаний, «средний специалист», обладающий обычной
для данной профессии квалификацией («средний» врач, «средний» инженер,
«средний» электромонтер и т.д.).
В. признан виновным в том, что после проведения хирургами операций
кесарева сечения роженицам Б. и Т., в которых он также принимал участие
в качестве врача-анестезиолога, не определив групповую принадлежность
крови, находящейся в двух контейнерах, надеясь на правильность наклеенных
им маркировок, произвел переливание крови Т. и Б., однако перепутал
контейнеры с кровью и перелил Б. кровь Т., а кровь Б. – Т.; в результате у Б.
развился геморрагический шок II-III степени, что причинило ей тяжкий вред
здоровью, а Т. причинен легкий вред здоровью.
Судебная коллегия отметила, что забор и переливание крови В.
осуществлял как врач-анестезиолог, проводивший анестезию Б. (что
исключало на тот момент производство им переливания крови), взяв на себя
функции врача-трансфузиолога, должен был профессионально исполнить
обязанности и этого специалиста. С учетом изложенного Судебная
коллегия квалифицировала действия осужденного по ч. 2 ст. 118 УК РФ как
причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное
вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных
обязанностей146.
Однако установление одного лишь объективного критерия еще не
превращает соответствующее психическое отношение в преступную
небрежность как разновидность неосторожной вины. Для этого требуется
обязательное установление еще и субъективного критерия. Последний
означает уже индивидуальную способность конкретного лица (если для этого
требуются специальные познания, то конкретного врача, инженера,
электромонтера и т.д.) предвидеть наступление преступных последствий
(«могло их предвидеть»). Имеется в виду, что лицо могло предвидеть
146
БВС РФ. 2008. № 10. С. 23.
137
наступление вредных последствий в силу своих личных качеств,
квалификации и особенностей обстоятельств, при которых было совершено
общественно опасное деяние, приведшее к преступным последствиям.
З. и К. были осуждены за умышленное убийство С. при отягчающих
обстоятельствах (из хулиганских побуждений). В тот день бригада рабочих
подсобного хозяйства проводила заготовку сена. Когда С. направился по
деревянному мостику к машине, чтобы ехать в город, рабочие бригады К. и
З. по существовавшему в деревне обычаю решили искупать С. в реке. С этой
целью они столкнули его в воду. Он некоторое время плыл по реке, а потом
утонул.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда нашла в
действиях осужденных состав неосторожного убийства. З. и К. на
предварительном следствии и в суде умысел на убийство С. отрицали,
пояснив, что решили выкупать его в реке ради шутки и не предвидели, что
она закончится так трагически. Как видно из показаний осужденных, а
также свидетелей, после того, как С. столкнули в воду, он всплыл, поднялся
во весь рост, а потом поплыл по течению. З. кричал ему: «Яковлевич, плыви
под мост», поскольку в том месте можно было выбраться на берег. Как
видно из материалов дела, З. предлагал К. искупать также и Г.,
находившегося на мосту, и они предпринимали аналогичные действия,
чтобы столкнуть его в воду, но тот сам прыгнул в реку.
Верховный Суд пришел к выводу, что поведение З. и К. свидетельствует
об отсутствии у них умысла на убийство. К. и З., сталкивая С. в воду, не
предвидели его гибели, хотя при сложившейся ситуации должны были и
могли предвидеть, что в результате их действий могут наступить
указанные последствия. При таких обстоятельствах действия осужденных
надлежит квалифицировать не как умышленное убийство, а как причинение
смерти по неосторожности (небрежности)147.
§ 5. Невиновное причинение вреда
От преступной небрежности следует отличать так называемый случай,
т.е. невиновное причинение вреда (случай или казус). В соответствии с ч. 1
ст. 28 УК РФ деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его
совершившее, не осознавало и по обстоятельствам не могло осознавать
общественной опасности своих действий (бездействия) либо не предвидело
возможности наступления общественно опасных последствий и по
обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть.
Так, органами предварительного следствия Л. обвинялся в
неосторожном убийстве С., совершенном при следующих обстоятельствах.
Несовершеннолетние Л., М., З., Р., X. и С. приехали в охотничье зимовье. За
ужином они выпили бутылку вина, после чего около зимовья по очереди
См.: Постановления и определения по уголовным делам Верховного Суда РСФСР.
1981–1988 гг. М., 1989. С. 170–171.
138
147
стали стрелять по пустым банкам и бутылкам из самодельного пистолета.
Сделав несколько выстрелов, С., X. и Р. вернулись в зимовье и сели за стол у
окна, затянутого двумя слоями полиэтиленовой пленки, а Л., М. и З.
продолжали стрелять.
Около 18 часов, когда наступили сумерки, Л., будучи близоруким и
находясь в нетрезвом состоянии, зарядил пистолет и со взведенным курком
стал бегать около зимовья в поисках более крупной мишени, по которой
можно произвести выстрел. Пробегая мимо зимовья, Л. споткнулся и, падая,
непроизвольно нажал на курок пистолета. Произошел выстрел, которым
сидевшему в зимовье напротив окна С. было причинено проникающее ранение
левой половины грудной клетки с повреждением легкого, от которого
наступила смерть.
Районный народный суд оправдал Л. в совершении неосторожного
убийства за отсутствием в его действиях состава преступления.
В кассационном и надзорном порядке приговор был оставлен без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос
об отмене всех судебных решений и направлении дела на новое судебное
рассмотрение, указав, что Л. не предвидел последствий своих действий, но
по обстоятельствам дела должен был и мог их предвидеть.
Судебная коллегия ВС РФ протест оставила без удовлетворения, указав
следующее. На основании рассмотренных доказательств суд обоснованно
пришел к выводу о том, что Л., пробегая под окном зимовья с заряженным
пистолетом, дуло которого было направлено вниз, не предвидел и не мог
предвидеть, что не заметит ведро, споткнется о него, падая, взмахнет
руками, непроизвольно нажмет на спусковой крючок и произойдет выстрел
в сторону окна зимовья, которым будет смертельно ранен С. Поэтому суд
правильно пришел к выводу об отсутствии в действиях Л. состава
преступления и постановил в отношении его оправдательный приговор148.
Случай характеризуется отсутствием либо обоих критериев преступной
небрежности (объективного и субъективного), либо одного из них. Случай
(казус) в отличие от вины следует считать не психическим отношением лица
к содеянному (его не существует), а особым психическим состоянием лица,
действующего (или бездействующего) в той или иной обстановке,
исключающим общественную опасность содеянного им.
Часть 2 ст. 28 УК РФ предусматривает особую разновидность
невиновного причинения вреда. Деяние признается совершенным невиновно
и тогда, когда лицо, его совершившее, хотя и предвидело возможность
наступления общественно опасных последствий своих действий
(бездействия), но не могло их предотвратить в силу несоответствия своих
психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или
нервно-психическим перегрузкам. Эта формула заимствована законодателем
из теоретической модели уголовного кодекса (автором этой формулы
является Р.И. Михеев). Данное правило развивает принцип субъективного
148
БВС РФ. 1994. № 4. С. 3.
139
вменения, в соответствии с которым лицо, осуществляющее деятельность,
связанную с экстремальными условиями и нервно-психическими
перегрузками, может быть признано виновным только в случае, если его
субъективные качества соответствовали объективным требованиям ситуации
и лицо сознавало общественно опасный характер своих действий
(бездействия), предвидело их общественно опасные последствия либо не
предвидело, но могло по своим субъективно-личностным качествам их
предвидеть и предотвратить.
Р.И. Михеев справедливо не распространял это общее правило на те
случаи, когда общественно опасные последствия возникли по вине самого
лица, например, в случае сокрытия им своих психофизиологических
недостатков, препятствующих выполнению данного рода деятельности или
профессии, занятия обманным путем соответствующей должности,
требующей специальных знаний, навыков и подготовки, а также в случае
добровольного приведения себя в определенное состояние вследствие
принятия
алкоголя,
наркотических,
психотропных
или
иных
149
сильнодействующих веществ .
Указанная разновидность случая как невиновного причинения вреда
нередко связана с экстремальными условиями и непомерными нервнопсихическими нагрузками, испытываемыми тем или иным лицом, чаще всего
в сфере управления техникой. Это относится, например, и к пилотам,
вылетающим в рейс, не отдохнув от предыдущего, и к водителям
большегрузных автомашин, вынужденных по тем или иным причинам не
одни сутки проводить «за баранкой», и авиа- и железнодорожным
диспетчерам, также иногда работающим с огромной перегрузкой. Во многих
случаях эти лица, допустившие наступление тех или иных общественно
опасных последствий, предвидели возможность их наступления, однако в
силу указанных выше причин они не могли их предотвратить.
§ 6. Преступление с двойной формой вины
В отдельных случаях (довольно немногочисленных) законодатель
конструирует состав преступления таким образом, что необходимо
устанавливать двойную форму вины — вину по отношению к совершенному
лицом общественно опасному деянию (действию или бездействию) и
отдельно — по отношению к наступившим в результате этого деяния
общественно опасным последствиям. Такое положение ограничивается
случаями, когда преступление, образующее основной состав (без
отягчающих обстоятельств), может быть совершено только умышленно (с
прямым либо косвенным умыслом), а психическое отношение к
наступившим
последствиям,
образующим
квалифицированный
(с
Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования / отв. ред. В.Н. Кудрявцев, С.Г.
Келина. М., 1987. С. 81.
140
149
отягчающими обстоятельствами) состав того же преступления, возможно
только лишь в форме неосторожности (легкомыслия или небрежности).
Примером таких составов являются преступления, предусмотренные ч. 4
ст. 111 и ч. 3 ст. 123 УК РФ. В первом случае речь идет об умышленном
причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности смерть
потерпевшего. В этом случае виновное психическое отношение как бы
раздваивается на отношение к причинению тяжкого вреда здоровью (прямой
или косвенный умысел) и к наступившей в результате этого смерти
потерпевшего (только неосторожность в виде легкомыслия или
небрежности). Во втором случае вина устанавливается раздельно по
отношению к незаконному производству аборта и к причинению в результате
этого смерти потерпевшей либо причинению тяжкого вреда ее здоровью.
Психическое отношение к действию (производству аборта) возможно лишь в
форме умысла (учитывая специфику этого преступления — только прямого),
а к смерти или причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей — в форме
неосторожности (как в виде легкомыслия, так и небрежности).
Особенности ответственности за преступление, совершенное с двумя
формами вины, предусматриваются в ст. 27 УК РФ: «Если в результате
совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия,
которые по закону влекут более строгое наказание и которые не
охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие
последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность
их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно
рассчитывало на их предотвращение, или в случае, если лицо не предвидело,
но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих
последствий. В целом такое преступление признается совершенным
умышленно».
Иногда в теории уголовного права преступления с двойной формой
вины именуются преступлениями со смешанной виной. Однако это
наименование является неточным. В указанных случаях никакого
«смешения» умышленной и неосторожной вины не происходит.
Выделение преступлений с двумя формами вины необходимо для
квалификации преступлений, и в особенности для разграничения некоторых
смежных составов. Так, двойная форма вины в умышленном причинении
тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности смерть
потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ), позволяет отграничить этот состав
преступления, с одной стороны, от умышленного убийства, а с другой — от
причинения смерти по неосторожности. От умышленного убийства этот
состав отличается психическим отношением к наступлению смерти
потерпевшего: при умышленном убийстве — только умысел на причинение
смерти, при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,
умысел направлен на причинение тяжкого вреда здоровью, а в отношении
смерти налицо неосторожность. От причинения смерти по неосторожности
(ст. 109 УК РФ) этот состав отличается направленностью умысла на
141
причинение вреда здоровью, что отсутствует в причинении смерти по
неосторожности.
К. был осужден Верховным Судом Кабардино-Балкарской Республики за
убийство своей сожительницы М. Придя ночью к М., осужденный К. застал
А. у М. они были в нетрезвом состоянии. Ударив М. по лицу, К. пошел домой.
Дома, взяв резиновый шланг, он вернулся к М., выгнал А. из квартиры М.,
стал ее избивать сначала шлангом, а потом — клинком кухонного ножа
(плашмя). К. нанес М. 80 ссадин и 107 кровоподтеков, причинив легкие телесные повреждения, повлекшие кратковременное расстройство здоровья. В
ходе избиения К. ударил потерпевшую по голове, причинив тяжкий вред
здоровью. Уходя из дома М., виновный утверждал, что она была жива и что
о ее смерти узнал утром, придя к ней.
О том, что К. не желал убить М., свидетельствует и то, что он не
использовал нож как непосредственное орудие убийства, хотя этому ничто
не препятствовало. Учитывая данные обстоятельства, заместитель
Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос о
переквалификации содеянного К. на статью об умышленном причинении
тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего по неосторожности150.
Вместе с тем следует отметить, что и преступление с двойной формой
вины в конечном итоге должно быть оценено однозначно, т.е. следует
определять, является ли преступление в целом умышленным или
неосторожным. Это необходимо, например, для отнесения преступления к
категории особо тяжких преступлений, каковыми в соответствии с ч. 5 ст. 15
УК РФ признаются лишь умышленные преступления, за которые законом
предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок
свыше десяти лет или более строгое наказание. Для определения в этом
случае формы вины, характеризующей преступление в целом как
умышленное или неосторожное, за основу берется только психическое
отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию
(действию или бездействию), образующему основной состав преступления
(без отягчающих обстоятельств). В соответствии со ст. 27 УК РФ в целом
преступления с двойной формой вины признаются умышленными.
Это имеет значение также для определения рецидива и особо опасного
рецидива (ст. 18 УК РФ), для решения вопроса о признании преступления
неоконченным (ст. 29, 30 УК РФ), совершенным в соучастии (ст. 32—35
УК РФ), для решения вопроса об отмене условного осуждения (ст. 74
УК РФ), для отмены условно-досрочного освобождения (ст. 79 УК РФ).
§ 7. Мотив и цель преступления
Мотив — это побуждение, побудительная причина преступного
поведения. Преступление (в психологическом плане) есть частный вид
150
БВС РФ. 1992. № 8. С. 9.
142
деятельности человека. Поэтому уголовно-правовое понятие мотива
преступления должно опираться на определение мотива, даваемое в общей
психологии.
В психологической же науке под мотивом понимаются факторы
активности личности, движущая сила, лежащая в основе поведения человека.
Единодушно считая мотив исходной побудительной причиной, психологи,
однако, расходятся во мнении о том, какие конкретно факторы следует
считать двигателями воли человека, а следовательно, и мотивами. Одни
считают, что в качестве мотива выступает единственный фактор —
потребности человека, представляющие собой ту нужду, которую в чем-либо
испытывает человек в определенной ситуации, и субъективно переживаемые
в виде влечений и желаний. Другие же, признавая потребности главным
фактором поведения человека, не отрицают существования и других
побуждений. Последняя точка зрения вполне отвечает особенностям
психологического содержания преступной деятельности.
Изучение субъективной стороны преступления свидетельствует о том,
что обстоятельства, в которых оказывается лицо, совершающее
преступление, по-разному действуют на него. В одних случаях они
пробуждают в нем ту или иную потребность как стимул к действию, в
других — заглушают эту внутреннюю потребность, вызывая преступное
поведение посредством иных факторов. В принципе, мотивы преступлений в
этом отношении можно свести к трем их психологическим разновидностям:
потребностям, эмоциям (чувствам) и интересу. Такой мотив, как
потребность, отчетливо выступает в половых преступлениях (например, при
изнасиловании). Мотив в качестве эмоций (чувств) характерен для многих
преступлений против личности (например, убийств из ревности или мести).
Интерес нередко выступает мотивом преступлений, совершаемых
несовершеннолетними, например, в кражах мотивом может выступать
стремление подростка к коллекционированию (марок, монет), к занятию
техникой и т.д.
Установив, что Р. незаконно завладел чужим имуществом, суд признал
наличие у него корыстного мотива при совершении преступления. Однако
этот вывод сделан без всестороннего исследования обстоятельств дела.
Так, суд не дал оценки показаниям Р. на предварительном следствии о том,
что умысла на завладение имуществом потерпевшего у него не было, побил
его за повреждение двери квартиры бывшей его сожительницы. Также С.
утверждал, что взял телевизор и гитару в качестве залога, обещая вернуть
после того, как потерпевший отремонтирует дверь. Сам потерпевший в
судебном заседании подтвердил показания Р., в том числе об обещании
вернуть вещи, и не отрицал, что по поводу ремонта двери С. с Р. приходила
к нему раньше. С. показала, что сначала была сожительницей
потерпевшего, потом Р.; уходя от нее, потерпевший повредил дверь ее
квартиры, но ущерб не возместил, о чем она рассказала Р. Показания Р. о
том, что он собирался вернуть потерпевшему вещи, суд в должной мере не
исследовал, юридической оценки им не дал, а также оставил без внимания
143
показания об этом потерпевших и свидетеля. Таким образом, суд не привел
оснований своего вывода о наличии корыстного мотива в действиях Р.151.
Однако выявить тот или иной фактор в качестве побудителя воли еще не
означает раскрыть внутреннюю пружину действий человека, в частности,
совершающего преступление. Не менее важное значение имеет выяснение
того, почему и как этот фактор (потребность, чувство) стал мотивом. Для
того чтобы мотив реально вызвал деятельность, нужна постановка
определенной, соответствующей мотиву цели (по справедливому
утверждению Н.С. Таганцева, «мотив и цель — это два коррелятивных
понятия»152). Между мотивом и целью всегда имеется внутренняя связь.
Цель преступления — это тот результат, которого стремится
достигнуть лицо, совершающее преступление.
Именно цель превращает таящиеся внутри психики влечения, чувства в
движущие мотивы. От цели зависят и вид деятельности, ее способ, средства.
Таким образом, хотя мотив и цель являются самостоятельными понятиями,
их надо отличать друг от друга, помня, что мотив — это побуждение, а
цель — желаемый конечный результат преступной деятельности. Например,
мотивом убийства при разбое является корысть, а целью — лишение жизни
потерпевшего.
Обязательными признаками субъективной стороны преступления,
предусмотренного ст. 317 УК РФ, являются цель преступления
(воспрепятствование законной деятельности указанных лиц по охране
общественного порядка и обеспечению общественной безопасности —
стремление прекратить, изменить такую деятельность в настоящее время
или в будущем) либо мотив (месть за такую деятельность — за уже
выполненные действия).
Судом установлено, что X., исполняя свои служебные обязанности по
охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности,
потребовал от Г. прекратить насильственные действия. В ответ на
законные требования X. виновный (Г.), зная, что тот является работником
милиции, с целью убийства нанес ему удар ножом. При таких
обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия Г. в отношении
работника милиции по ст. 317 УК РФ как посягательство на жизнь
работника милиции в целях воспрепятствования его законной деятельности
по охране общественного порядка153.
Как уже отмечалось, мотив и цель имеют важное значение для
уголовной ответственности.
Во-первых, мотив и цель могут выступать в качестве основных
(конструктивных) признаков состава преступления. Отсутствие этих
признаков будет означать и отсутствие в этих случаях состава
соответствующего
преступления.
Так,
состав
злоупотребления
БВС РФ. 2002. № 3. С. 23.
Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. Т. I. СПб., 1887. С. 239.
153
БВС РФ. 2005. № 12. С. 5.
144
151
152
должностными полномочиями (ч. 1 ст. 285 УК РФ) будет налицо (при
наличии других признаков) лишь в том случае, если использование
должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам
службы совершено из корыстной или иной личной заинтересованности. Если
же это деяние совершается по другим мотивам — налицо состав
дисциплинарного проступка, а не преступления.
Во-вторых, мотив и цель могут выступать в качестве признаков, наличие
которых образует квалифицированный состав преступления (состав
преступления при отягчающих обстоятельствах). Так, если умышленное
убийство совершено из мести либо из ревности, то при отсутствии других
отягчающих либо смягчающих обстоятельств оно квалифицируется как
простое убийство по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В случае же, если, например,
убийство совершается из хулиганских побуждений, оно квалифицируется по
п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Точно так же состав убийства при отягчающих
обстоятельствах будет и в том случае, когда убийство совершается с целью
скрыть другое преступление или облегчить его совершение (п. «к» ч. 2
ст. 105 УК РФ).
В-третьих, мотив и цель преступления могут являться обстоятельствами,
смягчающими или отягчающими ответственность при назначении наказания.
Так, в соответствии с п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим
наказание, является «совершение преступления по мотиву национальной,
расовой, религиозной ненависти или вражды, из мести за правомерные
действия других лиц, а также с целью скрыть другое преступление или
облегчить его совершение».
Помимо значения для уголовной ответственности мотив преступления
имеет также важное доказательственное значение по уголовному делу.
Необходимость установления мотива преступления прежде всего диктуется
задачей установления объективной истины по делу. Если мотив
преступления неизвестен, следователь и суд не могут сделать
категорического вывода о том, с каким конкретным преступлением они в
данном случае имеют дело. Грабеж, например, при установлении
хулиганских побуждений превращается в хулиганство; преступление, по
внешним признакам являющееся убийством, — в необходимую оборону и
т.д.
Выдающийся русский юрист В.Д. Спасович в своей защитительной речи
по одному уголовному делу образно говорил, что уголовное дело без
установления мотива преступления «точно статуя без головы, или без рук,
или без туловища», что «мотив все равно, что улика, клетка и сердце состава
преступления». В защитительной речи по другому поводу он также замечал,
что «если нет мотива, так о чем же и говорить»154.
В связи с этим необходимость установления мотива закреплена и в
уголовно-процессуальном законодательстве. Мотив включен в круг
обстоятельств, подлежащих доказыванию по каждому уголовному делу,
154
Судебные речи известных русских юристов. 3-е изд. М., 1958. С. 628–629, 751.
145
независимо от того, входит ли этот признак в состав соответствующего
преступления или нет. Мотив преступления всегда входит в предмет
доказывания. Он должен быть установлен по каждому уголовному делу, так
как без этого невозможно правильно решить вопрос не только о
квалификации преступления, но и об индивидуализации наказания
виновному.
§ 8. Эмоциональное состояние лица, совершающего преступление
В соответствии с Уголовным кодексом менее опасным считается
преступление, совершенное под влиянием аффекта.
Аффект — это сильное душевное волнение, во время которого
совершается преступление.
В психологии аффектами называются сильные, быстро возникающие и
бурно протекающие кратковременные психические состояния (аффекты
отчаяния, ярости, ужаса). При этом сознание и способность мыслить
суживаются. Вместе с тем способность лица, действующего в состоянии
аффекта, контролировать свои действия не утрачивается полностью, а лишь
ослабляется, что и служит основанием уголовной ответственности.
Наличие, например, сознания у убийцы в состоянии аффекта очень
хорошо выразил Л.Н. Толстой словами героя повести «Крейцерова соната»
Позднышева: «Когда люди говорят, что они в припадке бешенства не помнят
того, что они делают, — это вздор, неправда. Я все помнил и ни на секунду
не переставал помнить. Чем сильнее я разводил сам в себе пары своего
бешенства, тем ярче разгорался во мне свет сознания, при котором я не мог
не видеть всего того, что я делал. Всякую секунду я знал, что я делаю. Не
могу сказать, чтобы я знал вперед, что я буду делать, но в ту секунду, как я
делал, даже, кажется, несколько вперед, я знал, что я делаю, как будто для
того, чтобы возможно было раскаяться, чтобы я мог себе сказать, что я мог
остановиться»155.
Д. пришел в дом к отцу, чтобы проведать бабушку. В его присутствии ,
после распития спиртного, отец стал приставать к своей матери (бабушке
Д.), избивая, требовал от нее деньги на спиртное. Это противоправное
поведение отца внезапно вызвало у Д. сильное душевное волнение, явившееся
результатом его психологического состояния в предшествующий период
постоянных ссор, устраиваемых потерпевшим.
Находясь в состоянии аффекта, Д. подскочил к отцу, отбросил его в
угол комнаты и избил. Как пояснил Д., в его сознании зафиксировались
только отдельные моменты произошедшего, а когда он «очнулся»,
обнаружил, что отец лежит рядом мертвый156.
155
156
Толстой Л.Н. Собр. соч.: В 14 т. Т. 12. М., 1953. С. 77.
БВС РФ. 1994. № 6. С. 6.
146
Уголовный закон признает значение аффекта при совершении
преступления. Поэтому без учета этого признака субъективная сторона
преступления в ряде случаев будет неполной.
Во-первых, состояние аффекта может учитываться при конструировании
составов преступлений при смягчающих обстоятельствах. Так, в
соответствии со ст. 107 УК РФ к убийствам при смягчающих
обстоятельствах относится убийство, совершенное в состоянии внезапно
возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием,
издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо
иными противоправными или аморальными действиями (бездействием)
потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией,
возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным
поведением потерпевшего. В соответствии со ст. 113 УК РФ причинение
тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное в состоянии
аффекта, также образует состав этого преступления при смягчающих
обстоятельствах.
Во-вторых, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ совершение
преступления в состоянии аффекта может входить в содержание
обстоятельства,
смягчающего
наказание
(противоправность
или
аморальность
действий
потерпевшего,
явившихся
поводом
для
преступления).
Днем находившиеся в нетрезвом состоянии В. и Б. пришли к своему
знакомому Г. и вместе с ним и двумя находившимися в квартире Г.
мужчинами (их личности не установлены) стали распивать спиртные
напитки. В ходе распития спиртного между В. и Г. ввиду неприязненных
отношений возникла кратковременная ссора, во время которой В. взяла на
кухне нож и, вернувшись в комнату, нанесла сидевшему на диване Г. пять
ударов ножом. От острой кровопотери в результате полученных ранений Г.
скончался на месте происшествия.
Из материалов дела следует, что В. пришла к знакомому Г. за своими
вещами. С ней была ее подруга Б. Г. угостил их водкой, вскоре к нему пришли
два парня, один из которых позвал ее в комнату и стал приставать. Она
оказала сопротивление, но парень избил ее и изнасиловал. Г. при этом
находился рядом, смотрел, как ее насилует его знакомый, и говорил, чтобы
она не сопротивлялась. Когда парни ушли, она, считая Г. виновным в ее изнасиловании, взяла на кухне нож и, возвратившись в комнату, нанесла
несколько ударов ножом в шею и грудь Г.
Обсуждая вопрос о квалификации действий В., суд первой инстанции
указал, что не нашел в поведении потерпевшего Г. противоправных
действий, которые могли бы вызвать у В. состояние внезапно возникшего
сильного душевного волнения.
Верховный Суд РФ признал этот вывод недостаточно обоснованным.
Поведение Г., наблюдавшего процесс изнасилования и говорившего при этом
В., чтобы она не сопротивлялась, унижало ее честь и достоинство, в силу
чего его следует расценивать как тяжкое оскорбление. Кроме того, такое
147
поведение Г. не может быть оценено в отрыве от действий насильника.
Действия Г. и насильника вызвали у В. состояние сильного душевного
волнения. Разрыв во времени между этими действиями и убийством был
незначительным157.
§ 9. Ошибка и ее уголовно-правовое значение
Ошибка — это неправильное представление лица о действительном
юридическом или фактическом характере совершенного им действия или
бездействия и его последствий.
Характер ошибки может оказывать серьезное влияние на установление
субъективной стороны преступления, а, следовательно, и на решение вопроса
об уголовной ответственности. Проблема ошибки в уголовном праве тесно
связана с принципом субъективной (виновной) ответственности и поэтому
традиционно рассматривается в разделе учебников о субъективной стороне
преступления. В зависимости от характера заблуждения субъекта
различаются юридическая и фактическая ошибки.
Юридическая ошибка — это неправильное представление субъекта о
преступности или непреступности совершенного им деяния (действия или
бездействия) и его последствий, юридической (уголовно-правовой)
квалификации содеянного, а также о виде и размере наказания, которое
может быть назначено за совершение этого деяния. В соответствии с этим в
теории уголовного права и судебной практике принято различать четыре
вида юридических ошибок.
Ошибочное представление лица о преступности совершенных им
действий (бездействия), в то время как уголовный закон не относит
соответствующее деяние к преступным и наказуемым. Например, лицо путем
кражи похищает государственное имущество на сумму, не превышающую
одну тысячу рублейна момент тайного завладения лицом государственным
имуществом, думая, что совершает уголовно наказуемую кражу. Однако на
самом деле это деяние не образует состава преступления, а является
административным правонарушением и, соответственно, влечет за собой
применение мер административного взыскания. Такие действия («мнимые
преступления») не являются преступными и наказуемыми и, следовательно,
не влекут уголовной ответственности (хотя и могут нарушать нормы других
отраслей законодательства и влечь за собой меры юридической
ответственности, предусмотренные этими нормами).
Неправильное представление лица о совершенном им деянии как
непреступном, тогда как в действительности такое деяние нарушает
определенный уголовно-правовой запрет и является преступным и
наказуемым. Разумеется, относительно многих (и наиболее опасных)
преступлений такая ошибка практически не возникает. Вряд ли кто может
ссылаться на незнание уголовно-правовой запрещенности таких
157
БВС РФ. 1997. № 4. С. 8.
148
преступлений, как, например, кража, убийство, изнасилование. В связи с
этим в уголовном праве существует презумпция, происхождение которой
относится еще к древнеримскому праву — презумпция знания законов
(«незнание закона не освобождает от ответственности»). Однако надо иметь
в виду, что презумпция — это общее правило, которое может быть и
опровергнуто по конкретному уголовному делу.
При совершении ряда преступлений, особенно предусмотренных
бланкетными диспозициями уголовного закона (чаще всего преступлений
неосторожных), иногда преступное деяние связывается с нарушением
определенных специальных правил (норм), и уголовная ответственность
обязательно предполагает в этих случаях знание субъектом соответствующих
инструкций, правил и других нормативных установлений.
Так, в УК РФ есть целый ряд норм Особенной части, связанных с
нарушением правил безопасности тех или иных работ (например, на объектах
атомной энергетики — ст. 215 УК РФ, при производстве горных,
строительных и иных работ — ст. 216 УК РФ, на взрывоопасных объектах —
ст. 217 УК РФ и т.д.). В этих случаях изменение уголовно-правового запрета
может происходить и без изменения уголовного закона как такового, а в
связи с изменением нормативных актов других отраслей права. При этом
если субъект не ознакомлен с новыми правилами или инструкциями,
изменяющими содержание уголовно-правового запрета, он не может быть
привлечен к уголовной ответственности, так как в его действиях отсутствует
как умышленная, так и неосторожная вина.
Подобная же ситуация хотя и редко, но может возникнуть и в связи с
принятием нового уголовного закона, криминализирующего деяние, до того
находившееся вне сферы уголовно-правового регулирования. Если при этом
будет доказано, что лицо не знало о новом уголовно-правовом запрете и, что
особенно важно, не могло его знать, оно должно быть освобождено от
уголовной ответственности.
Например, 10 февраля 1941 г.был издан Указ Президиума Верховного
Совета СССР «О запрещении продажи, обмена и отпуска на сторону
оборудования и материалов и об ответственности по суду за эти незаконные
действия» (вызванный подготовкой Советского государства к войне с
Германией). В соответствии с этим указом к двум годам лишения свободы
был осужден 3. за то, что, будучи начальником карьера, продал 19 февраля
1941 г. 3420 кг каменного угля совхозу. Пленум ВС СССР прекратил дело за
отсутствием в действиях 3. состава преступления, указав при этом:
«Материалами дела установлено, что газеты, в которых опубликован Указ от
10 февраля 1941 г., были получены в карьере 22 февраля 1941 г. Об издании
Указа не могли узнать и по радио, так как на карьере радиоустановки не
было. Таким образом, в момент продажи угля, 19 февраля 1941 г., 3. не мог
знать об издании Указа»158.
158
См.: Социалистическая законность. 1942. № 9. С. 29.
149
Ошибочное представление лица о юридической квалификации
совершенного им деяния. Например, лицо совершает присвоение чужого
имущества, вверенного виновному (ст. 160 УК РФ), а думает, что совершает
кражу (ст. 158 УК РФ). Юридическая квалификация относится к
обстоятельствам, характеризующим интеллектуальный и волевой моменты
умысла и неосторожности, а потому не влияет на вину и ответственность.
Лицо будет отвечать за то преступление, которое оно фактически совершило,
а не за то, которое, по его мнению, оно совершало.
Ошибочное представление лица о виде и размере наказания, которое
может быть назначено за совершенное им преступление. Эта ошибка также
не влияет на вину и ответственность лица, так как и это обстоятельство
находится за пределами умысла и неосторожности.
Фактическая ошибка — это неправильное представление лица о
фактических обстоятельствах, относящихся к объекту и объективной стороне
совершенного им преступления. К таким ошибкам относятся:
— ошибка в объекте преступления;
— ошибка относительно фактических обстоятельств, образующих
объективную сторону состава преступления.
Ошибка в объекте — это заблуждение субъекта относительно
социального
и
юридического
содержания
объекта
преступного
посягательства.
Наиболее типичной разновидностью этой ошибки являются случаи,
когда субъект ошибочно полагает, что посягает на один объект, а в
действительности причиняет ущерб другому объекту уголовно-правовой
охраны. Например, лицо тайно похищает со склада вооружения ящик, думая,
что в нем находятся боеприпасы, однако в действительности похищает ящик
с форменной обувью. Посягательство на воображаемый объект образует
состав хищения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных
устройств (ст. 226 УК РФ). Фактически совершенное хищение образует
состав кражи чужого имущества (ст. 158 УК РФ). В первом случае объектом
является общественная безопасность, во втором — собственность. Объекты
эти юридически неравноценны, так как за преступное посягательство на
первый объект установлено более строгое наказание, чем за посягательство
на второй. В связи с этим содеянное следует квалифицировать по
направленности умысла как покушение на хищение боеприпасов, т.е. по ч. 3
ст. 30 и ст. 226 УК РФ.
От ошибки в объекте следует отличать ошибку в предмете. Сама по
себе такая ошибка не имеет уголовно-правового значения. Например, лицо
похищает у иностранного гражданина бумажник, думая, что в нем находится
иностранная валюта, а в действительности завладевает крупной денежной
суммой в рублях. В обоих случаях лицо должно привлекаться к
ответственности за кражу чужого имущества (ст. 158 УК РФ), в том числе и
при фактической ошибке в предмете похищаемого.
Однако в отдельных случаях такая ошибка может влиять на
квалификацию содеянного. Это будет тогда, когда посягательство на
150
предполагаемый предмет должно квалифицироваться по той же статье
УК РФ, что и посягательство на фактический предмет, но при отягчающих
обстоятельствах. Так, если в приведенном примере с похищением бумажника
с предполагаемой иностранной валютой виновный оценивал размер
похищаемого (в переводе на российские рубли) в сумме, которая превышает
двести пятьдесят тысяч руб., а в действительности завладел бумажником, в
котором находилась отечественная валюта на меньшую сумму, такая ошибка
будет иметь уголовно-правовое значение. Дело в том, что кража фактически
похищенного лицом квалифицируется либо как кража без отягчающих
обстоятельств (ч. 1 ст. 158 УК РФ), либо как кража с причинением
значительного ущерба гражданину по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, а кража в
предполагаемых размерах похищенного — как кража в крупных размерах по
п. «в» ч. 3 той же статьи УК РФ. Последняя наказывается значительно
строже. В связи с этим такая ошибка должна учитываться при квалификации
содеянного, и фактически совершенная лицом кража должна
квалифицироваться как покушение на кражу в крупном размере (т.е. по ч. 3
ст. 30 и п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ).
Ошибка в личности потерпевшего заключается в том, что субъект,
желая посягнуть, например, на жизнь одного лица, в действительности
посягает на жизнь другого лица, принимая его за первое. Обычно такая
ошибка не влияет ни на квалификацию содеянного, ни на уголовную
ответственность и наказание виновного. Для состава убийства личность
конкретного потерпевшего не имеет значения. Однако на практике могут
быть случаи, когда ошибка в личности потерпевшего одновременно будет
означать и ошибку в объекте преступления. Допустим, виновный
намеревался угрожать судье в связи с рассмотрением последним конкретного
судебного дела. Однако по ошибке угрожает потерпевшему, лишь внешне
похожему на указанное лицо. Первое деяние (угроза судье) само по себе
должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 296 УК РФ (максимум санкции — до
трех лет лишения свободы). Второе в отличие от первого квалифицируется
по ст. 119 УК РФ и наказывается менее строго. В связи с этим при такой
ошибке в личности потерпевшего содеянное по направленности умысла
должно квалифицироваться как покушение на задуманное преступление (т.е.
по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 296 УК РФ).
Ошибка относительно фактических обстоятельств, образующих
объективную сторону состава преступления. Этот вид ошибки заключается:
— в ошибке относительно характера совершенного действия или
бездействия;
— в ошибке относительно наступления общественно опасных
последствий;
— в ошибке в развитии причинной связи.
Ошибка относительно характерасовершенного действия или
бездействиязаключается в том, что лицо ошибочно не считает свое деяние
общественно опасным, хотя на самом деле оно является таковым и образует
состав преступления.
151
Например, лицо сбывает фальшивую денежную купюру, не осознавая
этого (не знает, что купюра является фальшивой). В этих случаях всегда
исключается ответственность за умышленное преступление, и речь может
идти лишь о неосторожной вине тогда, когда лицо хотя и не предвидело того,
что его действие (бездействие) является общественно опасным, но должно
было и могло это предвидеть. В случае со сбытом фальшивой денежной
купюры в связи с тем, что уголовная ответственность за изготовление или
сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186 УК РФ) связывается лишь
с умышленной виной, лицо освобождается от уголовной ответственности за
отсутствием в его деянии состава преступления.
Другое дело, когда, допустим, медицинская сестра по ошибке путем
инъекции вводит в организм пациента вместо необходимого лекарства
другой препарат, в результате чего наступает смерть потерпевшего. В этом
случае также налицо ошибка относительно характера совершенного действия
или бездействия. Однако в отличие от первого случая (со сбытом по ошибке
фальшивой денежной купюры) уголовная ответственность за причинение
смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом
своих профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 109 УК РФ) связывается как
раз с неосторожной формой вины. В данном случае медсестра не предвидела
своей ошибки, но должна была и могла ее предвидеть. Налицо неосторожная
вина в виде преступной небрежности, и в связи с этим медсестра не
освобождается от уголовной ответственности.
Ошибка относительно общественно опасных последствий чаще
всего заключается в ошибочном представлении лица о размере причиненного
преступлением вреда.
При этом, как правило, возможны два варианта уголовно-правовой
оценки такой ошибки. Во-первых, субъект ошибочно считает, что
причиненный им вред будет меньшим, чем тот, который он в
действительности причиняет. Например, лицо наносит потерпевшему удар
кулаком в лицо, думая этим причинить легкий вред его здоровью (ст. 115
УК РФ). Однако от удара потерпевший падает на асфальт и разбивается
насмерть. В этом случае ошибка исключает ответственность за умышленное
причинение допущенного вреда, т.е. в конкретном случае — смерть. Однако
субъект подлежит ответственности за причинение смерти по неосторожности
(ч. 1 ст. 109 УК РФ), так как, нанося потерпевшему удар в лицо, он не
предвидел, что в результате этого потерпевший упадет на асфальт и
расшибется насмерть, хотя должен был и мог предвидеть возможность такого
последствия.
Второй вариант данного вида фактической ошибки заключается в
ошибочном представлении виновного о количественном размере
причиненного им ущерба. Например, лицо вскрывает сейф, намереваясь
совершить кражу чужого имущества в крупном размере, однако в сейфе
оказывается небольшая сумма денег. Такая ошибка свидетельствует о том,
что виновный сделал все для наступления желаемого преступного
результата, однако тот не наступил по обстоятельствам, не зависящим от
152
воли виновного. В связи с этим лицо будет отвечать не за фактически
оконченную кражу небольшой суммы, а за покушение на кражу в крупных
размерах (ст. 30 и п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ).
Однако содержание такой ошибки может быть и несколько иное. Дело в
том, что в соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ кража (как и любое
другое хищение чужого имущества) считается совершенной в крупных
размерах, если стоимость похищенного имущества превышает двести
пятьдесят тысяч руб. Поэтому вполне возможна ситуация, когда виновный,
вскрывая сейф, намеревался похитить денежную сумму, примерно в три раза
превышающую указанный размер, а фактически в сейфе оказалась сумма,
превышающая этот размер в два раза, которую он и присвоил. Такая ошибка
не имеет уголовно-правового значения, так как законодатель установил лишь
минимальный предел крупного размера хищения, и любой размер,
превышающий этот предел (но не превышающий особо крупного размера,
т.е. не превышающего одного миллиона рублей), будет считаться крупным.
Ошибка в оценке развития причинной связи заключается в
неправильном представлении лица о причинно-следственной зависимости
между совершенным им деянием (действием или бездействием) и
наступившими общественно опасными последствиями. При этом уголовноправовое значение приобретает лишь такая ошибка в развитии причинности,
которая приводит к наступлению иного преступного результата,
являющегося основанием для иной уголовно-правовой оценки содеянного.
Например, виновный напал на потерпевшего по мотиву мести и с целью
убийства нанес ему несколько ударов молотком по голове. Думая, что тот
мертв, он бросил его в озеро. В действительности же оказалось, что смерть
потерпевшего наступила не в результате нанесения ему ударов молотком, а
от утопления. Преступные действия лица в этом случае как бы
раздваиваются на два преступления: причинение тяжкого вреда здоровью и
убийство. Учитывая же психическое отношение виновного к наступившим
последствиям, он должен нести ответственность за покушение на убийство
(преступник сделал все для того, чтобы наступила смерть потерпевшего, но
результат не наступил по причинам, не зависящим от воли виновного) и за
причинение смерти по неосторожности (бросая потерпевшего в озеро,
преступник не предвидел, что он утонет, поскольку не сознавал, что он еще
жив, но должен был и мог это предвидеть).
Вместе с тем не имеет уголовно-правового значения своего рода
«техническая» ошибка относительно развития причинной связи, в конечном
счете приводящая к тому же юридически значимому (уголовно-правовому)
последствию. Допустим, субъект с целью убийства потерпевшего стреляет в
него, целясь ему в сердце, а попадает в голову. В случае наступления смерти
потерпевшего виновный будет отвечать за умышленное убийство. Или,
допустим, с целью убийства виновный сбрасывает потерпевшего с моста в
воду, думая, что тот утонет, но потерпевший умирает от удара головой об
опоры моста. Такое отклонение в развитии причинной связи также носит
чисто технический характер и не имеет уголовно-правового значения.
153
В теории уголовного права обычно принято выделять и такой вид
фактической ошибки, как ошибка в обстоятельствах, квалифицирующих
(отягчающих) ответственность159. Однако, по нашему мнению, такая
разновидность фактической ошибки может приобретать самостоятельное
значение лишь в случае неправильного представления соучастника (чаще
всего пособника) о юридически значимых (имеющих уголовно-правовое
значение) данных, характеризующих личность исполнителя, а также его
мотивы и цели. Например, пособник передает исполнителю убийства
пистолет, думая, что тот совершает убийство из мести. В действительности
же исполнитель действует из корыстных побуждений. И хотя действия
исполнителя будут квалифицироваться как убийство при отягчающих
обстоятельствах (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ), пособник подлежит
ответственности за убийство без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 105
УК РФ).
Во всех остальных случаях ошибка в обстоятельствах, отягчающих
ответственность, является разновидностью указанных выше фактических
ошибок (чаще всего это ошибка в обстоятельствах, относящихся к объекту,
предмету преступного посягательства, к личности потерпевшего, а также
ошибка относительно общественно опасных последствий, места, времени,
обстановки, способа, орудий и средств совершения преступления, имеющих
квалифицирующее значение).
С. признан виновным в том, что он пытался убить управляющего Ш.
при следующих обстоятельствах. Утром Ш. назначил С. работать по
перевозке людей через разлившуюся реку. Во время работы С. употребил
спиртное, и потому Ш. отстранил его от работы. С. стал просить Ш.,
чтобы тот отменил свое распоряжение об отстранении его от работы, но
последний отказался это сделать. Тогда С. решил убить Ш. С этой целью
он поехал к себе домой, взял заряженное ружье и пришел в контору, где
находился Ш. и другие работники. Так он, с целью убийства, навел ружье на
Ш. и нажал на курок. Однако ввиду неисправности спускового механизма
ружье не выстрелило. Потерпевший и иные лица отобрали у С. ружье.
В судебном решении указано: из материалов дела видно, что С. думал,
что из его ружья можно стрелять и, следовательно, из него можно убить
человека. Поэтому С. должен нести ответственность за покушение на
убийство вследствие ошибки в свойствах орудия преступления160.
Литература
1. Бражников В.В. Отягчающие обстоятельства,
субъективной стороне преступления. М., 2011.
относящиеся
к
См.: Уголовное право. Общая часть / под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1992. С. 176–
177.
160
Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по
уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 1961—1963 гг. М., 1964. С. 243—245.
154
159
2. Канашина О.А. Взаимная вина в уголовном праве: необходимость
установления. М., 2012.
3. Капинус О.С. Убийство: мотивы и цели. М., 2004.
4. Кудрявцев В.Н. Борьба мотивов в преступном поведении. М., 2007.
5. Кунашев А.А. Мотивы ненависти или вражды в уголовном праве. М.,
2013.
6. Лунеев В.В. Субъективное вменение. М., 2000.
7. Музюкин А.П. Мотив преступления и его уголовно-правовое значение.
М., 2012
8. Недопекина Т.Б. Преступное легкомыслие: вопросы законодательного
регулирования, проблемы теории и практики. М., 2011.
9. Нерсесян В.А. Ответственность за неосторожные преступления. СПб.,
2002.
10. Петин И.А. Осознанное и неосознанное в учении о преступлении.
М., 2010.
11. Рарог А.И. Квалификация преступлений по субъективным
признакам. СПб., 2003.
12. Ситковская
О.Д.
Аффект.
Криминально-психологическое
исследование. М., 2001.
13. Скляров С.В. Вина и мотивы преступного поведения. –СПб., 2004.
14. Тяжкова И.М. Неосторожные преступления с использованием
источников повышенной опасности. СПб., 2002.
15. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
Т. VII. Субъект преступления. Субъективная сторона преступления. Книга II.
Субъективная сторона преступления / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
155
Тема 9. УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В результате изучения студент должен:
Знать основные научные подходы к пониманию уголовной
ответственности; соотношение уголовной ответственности со смежными
уголовно-правовыми понятиями; основание уголовной ответственности;
Уметь оперировать уголовно-правовыми понятиями и институтами,
образующими институт уголовной ответственности; анализировать цели,
основные признаки, содержание и формы уголовной ответственности;
определять
момент
возникновения
и
прекращения
уголовной
ответственности;
Владеть способами системного толкования правовых норм,
регламентирующих основание, формы и порядок реализации уголовной
ответственности.
§ 1. Понятие уголовной ответственности
Уголовная ответственность – одно из основополагающих правовых
понятий, часто используется законодателем. Вместе с тем, понятие
уголовной ответственности и ее основные черты в законе не раскрываются. В
науке уголовного права данный вопрос является одним из наиболее сложных
и дискуссионных. В частности, предлагается рассматривать уголовную ответственность в двух аспектах:
– «позитивная» уголовная ответственность, которая означает
соблюдение уголовно-правовых запретов; если оно имеет место, то лицо
ведет себя ответственно, не нарушая уголовный закон, и государство
поощряет такое поведение;
– «ретроспективная» (негативная) уголовная ответственность представляет собой государственную репрессию в отношении лица, преступившего
уголовный закон161.
Идея «позитивной» уголовной ответственности «оригинальна, но
абсолютно неприемлема» для правовой науки, поскольку «перенесение
понятия ответственности в область должного, толкуемого не как объективная
юридическая реальность, а как определенный психологический процесс,
лишает ее правового содержания»162. Поэтому непосредственное
правоприменительное
значение
имеет
ретроспективная
уголовная
163
ответственность, т.е. ответственность лица за совершенное деяние .
Похмелкин В.В. Социальная справедливость и уголовная ответственность. Красноярск,
1990. С. 38-45; Тарбагаев А.Н. Понятие и цели уголовной ответственности. Красноярск,
1986. С. 21-36; Чистяков А.А.Уголовная ответственность и механизм формирования ее
основания. М., 2003. С. 58-61.
162
Шаргородский М.Д.Детерминизм и ответственность // Правоведение. 1968. № 1. С. 47.
163
Кибальник А.Г., Соломоненко И.Г. Практический курс уголовного права России.
Ставрополь, 2001. С. 78.
156
161
Существует несколько доктринальных концепций ретроспективной уголовной ответственности, суть которых сводится к следующим тезисам:
– уголовная ответственность по своей сути является наказанием164;
– уголовная ответственность – это обязанность лица, совершившего
преступление, понести наказание и иные негативные юридические последствия содеянного165;
– уголовная ответственность есть осуждение и порицание виновного
судом в обвинительном приговоре от имени государства166;
– уголовная ответственность представляет собой собственно уголовное
правоотношение, возникающее с момента совершения преступления,
субъектами которого являются государство и виновный167;
– уголовная ответственность – это состояние «претерпевания» лицом,
совершившим преступление, мер принуждения в виде лишений и правоограничений, налагаемых государством со стороны управомоченных органов168.
По существу, с учетом всех отмеченных доктринальных позиций
относительно уголовной ответственности, наиболее аргументированной
представляется точка зрения, согласно которой уголовная ответственность –
это все меры государственного воздействия на лицо, совершившее
преступление169.
Систематическое толкование действующего уголовного и уголовнопроцессуального законодательства, практики его применения позволяет
уточнить и конкретизировать общее понятие и наиболее важные признаки
уголовной ответственности.
Уголовная ответственность – это система предусмотренных
уголовным законом мер государственного принуждения в форме наказания и
иных мер уголовно-правового характера, имеющих содержанием лишение
или ограничение прав и свобод лица, применяемых в уголовнопроцессуальном порядке к лицу, совершившему преступление, в целях
восстановления
социальной
справедливости,
исправления
лица,
совершившего преступление, и предупреждения совершения новых
преступлений.
Данное определение позволяет говорить о следующих наиболее
существенные признаки уголовной ответственности:
Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. М.,
1971. С. 69.
165
Карпушин М.П., Курляндский В.И. Уголовная ответственность и состав преступления.
М., 1974. С. 21.
166
Прохоров В.С. Преступление и ответственность. Л., 1984. С. 127.
167
Марцев А.И. Уголовная ответственность и общее предупреждение преступлений. Омск,
1973. С. 23.
168
Кругликов Л.Л., Васильевский А.В. Дифференциация уголовной ответственности. СПб.,
2003. С. 34.
169
Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. I. Общая часть. 5-е изд. М.,
2011. С. 426.
157
164
1. По своей природе уголовная ответственность является мерой
государственного принуждения. Принудительный характер уголовной
ответственности означает, что составляющие ее меры уголовно-правового
характера применяются вопреки воле лица и обеспечиваются силой
государственной власти. Уклонение лица от исполнения возложенных на
него судом обязанностей может повлечь применение более строгой меры
уголовно-правового характера или образовать состав нового преступления.
2. Основанием уголовной ответственности является совершение деяния,
содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного
Уголовным кодексом (ст. 8 УК РФ). Состав преступления с необходимостью
включает в себя предусмотренные уголовным законом объективные и
субъективные признаки, которые лишь в совокупности позволяют оценить
совершенное лицом деяние как преступление.
3. Содержание уголовной ответственности образуют лишения и
ограничения прав и свобод лица, совершившего преступление.
Установленные
УК
РФ
меры
уголовно-правового
характера
предусматривают различные по своему карательному потенциалу лишения и
ограничения. При их применении учитываются характер и степень
общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и
личность виновного.
4. Пределы уголовной ответственности устанавливаются только
уголовным законом. В соответствии с ч. 2 ст. 2 УК РФ, для решения стоящих
перед Уголовным кодексом задач в нем устанавливаются основание и
принципы уголовной ответственности, определяются, какие опасные для
личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и
устанавливаются виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера
за совершение преступлений. При этом преступность деяния, а также его
наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только
Уголовным кодексом (ч. 1 ст. 3 УК РФ).
5. Формами реализации уголовной ответственности являются наказание
как основная мера уголовно-правового характера и иные меры уголовноправового характера (принудительные меры воспитательного воздействия;
конфискация имущества; освобождение от наказания; освобождение от
уголовной ответственности; в ряде случаев – принудительные меры
медицинского характера).
6. Порядок реализации уголовной ответственности регламентирован
уголовно-процессуальным законодательством РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 8
УПК РФ, никто не может быть признан виновным в совершении
преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору
суда и в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом.
§ 2. Основание уголовной ответственности
Общая теория права традиционно называет правонарушение
фактическим основанием юридической ответственности. При определении
158
основания уголовной ответственности указано названо не преступление, а
совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления,
предусмотренного уголовным законом.
В этой связи ряд специалистов обращает внимание на двойственное
определение основания уголовной ответственности, противоречия в
определении оснований ответственности за неоконченное преступление,
соучастие в преступлении, множественность преступлений, что, по их
мнению, дезориентирует правоприменителя. Обращается внимание на узость
(ограниченность) законодательных дефиниций основания уголовной
ответственности и преступления, при описании которых в качестве
основного сущностного признака в законе названо деяние, в свою очередь
характеризующееся иными признаками. В результате, в тексте закона
правовые
конструкции
«основания
уголовной
ответственности»,
«преступления»,
«состава
преступления»
оказались
как
бы
170
противопоставленными друг другу .
Отмеченная несогласованность уголовно-правовых норм носит
преимущественно теоретический характер, в целях же практического
правоприменения она во многом разрешается путем систематического
толкования уголовного закона.
В ст. 8 УК РФ прямо указано единственное основаниеуголовной
ответственности — установление всех признаков состава преступления в
деянии, совершенном физическим лицом.
Под деянием следует понимать акт поведения человека в форме
действия или бездействия.
Признаки состава преступления описываются в диспозициях статей
Особенной части, а также в некоторых нормах Общей части УК РФ
(например, возраст лица, подлежащего уголовной ответственности – в ст. 20,
умысел и его виды – в ст. 25; неосторожность и ее виды – в ст. 26). Многие
признаки преступлений описываются отсылочным или бланкетным
способом, что требует обращения к соответствующим нормам уголовного
закона или к смежным отраслям законодательства для их толкования.
§ 3. Реализация и прекращение уголовной ответственности
В науке уголовного права существует множество точек зрения
относительно реализации и прекращения уголовной ответственности.
Например,
моментом
реализации
уголовной
ответственности
различными авторами признавались совершение преступления; возбуждение
уголовного дела; привлечение лица в качестве обвиняемого; вынесение
обвинительного приговора суда.
Гонтарь И.Я. Преступление и состав преступления как явления и понятия в уголовном
праве: вопросы теории и правотворчества. Владивосток, 1997. С. 7; Козлов А.П. Понятие
преступления. СПб., 2004. С. 170; Филимонов В.Д. Основания уголовной ответственности
// Уголовное право. 2015. № 1. С. 106-111; и др.
159
170
Как известно, уголовное преследование от имени государства (как
процессуальная деятельность по установлению события преступления,
изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления)
осуществляется стороной обвинения с момента обнаружения признаков
преступления до разрешения уголовного дела по существу (п. 55 ст. 5, ст. 21
УПК РФ).
Вместе с тем, вопросы о доказанности факта преступления, виновности
лица в его совершении разрешаются только судом при постановлении
приговора (ч. 2 ст. 8, ст. 299, ч. 4 ст. 302 УПК РФ). При этом виновным лицо
считается лишь с момента вступления в законную силу обвинительного
приговора суда (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, ч. 1 ст. 14 УПК).
Таким образом, уголовная ответственность реализуется с момента
вступления обвинительного приговора суда в законную силу.
Момент прекращения уголовной ответственности зависит от следующих
факторов:
– вида и размера назначенного наказания или иных мер уголовноправового характера;
– погашения или снятия судимости как правового последствия
(признака) наказания;
– наличия либо отсутствия правоограничений, предусмотренных иными
(кроме наказания) мерами уголовно-правового характера;
– процессуальных особенностей применения уголовно-правовых норм
об освобождении от уголовной ответственности.
В связи с этим, возможны несколько вариантов прекращения уголовной
ответственности.
При постановлении обвинительного приговора с назначением наказания,
подлежащего отбыванию осужденным, уголовная ответственность
прекращается с момента погашения или снятия судимости по правилам,
предусмотренным ст. 86 УК РФ.
При реализации уголовной ответственности в форме условного
осуждения
судимость
и,
соответственно,
состояние
уголовной
ответственности прекращаются по истечении испытательного срока (п. «а» ч.
3 ст. 86 УК РФ).
При освобождении от уголовного наказания по основаниям,
предусматривающим самостоятельные правоограничения для осужденного,
уголовная ответственность прекращается с момента выполнения
осужденным всех возложенных на него обязанностей, связанных с
освобождением от наказания. К примеру, при освобождении
несовершеннолетнего от наказания с применением принудительных мер
воспитательного воздействия, предусмотренных п. «б», «г» ч. 2 ст. 90 УК РФ,
уголовная ответственность прекращается с момента исполнения указанных
мер.
При освобождении от уголовного наказания по основаниям, не
предусматривающим самостоятельных правоограничений для осужденного
160
(например в связи с изменением обстановки – ст. 801 УК РФ), уголовная
ответственность реализуется (возникает и прекращается) одномоментно.
Особо следует обратить внимание на процессуальные особенности
применения уголовно-правовых норм об освобождении от уголовной
ответственности. Реализация уголовной ответственности в данном случае (в
связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим, истечением
сроков давности уголовной ответственности и пр.) осуществляется в форме
прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования на
основании ст. 24-281, 427, 431 УПК РФ.
Литература
1. Звечаровский И.Э. Ответственность в уголовном праве. СПб., 2009.
2. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В
10 т. Т. III. Уголовная политика. Уголовная ответственность / под ред. Н.А.
Лопашенко. М., 2016.
3. Филимонов В.Д. Уголовная ответственность по российскому
законодательству. М., 2008.
4. Фильченко А.П. Возникновение, смягчение и прекращение уголовной
ответственности. М., 2014.
5. Чистяков А.А. Уголовная ответственность и механизм формирования
ее основания. М., 2003.
161
тема 10. СТАДИИ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие стадий совершения умышленного преступления;
содержание приготовления к преступлению и покушения на преступление;
понятие и признаки добровольного отказа от совершения преступления;
уметь понимать юридические основания выделения стадий совершения
преступления; принимать правовые решения в соответствии с
положениями УК РФ о неоконченном преступлении; понимать юридические
основания нормы о добровольном отказе;
владеть навыками применения правил юридической оценки
приготовления к преступлению и покушения на преступление;
анализировать различные коллизии, связанные с возможностью признания
отказа добровольным.
§ 1. Понятие стадий совершения умышленного преступления
Очевиден факт, что многие умышленные преступления совершаются не
вдруг, а заранее обдумываются и проходят определенные этапы своего развития. Вполне возможна ситуация, когда начатое преступление по тем или
иным причинам не доводится субъектом до юридического завершения, что
требует специфической правовой оценки. Это обусловило в доктрине уголовного права разработку концепции уголовной ответственности за преступление, не доведенное до своего окончания вопреки воле виновного.
В специальной литературе можно встретить множество терминов, характеризующих развитие умышленного преступления во времени и пространстве: «предварительная преступная деятельность», «неоконченная преступная деятельность», «стадии совершения преступления», «стадии осуществления преступного намерения», «степень завершенности преступления»,
«внестадийные деликты» и пр.171.
Полагаем необходимым определиться с соотношением понятий «преступная деятельность» и «стадии совершения преступления».
Не секрет, что преступная деятельность лица может начинаться с осмысления виновным целей преступления, обдумывания способов его совершения и пр. В доктрине этот интеллектуальный процесс получил название
«формирование преступного замысла». Но оно не может рассматриваться как
юридически значимый этап в развитии преступной деятельности, поскольку
основанием уголовной ответственности может быть только акт поведения,
содержащий юридические признаки преступности. Пока замысел остается в
пределах внутреннего развития, не воплощаясь в общественно опасное противоправное поведение, он не подлежит уголовно-правовой оценке: «реализация замысла в объективной действительности посредством проявления его
Подробный обзор высказанных по этому поводу точек зрения см.: Ситникова А.И.
Приготовление к преступлению и покушение на преступление. М., 2006. С. 92—107.
162
171
вовне связана с совершением лицом определенных действий (бездействия),
направленных на подготовку либо непосредственно на само преступное посягательство»172. В данном положении нашел отражение знаменитый
принцип римского права «за мысли не судят».
Даже обнаружение преступного умысла вовне не может само по себе
повлечь уголовную ответственность. Надо оговориться: в УК РФ имеются
«составы угрозы», весьма напоминающие обнаружение преступного умысла
вовне. Например, согласно ст. 119 УК РФ уголовную репрессию влечет, казалось бы, обнаружение виновным вовне умысла на совершение убийства
или причинения тяжкого вреда здоровью. Однако такое обнаружение умысла
содержит необходимые признаки деяния, характеризуется общественной
опасностью и влечет ответственность вне зависимости от того, реализована
высказанная угроза или нет.
Уголовно-правовой оценке подлежит (может подлежать) только та деятельность лица, которая непосредственно направлена на совершение задуманного преступления. Такая деятельность по реализации преступного замысла получила в науке (в зависимости от этапа завершенности) название
«стадии совершения умышленного преступления».
В теории уголовного права высказана точка зрения о возможности выделения стадий преступления и о неосторожном преступлении173. Однако согласно ст. 26 УК РФ уголовно-правовой оценке не может подлежать совершение неосторожного деяния, ведь виды неосторожной вины определены
применительно к наступившим последствиям. Кроме того, неосторожное
преступление не имеет направленного волевого характера по отношению к
деянию и его последствиям. Следовательно, выделение стадий совершения
неосторожного преступления с точки зрения действующего уголовного законодательства недопустимо174.
Стадиисовершения умышленного преступления представляют собой
этапы осуществления лицом своего замысла на преступление, проявляющегося во внешнем его поведении, которые могут получать самостоятельную
уголовно-правовую оценку. Стадии преступления различаются между собой
объемом выполнения преступного замысла. Следовательно, стадии совершения преступления отграничиваются друг от друга, в первую очередь по степени и объему исполнения виновным объективной стороны преступления.
Законодательно в ст. 29 УК РФ различаются три уголовно значимые
стадии реализации умысла виновного на совершение преступления:
— приготовление к преступлению;
— покушение на преступление;
Иванов В.Д. Понятие и виды стадий преступной деятельности // Правоведение. 1992.
№ 6. С. 87.
173
Козлов А.П. Учение о стадиях преступления. СПб., 2002. С. 114—125.
174
Теоретическая
и
правоприменительная
бесперспективность
выделения
самостоятельных стадий неосторожного преступления является доминирующей точкой
зрения в отечественной литературе. См., напр.: Куринов Б.А. Научные основы
квалификации преступлений. М., 1984. С. 126.
163
172
— оконченное преступление.
По общему правилу при квалификации содеянного преступные действия, составляющие содержание более ранней стадии преступной деятельности, поглощаются преступными действиями более поздней стадии, охваченными рамками одного состава преступления: если лицо последовательно совершает приготовление к преступлению, затем — покушение на преступление и, наконец, оканчивает преступление, ответственность наступает только
за оконченное преступление.
Таким образом, самостоятельная уголовная ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление возможна только
в случаях, когда преступная деятельность виновного прервана на соответствующих стадиях вопреки его воле.
При установлении приготовления к преступлению либо покушения на
него формула квалификации включает не только статью Особенной части УК
РФ, предусматривающую ответственность за не доведенное до окончания
преступление, но и ссылку на соответствующую часть ст. 30 УК РФ.
Б., используя свое служебное положение и злоупотребляя доверием
потерпевшего, пытался обмануть его, вводя в заблуждение и заявляя о том,
что в отношении него существуют компрометирующие материалы,
добиваясь передачи ему 15 тыс. долларов США. Однако преступный
результат его действий не наступил, так как он был задержан на месте
преступления и поэтому не мог воспользоваться деньгами по не зависящим
от него обстоятельствам, т. е. совершил действия, предусмотренные ч. 3
ст. 30 и п. «б» ч. 3 ст. 159 УК РФ, — покушение на мошенничество в
крупном размере, совершенное лицом с использованием своего служебного
положения175.
Стадии возможны практически во всех умышленных преступлениях, но
вовсе не обязательно, чтобы каждое умышленное преступление проходило
все возможные стадии своего развития.
Юридическое значение стадий совершения преступления выражается, в
первую очередь в квалификации содеянного и дифференциации уголовной
ответственности. Так, согласно ст. 66 УК РФ срок и размер наказания за приготовление к преступлению не могут превышать половины срока или размера
наиболее строгого наказания, предусмотренного в санкции статьи Особенной
части УК РФ, а за покушение на преступление — соответственно трех четвертей такого наказания.
§ 2. Приготовление к преступлению
Приготовлениемк преступлению следует считать любую умышленную
деятельность, создающую желаемые виновным условия для реализации преступления. В отличие от обнаружения умысла совершить преступление, который не преследуется в уголовном порядке, приготовление характеризуется
175
БВС РФ. 2002. № 12. С. 4.
164
не только намерением совершить преступление, но и конкретными действиями, создающими условия для последующего совершения преступления.
При приготовлении к преступлению не исполняется объективная сторона самого задуманного преступления (это обстоятельство является юридическим водоразделом между приготовлением к преступлению и покушением
на него). Приготовление как уголовно значимая (оцениваемая) стадия совершения преступления имеет место только в тех случаях, когда оно прервано
по не зависящим от лица обстоятельствам.
П.в ночь на 20 августа 1995 г. вступил в предварительный сговор с Щ. о
совершении разбойного нападения на работников ночного бара села
Казьминского Кочубеевского района Ставропольского края с целью хищения
денежной выручки. Приготавливаясь к совершению разбойного нападения,
П. и Щ., вооружились автоматом АКМ и на ранее похищенной у гр. Б. в
результате разбойного нападения автомашине приехали в с. Казьминское.
Однако осуществить свой преступный замысел им не удалось по
независящим от них причинам, так как ночной бар был уже закрыт176.
В теории уголовного права еще в советский период высказывалась позиция о целесообразности отмены ответственности за приготовление к преступлению177. Согласно действующему законодательству уголовно наказуемо
приготовление к совершению только тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 2 ст. 30 УК РФ). Следовательно, приготовление к совершению преступления небольшой или средней тяжести не может влечь уголовной ответственности в принципе.
Приготовительные действия весьма разнообразны, их перечень приведен
в ч. 1 ст. 30 УК РФ.
Под приисканием средств и орудий преступления понимается любой
способ их добычи (законный или незаконный): поиск, покупка, обмен, похищение, присвоение и т.д.
А. сообщил И. информацию о потерпевшем, о том, что он должен
убить депутата, передал 3800 долларов США для приобретения
автомобиля, на котором планировалось скрыться с места преступления,
что вместе с А. выезжали на место предполагаемого убийства, где А.
показывал выходы из здания, маршруты движения автомобилей, говорил о
том, когда и где следует находиться, о способе убийства, о приобретении и
перевозке оружия. Свои умышленные действия А. не смог довести до конца
по не зависящим от него обстоятельствам – он был задержан
правоохранительными органами 27 декабря 2005 г. в г. Москве178.
К приспособлению средств и орудий совершения преступления относятся разнообразные действия, связанные с их обработкой, в результате ко-
Архив Ставропольского краевого суда. Уголовное дело № 83026.
Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961.
С. 509.
178
БВС РФ. 2008. № 6. С. 11.
165
176
177
торой они становятся пригодными для реализации задуманного преступления
(ремонт, изменение размеров, формы и свойств предметов и др.)
Под изготовлением средств или орудий совершения преступления понимается технологический процесс создания этих предметов.
Для квалификации действий лица как приготовления необходимо установить, чтобы лицо, приготовляя, приспособляя либо изготовляя средства
или орудия, делало это с целью совершить конкретное преступное деяние.
Классическим литературным примером приготовления к преступлению является покупка (приискание) и приспособление топора Раскольниковым с целью убийства старухи-процентщицы у Ф.М. Достоевского в романе «Преступление и наказание».
Приготовление исключается, когда лицо «на всякий случай» приобретает, приспосабливает или изготавливает какие-либо предметы, которые в
дальнейшем могут быть использованы в качестве средств или орудий совершения преступного деяния. Такое понимание указанных действий следует из
необходимости установления только прямого умысла виновного на приготовление к конкретному преступлению.
Кроме того, разновидностью приготовления является приискание соучастников, т.е. вербовка исполнителей и пособников для последующего совершения преступления.
О. предложил К. и Ю. совершить разбойное нападение на водителя
автомашины с применением оружия, пообещав обоим материальное
вознаграждение и передав К. обрез и боевые патроны. Согласно
разработанному О. плану Ю. должен был остановить автомобиль, а К.,
угрожая оружием, потребовать от водителя выйти из машины, после чего
передать автомобиль О. Однако данное преступление не удалось довести до
конца, поскольку автомашина, в которой находились К. и Ю., была
задержана работниками ГАИ179.
В качестве вида приготовления к преступлению закон называет наличие
сговора на совершение преступления, под которым понимается достижение
предварительной договоренности как минимум между двумя лицами о последующем совершении преступления. Форма такой договоренности (словесная, письменная, телекоммуникационная и пр.) юридической роли не играет.
Перечень видов приготовления в уголовном законе не является исчерпывающим, так как под приготовлением может пониматься любое иное создание условий, облегчающих совершение преступления. Так, известен случай, когда сообщение о заложенной в дом бомбе повлекло эвакуацию жильцов, чем облегчило совершение виновным задуманной кражи. Подобные
действия, выразившиеся в создании обстановки совершения преступления,
были расценены не как заведомо ложное сообщение об акте терроризма, а
как приготовление к хищению.
179
БВС РФ. 2003. № 3. С. 10.
166
Наконец, надо отметить, что приготовительная деятельность виновного
может сочетать в себе несколько различных действий по облегчению совершения задуманного преступления.
К. работал кладовщиком у частного предпринимателя Ш. Имея
денежные долги, он решил совершить разбойное нападение на Ш. с целью
хищения чужого имущества. Для участия в преступлении К. в течение
нескольких дней склонял сторожа офиса к совершению преступления,
разработал план нападения и намеревался использовать при нападении
имеющееся у сторожа оружие. Однако последний явился в милицию, в связи
с чем К. не удалось совершить подготавливаемое разбойное нападение по не
зависящим от него причинам180.
В ряде преступлений с усеченным составом действия, расцениваемые
согласно общему правилу как приготовление, образуют состав самостоятельного преступления. Так, в соответствии с п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения судами
законодательства об ответственности за бандитизм» создание вооруженной
банды (ч. 1 ст. 209 УК РФ) может быть выражено в форме сговора или приискания соучастников и является оконченным составом преступления независимо от того, были ли совершены планировавшиеся ею преступления.
§ 3. Покушение на преступление
Покушение на преступление — более опасная стадия совершения преступления по сравнению с приготовлением к преступлению. Несмотря на довольно разнообразное понятийное определение покушения в теории уголовного права, его юридическая природа заключается в начале исполнения объективной стороны преступления (деяния) и отсутствии желаемого преступного результата вопреки воле виновного.
В действиях М. имеется состав организации убийства С. по найму,
поскольку он, являясь инициатором убийства, разработал план его
осуществления, подыскал исполнителя — А., заплатил за его совершение
деньги. Преступление не было доведено до конца по не зависящим от воли М.
обстоятельствам, поскольку нанятый им исполнитель сообщил о
готовящемся преступлении потерпевшему С. и в правоохранительные
органы. Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства
дела, суд дал им неверную юридическую оценку. Содеянное М. является
приготовлением к преступлению, а не покушением на него, поскольку
действий, непосредственно направленных на убийство потерпевшего,
совершено не было181.
В составах, где объективную сторону преступления составляет сложное
деяние, состоящее из двух и более действий (бездействия), покушение возможно в случае, когда виновным исполнены не все деяния, указанные в дис180
181
БВС РФ. 2000. № 5. С. 6.
БВС РФ. 2005. № 7. С. 13.
167
позиции статьи Особенной части УК РФ. Например, покушение на изнасилование имеет место с начала применения физического или психического насилия к потерпевшей, а оконченным это преступление считается только в момент начала полового сношения182.
В отличие от приготовления к преступлению уголовно-правовой оценке
подлежит покушение на умышленное преступление любой степени тяжести.
К причинам, прерывающим деятельность лица при покушении на преступление, как правило, относится влияние «внешнего фактора» — действие
другого лица (лиц), техногенного обстоятельства, сил природы.
Судом установлено, что К-в. и К-ва в состоянии алкогольного
опьянения, по предварительному сговору между собой, с целью завладения
чужим имуществом в троллейбусе подошли к У. К-ва сорвала с шеи У.
золотую цепочку и, воспользовавшись остановкой троллейбуса, выскочила из
дверей и пыталась убежать, но была задержана У. В этот момент К-в с
целью помочь К-вой скрыться стал удерживать У., но подоспевшими гражданами К-в. и К-ва были задержаны и доставлены в милицию.
Таким образом, К-в и К-ва были задержаны при попытке бегства с
места преступления и не имели возможности распорядиться похищенным,
т.е. не смогли довести свой преступный умысел до конца по не зависящим
от них причинам. При таких обстоятельствах действия виновных должны
быть квалифицированы как покушение на грабеж183.
Однако под не зависящими от воли виновного причинами могут пониматься и причины физиологического характера, вследствие которых виновный не смог довести преступление до конца. Например, если виновный применил к потерпевшей физическое либо психическое насилие, а половое сношение оказалось невозможным по причине физиологического бессилия лица,
содеянное расценивается как покушение на изнасилование.
В соответствии с судебными правилами покушение на совершение преступления представляет собой целенаправленную деятельность лица и может
совершаться лишь с прямым умыслом, так как, не желая достигнуть определенного результата, лицо не может и покушаться на его достижение184.
Мимо дома А. проходили две женщины — К. и У., причем последняя
несла на руках ребенка. Будучи в нетрезвом состоянии, А. стал приглашать
женщин зайти к нему в дом, но те отказались и продолжали идти по
дороге. Тогда А. взял охотничье ружье, зарядил его дробью, вышел на
крыльцо и, безрезультатно повторив «приглашение», выстрелил. Женщины
продолжали идти и скрылись за срубом дома, мимо которого проходила дорога. Первой из-за сруба вышла К. В это время А. выстрелил второй раз и
смертельно ранил К., а также причинил тяжкое телесное повреждение
девочке, которую та несла на руках.
БВС РФ. 1993. № 6. С. 5.
БВС РФ. 1998. № 10. С. 5.
184
БВС РФ. 1999. № 11. С. 8.
182
183
168
Таким образом, установлено, что А. дважды стрелял в направлении
шедших женщин, причем второй раз — с расстояния 28 м., когда
рассеивание дроби является значительным. Во время стрельбы он находился
в нетрезвом состоянии и, как это следует из его объяснений, прицеливался
всего лишь «на четверть выше головы» потерпевшей и при этом «не думал о
последствиях». Оценивая все эти обстоятельства, суд пришел к выводу о
том, что А. действовал с косвенным умыслом и должен нести
ответственность не за покушение на убийство двух и более лиц, а за
реально наступившие последствия185.
Покушение на преступление может быть вменено субъекту, если его
преступная деятельность «не удалась» либо была пресечена. Так же, как покушение, надо расценивать деяние, доведение которого до окончания отложено на будущее. Верховный Суд РФ предписывает в каждом случае устанавливать обстоятельства, в силу которых виновный не смог полностью реализовать задуманное.
Ю. с целью убийства нанес удары металлической сковородой по голове и
другим частям тела Г. и ее 11-летнему сыну. После этого Ю., закрыв
снаружи входную дверь вагончика, в котором остались потерявшие
сознание потерпевшие, поджег вагон. Потерпевшая под воздействием огня и
угарного газа скончалась, а ее сыну причинены менее тяжкие телесные
повреждения.
Переквалифицируя действия Ю. в отношении подростка, Президиум
Верховного Суда РФ указал, что хотя суд первой инстанции и установил,
что Ю. вернулся на место совершения преступления и спас мальчика от
огня, тем не менее сделал ошибочный вывод о том, что смерть
потерпевшего не наступила по обстоятельствам, не зависящим от воли
осужденного186.
Исходя из смысла уголовного закона (ч. 3 ст. 30 УК РФ), в теории уголовного права обычно выделяют два вида покушения на преступление: оконченное и неоконченное.
При оконченном покушении лицо полностью исполняет преступное деяние, но преступление остается неоконченным по не зависящим от воли виновного причинам (например, промах при выстреле с целью убийства).
Оконченное покушение, как правило, возможно в умышленных преступлениях с материальным составом.
На почве личной ссоры Б. нанес удары В. ножом, а затем – молотком. В
результате причинил ей колото-резаное ранение левого бедра, два
непроникающих ранения грудной клетки справа, закрытую черепно-мозговую
травму с ушибленной раной волосистой части головы и сотрясением
головного мозга, от которых В. потеряла сознание. Доводы осужденного о
том, что он не имел умысла на убийство В., опровергаются имеющимися
доказательствами, в том числе его показаниями на предварительном
185
186
БВС СССР. 1963. № 1. С. 20.
БВС РФ. 1999. № 3. С. 18.
169
следствии, согласно которым он решил убить потерпевшую и нанес ей
удары ножом по телу и молотком по голове, а прекратил свои действия,
когда посчитал, что В. мертва. Суд обоснованно признал Б. виновным в
покушении на убийство187.
При неоконченном покушении по не зависящим от воли лица причинам
не доводится до конца (пресекается) само преступное деяние (например, пресечение изнасилования до начала полового сношения). Неоконченное покушение возможно в умышленных преступлениях как с материальным, так и с
формальным составом.
П. предложил У. и Н. совершить разбойные нападения на торговые
предприятия в г. Тюмени с целью завладения их имуществом. П. взял с собой
самодельный пистолет, непригодный для стрельбы, как средство
устрашения при нападении. Реализуя договоренность на совершение
разбойных нападений, 5 октября 1999 г. П., У. и Н. завладели без цели
хищения автомобилем А., который они хотели использовать как
транспортное средство во время разбойных нападений. Неправомерно
завладев автомашиной, П., У. и Н. выехали в город, но были задержаны
работниками милиции. При этом их умысел на совершение разбойных
нападений на торговые предприятия не был доведен до конца по не
зависящим от них обстоятельствам188.
Многие авторы выделяют так называемое негодное покушение189, при
котором виновный посягает либо на непригодный предмет (например, кража
малоценного имущества), либо негодными орудиями (например, использование при разбое непригодного оружия, о чем не было известно самому нападавшему). Негодность покушения на преступление означает, что виновный
был уверен в пригодности предмета либо орудия посягательства. По существу, при наличии негодного покушения речь идет о фактической ошибке
виновного относительно истинных качеств и свойств орудий, средств либо
предмета преступления.
Действия, являющиеся негодным покушением, должны квалифицироваться со ссылкой на ст. 30 УК РФ по статье его Особенной части, предусматривающей уголовную ответственность за преступление, которое виновный намеревался совершить, т.е. в соответствии с направленностью его
умысла. Так, использование при разбойном нападении оружия, непригодность которого не была известна виновному, влечет квалификацию как покушение на вооруженный разбой (ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ).
Судом установлено, что Ш. и А., проникнув в дом, совершили убийство
потерпевших. С целью сокрытия следов преступления, уничтожения и
повреждения чужого имущества Ш. разбросал перед газовым камином в
зале дома тряпки и бумагу, облил их спиртными напитками и поджег.
Похитив в доме 800 рублей, осужденные скрылись. Через некоторое время
БВС РФ. 2007. № 11. С. 8.
БВС РФ. 2008. № 3. С. 21.
189
Иванов В.Д. Ответственность за покушение на преступление. Караганда, 1974. С. 87.
170
187
188
огонь в доме погас. Огнем было уничтожено и повреждено имущество
потерпевшего на сумму 440 рублей. Действия Ш. квалифицированы судом по
ч. 2 ст. 167, п. «а» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ.
Президиум Верховного Суда РФ переквалифицировал действия Ш. с ч. 2
ст. 167 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ, мотивировав решение
следующим образом. По смыслу закона умышленные уничтожение или
повреждение чужого имущества, совершенные путем поджога, влекут
уголовную ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ только в случае
реального причинения потерпевшему значительного ущерба. Если в результате указанных действий, непосредственно направленных на поджог
чужого имущества, предусмотренные законом последствия не наступили по
причинам, не зависящим от воли виновного, содеянное при наличии у него
умысла на причинение значительного ущерба должно рассматриваться как
покушение на уничтожение или повреждение чужого имущества путем
поджога190.
Судебная практика исходит из того, что, когда негодное покушение не
представляет собой общественной опасности по явному невежеству субъекта,
оно не может влечь уголовной ответственности — например, использование
колдовских заклинаний с целью причинения смерти191.
Распространенная в научной литературе точка зрения о возможности
покушения на негодный объект представляется вряд ли обоснованной192, так
как негодный объект не может быть охраняем Уголовным законом, и любое
посягательство на такие негодные общественные отношения и интересы вообще не подлежит уголовно-правовой оценке.
В ряде преступлений с усеченным составом начало исполнения преступного деяния уже влечет ответственность за оконченное преступление.
Например, хищение считается согласно общему правилу оконченным с момента возникновения у виновного реальной возможности распорядиться похищенным. Однако, в силу указания п. 6 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже,
грабеже и разбое»193, такое хищение как разбой считается оконченным с момента нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия.
§ 4. Оконченное преступление
Оконченнымсчитается преступление, содержащее все признаки состава,
предусмотренные статьей Особенной части УК РФ.
БВС РФ. 2006. № 9. С. 7.
БВС РСФСР. 1961. № 4. С. 6.
192
Галиакбаров Р.Р. Уголовное право. Общая часть. Краснодар, 1999. С. 186.
193
БВС РФ. 2003. № 2. С. 2.
171
190
191
При этом не следует смешивать понятия «время совершения преступления» и «время окончания преступления». Если в соответствии с ч. 2 ст. 9 УК
РФ временем совершения преступления считается время совершения деяния,
вне зависимости от времени наступления последствий, то в соответствии со
ст. 29, 30 УК РФ:
1. Преступления с формальным составом считаются оконченными в момент полного выполнения виновным указанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ деяния (либо одного из них, если перечислено несколько альтернативных деяний, как, например, в ст. 222 УК РФ) и при установлении всех остальных обязательных признаков.
В отношении многих преступлений Верховным Судом РФ сформулированы специальные правила о том, когда они считаются оконченными. Например, Пленум Верховного Суда РФ в п. 10 постановления от 9 июля 2013 г.
№ 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных
коррупционных преступлениях» разъяснил, что получение незаконного
вознаграждения при получении взятки и коммерческом подкупе считается
оконченным составом преступления с момента принятия получателем хотя
бы части передаваемых ценностей194.
С. получил 2,2 тыс. долларов США (в виде коммерческого подкупа) и
намеревался оформить документы на приобретение автомашины, но был
задержан сотрудниками милиции в помещении ГИБДД УВД с поличным —
переданными ему долларами. Мотивировка суда о том, что конечной целью
действий виновного лица являлось приобретение автомобиля, а не денег и
потому его действия должны быть расценены как покушение на
преступление, признана Судебной коллегией по уголовным делам Верховного
Суда РФ несостоятельной, поскольку деньги на приобретение автомашины
и сверх ее стоимости С. получил и фактически намеревался ими
распорядиться195.
2. Преступления с материальным составом окончены при наступлении
описанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ последствия (либо
одного из альтернативных последствий) и установлении всех остальных признаков состава.
Так, убийство будет признано оконченным только при умышленном
причинении смерти другому человеку, а умышленное причинение тяжкого
вреда здоровью — при наступлении хотя бы одного из последствий, указанных в диспозиции ч. 1 ст. 111 УК РФ.
§ 5. Добровольный отказ от преступления
В ст. 31 УК РФ сформулирована поощрительная норма о добровольном
отказе от преступления. Ее социально-юридический смысл сводится к невозможности уголовной репрессии в случаях, когда лицо, начавшее совершение
194
195
БВС РФ. 2013. № 9. С. 2.
БВС РФ. 2001. № 4. С. 17.
172
преступления, по своей воле прервало его совершение или, в ряде случаев,
своим поведением предотвратило наступление преступного результата.
Под добровольным отказом от преступления понимается
прекращение лицом преступной деятельности на стадиях приготовления или
покушения, если оно имело осознаваемую возможность довести
преступление до конца. Не может быть признан добровольным отказ,
который вызван невозможностью дальнейшего продолжения преступных
действий вследствие причин, возникших помимо воли виновного.
Суд достоверно установил и в приговоре указал, что слова Л.,
наносившего потерпевшей многочисленные удары: «Все, больше не могу»,
нельзя расценивать как добровольный отказ от совершения преступления,
потому что он сделал все возможное для того, чтобы убить Б. Бил камнем,
куском бетона по голове потерпевшей, душил ее металлическим проводом,
выполняя распоряжение М. убить быстро. А затем, когда М. дал ему нож и
сказал, чтобы он перерезал ей вены, Л. выполнил приказание М. Однако
смерть потерпевшей не наступила по обстоятельствам, не зависящим от
их воли, т.е. для М. и Л. возникли непреодолимые препятствия, которые
нельзя расценивать как добровольный отказ от совершения преступления.
Действия М., выразившиеся в вызове скорой помощи, суд признал
обстоятельством, смягчающим наказание196.
Признаками добровольного отказа о преступления являются:
1. Добровольность — прекращение преступной деятельности лицом по
собственной инициативе, собственному волевому желанию.
2. Окончательность; лицо прекращает преступную деятельность полностью и бесповоротно, не откладывая ее продолжение на будущее (так называемый отказ от пролонгации начатого преступления).
3. Наличие у субъекта осознаваемой возможности окончить начатое
преступление.
Добровольный отказ исключает уголовную ответственность за преступление, к которому субъект готовился или на которое покушался.
Правильно установив фактические обстоятельства дела, а именно то,
что в процессе разбойного нападения осужденные, помимо денег и золота,
требовали у потерпевшего ключи от автомобиля с целью его угона, чтобы
покататься, суд дал неправильную оценку действиям виновных, ошибочно
квалифицировав их как покушение на неправомерное завладение
автомобилем без цели хищения.
В соответствии с ч. 3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление
признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно
направленные на совершение преступления, если при этом преступление не
было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.
Как видно из материалов уголовного дела, действий, непосредственно
направленных на угон автомобиля, осужденные не совершали. Автомобиль
находился не рядом с домом потерпевшего, и туда они не ходили. В квартире
196
БВС РФ. 1999. № 3. С. 18.
173
потерпевшего во время разбойного нападения виновные потребовали у него
ключи от автомобиля, однако ими не завладели, поверив потерпевшему, что
ключей у него нет.
Вывод суда о недоведении преступления до конца по не зависящим от
виновных обстоятельствам ошибочный, так как ничто не препятствовало
им обыскать карманы потерпевшего и завладеть ключами от автомобиля.
Более того, даже отсутствие ключей не мешало совершить угон
автомобиля используя иные средства и способы, но никаких действий к
этому они не предприняли. При таких обстоятельствах характер действий
осужденных свидетельствует о том, что после того как их требование
отдать им ключи было отвергнуто, они добровольно и окончательно
отказались от доведения этого преступления до конца. Поэтому согласно
ч. 2 ст. 31 УК РФ они не подлежат уголовной ответственности за
указанное преступление197.
Исходя из судебной практики специально разъяснено, что при соблюдении вышеуказанных условий добровольного отказа его мотив юридической
роли не играет. В свою очередь, лицо при добровольном отказе несет ответственность только за те преступления, которые оно фактически совершило
при приготовлении или покушении к другому преступлению.
В одном из постановлений Пленума Верховного Суда РФ
подчеркивается, что покушение на изнасилование или на совершение
насильственных действий сексуального характера следует отграничивать
от добровольного отказа от совершения указанных действий,
исключающего уголовную ответственность лица (ст. 31 УК РФ). В этом
случае, если лицо осознавало возможность доведения преступных действий
до конца, но добровольно и окончательно отказалось от совершения
изнасилования или насильственных действий сексуального характера (но не
вследствие причин, возникших помимо его воли), содеянное им независимо от
мотивов отказа квалифицируется по фактически совершенным действиям
при условии, что они содержат состав иного преступления198.
Перечисленные признаки и юридические последствия добровольного
отказа применимы к лицам, непосредственно совершавшим преступное деяние (исполнителям). Особенности установления добровольного отказа иных
соучастников будут рассмотрены в следующей главе.
Серьезные сложности возникают в судебной практике при признании
возможности добровольного отказа при оконченном покушении. В
большинстве случае Верховный Суд РФ исходит из невозможности
признания прекращения преступной деятельности в качестве добровольного
отказа при таком виде покушения.
Принимая во внимание характер действий К. и Н., использование ими в
качестве орудия преступления огнестрельного оружия, снаряженного
патронами с дробью и предназначенного для поражения живой цели,
197
198
БВС РФ. 2004. № 3. С. 11.
БВС РФ. 2015. № 2. С. 2.
174
количество произведенных ими выстрелов в Г., суд обоснованно пришел к
выводу о том, что, производя прицельные выстрелы с близкого расстояния в
голову и тело Г., они предвидели и желали наступления его смерти, т. е.
действовали с прямым умыслом на убийство.
Осужденные, достоверно зная, что за углом дома находятся друзья и
знакомые Г., и опасаясь, что они могут быть вооружены и оказать им
сопротивление, не стали преследовать Г., а сели в машину и уехали, тем
самым не смогли довести до конца свой умысел на убийство по не зависящим
от них обстоятельствам.
Совершенные осужденными действия в отношении потерпевшего до
того момента, когда ему удалось скрыться, образуют состав оконченного
покушения на убийство. Отказ от преследования потерпевшего не имеет
правового значения и не может расцениваться как добровольный отказ от
совершения преступления, который на стадии оконченного покушения на
преступление невозможен199.
От добровольного отказа следует отличать деятельное раскаяние, фактические признаки которого нередко весьма похожи на добровольный отказ.
В отличие от добровольного отказа деятельное раскаяние имеет место только
после окончания преступления. Юридическое значение деятельного раскаяния состоит в том, что оно при определенных условиях является основанием
освобождения от уголовной ответственности (ст. 75 УК РФ) либо смягчающим наказание обстоятельством (ст. 61 УК РФ), но не исключает собственно
уголовную ответственность.
Литература
1. Жукова Т.Г. Уголовная ответственность за приготовление к
преступлению и покушение на преступление. М., 2007.
2. Звечаровский И.Э. Добровольный отказ от доведения преступления до
конца. СПб., 2008.
3. Иванчина С.А. Оконченное преступление. М., 2013.
4. Козлов А.П. Учение о стадиях преступления. СПб., 2002.
5. Кругликов Л.Л., Васильевский А.В. Дифференциация ответственности
в уголовном праве. СПб., 2003.
6. Кузнецова Н.Ф. Ответственность за приготовление к преступлению и
покушение на преступление по советскому уголовному праву // Избранные
труды. СПб., 2003.
7. Насимов Г.А. Неоконченное преступление. М., 2009.
8. Ситникова А.И. Приготовление к преступлению и покушение на
преступление. М., 2006.
9. Тадевосян Л.З. Неоконченные преступления. М., 2008.
199
БВС РФ. 2013. № 1. С. 13.
175
10. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. VIII. Книга II. Стадии преступления / под ред. Н.А. Лопашенко. М.,
2016.
176
Тема 11. СОУЧАСТИЕ В ПРЕСТУПЛЕНИИ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридические признаки соучастия в преступлении;
виды соучастников – исполнителя, организатора, подстрекателя и
пособника; основания и пределы уголовной ответственности за совершение
преступления в различных формах соучастия;
уметь понимать юридические основания выделения видов соучастников
и форм соучастия в преступлении; принимать правовые решения в
соответствии с положениями УК РФ и практикой Верховного Суда РФ об
уголовной ответственности соучастников преступления;
владеть навыками применения правил установления форм соучастия в
преступлении; решать проблемные вопросы, связанные с общими и
специальными правилами уголовной ответственности соучастников.
§ 1. Понятие и признаки соучастия в преступлении. Формы и виды
соучастия
Согласно ст. 32 УК РФ,соучастиемпризнается умышленное совместное
участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления. Положения статьи о соучастии являются общим нормативным положением в отношении всех случаев совместной преступной деятельности.
Соучастие в совершении умышленного преступления обычно рассматривается как особая форма совершения преступления, которая во всех случаях повышает степень общественной опасности совершенного деяния, являясь либо квалифицирующим признаком, либо обстоятельством, отягчающим
наказание. Действительно, вряд ли можно оспорить суждение о том, что при
совершении преступления в соучастии происходит «не простое сложение сил
нескольких преступных элементов, а такое объединение усилий, которое
придает их деятельности новое качество. При совместном совершении преступления несколькими соучастниками… как правило, наносится более серьезный ущерб, чем при совершении того же преступления одним лицом»200.
Объективными признаками соучастия являются:
1. Не просто фактическое совершение преступления двумя и более лицами, а наличие двух и более субъектов преступления, т.е. вменяемых лиц,
достигших возраста уголовной ответственности.
Например, в соответствии с п. 42 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения
законодательства,
регламентирующего
особенности
уголовной
201
ответственности и наказания несовершеннолетних» , в случае совершения
преступления
несовершеннолетним,
не
подлежащим
уголовной
ответственности, лицо, вовлекшее его в совершение преступления, в силу ч. 2
200
201
Гришаев П.И., Кригер Г.А. Соучастие по советскому уголовному праву. М., 1959. С. 4.
БВС РФ. 2011. № 4. С. 2.
177
ст. 33 УК РФ несет уголовную ответственность за содеянное как исполнитель
путем посредственного причинения. Как ни странно, именно этот
фундаментальный признак не соблюдается в ряде решений Верховного Суда
РФ, и соучастие признается имеющим место, когда только один из лиц,
совершивших преступление, может подлежать уголовной ответственности202.
Свердловским областным судом С. признан виновным в убийстве,
совершенном совместно с Ч., который признан невменяемым на момент
совершения деяния. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда
РФ указала, что признание Ч. невменяемым не является основанием для
изменения квалификации содеянного как убийства, совершенного группой лиц
по предварительному сговору, поскольку в убийстве потерпевшего
принимали участие два человека203.
В доктрине справедливо утверждается, что для любого соучастия
необходимы совместные действия как минимум двух лиц, каждое из которых
подлежит уголовной ответственности. Не смотря на имеющиеся
противоположные взгляды204, иное понимание «лица» в контексте ст. 32 УК
РФ может привести к признанию соучастием совершения преступления
человеком совместно с юридическим лицом или животным – естественно,
что «подобная квалификация недопустима»205.
2. Совместная деятельность двух и более лиц при совершении преступления означает, что должна быть установлена взаимообусловленность действий соучастников. Так как человек волен самостоятельно выбирать варианты своего поведения, то влияние других лиц лишь создает условия, чтобы
индивид решился на какой-нибудь шаг. Каждый из соучастников своими
действиями вносит «свой вклад» в совершение общего для них преступления.
Например, в соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже,
грабеже и разбое»206, по признаку совместной деятельности образуют соучастие не только действия лиц, непосредственно изъявших чужое имущество,
но и содействие исполнителю в совершении преступления в виде участия во
взломе дверей, запоров, решеток, заранее оговоренном вывозе похищенного,
Ранее согласно ряду решений Верховного Суда РФ этот фундаментальный признак
соучастия не соблюдался при квалификации некоторых преступлений. Например, в соответствии с п. 9 ранее действовавшего постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22
апреля 1992 г. № 4 «О судебной практике по делам об изнасиловании» юридическим соучастием признавался факт совершения этого преступления двумя и более лицами, из которых только одно могло подлежать уголовной ответственности.
203
Архив Верховного Суда РФ. Уголовное дело № 45-098-216.
204
Есаков Г.А. Квалификация совместного совершения преступления с лицом, не
подлежащим уголовной ответственности: новый поворот в судебной практике //
Уголовное право. 2011. № 2. С. 13–14; Макаров С.Д. Квалификация соучастия в
преступлении с ненадлежащим субъектом // Российский судья. 2005. № 8. С. 24–25.
205
Саблина М.А. Посредственный исполнитель в постановлениях Верховного Суда
Российской Федерации // Российский судья. 2016. № 3. С. 41–44.
206
БВС РФ. 2003. № 2. С. 2.
178
202
подстраховке других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления.
Установлено, что А. и П. сначала били потерпевшего руками и ногами
по различным частям тела, а затем А. нанес потерпевшему множественные
удары ножом в грудь, а П. – удар ножом в шею. В этот момент к ним
подошел К. и отнес потерпевшего к контейнерам, после чего стал бить его
обломками досок по голове и туловищу.
Согласно материалам дела, К. принял участие в убийстве
потерпевшего уже после совершения иными лицами, предварительно
договорившимися об убийстве, действий, непосредственно направленных на
лишение жизни потерпевшего. То есть участия в предварительном сговоре
на убийство он не принимал, а лишь присоединился к остальным в процессе
совершения ими действий, направленных на умышленное причинение смерти
потерпевшему. Его действия выразились в том, что, переместив
потерпевшего к контейнерам, он с целью убийства нанес тому удары
обломками досок по голове и туловищу. Смерть потерпевшего наступила в
результате совместных действий всех осужденных207.
3. Общий для соучастников преступный результат, находящийся в причинной связи с действиями всех соучастников. Этот объективный признак
также означает, что юридически не требуется устанавливать идентичность
действий соучастников. Так, Верховный Суд РФ, признавая убийство
совершенным группой лиц, указал, что вся группа действовала совместно с
умыслом, направленным на убийство – каждый из осужденных
непосредственно участвовал в процессе лишения жизни потерпевшего, при
этом не требуется, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены
каждым из них208.
Суд установил, что между Б. и Р. был предварительный сговор на
совершение убийства потерпевшего. В то время как Б. причинял
потерпевшему смертельные ранения, Р. удерживал последнего, лишая его
возможности защищаться, отобрал у него монтировку и передал ее Б. С
учетом указанных обстоятельств суд обоснованно признал обоих лиц
соисполнителем убийства, так как смерть потерпевшего явилась общим для
них преступным результатом209.
Субъективными признаками соучастия являются:
1. Взаимная осведомленность соучастников о совместных действиях,
т.е. двусторонняя субъективная связь между собой. Взаимный характер такой
осведомленности означает, что соучастники понимают истинный характер
действий (бездействия) друг друга. Если субъективная связь соучастников
носит односторонний характер, т.е. одно лицо знает о том, что вместе с
другим совершает преступление, а другое об этом не осведомлено, то
соучастие в совершении такого преступления исключается.
БВС РФ. 2002. № 11. С. 14
БВС РФ. 2011. № 8. С. 29.
209
БВС РФ. 2002. № 11. С. 14.
207
208
179
20 декабря 2000 г. Г. и другие, а также Ц. и В. решили совершить
разбойное нападение на предпринимателя С. При нападении договорились
использовать приготовленные ранее маски, наручники и оружие. О наличии
оружия были осведомлены все участники и согласны с его применением. Ц. и
В. отказались участвовать в нападении, но пообещали остальным вывезти
их с места преступления на автомашине Ц. и спрятать оружие и предметы
хищения. После совершенного нападения на потерпевшего С. все участники
покинули место преступления на автомашине Ц. Затем разделили
похищенные доллары, передали В. оружие, маски и перчатки, и тот их
спрятал.
Суд первой инстанции квалифицировал действия Ц. и Воронцова как
пособничество в бандитизме и пособничество в разбое. Президиум
Верховного Суда РФ указал следующее. В обоснование своего вывода о
правильности квалификации действий осужденных суд сослался на то, что
они оказали пособничество банде в разбойном нападении, совершенных
организованной группой, с применением оружия, с незаконным
проникновением в жилище и в крупном размере.
Однако данных, свидетельствующих об осведомленности В. и Ц. о том,
что своими действиями они способствуют совершению бандой разбойных
нападений, не имеется. Ц. и В. категорически отрицали свою
осведомленность о наличии банды и оказании ей содействия в преступной
деятельности. Они показали, что собирались для потребления наркотиков и
договорились о совершении преступлений для получения денег, необходимых
для их приобретения. Как пояснили Г. и другие осужденные, Ц. и В.
непосредственного участия в совершении разбоя не принимали, а оказывали
помощь в подыскании объектов нападений и скрывали следы преступлений.
Таким образом, достоверных доказательств того, что Ц. и В., оказывая
пособничество
в
разбойных
нападениях,
совершенных
другими
осужденными, сознавали принадлежность последних к бандитскому
формированию, в материалах дела не имеется. С учетом этого приговор в
части осуждения Ц. и В. за пособничество в бандитизме отменен, а
осуждение за пособничество в разбое оставлено без изменения210.
2. Общность умысла соучастников в совершении преступления, которая
подразумевает определенное (умышленное) отношение соучастников как к
совместному поведению, так и к возможному (либо желаемому) результату
такого поведения. Общность умысла возможна как в преступлении, совершаемом с прямым умыслом, так и в преступлении, совершаемом с косвенным умыслом211.
БВС РФ. 2003. № 7. С. 13.
Ряд авторов допускают возможность соучастия в преступлении с косвенным умыслом
как исключение из общего правила о том, что соучастие возможно лишь при совершении
преступления с прямым умыслом. См.: Бурчак Ф.Г. Учение о соучастии по советскому
уголовному праву. Киев, 1969. С. 120.
180
210
211
Судом установлено, что А. и Б. заранее договорились напасть на Ц. в
целях хищения денежных средств, разработали план нападения,
предусматривающий причинение потерпевшему смерти путем применения
огнестрельного оружия, и впоследствии действовали согласованно в
соответствии с этим планом: А. предоставил Б. оружие и доставил
потерпевшего на заранее выбранный участок местности, обеспечив
возможность ожидавшему их там Б. произвести прицельный выстрел из
переданного ему А. ружья в голову Ц., после чего они обыскали потерпевшего
и похитили из его одежды деньги в сумме 140 тыс. рублей, распорядившись
затем ими по своему усмотрению, а Б. добил потерпевшего, повторно
выстрелив ему в голову.
Таким образом, А., выполняя распределенную ему согласно
предварительному сговору роль, непосредственно участвовал вместе с Б. в
нападении на Ц. в целях хищения чужого имущества, при этом их общим
умыслом охватывалось лишение потерпевшего жизни путем применения в
отношении его оружия, т.е. А. и Б. являются исполнителями этого
преступления212.
Необходимо особо отметить, что мотивы и цели соучастников в совершении одного и того же преступления могут быть различными, если инкриминируемый состав не предусматривает их в качестве обязательного признака.
А. проиграл в карты потерпевшему 15 тыс. рублей. С целью избавления
от возврата карточного долга он решил убить потерпевшего и попросил И.
помочь ему в этом. Во время разговора с потерпевшим о возврате долга А. и
И. попросили его разрешить возвратить долг частями. Однако
потерпевший отказался, предлагая оплатить долг полностью. Тогда А.
двумя выстрелами из ружья убил его213.
Действующее законодательство однозначно не признает возможности
соучастия в неосторожном преступлении, хотя такая точка зрения имеет место в теории уголовного права214. Из невозможности юридического значения
соучастия в неосторожном преступлении исходит и судебная практика.
Осужденный Г., являвшийся шофером, с целью заправки автомашины
«Волга» бензином 17 августа 1961 г. в 23 часа выехал из гаража к
заправочной колонке. Находившийся в это время в гараже К. сел в
автомашину, управляемую Г. После заправки автомашины К. попросил Г.
подвезти его и знакомых, по приезде угостил его вином. Затем Г. по
предложению К. посадил в автомобиль трех человек, чтобы доставить их в
другой город. В пути следования Г., управляя машиной на скорости 70 км/ч,
допустил наезд на велосипедиста Х., протащил его машиной 37 м и только
после этого остановился. Убедившись, что Х. получил телесные
повреждения, К. и Г. не оказали ему помощь и уехали.
БВС РФ. 2016. № 2. С. 43.
БВС РФ. 2004. № 1. С. 15.
214
Трайнин А.Н. Избранные труды. СПб., 2004. С. 310—312.
181
212
213
В данном случае осужденный Г., управляя машиной в нетрезвом
состоянии, проявил преступную неосторожность и не обеспечил
безопасность движения, в результате чего наехал на велосипедиста. При
таких обстоятельствах К. не может нести ответственность как
соучастник совершенного Г. нарушения правил безопасности движения, поскольку это преступление было совершено по неосторожности215.
Объективные и субъективные признаки соучастия носят солидарный характер. Отсутствие хотя бы одного из перечисленных объективных или субъективных признаков исключает юридическое соучастие в преступление.
Басманным районным судом г. Москвы П. и С. признаны виновными в
совершении по предварительному сговору группой лиц грабежа. Президиум
Московского городского суда указал, что приговор в части осуждения П. и
С. по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ подлежит изменению. В соответствии с ч. 2
ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по
предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совершении преступления. П. и С. отрицали наличие у них
предварительной договоренности о похищении имущества потерпевших.
Обстоятельства, при которых они завладели этим имуществом, также
свидетельствуют об отсутствии между ними предварительного сговора.
Из материалов дела видно, что С. пригласил А. поговорить с П., последний
во время разговора велел С. принести куртку А., тот сделал это с разрешения потерпевшего и отдал ему (А.). П. отобрал куртку. С. взял куртку у П. и
вернул ее потерпевшему. После этого П. открыто похитил перстень и
деньги у приятеля А., а когда уходил, вновь забрал куртку у А. и сунул ее под
куртку С. По делу установлено и признано судом в приговоре, что перстень
и деньги открыто похитил П., С. же ни вещей, ни денег не требовал и
никаких действий, направленных на завладение его имуществом, не
совершал. Таким образом, вывод суда об участии С. в похищении чужого
имущества ошибочен216.
Формасоучастия представляет собой юридически значимый характер
участия лиц в совершении преступления. Формы соучастия впервые закреплены в уголовном законе (ст. 35 УК РФ), и их выделение основано на объективно-субъективном критерии — степени взаимной связи соучастников между собой.
В науке уголовного права существует множество точек зрения относительно форм соучастия и критериев для их выделения217. Однако закон в ст.
БВС СССР. 1963. № 2. С. 19—21.
БВС РФ. 2002. № 3. С. 21.
217
А.Н. Трайнин еще в начале 40-х годов ХХ в. выделял следующие формы соучастия: 1)
соучастие простое — без предварительного сговора; 2) соучастие, квалифицированное
предварительным соглашением соучастников; 3) соучастие особого рода — преступная
организация или преступное сообщество. Критерием для выделения этих форм были характер и степень субъективной связи соучастников. См.: Трайнин А.Н. Учение о соуча182
215
216
35 УК РФ различает четыре формы соучастия в преступлении, имеющие
непосредственное уголовно-правовое значение: группа лиц, группа лиц по
предварительному сговору, организованная группа, преступное сообщество
(преступная организация).
Кроме форм соучастия, в теории уголовного права различают также
видысоучастия, зависящие от качественного состава соучастников, а
именно:
— простое соучастие, в котором при совершении преступления фигурируют только соисполнители;
— сложное соучастие, в котором при совершении преступления имеет
место распределение ролей, т.е. установлены исполнители и другие соучастники218.
Вид соучастия имеет непосредственное значение при установлении пределов уголовной ответственности и соучастников и назначении наказания
(ст. 67 УК РФ).
Необходимо обратить внимание, что классификация видов соучастия
всегда условна, а в ряде случаев понятия «вид соучастия» и «форма соучастия» фактически смешиваются в единое целое.
§ 2. Виды соучастников
Статья 33 УК РФ определяет четыревида соучастников в преступлении:
исполнитель, организатор, подстрекатель и пособник.
Исполнителем преступления признается лицо:
1. Непосредственно совершившее преступление, т.е. исполнившее полностью или частично объективную сторону преступления.
2. Непосредственно участвовавшее в совершении преступления (выполнении объективной стороны преступления) совместно с другими лицами (соисполнителями).
Согласно закону, убийство признается совершенным группой лиц, когда
два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на
убийство, непосредственно участвовали в процессе лишения потерпевшего
стии. М., 1941. С. 79. Иной критерий для выделения форм соучастия был предложен
Н.Г. Ивановым, полагающим, что группа лиц образует «единственную форму соучастия»,
которая предстает в качестве объективной категории, воплощая в себе все возможные
связи соучастников. См.: Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия в советском уголовном
праве. Саратов, 1991. С. 122. Р.Р. Галиакбаров, предлагая в качестве критерия выделения
форм соучастия «типизированную совокупность объективных и субъективных признаков
преступного деяния», говорит о таких формах соучастия, как сложное соучастие, соисполнительство, преступная группа и преступное сообщество. См.: Галиакбаров Р.Р.
Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. Краснодар, 2000. С. 14—
22. Это лишь небольшой перечень позиций, посвященных вопросу о формах соучастия.
218
Гришаев П.И., Кригер Г.А. Соучастие по советскому уголовному праву. М.. 1959.
С. 50—53.
183
жизни. При этом не обязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть,
были причинены каждым из них.
По делу установлено, что Л. и Н., заранее распределив между собой
роли, действуя согласованно с целью лишения потерпевшей жизни, нанесли
ей удары по голове и телу. Л. наносил удары кулаком, а Н. — металлическим
предметом. Президиум Верховного Суда РФ признал Л. и Н.
соисполнителями убийства219.
3. Исполнителем признается лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, которые, в свою очередь:
— не подлежат уголовной ответственности в силу малолетнего возраста
или невменяемости;
— не осознавали и не могли осознавать по фактическим обстоятельствам дела, что своими действиями (бездействием) совершают общественно
опасное деяние под воздействием другого человека;
— не могут подлежать ответственности в силу других обстоятельств,
предусмотренных УК РФ (например, в результате физического или психического принуждения либо обмана со стороны виновного).
Например, в соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о
злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении
должностных полномочий», должностное лицо, издавшее заведомо
незаконный приказ или распоряжение подчиненному лицу, не осознавшему
незаконность такого приказа или распоряжения и исполнившему его,
подлежит ответственности как исполнитель преступления, совершенного
подчиненным лицом во исполнение незаконного приказа (распоряжения)220.
Исполнитель — ключевой из соучастников, так как «основой общей ответственности соучастников является единство действий всех соучаствующих в преступлении лиц. Стержень этого единства — исполнитель. И если
его нет, то соучастие рассыпается как карточный домик»221.
Совершение преступления посредством использования других лиц, не
подлежащих уголовной ответственности, получило название посредственного исполнения преступления. «Подстрекатель или пособник душевнобольного или малолетнего, совершившего общественно опасное деяние, а также
лица, действовавшего в заблуждении, отвечает… за само преступление
вследствие того, что исполнитель является лишь орудием совершения этого
деяния в руках другого»222.
Н. и малолетний М., вооруженные охотничьим ружьем, совершили
хищение продуктов, принадлежавших О., Е. и Х. Последние стали
БВС РФ. 2000. № 7. С. 13.
БВС РФ. 2009. № 12. С. 2.
221
Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Ч. 1. Понятие соучастия. Свердловск, 1960.
С. 98.
222
Курс советского уголовного права. Т. II / Под ред. А.А. Пионтковского,
П.С. Ромашкина, В.М. Чхиквадзе. М., 1970. С. 228.
184
219
220
преследовать похитителей. Н. передал ружье малолетнему М. и приказал
ему стрелять в догонявших их людей. М. навел ружье на О., нажал на
спусковой крючок, но выстрела не произошло, так как не были взведены
курки. Остановившись, М. взвел курки и выстрелил в сторону бежавших в
непосредственной близости друг от друга Е. и Х. В результате Х. был убит.
Н. крикнул М., чтобы тот стрелял и в других догонявших, но М. не стал
этого делать. За убийство Е. был осужден Н., а не непосредственно
стрелявший малолетний М.223.
Согласно общему правилу лицо, не совершившее действий (бездействия), образующих объективную сторону преступления, не может нести ответственность как соисполнитель последнего (если нет посредственного исполнения).
С июля по август 1999 г. Г-в., имея намерение совершить убийство
супругов А., поставил в известность свою сестру Г-ву о совершаемых им
действиях по приготовлению к преступлению и склонил ее к участию в
убийстве А. Со своей сестрой он разработал план совместных действий, в
соответствии с которым взял с собой обрез и два патрона, две
пластмассовые бутылки с бензином для уничтожения следов преступления
путем поджога трупов и квартиры, две бутылки спиртного с целью
заманить А. в безлюдное место для убийства. Поскольку Г-в не знал адреса
А., сестра показала ему дорогу. Придя к дому, Г-в попросил сестру
присмотреть за А., находившейся на кухне, а сам забрал обрез из прихожей,
зарядил его и вернулся в гостиную. Когда А. вошла в гостиную, Г-ва закрыла
за ней дверь, а брат выстрелил А. в спину, а затем в голову, отчего
потерпевшая скончалась на месте. Затем они перенесли труп в спальню.
Перед уходом из квартиры Г-в облил имущество и труп бензином, поджег и,
взяв сумку, вместе с сестрой скрылся.
Президиум Верховного Суда РФ указал следующее: сестра Г-ва не была
исполнителем убийства А., так как объективную сторону преступления
совершил один Г-в, а она лишь содействовала совершению убийства224.
Необходимо особо отметить, что, в случае выполнения объективной
стороны преступления несколькими лицами, все они признаются соисполнителями. При этом не обязательно устанавливать тождественность фактически
исполненных соисполнителями действий (бездействия) – достаточно установить тот факт, что умыслом виновных охватывалось выполнение вполне определенного преступления.
Ш. признана виновной в совершении преступления при следующих
обстоятельствах. 19 октября 2005 г., находясь в игровом павильоне, М.
решил совершить разбойное нападение на менеджера-оператора, убить ее и
похитить имевшиеся в павильоне денежные средства. На предложение М.
совершить разбойное нападение Ш. дала согласие, после чего они обговорили
план совершения разбойного нападения и распределили роли.
223
224
Цит. по: Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб., 2003. С. 578.
БВС РФ. 2002. № 2. С. 16.
185
Действуя согласно плану, Ш. дождалась ухода из игрового павильона
последних посетителей, вышла на улицу, нашла кирпич, принесла его в
помещение игрового павильона и передала М., чтобы тот использовал этот
кирпич при нападении на менеджера-оператора. Затем она закрыла входную
дверь на замок, а сама, находясь у двери, стала наблюдать за окружающей
обстановкой. М. в это время прошел в служебное помещение игрового
павильона, где нанес менеджеру-оператору не менее двух ударов кирпичом
по голове, от чего потерпевшая упала на пол. От полученных телесных
повреждений женщина скончалась на месте. Продолжая свои преступные
действия, М. и Ш. обыскали служебное помещение игрового павильона и
похитили металлический сейф, в котором находились деньги в сумме 10 500
руб. и различное имущество. Вскрыв впоследствии сейф, завладев
денежными средствами и частью чужого имущества, М. и Ш. распорядились ими по своему усмотрению.
Суд правильно признал, что Ш. являлась соисполнительницей
разбойного нападения, совершенного группой лиц по предварительному
сговору с М., с применением предмета, используемого в качестве оружия, с
причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей. Ш., передавая кирпич,
осознавала, что М. будет им наносить удары по голове потерпевшей, ее
умыслом
охватывалось
причинение
тяжкого
вреда
здоровью
225
потерпевшей .
Если согласно статье Особенной части УК РФ исполнителем может
быть только специальный субъект, остальные лица не могут признаваться
исполнителями, несмотря на форму и степень фактического участия в
исполнении преступления. По общему правилу, они признаются
организаторами, подстрекателями или пособниками — в зависимости от
фактического участия.
Как видно из материалов дела, В. работал инструктором сектора
регистрации комитета по экономике администрации Ленинского района г.
Саратова. В его обязанности входила регистрация индивидуально-частных
предприятий, товариществ с ограниченной ответственностью и лиц,
занимающихся индивидуально-трудовой деятельностью без образования
юридического лица. Как указал суд в приговоре, «его работа ... сводилась к
чисто технической работе. В. не осуществлял функции представителя
власти, а также не выполнял организационно-распорядительные или
административно-хозяйственные обязанности», т.е. признал, что он не
являлся должностным лицом как специальным субъектом получения взятки
(ст. 290 УК РФ). Вместе с тем судом установлено, что В. обратился к Ш. –
заместителю главы администрации Ленинского района г. Саратова – с
просьбой оказать содействие в предоставлении К. льготного кредита в
банке, пригласил ее в служебный кабинет Ш., где ими было предложено К. за
услугу дать взятку.
225
БВС РФ. 2008. № 4. С. 19.
186
После получения кредита К. передала в виде взятки 18 млн. руб. При
этом все вопросы в связи с задержкой сумм взяток решал В., о чем ему
напоминал Ш. Кроме того, В. передавал непосредственно Ш. деньги от К.
Указанные действия В. свидетельствуют о том, что он явился не
исполнителем, а пособником получения Ш. взятки в особо крупном
размере226.
Кроме того, квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к личности
исполнителя, не могут вменяться в ответственность иным соучастникам,
даже если эти обстоятельства охватывались их сознанием.
Организаторпреступления — это лицо, которое:
1. Организует преступление, т.е. не просто склоняет другое лицо к преступлению, а планирует его совершение, подбирает соучастников и т.п.
2. Руководит непосредственным совершением преступления в качестве
распорядителя преступной деятельности других соучастников.
Организатор действует всегда с прямым умыслом.
В. признан судом виновным в организации убийства из корыстных
побуждений при следующих обстоятельствах. Потерпевший Б. требовал от
В. возврата долга. С целью невозвращения долга В. попросил И. найти
человека, способного совершить убийство, и тот познакомил В. с К. В.
разработал план убийства и, по существу, «контролировал» его совершение,
присутствуя на месте преступления227.
Уголовный закон считает организатора наиболее опасной фигурой среди
соучастников. Так, лицо, создавшее организованную группу, преступное сообщество (организацию) либо руководившее их деятельностью, несет ответственность за все преступления, совершенные участниками этих организованных групп, преступных сообществ и организаций, если преступления охватывались умыслом такого лица (ч. 5 ст. 35 УК РФ).
В практике Верховного Суда РФ разъяснено, что деятельность
организатора может выражаться в формировании целей, разработке общих
планов преступной деятельности, в подготовке к совершению конкретных
преступлений, а также в иных организационно-распорядительных действиях,
направленных на достижение преступных целей (например, распределение
ролей между соучастниками, организация материально-технического
обеспечения, принятие мер безопасности, конспирации, распределение
средств, полученных от преступной деятельности)228.
Как следует из приговора, К. совместно с Н. создал банду и руководил
ею. Являясь организатором и руководителем банды, К. обсуждал вопросы
вовлечения в банду новых членов, давал указания о совершении конкретных
преступлений, находясь на территории России либо за границей, куда часто
выезжал, распределял обязанности и роли между членами банды при
БВС РФ. 1996. № 7. С. 12.
БВС РФ. 1998. № 11. С. 4.
228
БВС РФ. 2009. № 11. С. 14; 2013. № 8. С. 36; 2015. № 10. С. 6.
187
226
227
совершении преступлений, поручал им сбор информации о будущих жертвах,
о лидерах враждебных преступных группировок, доверял сбор денежных
средств с коммерсантов, анализировал действия участников банды после
совершения преступлений, выплачивал им постоянное денежное
вознаграждение, организовывал их физическую подготовку, обучал владению
огнестрельным оружием, проводя стрельбы в различных населенных
пунктах Московской области, выделял деньги для приобретения
транспортных средств, решал вопросы о средствах на погребение погибших
и на лечение пострадавших в преступлениях членов банды, денежных
выплатах
их
родственникам,
давал
указания
об
устранении
229
неблагонадежных участников банды .
Подстрекателемпризнается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом. В
научной литературе предлагалось считать совет о совершении преступления
проявлением подстрекательства230, но это весьма спорная позиция. Полагаем,
что если одно лицо советует другому совершить какое-либо преступление в
будущем, то его действия вряд ли можно расценить как подстрекательство
(ибо последнее возможно только в отношении вполне конкретного преступления).
Внешняя сторона деятельности подстрекателя заключается в совершении тех или иных действий, склоняющих потенциального исполнителя к совершению конкретного преступления, в возбуждении у того решимости совершить преступление.
Подстрекатель всегда действует с прямым умыслом.
Если подстрекательская деятельность была продолжена в виде составления плана преступления, подбора соучастников и совершения иных действий, характеризующих деятельность организатора преступления, то лицо в
целом считается организатором.
26 ноября 1998 г. Ч. предложил И. совершить убийство своей матери У.
за вознаграждение в сумме 5 тыс. рублей. Тот согласился. 27 ноября 1998 г.
И. пришел к потерпевшей, которая впустила его в квартиру, и нанес ей не
менее 26 ударов топором по голове, туловищу и конечностям. От
полученных телесных повреждений наступила смерть У. Квалификацию
действий Ч. по ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ – организация убийства
потерпевшей, нельзя признать обоснованной. Ч. предложил И. совершить
убийство У., пообещав за это материальное вознаграждение, склонив его,
таким образом, к совершению преступления. В силу ч. 4 ст. 33 УК РФ лицо,
склонившее другое лицо к совершению преступления, признается
подстрекателем. Поэтому действия Ч. следует квалифицировать по ч. 4
ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ231.
БВС РФ. 2004. № 4. С. 19.
Козлов А.П. Соучастие: традиции и реальность. СПб., 2001. С. 138.
231
БВС РФ 2008. № 10. С. 13.
188
229
230
От общих призывов к преступной деятельности подстрекательство отличается конкретностью, склонением определенного лица к совершению индивидуально определенного преступления, на что неоднократно обращал
внимание Верховный Суд РФ.
После распития спиртного между П. и М. возникла ссора, в результате
М. нанес П. побои. Третье лицо — И. — подошел к плакавшему П. и сказал:
«Что ты распустил нюни? Иди, дай ему». П. взял доску, подошел к
сидевшему М. сзади и ударил его доской по голове, причинив М. тяжкие
телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшего.
Установлено, что И., посоветовав П. отомстить обидчику, сделал это
неопределенно, без конкретного нацеливания подростка на причинение
тяжких телесных повреждений потерпевшему; в связи с этим действия И.
нельзя расценить как подстрекательство к преступлению232.
Однако в практике Верховного Суда РФ выработано жесткое правило:
подстрекатель преступления несет ответственность за совершение исполнителем преступления только в пределах сговора с ним.
Потерпевший,
не
имея
постоянного
места
жительства,
систематически пьянствуя и устраивая скандалы, проживал в доме своей
бывшей жены Б. Поскольку он создавал дома невыносимые условия для
проживания, Б. нередко жила у своей подруги. Б. обратилась к своему
знакомому Л. с просьбой избить бывшего мужа до такой степени, чтобы он
попал в больницу и больше не проживал у нее, обещая за это купить Л.
костюм. 7 апреля 1975 г. Б. пришла на квартиру Л., вновь пообещав
отблагодарить его материально. Л. привлек к участию в избиении
потерпевшего соседа А. Б. объяснила им, как проникнуть в дом,
посоветовала придраться к бывшему мужу. Зайдя в дом, Л. и А. стали
избивать потерпевшего кулаками и ногами в течение десяти минут. Б. в это
время находилась на улице. От нанесенных повреждений потерпевший
скончался.
Из материалов дела следует, что Б. склонила Л., к которому
присоединился А., к избиению бывшего мужа «до такой степени, чтобы он
попал в больницу», т.е. ее сознанием охватывалось, что потерпевшему
могут быть причинены телесные повреждения, включая тяжкие.
Исполнители вопреки договоренности с Б. совершили убийство, поэтому Б.
должна нести ответственность за подстрекательство к нанесению
тяжких телесных повреждений233.
Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или
орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также
лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным
232
233
БВС РСФСР. 1966. № 11. С. 8.
БВС РСФСР. 1977. № 4. С. 6.
189
путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы. Пособничество совершается с прямым умыслом.
Пособничество подразделяется на два вида:
1. Физическое содействие исполнителю в реализации его преступного
намерения (предоставление средств и орудий, устранение препятствий, мешающих исполнителю выполнить действия, создание необходимых условий,
обеспечивающих совершение преступления); физическое пособничество
чаще всего осуществляется действием, но может выражаться и в бездействии,
если лицо не выполняет возложенной на него юридической обязанности.
Судом как пособничество были расценены следующие действия: Д., зная
о намерении участников разбойного нападения завладеть чужим
имуществом, доставил их на автомашине к месту, где планировалось
преступление, и согласно договоренности дождался их возвращения, после
чего с похищенным отвез участников нападения обратно234.
2. Интеллектуальное пособничество (дача советов, указаний, облегчающих совершение преступления, достижение ожидаемого преступного результата, и т.п.)
Осужденный Т. признан виновным в соучастии в виде пособничества в
терроризме, т.е. содействии советами и предоставлением информации в
угрозе совершения взрыва и иных действий, создающих опасность гибели
людей, причинения значительного имущественного ущерба, наступления
иных общественно опасных последствий, с применением огнестрельного
оружия в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения и оказания воздействия на принятие решения органами власти. Он же
признан виновным в содействии советами и предоставлением информации в
удержании в качестве заложников двух и более лиц, с применением оружия и
насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении несовершеннолетних в
целях понуждения государства совершить какое-либо действие как условие
освобождения заложников.
Факт захвата в заложники людей общей численностью 916 человек,
находившихся на представлении мюзикла «Норд-Ост», группой людей под
руководством Б., вооруженных огнестрельным оружием, боеприпасами и
взрывными устройствами, с целью нарушения общественной безопасности,
устрашения населения и оказания воздействия на органы власти Российской
Федерации по принятию решения о выводе войск с территории Чеченской
Республики подтверждается приведенными в приговоре доказательствами
и не оспаривается в кассационных жалобах.
Доводы осужденного об отсутствии у него умысла на оказание помощи
террористам, а также доводы адвоката о том, что переданная Т.
информация являлась несущественной и не была направлена на оказание
помощи террористам, являлись предметом судебного исследования.
Признавая эти доводы несостоятельными, суд обоснованно указал, что они
опровергаются аудиозаписью телефонных разговоров между Т. и лицами,
234
БВС РФ. 2000. № 7. С. 13. См. также: БВС РФ. 2012. № 11. С. 39; 2016. № 8. С. 11.
190
захватившими заложников, согласно которым Т. сообщил этим лицам
сведения об обстановке в оперативном штабе, расстановке сил и
расположении техники, снайперов вокруг здания Дома культуры и
прилегающих строениях, предостерегал лиц, захвативших заложников, о
недопустимости появления в зоне обзора, а также советовал совершать
конкретные действия в случае попытки освободить заложников, такие как
стрельба по бензобакам автомашин, припаркованных около здания Дома
культуры, чтобы создать дымовую завесу, воспрепятствование входу в
здание лиц со славянской внешностью во избежание установления
прослушивающих устройств и т.п.235
Приведем еще один показательный пример пособничества в совершении
преступления.
Как установлено судом, Ш. не принимала непосредственного участия в
разбойном нападении на М. подсудимая, реализуя преступный сговор на
разбойное нападение, предоставила в распоряжение соучастников квартиру,
где впоследствии было совершено преступление, предала Н. баллончик со
слезоточивым газом, из которого последняя брызнула в лицо потерпевшему
при нападении, а затем уничтожила следы преступления. Следовательно,
Ш. лишь содействовала совершению преступления, т.е. была пособником236.
Квалифицирующие обстоятельства, о которых не было известно пособнику, не могут быть вменены ему в ответственность, равно как и подстрекателю.
В отличие от англо-американского уголовного права237, в отечественном
уголовном праве заранее не обещанное укрывательство преступления,
имеющее место после совершения преступления, не может быть признано
пособничеством.
Не признаны пособничеством действия К. и других, состоявшие в
следующем: после совершения кражи Б. обратился к К. и другим с просьбой
помочь перенести похищенное спиртное. Последние, узнав, что совершена
кража из магазина, помогли перенести и скрыть похищенное238.
Ранее подобная деятельность наряду с недонесением о преступлении
рассматривалась как прикосновенность к преступлению. В УК РФ прикосновенность к преступлению декриминализована, а заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений является самостоятельным составом
(ст. 316 УК РФ).
Архив Верховного Суда РФ. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ № 5-003-149 от 9 сентября 2003 г.
236
БВС РФ. 1999. № 12. С. 4.
237
Согласно § 3 разд. 18 Свода законов США «тот, кто, зная о совершении посягательства
против Соединенных Штатов Америки, укрывает, облегчает, поддерживает или содействует преступнику с тем, чтобы помешать или воспрепятствовать его аресту, преданию
суду или наказанию, является пособником после факта совершения посягательства». См.:
Соединенные Штаты Америки. Конституция и законодательные акты / под ред.
О.А. Жидкова. М., 1993. С. 587.
238
БВС РФ. 1999. № 2. С. 18—19.
191
235
§ 3. Совершение преступления группой лиц
Группа лиц — это соисполнительство двух и более лиц в совершении
преступления без предварительного сговора. Совершение преступления
группой лиц без всякой предварительной договоренности между собой возможно в случаях, когда одно лицо уже начало совершать преступление, а остальные присоединились к нему.
При таком «эффекте присоединения» других лиц к преступным действиям, начатым одним лицом, обязательно должна быть установлена общность умысла лиц на достижение одного и того же преступного результата.
Как установил суд, у Ч. и П. был умысел на убийство потерпевшего С.,
о чем свидетельствует характер насилия и используемый для этого в
качестве орудия нож, которым Ч. Нанес потерпевшему множественные
удары (не менее тридцати), в том числе в область расположения жизненно
важных органов – шею и грудную клетку, что также свидетельствует о
прямом умысле Ч. на лишение жизни потерпевшего. В процессе совершения
указанных действий к Ч.
С такой же целью присоединился П., который, применяя насилие к
потерпевшему, бросил ему на голову тяжелый, крупный предмет –
фрагмент ствола дерева весом 12 кг. При таких обстоятельствах суд
квалифицировал
действия Ч. и П. по факту убийства потерпевшего С. по п. «ж» ч. 2 ст.
105 УК РФ как убийство, совершенное группой лиц239.
При совершении преступления группой лиц все соучастники так или
иначе выполняют объективную сторону преступления, являясь соисполнителями преступления. При этом не обязательно, чтобы каждый из соисполнителей полностью исполнил объективную сторону преступления.
Например, убийство признается совершенным группой лиц в случае,
если при отсутствии предварительной договоренности один виновный подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а
другой, действуя с общим умыслом, причинил жертве смертельные повреждения.
§ 4. Совершение преступления группой лиц по предварительному
сговору
При совершении преступления группой лиц по предварительному
сговорудолжна быть установлена договоренность о совершении преступления между двумя и более субъектами до начала исполнения объективной
стороны преступления. Форма такой договоренности может быть различной
(словесная, письменная, жестовая, телекоммуникационная и др.).
239
БВС РФ. 2015. № 4. С. 16.
192
Предварительный сговор о совершении преступления предполагает
единство намерения участников группы на совершение деяния, образующего
объективную сторону данного преступления.
В группе лиц, совершивших преступление по предварительному сговору, могут иметь место как соисполнительство, так и распределение ролей
между соучастниками. Из судебной практики следует, что преступление
считается совершенным группой лиц по предварительному сговору в случае
участия в его совершении как минимум двух исполнителей.
П. и К. по разработанному ими плану, предварительно договорившись
между собой, непосредственно участвовали в лишении жизни потерпевших
для завладения их деньгами и автомобилем.
Предварительно согласованные совместные действия виновных,
участвовавших в убийстве потерпевших, свидетельствовали о том, что они
являлись соисполнителями убийства обоих потерпевших, несмотря на то,
что телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшей А., были
причинены в результате действий осужденной К., которая нанесла
потерпевшей удары ножом в шею.
Между тем П. также выполнил объективную сторону убийства двух
потерпевших и был соисполнителем преступления. П. действовал совместно
с К. с умыслом на убийство потерпевшей. При этом сначала, для облегчения
совершения К. действий, направленных на лишение жизни потерпевшей А.,
П. отвлекал внимание ее супруга – потерпевшего В. Затем, для пресечения
попыток сопротивления со стороны потерпевшей А., лишая ее
возможности защищаться от действий К., удерживая потерпевшую А. за
руку, П. вырывал у нее нож.
П., реализуя совместный с К. умысел на лишение жизни потерпевшего
В., сначала лишил его возможности сопротивляться и защищаться от
действий К., удерживая за руку. Затем П. вырвал из рук В. нож и с целью
лишения жизни нанес этим ножом удар в грудь потерпевшего.
Таким образом, характер взаимосвязанных действий П. и К.,
направленных на лишение жизни потерпевших в процессе выполнения
объективной стороны преступления, оказание необходимой помощи друг
другу в достижении общего, желаемого для обоих результата – убийства
потерпевших, свидетельствовали о том, что П. и К. являлись
соисполнителями причинения смерти потерпевшим, действовали с прямым
умыслом на убийство А. и В.240.
Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору
предполагает реализацию предварительной договоренности о совершении
преступления как минимум двумя субъектами, т.е. участие двух и более лиц
в выполнении объективной стороны заранее оговоренного преступления.
5 февраля 2000 г. примерно в 16 ч. в квартире М. и Б. напали на К.,
избили его, причинив своими действиями телесные повреждения: перелом
костей носа, гематомы и ссадины лица, рвано-ушибленную рану слизистой
240
БВС РФ. 2015. № 1. С. 26.
193
нижней губы, что, по заключению судебно-медицинского эксперта, повлекло
кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до трех
недель и охарактеризовано как легкий вред здоровью. Отобрав у
потерпевшего часы и деньги, они причинили ему значительный
материальный ущерб.
Действия Б. и М. по п. «а» ч. 2 ст. 162 УК РФ судом квалифицированы
неверно. На основании доказательств нельзя прийти к выводу о совершении
М. и Б. разбоя группой лиц по предварительному сговору. Как видно из
показаний осужденных, они отрицали предварительную договоренность о
совершении разбоя, потерпевший также утверждал, что в то время, когда
он находился с Б. на кухне, М. неожиданно для него зашел и нанес ему удары
по лицу, так как ему (М.) не понравилась одна из произнесенных в его адрес
фраз.
По смыслу уголовного закона сговор считается предварительным, если
он состоялся до начала совершения преступления. Такие признаки
предварительного сговора по делу не установлены241.
В случае, когда заранее оговоренное преступление выполнено одним
лицом, признак совершения преступления группой лиц по предварительному
сговору также не вменяется. Так, Верховный Суд РФ неоднократно указывал,
что подстрекательство и пособничество в совершении преступления не
образует квалифицирующий признак этого преступления, совершенного
группой лиц по предварительному сговору, если объективная сторона
данного преступления выполнена только одним исполнителем242.
И. и Б. вступили в преступный сговор для совершения разбойного
нападения с целью завладения автомашиной и последующего убийства
водителя. При этом они распределили роли: И. должен был напасть на
владельца автомобиля и убить его, а Б. — управлять этим автомобилем. Во
исполнение задуманного И. изготовил заточку, о чем уведомил Б. Позднее
они договорились о времени и месте совершения преступления, которое
указал Б. Реализуя свой умысел, они в оговоренный ими день остановили
автомашину и сели в нее. В пути следования по их требованию водитель
остановился. После того как Б. отошел в сторону, И. напал на водителя и
нанес ему заточкой три удара в грудь. От полученных телесных
повреждений потерпевший скончался на месте. Затем И. оттащил труп в
канаву и сообщил Б. о совершенном им убийстве. На месте происшествия
осужденные завладели автомобилем и другим имуществом потерпевшего.
На машине потерпевшего, управляемой Б., они приехали в город, где сбыли
вещи. Деньги разделили между собой.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала
следующее. Согласно ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо,
непосредственно совершившее преступление либо непосредственно
участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами
241
242
БВС РФ. 2003. № 6. С. 14.
БВС РФ. 2012. № 11. С. 39; 2013. № 5. С. 22; 2016. № 8. С. 11.
194
(соисполнителями). Судом установлено, что разбойное нападение на водителя автомашины совершил один И. в то время, когда Б. отошел в сторону.
При этом И. нанес потерпевшему заранее приготовленной заточкой три
удара в грудь и убил его. Затем И. оттащил труп в канаву и сказал Б. о
содеянном. Лишь после этого они во исполнение своего умысла на завладение
автомобилем и вещами потерпевшего распорядились указанным
имуществом по своему усмотрению. Таким образом, нападение на потерпевшего с целью завладения его имуществом совершил один И. Следовательно,
действия осужденных по эпизоду разбойного нападения необоснованно
квалифицированы
по
признаку
совершения
преступления
по
предварительному сговору группой лиц. Поэтому данный квалифицирующий
признак подлежит исключению из приговора. Вместе с тем действия
осужденного Б., не принимавшего непосредственного участия в разбойном
нападении, подлежат квалификации по ч. 5 ст. 33 и п. «б», «в» ч. 3 ст. 162
УК РФ как пособничество разбойному нападению с целью завладения
имуществом потерпевшего в крупном размере и с причинением тяжкого
вреда здоровью, но не как соисполнительство в разбое243.
Вместе с тем на основании судебной практики специально разъяснено,
что при квалификации преступления, совершенного группой лиц по предварительному сговору, вовсе не обязательно, чтобы соисполнители совершили
тождественные действия (бездействие), образующие объективную сторону
совершенного преступления. Например, действия лиц, лично не
совершавших насильственного полового акта, но путем применения насилия
содействовавших другим лицам в совершении преступления, следует
квалифицировать как соисполнительство в изнасиловании, совершенном
группой лиц по предварительному сговору244.
С. занимался частной зубопротезной практикой и по роду работы
познакомился с Б., который работал литейщиком. Не расплатившись за
один из заказов, С. имел долг перед Б. Встретив своего знакомого Т., он
сообщил ему, что у литейщика в мастерской имеется в сейфе крупная сумма
денег, и предложил завладеть ими. В процессе подготовки к преступлению
С. сообщил о графике работы литейщика, описал обстановку мастерской.
С. договорился с Т. о совершении разбойного нападения на потерпевшего с
распределением ролей. Согласно договоренности, Т. должен был оглушить
потерпевшего, чтобы тот потерял сознание, и забрать деньги, а С. —
наблюдать за окружающей обстановкой и обеспечивать безопасность,
стоя у дверей мастерской.
Президиум Верховного Суда РФ указал, что по смыслу уголовного
закона уголовная ответственность за разбой, совершенный группой лиц по
предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно
предварительной договоренности между соучастниками непосредственное
изъятие имущества осуществляет один из них. Если другой участник в
243
244
БВС РФ. 2002. № 4. С. 10.
БВС РФ. 2013. № 7. С. 19.
195
соответствии с распределением ролей совершал согласованные действия,
направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в
совершении преступления (например, лицо не проникало в помещение, но по
заранее
состоявшейся
договоренности
подстраховывало
других
соучастников от возможного обнаружения совершенного преступления),
содеянное им является соисполнительством. Таким образом, заранее
согласованные с Т. действия С., направленные на совершение разбоя,
связанные с оказанием помощи непосредственному исполнителю разбоя,
правильно расценены судом как соисполнительство разбойному
нападению245.
§ 5. Совершение преступления организованной группой
Организованная группа как более опасная форма соучастия имеет место, если установлены следующие ее признаки:
1. Формальный признак наличия заранее объединившихся двух и более
субъектов для совершения одного или нескольких преступлений.
2. Оценочный признак устойчивости, под которой судебная практика
понимает особую характеристику субъективной связи группы лиц,
тщательно готовящих и планирующих совершение преступлений,
распределяющих роли между соучастниками. Об устойчивости группы лиц
свидетельствуют также техническое оснащение, постоянство форм и методов
преступной
деятельности.
Устойчивость
такой
группы
может
обуславливаться длительным знакомством участников, профессиональными,
служебными, личными отношениями и т.п.
Такое понимание устойчивости как оценочной характеристики организованной группы было впервые (применительно к действующему
законодательству) сформулировано в п. 4 постановления Пленума
Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения
судами законодательства об ответственности за бандитизм»246 и
впоследствии стало традиционным247.
В судебной практике вывод о наличии устойчивости, как правило, обосновывается длительностью либо многоэпизодностью преступной деятельности, однако уголовный закон допускает совершение организованной группой
и одного преступления248 при доказанности особой тщательности подготовки
к его совершению.
БВС РФ. 2005. № 4. С. 2.
БВС РФ. 1997. № 3. С. 2.
247
БВС РФ. 2011. № 1. С. 24; 2012. № 3. С. 14; 2012. № 12. С. 27; 2014. № 11. С. 20.
248
Стоит обратить внимание на суждение о том, что «между группой лиц, действующих
по предварительному сговору, и организованной группой нет и не может быть четкой границы, если организованная группа создается для совершения одного преступления». См.:
Уголовное право России. Общая часть / под ред. Н.М. Кропачева, Б.В. Волженкина,
В.В. Орехова. СПб., 2006. С. 606.
196
245
246
К. и Д. с двумя неустановленными лицами с целью незаконного
обогащения вступили в преступный сговор для изъятия у Б. под угрозой
расправы крупной суммы денег. К., Д. и один из неустановленных
соучастников приехали к Б., в его квартире стали требовать у него 6 тыс.
долларов США. Под воздействием угроз Б. вынужден был передать неустановленному лицу деньги, золотые и серебряные изделия.
Не получив требуемой суммы в долларах, К. и Д. вывели потерпевшего
из квартиры против его воли и на ожидавшей их автомашине привезли в
чужую квартиру, где удерживали более двух недель, связав руки и ноги,
круглосуточно охраняя и требуя под угрозой убийства деньги, а затем — его
двухкомнатную квартиру. В итоге К., Д. с двумя не установленными по делу
сообщниками перевезли потерпевшего в его квартиру для оформления
документов, а еще через одиннадцать дней они вчетвером организовали
продажу квартиры Б. через нотариальную контору. В этот же день деньги
от продажи квартиры все четверо поделили между собой в машине в
присутствии Б.
Исследуя доказательства, суд пришел к выводу о наличии устойчивой
связи между К., Д. и двумя неустановленными лицами и, соответственно, о
совершении похищения человека и вымогательства организованной
группой249.
В то же время в судебной практике нередко встречаются случаи необоснованного вменения преступления по признаку его совершения организованной группой. Как правило, такие ошибки связаны с неустановлением признака устойчивости группы.
М. и С., дезертировав из строительной воинской части, с целью
добывания средств на существование объединились в организованную
устойчивую группу для совершения преступлений. Реализуя свои намерения,
они совершили квартирную кражу, похитив имущество на общую сумму 2,5
млн. рублей (в ценах октября 1996 г.). После этого М. и С. договорились
совершить нападение на гражданина И. с целью завладения его имуществом, в т.ч. ключами от квартиры, чтобы в дальнейшем проникнуть в нее для
совершения хищения. Осуществляя задуманное, они несколько дней ожидали
И. в подъезде дома и, дождавшись, жестоко избили, причинив ему телесные
повреждения, повлекшие смерть на месте совершения преступления. С.
обыскал одежду убитого и похитил паспорт, деньги и другое имущество на
общую сумму 365 тыс. рублей, а также ключи от квартиры. Ночью М. и С.
открыли похищенными ключами входную дверь, проникли в квартиру, где
спала гражданка И., и, чтобы она не воспрепятствовала завладению
имуществом, убили ее. Похитив вещи на сумму более 3 млн. рублей и
паспорт убитой, М. и С. скрылись, но через четыре дня были задержаны.
Действия осужденных, связанные с хищением имущества, органы
следствия и суд квалифицировали как совершенные организованной группой.
Военная коллегия Верховного Суда РФ, рассмотрев дело в кассационном
249
БВС РФ. 1997. № 8. С. 5. См. также: БВС РФ. 2004. № 4. С. 18.
197
порядке, не согласилась с указанной квалификацией, исключила
квалифицирующий признак — совершение кражи и разбоя организованной
группой по следующим основаниям.
Осужденные как на предварительном следствии, так и в судебном
заседании утверждали, что после совершения дезертирства они в целях
приобретения одежды и денег для отъезда из Москвы совершили по
предварительному сговору квартирную кражу. Поскольку похищенного
имущества оказалось недостаточно, они по предварительному сговору
совершили разбойное нападение и убийство И., после чего из Москвы
выехали. Каких-либо доказательств, подтверждающих, что М. и С. заранее
договорились объединиться в устойчивую организованную группу для
совершения преступлений, в материалах дела не имеется250.
Особо надо отметить, что в силу сложившейся в последние годы судебной практики в случаях, когда преступление признается совершенным организованной группой, все ее участники признаются исполнителями преступления вне зависимости от фактического участия в совершаемом преступлении в случае, если нормой Особенной части не предусмотрено наличие специального субъекта преступления (п. 10 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве», п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря
2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»251).
Судом установлено, что при похищениях Б. и Н., вымогательстве денег
за их освобождение действовала объединившаяся для этого организованная
группа. В этой группе планировались похищения, подбирались жертвы,
устанавливались место работы и место жительства жертв, способы их
передвижения. Среди участников группы заранее были распределены роли,
все выполняли отведенную им роль, группа была устойчива, сплочена,
отличалась высокой степенью организованности и конспирацией, имела
своих руководителей. В необходимых случаях участники были осведомлены о
роли других участников организованной группы. Выполняя порученные
действия, каждый тем самым реализовывал общую цель организованной
группы на получение денежных средств от похищения потерпевших.
М. являлся одним из членов и участников этой организованной группы.
Именно М., согласно отведенной ему роли, подбирал людей для похищения и
последующего вымогательства денег за их освобождение, собирал
информацию об их материальном положении, бизнесе, родственниках,
способности заплатить выкуп, узнавал маршруты и способы передвижения,
передавал эти сведения членам группы, а после похищения собирал
информацию об обстановке в семьях похищенных лиц, сборе денег,
обращениях в милицию, о чем сообщал другим членам преступной группы.
Это позволяло вырабатывать тактику поведения с родственниками
похищенных людей и своевременно корректировать действия по реализации
250
251
БВС РФ. 1998. № 11. С. 10.
БВС РФ. 1999. № 3. С. 2; 2003. № 1. С. 2.
198
намеченной цели. Именно ему – человеку, вхожему в семьи потерпевших,
было проще собрать вышеуказанную важную информацию, поскольку
полностью отсутствовал риск быть разоблаченным родственниками
похищенных людей.
При таких обстоятельствах М. как участник организованной группы
несет уголовную ответственность как соисполнитель за каждое
преступление, совершенное организованной группой, в котором он
участвовал или которое подготавливал252.
Однако если лицо подстрекало другое лицо или группу лиц к созданию
организованной группы для совершения конкретных преступлений, но не
принимало непосредственного участия в подборе ее участников, планировании и подготовке к совершению преступлений (преступления) либо в их
осуществлении, его действия следует квалифицировать как соучастие в совершении организованной группой преступлений со ссылкой на ч. 4 ст. 33
УК РФ.
Определенные сложности в квалификации деяний, совершенных
участниками организованной группы, имеют место, когда ответственность за
преступление, совершенное в составе организованной группы, несет
специальный субъект.
Например, в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27
декабря 2007 г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве,
присвоении и растрате»253 справедливо указано, что в организованную
группу, совершающую присвоение и (или) растрату, могут входить лица, не
обладающие полномочиями по распоряжению, управлению или пользованию
вверенным имуществом, а также по его доставке либо хранению, которые заранее объединились для совершения одного или нескольких преступлений.
При наличии к тому оснований они несут ответственность как организаторы,
подстрекатели либо пособники присвоения.
В последнее время в судебной практике наметился поворот к признанию
всех участников организованной группы исполнителями преступления, даже
если ответственности за такое преступление подлежит специальный субъект.
Так, согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по
делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях»254, в
случае признания получения взятки либо коммерческого подкупа
организованной группой действия всех ее членов (в том числе, не
обладавших признаками специального субъекта получения взятки или
коммерческого подкупа), принимавших участие в подготовке и совершении
этих преступлений, независимо от того, какие функции они выполняли,
подлежат квалификации как соисполнительство в получении взятки или
коммерческого подкупа (ст. 204, 290 УК РФ). При этом данные преступления
БВС РФ. 2011. № 9. С. 8.
БВС РФ. 2008. № 2. С. 3.
254
БВС РФ. 2013. № 9. С. 2.
252
253
199
признаются оконченными с момента принятия незаконного вознаграждения
любым членом организованной группы.
В любом случае, организаторы и руководители несут ответственность за
все совершенные организованной группой преступления, если они охватывались их умыслом. Другие члены организованной группы привлекаются к ответственности за преступления, в подготовке или совершении которых они
участвовали.
§ 6.
Совершение
преступления
(преступной организацией)
преступным
сообществом
Преступное сообщество (преступная организация) — самая опасная
форма соучастия. Ее нормативно определенными признаками являются:
— наличие четкой структурированности либо объединения нескольких
организованных групп;
—
единое
руководство,
объединенное
общей
преступной
деятельностью;
— нацеленность на совершение тяжких и особо тяжких преступлений;
— стремление получения финансовой или иной материальной выгоды от
преступной деятельности.
Надо отметить, что сам факт создания преступного сообщества
(организации) и участия в нем является оконченным преступлением и влечет
ответственность по ст. 210 УК РФ.
В доктрине отмечается, что преступному сообществу (преступной
организации) присущи жесткая организационно-управленческая структура;
устойчивый, планируемый, законспирированный характер деятельности;
нейтрализация контроля со стороны государственных и общественных
институтов (например, через подкуп чиновников); экономическая
деятельность с использованием трудностей экономики; совмещение нелегального и легального бизнеса; распространение своего влияния на определенной территории.
Также о преступной организации (преступного сообщества) как
наиболее опасной форме соучастия могут свидетельствовать наличие
устоявшихся связей, организационно-управленческих структур, финансовой
базы, единой кассы из взносов от преступной деятельности, конспирации,
иерархии подчинения, единых и жестких правил взаимоотношений и
поведения с санкциями за нарушение неписаного устава сообщества.
Признаки
организованности преступной
организации
(преступного
сообщества) — это четкое распределение функций между соучастниками,
тщательное планирование преступной деятельности, наличие внутренней
жесткой дисциплины и т.д.
Кроме того, в доктрине считается, что преступная организация — это
единая организационная структура, а преступное сообщество представляет
200
собой объединение преступных организаций или организованных групп под
единым руководством255.
Данные позиции были во-многом подтверждены сложившейся судебной
практикой.
Для установления совершения преступления преступным сообществом
(преступной организацией) надлежит руководствоваться предписаниями
постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12 «О
судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного
сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)»256 (далее –
ППВС РФ от 10 июня 2010 г. № 12).
В п. 3-5 вышеуказанного постановления определено, что под
структурированной организованной группой следует понимать группу лиц,
заранее объединившихся для совершения одного или нескольких тяжких
либо особо тяжких преступлений, состоящую из подразделений (подгрупп,
звеньев и т.п.), характеризующихся стабильностью состава и
согласованностью своих действий. Кроме единого руководства,
структурированной организованной группе присущи взаимодействие
различных ее подразделений в целях реализации общих преступных
намерений, распределение между ними функций, наличие возможной
специализации в выполнении конкретных действий при совершении
преступления и другие формы обеспечения деятельности преступного
сообщества (преступной организации).
Структурное подразделением преступного сообщества (преступной
организации) представляет собой функционально и (или) территориально
обособленную группу, которая в единых рамках и целях осуществляет
преступную деятельность.
Наконец, объединение организованных групп предполагает наличие
единого руководства и устойчивых связей между самостоятельно
действующими организованными группами, совместное планирование и
участие в совершении тяжких или особо тяжких преступлений, совместное
выполнение иных действий, связанных с функционированием такого
объединения.
Агапов П.В. Организация преступного сообщества (преступной организации) и участия
в нем (ней): дискуссионные аспекты уголовно-правовой характеристики // Библиотека
уголовного права и криминологии. 2014. № 3. С. 45-55; Кузнецова Н.Ф. Ответственность
за преступные сообщества: проблемы толкования и применения новаций, внесенных ФЗ
от 3 ноября 2009 г. в УК РФ // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2011.
№ 1. С. 8-20; Куфлева В.Н. Вопросы разграничения организации преступного сообщества
(преступной организации) и участия в нем (ней) со смежными составами преступлений //
Общество и право. 2015. № 1. С. 89-93; Мондохонов А.Н. Признаки преступного
сообщества (преступной организации) // Законность. 2010. № 9. С. 38-40; Сердюкова К.А.
Преступное сообщество (преступная организация) как объединение организованных
групп // Законность. 2016. № 9. С. 46-50; и др.
256
БВС РФ. 2010. № 8. С. 3.
201
255
В соответствии с п. 10 ППВС РФ от 10 июня 2010 г. № 12, под
руководством преступным сообществом (преступной организацией) и их
структурными
подразделениями
понимается
осуществление
организационных и (или) управленческих функций в отношении преступного
сообщества (преступной организации), структурных подразделений,
отдельных участников как при совершении конкретных преступлений, так и
при общем обеспечении деятельности преступного сообщества (преступной
организации). Такое руководство может выражаться в определении целей, в
разработке общих планов деятельности, в подготовке к совершению
конкретных преступлений, в совершении иных действий, направленных на
достижение целей преступного сообщества (преступной организации) и их
структурных подразделений.
К функциям руководителя преступного сообщества (преступной
организации) также относится принятие решений и дача соответствующих
указаний участникам преступного сообщества (преступной организации) по
вопросам, связанным с распределением доходов, полученных от преступной
деятельности, с легализацией (отмыванием) денежных средств, добытых
преступным путем, с вербовкой новых участников, с внедрением членов
группировок в государственные, в том числе правоохранительные, органы.
Руководство преступным сообществом (преступной организацией) может
осуществляться как единолично, так двумя и более лицами.
Например, на территории Карачаево-Черкесской Республики было
создано и существовало преступное сообщество, состоящее из религиозновоенизированных объединений — ваххабитских «джамматов», т.е. из
автономных устойчивых групп как структурных подразделений. Данная
преступная организация имела своей целью совершение тяжких и особо
тяжких преступлений и совершала эти преступления. Она отличалась
большим и стабильным составом членов, высокой степенью организации и
сплоченности, четким распределением ролей, имела ярко выраженных
лидеров — «духовных наставников», авторитет которых был непререкаем,
чьи приказы выполнялись фактически беспрекословно, достаточно высоко и
стабильно финансировалась. В результате террористических актов в
городах Минеральные Воды и Адыге-Хабль, совершенных преступным сообществом, погибли 27 человек257.
Структурированность
преступного
сообщества
(преступной
организации), единое руководство его (ее) подразделениями, иерархический
характер структуры, постоянство преступной деятельности на определенной
территории, наличие определенных внутренних «правил поведения» и
«руководящего состава» – эти признаки качественно «превосходят» признак
устойчивости, характерный для организованной группы.
Как указал суд, органами предварительного следствия в подтверждение
вины З. и Б. в создании преступного сообщества и руководстве им и вины Т.
и Г. в участии в преступном сообществе приведены те же самые
257
БВС РФ. 2006. № 7. С. 22.
202
доказательства, которые подтверждают их виновность в легализации
(отмывании) денежных средств, приобретенных незаконным путем.
Существование между виновными преступных длительных связей,
регулярное отмывание ими денежных средств, приобретенных незаконным
путем, обоснованно расценено судом как совершение преступления
организованной группой, а не преступным сообществом, поскольку для
последнего характерны не просто устойчивость, но и наличие структурных
преступных подразделений, конспирации и иерархии подчинения. Между тем
таких данных суду при рассмотрении дела стороной обвинения
представлено не было258.
Обязательным признаком преступного сообщества (преступной
организации) является цель получения финансовой и иной материальной
выгоды.
В соответствии с п. 2 ППВС РФ от 10 июня 2010 г. № 12, под прямым
получением такой выгоды понимается совершение преступлений, в
результате которых осуществляется непосредственное противоправное
обращение в пользу членов преступного сообщества (преступной
организации) денежных средств, иного имущества, включая ценные бумаги и
т.п. в свою очередь, косвенное получение указанной выгоды предполагает
совершение преступлений, которые непосредственно не посягают на чужое
имущество, однако обусловливают в дальнейшем получение денежных
средств и прав на имущество или иной имущественной выгоды не только
членами сообщества (организации), но и другими лицами.
Х. и К. признаны виновными в создании преступногосообщества с целью
совершения хищений денежных средств граждан путем мошенничества, Х.
– в руководстве им, К. – в руководстве его структурным подразделением.
Х. стала заниматься «лохотроном» с целью совершения хищений
денежных средств мошенническим путем. Эту деятельность она
осуществляла со своими сообщниками возле станции метро «Водный
стадион» следующим образом: проходящему мимо гражданину вручался
рекламный проспект, после чего ему сообщали о том, что в рамках
проводимой рекламной акции он выиграл приз. Другим претендентом на
получение приза являлся соучастник преступной группы, выполнявший
отведенную ему роль. Поскольку на заведомо несуществующий приз было,
таким образом, два претендента, соучастник предлагал вовлеченному
гражданину разыграть этот приз. За получение приза граждане вносили
денежные суммы, после чего члены преступной группы объявляли их
проигравшими и скрывались с похищенными деньгами.
Х. осуществляла руководство лидерами нескольких организованных
групп, участники которых напрямую общались с потерпевшими. Из числа
передаваемых ей похищенных денег она выплачивала своим подчиненным
«зарплату». Наряду с этим в ее обязанности входило непосредственное
наблюдение за совершением преступлений, действиями соучастников с
258
БВС РФ. 2007. № 7. С. 25.
203
целью отслеживания выполнения ими обязанностей. В каждой группе,
именуемой «бригадой», существовало четкое распределение ролей.
К. принимал участие в бригаде «лохотронщиков» у станций метро
«Улица 1905 года» и «ВДНХ». Х. предложила ему «работать» на новых
точках, и он вместе с Н. собрал две группы. Х поставила их «работать» и
платила три процента с каждого рубля, после «работы» она собирала
деньги, рассчитывалась с ними. К. совместно с Н. привлек к участию в
«лохотроне» значительное количество лиц и разделил их на группы
(бригады), после чего указал им место «работы» у метро. Лица, входившие в
состав созданных ими групп, напрямую подчинялись Х. и ей же передавали
все деньги. Она ежедневно определяла время начала и окончания преступной
деятельности.
Подразделения
преступногосообщества
представляли
собой
объединения по десять и более лиц под единым руководством с четким
распределением ролей между соучастниками, жесткой внутренней
дисциплиной. У станций метро одновременно либо поочередно действовали
одна или несколько организованных груп. Похищенные денежные средства
аккумулировались руководителями преступных групп и ежедневно
передавались Х.259.
Согласно ч. 5 ст. 35 УК РФ организатор (и руководитель) преступного
сообщества (преступной организации) несут ответственность за все
преступления, совершенные таким сообществом (организацией), охваченные
его умыслом. Другие участники преступного сообщества (преступной
организации) подлежат ответственности за те преступления, в совершении
которых непосредственно участвовали.
Суд, признавая Л., участвовавшего в преступномсообществе, виновным
в совершении ряда преступлений, не указал в приговоре, в чем заключалась
именно его роль в данных преступлениях, а сослался лишь на то, что он,
«являясь членом группы лиц», знал, что по указанию руководителей группы
членами группы и для группы было приобретено вооружение, перечисленное в
приговоре, которое одним из членов группы было перевезено в гаражные
боксы для хранения. Таким образом, суд установил, что незаконное хранение
огнестрельного оружия и боеприпасов было совершено иным лицом.
При таких обстоятельствах Л., участвовавший в преступном
сообществе, которое он не организовывал и которым не руководил, не
может нести ответственность за совершение другими участниками
преступногосообщества преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 222 УК
РФ, о которых он был лишь осведомлен, но сам в подготовке или совершении
их согласно установленным судом фактическим обстоятельствам дела не
участвовал260.
Существенным пробеломуголовного закона является то, что в
уголовном законе такое квалифицирующее обстоятельство как «совершение
259
260
БВС РФ. 2003. № 6. С. 9.
БВС РФ. 2011. № 1. С. 25.
204
преступления преступным сообществом (преступной организацией)»
отсутствует. Судебная практика, в соответствии с п. 16 ППВС РФ от 10 июня
2010 г. № 12, восполняет указанный пробел законодательства тем, что при
квалификации совершения преступления преступным сообществом
(преступной организацией) все же вменяется отягчающее обстоятельство
совершения преступления организованной группой. Такое решение вопроса
по существу является вынужденным (ведь это не что иное, как применение
закона по аналогии) и требует внесения серьезных изменений в действующее
уголовное законодательство.
К. создал преступное сообщество, в которое вошли в том числе
работники милиции, с целью хищения нефтепродуктов из нефтепровода.
Виновными, длительное время (более двух лет) принимавшими участие в
преступной деятельности, была разработана четкая система действий,
направленных на хищение нефтепродуктов в крупном размере: существовала иерархическая структура, состоявшая из руководителей и
исполнителей; всю группу К. разделил на два структурных подразделения;
существовала жесткая схема, согласно которой регулярно изготавливались
очередные врезки в нефтепровод, изыскивались специальные транспортные
средства и места сбыта похищенного, разрабатывались способы
конспирации, в т.ч. от правоохранительных органов. С учетом этого преступная группа признана преступным сообществом, а содеянное
квалифицировано как участие в преступном сообществе и совершение краж
организованной группой и в крупном размере261.
§ 7.
Специальные
соучастников
вопросы
уголовной
ответственности
УК РФ в ст. 8 называет единственное основание уголовной ответственности — установление всех признаков состава преступления в совершенном
деянии. Это означает, что все соучастники несут ответственность по единому
основанию, но с применением специальной нормы (ст. 34 УК РФ), устанавливающей пределы их уголовной ответственности.
При регламентации пределов уголовной ответственности соучастниковуголовный закон опирается на доктрину «ограниченной акцессорности»,
разработанную в отечественной теории М.И. Ковалевым262. В соответствии с
данной доктриной, ответственность соучастников, не являющихся исполнителями, связывается с ответственностью исполнителя не во всех, а в строго
определенных юридических случаях.
БВС РФ. 2003. № 9. С. 10.
Пожалуй, в трудах этого автора впервые было признано, что и «советскому уголовному
праву свойственно признание на деле акцессорной природы соучастия». См.: Ковалев
М.И. К вопросу о понятии соучастия в советском уголовном праве // Правоведение. 1959.
№ 4. С. 98.
205
261
262
Так как исполнитель полностью или частично исполняет объективную
сторону преступления, то его уголовная ответственность наступает только
согласно статье Особенной части УК РФ.
По общему правилу действия организатора, подстрекателя и пособника
квалифицируются по статье Особенной части УК РФ со ссылкой на соответствующую часть ст. 33 УК РФ. Если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно участвуют в совершении преступления, то их действия
квалифицируются как исполнительство, без ссылки на ст. 33 УК РФ.
Данное правило верно при квалификации преступления, совершенного в
сложном соучастии при совершении преступления группой лиц по предварительному сговору (как известно, при совершении преступления группой лиц
без предварительного сговора допускается только соисполнительство)263.
В судебной практике также выработано правило, что если в действиях
организатора преступления наличествуют признаки пособничества или подстрекательства, то содеянное квалифицируется со ссылкой на ч. 3 ст. 33 УК
РФ только как организация преступления.
В одном из решений Верховного Суда РФ указано, что поскольку
организаторская роль осужденной заключалась в подыскании исполнителя
убийства, склонении его к совершению преступления, разработке плана
убийства двух лиц, сокрытии трупов, следов преступления и ведении
переговоров относительно платы за совершенное преступление, то ее
действия следует квалифицировать по ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ
и дополнительной квалификации по ч. 4, 5 ст. 33 УК РФ не требуется264.
Как говорилось выше, для вменения квалифицирующего обстоятельства
совершения преступления группой лиц по предварительному сговору необходимо установить, что в результате договоренности объективная сторона
преступления в той или иной мере исполнена минимум двумя субъектами.
Если, несмотря на наличие предварительного сговора между субъектами,
объективная сторона преступления исполнена только одним лицом (а остальные являются организаторами, подстрекателями, пособниками), то наличествует ситуация, когда юридическое соучастие в совершении преступления,
бесспорно, имеется, но квалифицирующий признак — совершение преступления группой лиц по предварительному сговору — не может быть вменен.
Е. осужден военным судом Приволжского военного округа за убийство,
совершенное по предварительному сговору группой лиц с целью облегчить
совершение другого преступления, а А. — за пособничество в этом
убийстве. Е. и А. договорились совместно похитить имущество из
квартиры Д., а деньги от его последующей реализации поделить между
собой. При этом для беспрепятственного проникновения в квартиру они
решили завладеть ключами от нее, убив с этой целью несовершеннолетнего
Д. в заранее оговоренном месте. Исполняя задуманное, А. пригласил
263
264
БВС РФ. 2003. № 3. С. 10.
БВС РФ. 2001. № 12. С. 12.
206
мальчика пройти за трансформаторную будку, расположенную недалеко от
места жительства потерпевшего. Там Е. заранее приготовленной веревкой
задушил его и изъял ключи от квартиры. Эти действия Е. судом
квалифицированы по п. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Военная коллегия Верховного Суда РФ расценила данную квалификацию
как ошибочную и приговор в этой части изменила. Убийство признается
совершенным группой лиц по предварительному сговору тогда, когда два или
более лица, имея договоренность, направленную на убийство,
непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего. В
суде же установлено, что убийство потерпевшего Д. путем удушения веревкой совершил один Е., но А. в лишении жизни Д. непосредственного
участия не принимал. Он лишь содействовал Е. тем, что завлек
потерпевшего в уединенное место. Поскольку соучастие в виде
пособничества в убийстве потерпевшего не образует группы,
квалифицирующий признак ст. 105 УК РФ, предусмотренный по п. «ж», т.е.
группой лиц по предварительному сговору, вменен необоснованно265.
При совершении преступления в более опасной форме соучастия — организованной группой — последняя непосредственно влияет на пределы уголовной ответственности соучастников.
В соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве»266 и
последующими разъяснениями Верховного Суда РФ, при признании
преступления совершенным организованной группой действия всех соучастников (независимо от их фактической) роли в преступлении следует
квалифицировать как соисполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ. Таким
образом, действия любого участника организованной группы, а не только
организатора расцениваются как исполнительство.
Данное судебное правило имеет место и в отношении квалификации
содеянного участниками преступного сообщества (преступной организации)
как наиболее опасной формы соучастия.
Судебная практика по-разному устанавливает пределы уголовной
ответственности участников организованных групп, преступных сообществ
(преступных организаций) в преступлениях со специальным субъектом.
С одной стороны, в отношении присвоения и растраты, совершенных
организованной группой, действует правило, согласно которому действия
лиц, не являющихся специальными субъектами, не могут расцениваться как
исполнительство преступления со специальным субъектом, и согласно ч. 4
ст. 34 УК РФ указанные лица расцениваются как организаторы, пособники
либо подстрекатели совершения преступления267.
БВС РФ. 2000. № 5. С. 12.
БВС РФ. 1999. № 3. С. 2.
267
БВС РФ. 2008. № 2. С. 3.
265
266
207
С другой стороны, в последнее время в отношении коррупционных
преступлений (получения взятки и коммерческого подкупа) действия общих
субъектов, входящих в организованную группу (преступную организацию,
преступное сообщество) расцениваются как соисполнительство в
совершении указанных преступлений даже, если в группе существует лишь
один специальный субъект268.
Уголовный закон особо регламентирует пределы уголовной ответственности других соучастников при неоконченном преступлении и добровольном
отказе от преступления.
При недоведении исполнителем преступления до конца по не зависящим
от его воли причинам уголовная ответственность связана с деятельностью
фигуры исполнителя: он несет ответственность за организацию, подстрекательство или пособничество в приготовлении к совершению преступления
или в покушении на преступление (ч. 5 ст. 34 УК РФ).
О. предложил К. и Ю. совершить разбойное нападение на водителя
автомашины с применением оружия, пообещав обоим материальное
вознаграждение и передав К. обрез и боевые патроны. О. разработал план
преступления, который исполнителям — К. и Ю. — осуществить не удалось
по не зависящим от их воли причинам, так как автомашина, в которой они
находились, была задержана работниками ГАИ.
По приговору суда О. признан виновным в приготовлении к разбойному
нападению с применением оружия. Согласно ч. 3 ст. 34 УК РФ уголовная
ответственность организатора, подстрекателя и пособника наступает по
статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со
ссылкой на ст. 33 УК РФ, за исключением случаев, когда они одновременно
являлись соисполнителями преступления. Так как О. являлся организатором
готовящегося разбойного нападения, его действия с учетом требований ч. 3
ст. 34 УК РФ должны квалифицироваться со ссылкой на ч. 3 ст. 33 УК
РФ269.
Подстрекатель, которому не удалось склонить другое лицо к совершению преступления, отвечает за приготовление к совершению этого преступления.
При добровольном отказе исполнителя от доведения преступления до
конца действия других соучастников подлежат самостоятельной уголовноправовой оценке. В этом и выражается ограниченный характер акцессорной
ответственности соучастников, не являющихся исполнителями преступления:
— организатор преступления и подстрекатель к преступлению не подлежат уголовной ответственности, если эти лица своевременным сообщением органам власти или иными принятыми мерами предотвратили
доведение преступления исполнителем до конца.
268
269
БВС РФ. 2013. № 9. С. 2.
БВС РФ. 2003. № 3. С. 10.
208
— пособник преступления не подлежит уголовной ответственности,
если он предпринял все зависящие от него меры, чтобы предотвратить
совершение преступления.
Эксцесс исполнителя (ст. 36 УК РФ) — это совершение лицом преступления, не охваченного умыслом других соучастников. Эксцесс может быть:
— количественным — в случае, если исполнителем совершается однородное преступление. Так, если умысел двух лиц был направлен на совершение грабежа, а один из участников применил насилие, опасное для
жизни и здоровья, только действия последнего лица квалифицируются как
разбой270;
— качественным — в случае, если совершенное исполнителем преступление посягнуло на другой объект (например, при общем умысле соучастников на разбой исполнитель совершил убийство).
За эксцесс несет ответственность только сам исполнитель, допустивший
эксцесс, а другие соучастники уголовной ответственности не подлежат271.
Ж. признан виновным в том, что по предварительному сговору с Б.
решил украсть автомашину, принадлежащую И. Во время совершения
кражи их заметила свидетель П., которая потребовала прекратить
преступные действия и стала звать на помощь. Б., желая осуществить
свои преступные намерения, избил П., причинив ей легкие телесные
повреждения, демонстрируя при этом нож. Суд первой инстанции признал
Ж. и Б. виновными в совершении группового вооруженного разбоя.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ установила,
что во время открытого завладения чужим имуществом (автомобилем) Б.
применил к потерпевшей насилие, опасное для жизни и здоровья, о чем он с
Ж. не договаривался (т.е. допустил эксцесс исполнителя). Поэтому
действия Ж. должны квалифицироваться как групповой грабеж по п. «а»
ч. 2 ст. 161 УК РФ272.
Литература
1. Аветисян С.С. Соучастие в преступлениях со специальным составом.
М., 2004.
2. Агапов П.В. Основы теории регламентации ответственности и
противодействия организованной преступной деятельности. СПб., 2011.
3. Арутюнов А.А. Соучастие в преступлении. М., 2013.
4. Бабий Н.А. Соучастие в преступлении: формы, виды, ответственность.
М., 2015.
5. Безбородов Д.А.Уголовно-правовое регулирование ответственности за
совместное совершение преступления. СПб., 2007.
БВС РФ. 1995. № 10. С. 7.
БВС РФ. 1999. № 7. С. 7; 2013. № 11. С. 38; 2016. № 5. С. 39.
272
БВС РФ. 1998. № 5. С. 8.
209
270
271
6. Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы
квалификации. Краснодар, 2000.
7. Глазкова Л.В. Бандитизм и преступные сообщества: вопросы
разграничения. М., 2013.
8. Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия в советском уголовном
праве. Саратов, 1991.
9. Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Екатеринбург, 1999.
10. Козлов А.П. Соучастие: традиции и реальность. СПб., 2001.
11. Кубов Р.Х.Уголовная политика в сфере борьбы с организованными
формами преступной деятельности. М., 2008.
12. Махоткин И.Н. Уголовно-правовое обеспечение борьбы с
организованной преступностью. М., 2006.
13. Мондохонов А.Н. Ответственность за организацию преступного
сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней). М., 2011.
14. Павлухин А.Н. Виды и ответственность соучастников преступления.
М., 2007.
15. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. IХ. Соучастие в преступлении / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2016.
210
Тема 12. МНОЖЕСТВЕННОСТЬ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
В результате изучения студент должен:
знать понятие множественности преступлений и ее отличия от
сложных единичных преступлений; понятие и признаки совокупности
преступлений; понятие и признаки рецидива преступлений;
уметь
понимать
юридические
основания
выделения
форм
множественности преступлений; принимать правовые решения в
соответствии с положениями УК РФ о множественности преступлений;
понимать юридические последствия конкуренции уголовно-правовых норм;
владеть навыками применения правил юридической оценки
совокупности и рецидива преступлений; анализировать различные коллизии,
связанные с конкуренцией уголовно-правовых норм.
§ 1. Понятие и формы множественности преступлений
В общем плане множественность преступленийможно определить
как совершение лицом двух и более преступлений, если при этом возможна
уголовная ответственность за каждое из них либо не погашены юридические
последствия за ранее совершенные преступления.
Таким образом, множественность преступлений проявляется в первую
очередь в совершении одним и тем же лицом двух или более преступлений.
При этом учитываются только те из них, которые влекут за собой уголовноправовые последствия (т.е. лицо не освобождается от уголовной ответственности за преступление по основаниям, предусмотренным в ст. 75—78 УК РФ,
либо за соответствующие преступления не погашена и не снята судимость
и т.д.). Говоря иными словами, множественность преступлений — это совершение лицом двух и более преступлений, по которым не аннулированы
уголовно-правовые последствия, влекущие усиление уголовной ответственности (в первую очередь, наказания)273.
Формами множественности согласно действующему уголовному
законодательству являются совокупность и рецидив преступлений (ст. 17, 18
УК РФ). Необходимо заметить, что в теории уголовного права существуют
иные точки зрения относительно понимания форм множественности
преступлений274.
До принятия Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О
внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» в УК РФ выделялась еще одна форма множественности — неоднократность преступлений. По всей видимости, в науке уголовного права еще
См.: Васильева Е.Г. Формы множественности преступлений по действующему уголовному законодательству: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Ставрополь, 2005. С. 6.
274
Распространена точка зрения о наличии всего двух форм множественности преступлений — повторности и идеальной совокупности. См.: Малков В.П. Множественность преступлений и ее формы по советскому уголовному праву. Казань, 1982. С. 44—45.
211
273
долго будут ломать копья по вопросу о необходимости и целесообразности
исключения неоднократности как формы множественности преступлений и
как квалифицирующего обстоятельства в статьях Особенной части УК РФ.
Тем не менее неоднократность оставлена в качестве альтернативного конструктивного признака основных составов таких преступлений, как незаконное
усыновление (удочерение) и незаконное использование товарного знака (ч. 1
ст. 154, ч. 1 ст. 180 УК РФ).
Юридическое значение множественности преступлений состоит в том,
что она по общему правилу является обстоятельством, ужесточающим
окончательное наказание (ст. 68, 69 УК РФ).
§ 2. Соотношение множественности преступлений и единичного
преступления
Нередко на практике трудно отграничить отдельное (единичное) преступление от множественности преступлений.
Понятие единичного (единого)преступления разработано наукой и судебной практикой. Единым преступлением следует считать совершение однородных либо разнородных общественно опасных деяний, объединенных
внутренней связью объективных и субъективных признаков в единый состав
преступления и квалифицируемых по одной норме Особенной части УК РФ.
Множественность отсутствует при последовательно совершаемых приготовлении, покушении и оконченном преступлении.
Как следует из материалов дела и приговора суда, М., вооруженный
автоматом, 10, 11 и 12 февраля 2000 г. приезжал к месту предполагаемого
убийства Б. и сопровождавших его лиц, однако совершить преступление не
смог, поскольку Б. в аэропорт не прибыл. Эти действия М. суд
квалифицировал как приготовление к убийству.
Вместе с тем 13 февраля 2000 г., реализуя то же самое преступное
намерение тем же способом, получив сигнал о приближении автомашин, в
которых находились Б. и сопровождавшие его лица, он открыл по ним
стрельбу из автомата. При этом был убит Н. Умысел на убийство всех
потерпевших осужденный не довел до конца по независящим от его воли
обстоятельствам. Таким образом, действия М. в отношении одного и того
же потерпевшего, направленные на достижение единого преступного
результата, совершенные в короткий промежуток времени и связанные с
теми же целями и мотивами, следует рассматривать как одно
преступление, не требующее дополнительной квалификации содеянного М.,
предшествовавшего
достижению
преступного
результата,
как
275
приготовление к преступлению .
Видами единичных преступлений, не образующих множественность,
являются:
275
БВС РФ. 2008. № 10. С. 12.
212
Сложное (составное) преступление, когда в качестве единичного преступления признается такая совокупность действий, каждое из которых, совершенное в отдельности, содержит признаки другого единичного преступления (например, изнасилование, сопровождающееся побоями и повлекшее
заражение потерпевшей венерическим заболеванием, как единое преступление содержит признаки, предусмотренные ст. 116 и 121 УК РФ).
Продолжаемое преступление слагается из двух и более последовательно совершенных деяний, которые должны носить тождественный характер, должны быть направлены на один и тот же объект и охвачены единым
умыслом виновного (например, продолжаемое тайное хищение или присвоение чужого имущества, совершаемое в несколько приемов). Продолжаемое
преступление начинается совершением первого из ряда действий, а оканчивается — последним.
23 февраля 1998 г. около 21 ч. 30 мин. в доме культуры «Юность»
г. Брянска Р. встретил В., с которым находился в неприязненных
отношениях. Между ними произошла очередная ссора, во время которой Р.
ударил В. складным ножом в живот, но потерпевший этого удара не
почувствовал, и они разошлись. Примерно через полчаса в фойе Р. подошел к
В., и между ними вновь произошла ссора. В. первым толкнул Р., а последний
в ответ на это дважды ударил потерпевшего ножом в живот, причинив
ему тяжкий вред здоровью.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала,
что правовая оценка судом действий Р. не соответствует установленным
фактическим обстоятельствам дела. По делу установлено, что между Р. и
В. длительное время существовала неприязнь и по этой причине Р. причинил
В. тяжкий вред здоровью, находясь в одном месте в доме культуры, и через
30 минут будучи в другом, действуя с единым умыслом и по одному мотиву.
Разрыв во времени между первым и вторым действиями Р., приведшими к
единому преступному результату, при отсутствии других данных не
может свидетельствовать о возникновении в каждом случае нового умысла
на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью и не образует
множественности. Поскольку преступное деяние совершено Р. в отношении
одного и того же лица в течение непродолжительного времени, по единому
мотиву, его действия охватывались единым умыслом и свидетельствуют о
едином продолжаемом преступлении. В связи с этим все содеянное Р.
подлежит квалификации по ч. 1 ст. 111 УК РФ276.
Длящееся преступление является длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования (например, незаконное хранение оружия). Длящееся преступление
начинается с момента совершения преступного действия (бездействия) и
кончается вследствие действия самого виновного, наступления событий,
препятствующих совершению преступления (например, вмешательство органов власти), либо когда отпадает обязанность, невыполнение которой лежало
276
БВС РФ. 2002. № 4. С. 9.
213
в основе деяния277. «Классическим» примером длящегося преступления является незаконное хранение огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых
веществ и взрывных устройств (ч. 1 ст. 222 УК РФ).
В 1989 г. Г. незаконно приобрел у неустановленного лица 50
малокалиберных патронов, являющихся боеприпасами, из которых 40
патронов использовал при производстве выстрелов, а 9 патронов незаконно
хранил у себя дома. 20 июля 1997 г. сожительница Г. незаконно приобрела у
неустановленного лица 50 малокалиберных патронов и передала их на
хранение Г. Незаконно хранящиеся боеприпасы изъяты у Г. 16 апреля 1998 г.
Суд установил, что в действиях Г. имелось незаконное хранение
боеприпасов. Периодическое пополнение запасов патронов, которые Г.
продолжал хранить в одном месте до их полного изъятия
правоохранительными органами, свидетельствует о длящемся характере
этого преступления и об отсутствии в содеянном множественности
преступлений278.
§ 3. Совокупность преступлений
В ст. 17 УК РФ определена совокупность преступлений. Основным
признаком этой формы множественности является то, что ни за одно из совершенных преступлений лицо не осуждалось. По смыслу закона совершение двух и более преступлений не должно признаваться совокупностью, если
за ранее совершенное преступление лицо освобождалось от уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 75, 76, 78 УК РФ.
Совокупность могут образовывать между собой любые преступления,за
исключением случаев, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства,
влекущего более строгое наказание (Федеральный закон от 21 июля 2004 г.
№ 73-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации»). По всей видимости, данное уточнение надо относить к случаям, когда
самостоятельное преступное деяние является квалифицирующим признаком
другого преступления.
Действия осужденного В., связанные с нападением на потерпевшую с
целью завладения ее деньгами, в ходе которого потерпевшей был причинен
тяжкий вред здоровью, квалифицированы судом по совокупности
преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 162 и ч. 1 ст. 111 УК РФ. По
смыслу уголовного закона причинение вреда здоровью при разбое полностью
охватывается составом этого преступления. Поэтому если при разбое
См.: постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г. № 23 «Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям» //
СПП ВС РФ. М., 1997. С. 5—6.
278
Законность. 2000. № 5. С. 61.
214
277
причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего, то дополнительной
квалификации по ч. 1 ст. 111 УК РФ не требуется.279
Совокупность преступлений бывает двух видов: реальной и идеальной.
Под реальной совокупностью понимаются случаи, когда лицо совершает несколько преступлений в результате выполнения соответствующего
числу преступлений количества деяний: «два деяния — два преступления»,
«три деяния — три преступления» и т.д.
Реальная совокупность может иметь место и при одновременном
совершении лицом двух преступлений, одно из которых является длящимся
(например, совершение убийства лицом, незаконно хранящим наркотические
средства).
В решениях Верховного Суда РФ указывается, что реальная
совокупность допускается при «параллельном» совершении нескольких
преступных деяний, в т.ч. с одним предметом преступлений.
Например, если при незаконном перемещении наркотиков через
таможенную границу России лицо совершает иные действия, связанные с
незаконным оборотом наркотических средств, то его действия подлежат
квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 228 1 и
2291 УК РФ280.
Реальная совокупность является самым распространенным видом
множественности преступлений.
Суд первой инстанции вынес обвинительный приговор по п. п. «в», «д»,
«з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «д», «з», «е» ч. 2 ст. 105 УК
РФ, а оправдательный – по п. «в» ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 167 УК РФ.
Президиум Верховного Суда РФ указал следующее.
Принимая решение об оправдании К. по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ, суд
без ссылки на основание оправдания в приговоре указал, что квалификации
действий виновного по этой статье УК РФ не требуется, поскольку данные
действия квалифицированы по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как совершенные
при убийстве и покушении на убийство, сопряженных с разбоем. Поскольку
поджог дома был способом убийства потерпевшей, суд также посчитал
обвинение по ч. 2 ст. 167 УК РФ излишним. Данные выводы противоречат
фактическим обстоятельствам дела. Так, в приговоре отражено, что К.
совместно с другими лицами совершил убийство и покушение на убийство,
сопряженные с разбоем. Кроме того, суд признал, что с целью затруднить в
дальнейшем изобличение в совершенных преступлениях К. поджег дом
потерпевших.
По смыслу уголовного закона убийство, сопряженное с разбоем,
квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных п. «з» ч.
2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ, а убийство, совершенное путем поджога
и сопряженное с уничтожением или повреждением чужого имущества,
279
280
БВС РФ. 2004. № 3. С. 14.
БВС РФ. 2014. № 6. С. 19.
215
содержит признаки составов преступлений, предусмотренных п. «д» ч. 2
ст. 105 УК РФ и ч. 2 ст. 167 УК РФ281.
Под идеальной совокупностью понимается случаи, когда в совершенном лицом одном действии (бездействии) содержатся признаки двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями УК РФ. Например, совершенными в идеальной совокупности можно расценить убийство
одного или нескольких потерпевших и умышленное причинение того или
иного вреда здоровью другим людям в результате подрыва виновным боеприпаса в толпе. Согласно доктринальной точке зрения при идеальной совокупности невозможно совершение тождественных преступлений282.
Ж. на автомашине ЗИЛ-555 подъехал к закусочной, где с приятелем
стал употреблять спиртные напитки. В числе посетителей закусочной
находились С. и Б., с которыми Ж. познакомился. В процессе распития
спиртного Ж. начал вести себя непристойно, ругаться нецензурными
словами. С. и Б. попытались успокоить Ж., не добившись желаемого,
ударили поочередно его по лицу. Ж, решив отомстить им за это, сел за руль
автомашины и с целью убийства С. и Б., стоявших у входа в закусочную,
направил на них автомашину с расстояния около 20 м. Увидев угрожавшую
им опасность, С. и Б. успели отскочить в сторону. Стоявшей рядом с ними
девочке 3-х лет (она не успела убежать) в результате наезда были
причинены тяжкие телесные повреждения, от которых она скончалась на
месте. Содеянное Ж. квалифицировано как идеальная совокупность убийства общеопасным способом и покушения на убийство двух и более лиц283.
Существуют различия между идеальной и реальной совокупностью при
решении вопросов об истечении сроков давности уголовного преследования
(ст. 78 УК РФ). В случае идеальной совокупности указанные выше сроки могут течь одновременно для обоих преступлений, а продолжительность их определяется в зависимости от того, какое из преступлений, входящих в совокупность, является более тяжким.
Любая совокупность преступлений влечет применение более строгих
правил назначения наказания в соответствии со ст. 69 УК РФ.
Совокупность преступлений отсутствует, а содеянное расценивается как
единое преступление в следующих случаях:
1. Когда одно деяние является лишь определенным этапом (составной
частью) в совершении другого, более тяжкого преступления.
Как установлено судом, П. и другие осужденные, угрожая потерпевшей
убийством и применением насилия, опасного для жизни и здоровья, завладели
автомобилем, поместили потерпевшую в багажник, через некоторое время
П. вновь стал высказывать А. угрозы убийством. Действия осужденного,
связанные с угоном автомобиля, квалифицированы по ч. 4 ст. 166 УК РФ как
БВС РФ. 2000. № 1. С. 7.
Малков В.П. Совокупность преступлений. Казань, 1974. С. 160.
283
Постановления и определения по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 19811988. М., 1989. С. 150-151.
216
281
282
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения, совершенное
группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия,
опасного для жизни и здоровья. В данном случае правовая оценка содеянного
по ст. 119 УК РФ является излишней, поскольку высказывание угроз
убийством в процессе завладения автомобилем охватывается составом ч. 4
ст. 166 УК РФ284.
2. Когда содеянное квалифицируется по различным пунктам одной и той
же статьи (части статьи) Особенной части УК РФ.
Суд первой инстанции квалифицировал и назначил наказание по
совокупности преступлений по эпизоду кражи автомашины по п. «а», «б»,
«г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. Федерального закона от 9 июля 1999 г. № 156ФЗ). В данном же случае действия виновных, совершивших кражу,
квалифицированы по различными пунктам одной и той же части статьи
УК РФ и не могут считаться совокупностью преступлений285.
3. Согласно правилам квалификации преступлений, не образует совокупности совершение лицом одного преступления с квалифицирующими признаками, предусмотренными различными частями одной статьи. В этом случае виновному вменяется наиболее квалифицированный вид совершенного
преступления, при этом в правоприменительном документе обязательно указываются другие квалифицирующие признаки.
Суд первой инстанции, обоснованно признав лицо виновным по ч. 3
ст. 30 и п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ в покушении на изнасилование
потерпевшей, заведомо не достигшей 14-летнего возраста, совершенном с
угрозой убийством, излишне дополнительно квалифицировал его действия по
ч. 3 ст. 30 и п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ как покушение на изнасилование,
соединенное с угрозой убийством. В данном случае действия виновного
должны быть квалифицированы по части статьи, предусматривающей
наиболее строгое наказание, с указанием других квалифицирующих признаков
этой статьи286.
На практике сложным является отграничение идеальной совокупности
от ситуации конкуренции норм. В соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ если
преступление одновременно предусмотрено двумя нормами УК РФ — более
общей и специальной, то содеянное квалифицируется только по специальной
норме. Это правило генетически связано с принципом справедливости
уголовного права, согласно которому одно деяние не может подлежать
повторной уголовно-правовой оценке.
Специальной должна признаваться норма УК РФ, более детально описывающая объективные и (или) субъективные признаки содеянного.
Так, умышленное причинение смерти работнику милиции, совершенное
с целью пресечения его законной деятельности по охране общественного поБВС РФ. 2008. № 5. С. 17.
БВС РФ. 2000. № 7. С. 13.
286
БВС РФ. 1998. № 4. С. 15.
284
285
217
рядка, охвачено признаками составов преступлений, предусмотренных п. «б»
ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 317 УК РФ. Однако в ст. 317 сужен круг потерпевших (не просто «другой», а вполне определенное лицо), обозначены мотив и
цель посягательства. Следовательно, норма, содержащаяся в ст. 317 УК РФ,
является специальной по отношению к п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и только
она должна вменяться в данной ситуации.
В практике Верховного Суда РФ многократно указывалось, что в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ если преступление предусмотрено общей и
специальной нормами, то совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме.
Магаданским областным судом 15 марта 2004 г. И. осужден по ч. 2
ст. 303 УК РФ и по ч. 1 ст. 285 УК РФ. Он признан виновным в
фальсификации доказательств и злоупотреблении должностными
полномочиями.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 6 июля
2004 г. приговор изменила, указав следующее. Материалами дела
установлено, что И. был назначен на должность следователя отдела по
расследованию преступлений несовершеннолетних следственного управления
при Управлении внутренних дел г. Магадана, имел специальное звание
«лейтенант юстиции». Работая в этой должности, он 1 августа 2001 г.
принял к своему производству уголовное дело, возбужденное по факту
кражи чужого имущества по признакам преступления, предусмотренного
п. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (кража из гаража). Не проводя
соответствующих следственных действий, И. умышленно изготовил
фиктивные процессуальные документы, используя их в качестве
доказательств.
Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности
вины следователя И. в фальсификации доказательств, верно квалифицировав
его действия по ч. 2 ст. 303 УК РФ. Вместе с тем обвинение И. по ч. 1
ст. 285 УК РФ следует считать излишне вмененным и подлежащим
исключению из приговора по следующим основаниям. Статья 285 УК РФ
является общей нормой, предусматривающей уголовную ответственность
за злоупотребление должностными полномочиями. В то же время ст. 303
УК РФ — это специальная норма, предусматривающая ответственность
конкретного должностного лица за фальсификацию доказательств, а
поэтому в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ если преступление
предусмотрено общей и специальной нормами, то совокупность
преступлений отсутствует, и уголовная ответственность наступает по
специальной норме287.
§ 4. Рецидив преступлений
287
БВС РФ. 2005. № 6. С. 28.
218
Согласно действующей редакции ст. 18 УК РФ, рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим
судимость за ранее совершенное умышленное преступление. Установление
рецидива преступлений влечет назначение более строгого окончательного
наказания в соответствии со ст. 68 УК РФ либо отягчает наказание в соответствии со ст. 63 УК РФ.
При признании рецидива преступлений не учитываются:
1. Аннулированные судимости, т.е. судимости, снятые или погашенные
в соответствии со ст. 86 УК РФ. В решениях Верховного Суда РФ неоднократно указывалось, что рецидив связан с наличием на момент повторного
осуждения судимости за ранее совершенное умышленное преступление.
Согласно приговору суда, Ш. и В. признаны виновными в убийстве С.
группой лиц по предварительному сговору. Президиум Верховного Суда РФ
указал, что по смыслу ст. 18 УК РФ рецидивом преступлений признается
совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее
совершенное преступление. Из этого следует, что законодатель связывает
наличие рецидива с непогашенной судимостью именно на момент
совершения преступления, а не на момент вынесения в отношении лица,
совершившего преступление, каких-либо следственных либо судебных
процессуальных решений288.
2. При признании рецидива преступлений не учитываются судимости за
любые неосторожные преступления и за умышленные преступления
небольшой тяжести.
Преступление, предусмотренное ст. 119 УК РФ, за совершение
которого X. осужден по приговору от 3 февраля 2004 г., относится к
категории преступлений небольшой тяжести, а потому данная судимость в
соответствии с п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ не учитывается при признании
рецидива преступлений289.
3. Не образуют рецидива судимости за умышленные преступления любой степени тяжести, совершенные лицом в несовершеннолетнем возрасте.
В действиях Ж. суд первой инстанции признал наличие рецидива,
поскольку он ранее дважды осуждался к лишению свободы за умышленные
преступления. Он признан виновным в незаконном ношении при себе
холодного оружия. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда
РФ указала, что, как видно из материалов дела, Ж. 6 апреля 1982 г. был
осужден за преступление, совершенное им 6 ноября 1981 г., т.е. в
несовершеннолетнем возрасте. В соответствии с ч. 4 ст. 18 УК РФ
судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до 18 лет, не
учитываются при признании рецидива преступлений, в связи с чем судебное
решение подлежит отмене290.
БВС РФ. 2003. № 2. С. 16.
БВС РФ. 2013. № 1. С. 12.
290
БВС РФ. 2000. № 3. С. 16.
288
289
219
4. При установлении рецидива преступлений не подлежат учету судимости за преступления, по которым лицо осуждалось условно, если испытательный срок не был отменен согласно ст. 74 УК РФ и лицо не направлялось
для отбывания наказания в места лишения свободы.
Л., ранее судимый по приговору от 26 декабря 2001 г., вновь осужден по
приговору от 17 сентября 2003 г. Суд первой инстанции, отменяя условное
осуждение по первому приговору, признал в действиях Л. наличие опасного
рецидива, суд не учел.
Верховный Суд РФ указал, что из материалов уголовного дела
усматривается, что условное осуждение Л. по приговору от 26 декабря
2001 г. до постановления приговора от 17 сентября 2003 г. не отменялось, и
в места лишения свободы он не направлялся. При таких данных в действиях
осужденного отсутствует рецидив преступлений291.
5. При установлении рецидива преступлений не подлежат учету судимости за преступления, по которым применена отсрочка приговора — при
условии, если такая отсрочка не была отменена и лицо не направлялось в
места лишения свободы для отбывания наказания.
По приговору Урванского районного суда Кабардино-Балкарской
Республики от 16 декабря 2004 г. К., судимый 20 мая 2003 г. по п. «а» ч. 2
ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным
сроком два года, осужден по п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам
лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное
осуждение по приговору от 20 мая 2003 г. и на основании ст. 70 УК РФ
назначено два года шесть месяцев лишения свободы в колонии-поселении.
Он признан виновным в том, что 21 октября 2004 г. в с. Урух совершил
кражу запасных частей трактора общей стоимостью 80 тыс. рублей при
обстоятельствах, изложенных в приговоре. При назначении наказания К. суд
учел в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, рецидив
преступлений. Наличие в действиях К. рецидива преступлений мотивировано
судом первой инстанции тем, что он совершил новое преступление в период
испытательного срока, и это в соответствии со ст. 18 УК РФ признается
рецидивом преступлений.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала
следующее. Суд первой инстанции, признавая в действиях К. рецидив
преступлений, не учел положения п. «в» ч. 4 ст. 18 УК РФ, согласно
которому при признании рецидива преступлений не учитываются
судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным,
если условное осуждение не отменялось и лицо (в данном случае К.) не
направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы. При таких
обстоятельствах указание в судебных решениях на наличие в действиях К.
рецидива преступлений является ошибочным292.
291
292
БВС РФ. 2016. № 11. С. 22.
БВС РФ. 2006. № 8. С. 28.
220
Уголовно-правовой рецидив подразделяют на следующие виды: простой, опасный и особо опасный.
Простымрецидивом признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление, если такой рецидив не подпадает под определение опасного или
особо опасного. При этом, согласно закону, при простом рецидиве не имеет
значения, назначалось ли лицу наказание в виде лишения свободы или иное
наказание.
Признание рецидива опасным или особо опасным зависит от следующих
факторов:
— тяжести совершенных преступлений;
— количества совершенных преступлений;
— фактического отбывания наказания в виде лишения свободы.
В соответствии с ч. 2, 3 действующей редакции ст. 18 УК РФ рецидив
преступлений признается опасным при совершении лицом:
— тяжкого преступления, за которое оно осуждается к реальному лишению свободы, если ранее это лицо два или более раз было осуждено за
умышленное преступление средней тяжести к лишению свободы;
— тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за тяжкое или
особо тяжкое преступление к реальному лишению свободы.
В свою очередь, рецидив преступлений признается особо опасным при
совершении лицом:
— тяжкого преступления, за которое оно осуждается к реальному лишению свободы, если ранее это лицо два раза было осуждено за тяжкое
преступление к реальному лишению свободы;
— особо тяжкого преступления, если ранее оно два раза было осуждено
за тяжкое преступление или ранее осуждалось за особо тяжкое преступление.
По приговору Читинского областного суда от 30 сентября 2005 г. С.
(ранее судимый 29 ноября 1999 г. по п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ к
четырем годам лишения свободы условно с испытательным сроком четыре
года; 29 октября 2003 г. - по ч. 1 ст. 111 УК РФ с применением ст. 70 УК
РФ к пяти годам шести месяцам лишения свободы, освобожден от
наказания 2 декабря 2004 г. условно-досрочно на пять месяцев семь дней)
осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на десять лет, по
п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ – на пятнадцать лет. Президиум Верховного
Суда РФ в своем решении от 16 января 2008 г. указал, что в действиях С.
обоснованно признано наличие особо опасного рецидива, поскольку оно
дважды осуждалось за тяжкое преступление и вновь совершило особо
тяжкое преступление293.
С другой стороны, в судебной практике нередки случаи необоснованного признания рецидива преступлений особо опасным, на что неоднократно
обращал внимание Верховный Суд РФ.
293
БВС РФ. 2008. № 5. С. 15.
221
Например, по приговору суда С. (ранее судимый 8 декабря 1994 г. по ч. 2
ст. 112, ч. 3 ст.206 УК РСФСР с применением ст. 40 УК РСФСР,
постановлением районного суда его действия переквалифицированы на
ст. 116 УК РФ, ч. 3 ст. 213 УК РФ, ст. 40 УК РСФСР; 28 ноября 2000 г. по
п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ; 9 июня 2003 г. по ч. 3 ст.158, ч. 1 ст. 2152
УК РФ) осужден по п. «б» ч. 2 ст.105 УК РФ, ч. 3 ст. 30,.п. «б», «е» ч. 2
ст. 105 УК РФ и др. Суд определил С. отбывание наказания в
исправительной колонии особого режима, поскольку ранее он дважды судим
за тяжкое преступление и совершил особо тяжкое преступление.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила
приговор, указав, что вывод суда о том, что ранее С. был дважды судим за
тяжкие преступления, не основан на Федеральном законе от 8 декабря
2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс
Российской Федерации».
С. по приговору от 8 декабря 1994 г. был судим по ч. 3 ст. 206 УК
РСФСР, действия, предусмотренные этой статьей, переквалифицированы
на ч. 3 ст. 213 УК РФ — хулиганство, совершенное с применением оружия
(ножа), которое относилось к тяжким преступлениям, поскольку
максимальное наказание по данной статье не превышало десять лет
лишения свободы. Упомянутым Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. в
ст. 213 УК РФ внесены изменения — ч. 3 ст. 213 УК РФ стала ч. 1 этой
статьи, санкция которой предусматривает лишение свободы на срок до 5
лет, и согласно ч. 3 ст. 5 УК РФ указанное преступление относится к
преступлениям средней тяжести.
В соответствии с ст. 10 УК РФ данный закон улучшает положение
лица, совершившего преступление, поскольку влияет на признание наличия в
его действиях рецидива преступлений, опасного или особо опасного рецидива
преступлений. Из изложенного следует, что С. ранее судим не за два
тяжких преступления, а за тяжкое преступление и преступление средней
тяжести, что согласно ч. 3 ст. 18 УК РФ исключает признание наличия в
его действиях особо опасного рецидива преступлений, поэтому это указание
подлежит исключению из приговора. Судебная коллегия Верховного Суда РФ
исключила из судебных решений указание о наличии в действиях С. особо
опасного рецидива, признав опасный рецидив, и назначила ему отбывание
наказания в колонии строгого режима294.
Заметим, что действующая редакция ст. 18 УК РФ не лишена пробелов.
В частности, буквальное прочтение ст. 18 УК РФ позволяет утверждать,
что не образует опасного рецидива совершение лицом умышленного особо
тяжкого преступления, за которое лицо осуждается к «реальному лишению
свободы», если лицо два и более раз осуждалось за умышленные преступления средней тяжести к «лишению свободы». В то же время осуждение лица к
«реальному лишению свободы» за тяжкое преступление при этих же условиях образует опасный рецидив. Следовательно, совершение более опасного
294
БВС РФ. 2005. № 1. С. 20. См. также: БВС РФ. 2013. № 2. С. 36.
222
преступления (при прочих равных условиях) не влечет адекватной юридической оценки.
Ранее в судебной практике специально отмечалось, что особо тяжкое
преступление, совершенное после введения в действие УК РФ в 1996 г. лицом, ранее судимым за тяжкое преступление, образует особо опасный рецидив.
29 апреля 1998 г. Л. (осужденный 15 июля 1991 г. по п. «а», «е» ч. 2
ст. 146 УК РСФСР к лишению свободы сроком на шесть лет и
освобожденный 14 марта 1997 г. по отбытии наказания) осужден к
лишению свободы: по ч. 1 ст. 105 УК РФ, по п. «к», «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ,
по ч. 2 ст. 167 УК РФ. Он признан виновным в том, что 2 октября 1997 г.
совершил убийство супругов Б., а также умышленно уничтожил и повредил
их имущество.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала,
что рецидив преступлений признается особо опасным при совершении лицом
особо тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за умышленное
тяжкое или особо тяжкое преступление. Л. совершил особо тяжкое
преступление и ранее был судим за тяжкое преступление, судимость за
которое не погашена, следовательно, в его действиях содержится особо
опасный рецидив преступлений295.
В настоящее время в связи с изменениями, внесенными в ст. 18 УК РФ,
это судебное правило не может быть применено, так как особо опасный рецидив имеет место, в частности, когда лицо осуждается за совершение особо
тяжкого преступления и имеет как минимум две судимости за ранее совершенные тяжкие преступления.
Московским областным судом Н. (ранее судимый по п. «а» ч. 3 ст. 111
УК РФ к пяти годам лишения свободы условно с испытательным сроком
три года) осужден по ч. 1 ст. 108 УК РФ и п. «б», «к», «н» ч. 2 ст. 105 УК
РФ.
Федеральным законом РФ от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении
изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» из ч. 2
ст. 105 УК РФ исключен пункт «н», в связи с чем Судебная коллегия
Верховного Суда РФ переквалифицировала действия осужденного с п. «б»,
«к», «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ на п. «а», «б», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ как
убийство двух лиц при отягчающих обстоятельствах. Кроме того, изменена
редакция ст. 18 УК РФ. В частности, согласно п. «в» ч. 4 этой статьи
судимости за преступления, за которые судом назначалось условное
наказание либо по ним предоставлялась отсрочка исполнения приговора,
которые не отменялись и лицо не направлялось для отбывания наказания в
места лишения свободы, при признании рецидива не учитываются.
Следовательно, согласно ч. 1 ст. 18 УК РФ в действиях Н. усматривается
295
БВС РФ. 1999. № 6. С. 10.
223
простой рецидив преступлений, и назначенное наказание ему надлежит
отбывать в исправительной колонии строгого, а не особого режима296.
Необходимо отметить, что в настоящее время в ряде статей Особенной
части УК РФ включен квалифицирующий признак специального рецидива,
т.е. осуждения за умышленное преступление лица, имеющего судимость
(судимости) за аналогичные или однородные преступления. Например, особо
отягчающим обстоятельством расценивается совершение сексуальных
преступлений лицом, имеющим судимость за ранее совершенное
преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего
(части 5 ст. 131, 132 УК РФ).
Отметим, что в литературе выделяют иные виды рецидива («фактический», пенитенциарный, неосторожный и пр.)297. Последние, играя большую
роль в криминологической характеристике преступности и личности преступника, не имеют непосредственного уголовно-правового значения.
Литература
1. Агаев И.Б. Рецидив в системе множественности преступлений. М.,
2002.
2. Возжанникова И.Г. Рецидив как вид множественности преступлений.
М., 2014.
3. Досаева Г.С. Множественность преступлений: генезис и перспективы
развития уголовно-правового института. М., 2015.
4. Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция уголовно-правовых норм при
квалификации преступлений. М., 2002.
5. Малков В.П. Совокупность преступлений (вопросы квалификации и
назначения наказания) // Избранные труды. Казань, 2011.
6. Малков В.П., Тимершин Х.А. Множественность преступлений. Уфа,
1995.
7. Панько К.А. Вопросы общей теории рецидива в советском уголовном
праве. Воронеж, 1988.
8. Попов В.И. Рецидив и организованная преступность. М., 1998.
9. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В
10 т. Т. VIII. Книга I. Множественность преступлений / под ред. Н.А.
Лопашенко. М., 2016.
10. Шкредова Э.Г. Множественность преступлений (исторический
аспект). М., 2011.
БВС РФ. 2004. № 7. С. 18.
Гришанин П.Ф. Ответственность преступников-рецидивистов по советскому
уголовному праву. М., 1974. С. 16—17; Зелинский А.Ф. Рецидив преступлений: структура,
связи, прогнозирование. Харьков, 1980. С. 5.
224
296
297
Тема 13. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ИСКЛЮЧАЮЩИЕ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридическую природу обстоятельств, исключающих
преступность деяния; условия правомерности причинения вреда при наличии
обстоятельств, исключающих преступность деяния; пределы уголовной
ответственности за причинение недопустимого вреда при наличии
обстоятельств, исключающих преступность деяния;
уметь понимать юридические основания выделения обстоятельств,
исключающих преступностью деяния; принимать правовые решения в
соответствии с положениями УК РФ об обстоятельствах, исключающих
преступность деяния;
владеть навыками применения правил юридической оценки вреда,
причиненного при наличии обстоятельств, исключающих преступность
деяния; анализировать различные коллизии, связанные обстоятельствами,
исключающими преступность деяния.
§ 1. Понятие и юридическая природа обстоятельств, исключающих
преступность деяния
Некоторые деяния формально могут содержать признаки состава преступления, но при определенных условиях не признаются преступлениями.
Уголовный закон допускает такое правомерное причинение вреда объектам
уголовно-правовой охраны в силу наличия обстоятельств, исключающих
преступность деяния.
В УК РФ принципиально по-новому, в отличие от ранее действовавшего
законодательства, сформулирован институт этих обстоятельств (ст. 37—42).
Их уникальные социальная значимость и юридическая природа оживили
научный интерес к данной проблематике. Однако концептуально,
проводимые исследования как правило, основываются на «классической»
концепции исключения общественной опасности причиненного вреда,
разработанной известными советскими авторами. Для советской доктрины
уголовного права традиционной была позиция, что данные обстоятельства
исключают общественную опасность причиненного вреда298, а причиненный
вред может расценивается как «общественно нейтральный» или даже
«общественно полезный».
В науке сделан ряд попыток нового обоснования юридической природы
таких обстоятельств. Например, выдвинута довольно противоречивая, но
интересная теория «внешнего фактора», исключающая признак
противоправности причиненного вреда при наличии критериев допустимости
Слуцкий И.И. Обстоятельства, исключающие уголовную ответственность. Л., 1956.
С. 11—12.
225
298
любого из этих обстоятельств299. Некоторые специалисты склонны говорить
о нескольких основаниях исключения преступности деяния согласно ст. 37—
42 УК РФ, называя среди них отсутствие как общественной опасности, так и
в ряде случаев — признака противоправности и (или) виновности300. Кроме
того, в научной литературе вновь реанимирована мысль о «социальной
полезности» таких обстоятельств301.
Этот путь развития теории обстоятельств, исключающих преступность
деяния, является наиболее неудачным и разрушающим единое представление
о системе обстоятельств, исключающих преступность деяния. С одной стороны, к таким обстоятельствам станет возможным причислить иные институты, имеющие отличное юридическое основание (в частности, добровольный отказ), а с другой — появится неслыханное оправдание не необходимости, а «полезности», например, причинения при правомерной обороне смерти
нападающему. В плоскости отечественных реалий именно эта теория может
содействовать введению предлагаемой рядом криминологов «внесудебной
репрессии».
Исключение преступности причиненного вреда объекту уголовно-правовой
охраны
должно
основывается
на
непротивоправности
(допустимости) причинения вреда охраняемым уголовным правом
интересам, указанным в нормах УК РФ. Иными словами, «общие корни»
юридической природы таких обстоятельств нужно искать в исключении
признака противоправности причиненного вреда при наличии какого-либо
обстоятельства, предусмотренного ст. 37—42 УК РФ (разумеется, при
соблюдении пределов его допустимости). Указанный подход:
— соответствует тенденции «реабилитации» за противоправностью
основного признака преступления302;
— позволяет отграничить обстоятельства, исключающие преступность
деяния, от иных оснований отсутствия преступности в совершенном деянии
(малозначительность, невиновное причинение вреда и пр.);
— объясняет характер дозволительного правоотношения, возникающего
при соблюдении критериев правомерности причинения вреда при любом из
этих обстоятельств.
Все указанные в ст. 37—42 УК РФ обстоятельства исключают формальную преступность причиненного вреда, и, следовательно, наличие допустимого обстоятельства исключает противоправность причинения вреда в силу
прямого указания уголовного закона. Правоотношение, возникающее по поводу возникновения любого из указанных обстоятельств, имеет управомочиБлинников В.А. Обстоятельства, исключающие преступность деяния, в уголовном праве
России. 2-е изд. М., 2014. С. 30—35.
300
Келина С. Обстоятельства, исключающие преступность деяния: понятие и виды //
Уголовное право. 1999. № 3. С. 5—7.
301
Пархоменко С.В. Деяния, преступность которых исключается в силу социальной
полезности и необходимости. СПб., 2004. С. 99—118.
302
Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. I. Общая часть. 5-е изд. М.,
2011. С. 292–293.
226
299
вающий характер, так как законодатель дает право на причинение вреда объектам уголовно-правовой охраны в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости, обоснованного риска и т.д. и обеспечивает непривлечение к уголовной ответственности в случае допустимого причинения вреда
при использовании этого правомочия303.
Необходимо заметить, что в специальной литературе высказана позиция,
что в УК РФ надо дать лишь «общее определение» таких обстоятельств и их
примерный перечень, что даст возможность считать такими обстоятельствами и иные, прямо не указанные в уголовном законе304. Данная позиция
вряд ли соответствует принципу законности и запрету на применение норм
уголовного права по аналогии.
При наличии любого из указанных в законе обстоятельства, исключающего преступность деяния, уголовно-правовой оценке подлежит (вернее, может подлежать) не само это обстоятельство, а факт причинения того или
иного вреда при превышении пределов допустимости характера и объема
вреда, причиненного в рамках любого из таких обстоятельств.
§ 2. Необходимая оборона
Необходимая оборона (ст. 37 УК РФ) в самом общем определении
представляет собой правомерную защиту, выражающуюся в причинении
вреда посягающему (нападающему) лицу. Большинство ученых считают
право на необходимую оборону прирожденным правом, «вытекающим из
естественного, присущего человеку от рождения права на жизнь»305.
Необходимая оборона — традиционный, но весьма сложный и спорный
институт уголовного права. Достаточно сказать, что исследованию тех или
иных аспектов этого обстоятельства посвящено более ста специальных работ,
а редакция ст. 37 УК РФ неоднократно менялась.
Оборона возможна только от нападения человека, в т.ч. малолетнего или
невменяемого, поэтому в уголовном законе употреблен термин «оборона» не
от преступного, а от «общественно опасного» посягательства.
Особенностью отечественного законодательства является прямое
указание УК РФ на то, что необходимая оборона в равной степени имеет
место при пресечении посягательства (нападения) не только непосредственно
на обороняющегося, но и на третьих лиц306.
Необходимая оборона — это право любого человека, присущее ему вне
зависимости от профессиональной или иной специальной подготовки307.
Смысл действующей редакции ч. 3 ст. 37 УК РФ сводится к тому, что люКелина С. Указ. соч. С. 5.
Баулин Ю.В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. Харьков, 1991.
С. 107—109.
305
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть / под ред.
Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. М., 1996. С. 97.
306
БВС СССР. 1971. № 1. С. 20.
307
БВС РФ. 1998. № 1. С. 8.
227
303
304
бому лицу принадлежит не просто право на необходимую оборону — на него
в полном объеме распространены все положения данной нормы. Весьма положительно надо расценить указание уголовного закона на то, что для признания состояния необходимой обороны, если при этом не превышены ее
пределы, не имеет юридического значения, мог ли обороняющийся спастись
бегством, обратиться за помощью к иным лицам или принять иные меры для
предотвращения нападения.
К. признана виновной в убийстве, совершенном при превышении
пределов необходимой обороны. Как указано в приговоре, К., находясь в
квартире, принадлежавшей С., в состоянии алкогольного опьянения из
личной неприязни в ссоре вырвала из рук С. кухонный нож и, обороняясь,
нанесла ему удар в грудь, от чего он скончался на месте.
Признавая К. виновной в совершении убийства при превышении пределов
необходимой обороны, суд в приговоре констатировал, что она, увидев в
руках С. нож, могла реально опасаться за свою жизнь, однако, вырвав из его
рук нож, т.е. завладев им, К. не попыталась покинуть квартиру или
предотвратить конфликт иным путем, менее опасным для жизни С., а,
ненавидя потерпевшего, сознательно допуская возможность причинения
смерти, нанесла ему со значительной силой удар ножом в жизненно важную
часть тела — грудь, причинив повреждение сердца, от чего он скончался на
месте.
В решении Верховного Суда РФ по этому делу указано, что право на
необходимую оборону принадлежит лицу независимо от возможности
избежать общественно опасного посягательства или обратиться за
помощью к другим лицам или органам власти. Как видно из материалов дела,
К. находилась наедине с С. в закрытой комнате, в отсутствие соседей по
коммунальной квартире. Он в этот вечер был в состоянии алкогольного
опьянения, вел себя агрессивно, подошел к К., держа нож на уровне ее груди.
К., понимая, что для ее жизни существует реальная угроза, защищаясь,
вырвала нож и нанесла им удар С. в грудь. Следовательно, действия К. были
правомерными308.
Правомерность и пределы необходимой обороны регламентированы в
постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 «О
применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении
вреда при задержании лица, совершившего преступление»309 (далее – ППВС
РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).
В доктрине и судебной практике выработано правило, согласно
которому нападение (посягательство), от которого возможна необходимая
оборона, должно солидарно характеризоваться признаками общественной
опасности, наличности и реальности.
Общественная опасность посягательства означает, что нападающий
должен причинять вред или создавать угрозу его причинения охраняемым
308
309
БВС РФ. 2002. № 6. С. 17.
БВС РФ. 2012. № 11. С. 2.
228
уголовным законом отношениям. Поэтому возможна оборона от
посягательств невменяемых и малолетних лиц.
Отсутствие признака общественной опасности посягательства
исключает существование самой необходимой обороны, а причиненный вред
расценивается на общих основаниях.
К. вместе с М. и Т. следовали в автомобиле под управлением Н.
Указанный автомобиль буксировал автомобиль, в котором находился С. Их
обогнал и остановил другой автомобиль, в котором находились А. и В. После
остановки транспортных средств между К., Н. и С., с одной стороны, и А.
— с другой, произошел конфликт, спровоцированный А.
В ходе конфликта К. решил убить потерпевших А. и В. С этой целью он
достал из салона автомобиля двуствольное охотничье ружье и произвел два
прицельных выстрела в направлении А. и В., которые находились рядом с
автомобилем, где были М. и другие пассажиры. Затем К. вновь зарядил
ружье и произвел в А. и В. два прицельных выстрела, после которых
потерпевшие упали. Продолжая свои действия, К. зарядил ружье одним
патроном и, приблизившись к В., выстрелил ему в голову. В результате
совершенных К. действий А. и В. скончались на месте происшествия.
Суд пришел к выводу о том, что у К. не было каких-либо оснований
опасаться за свою жизнь и здоровье, а также за жизнь и здоровье других
лиц, находившихся вместе с ним. Доказательствами по делу установлено,
что для причинения смерти потерпевшим К. использовал огнестрельное
оружие, снаряженное боеприпасами, тогда как у потерпевшего А.
отсутствовали какие-либо предметы, приспособленные для нанесения
телесных повреждений. Потерпевший В. не применял какого-либо
физического насилия ни к К., ни к М., Т. и Н., находившимся вместе с ним, не
демонстрировал готовность применить физическое насилие и не высказывал
угроз его применения.
Своим противоправным поведением А. спровоцировал конфликт, однако
насилия к К. не применял. Его действия также не создавали угрозы жизни и
здоровью М., Т. и Н. При таких обстоятельствах действия К.
квалифицированы по п. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ как умышленное
причинение смерти двум лицам, совершенное общеопасным способом310.
Наличность посягательства – под наличным понимается такое посягательство, которое уже началось или непосредственная угроза осуществления
которого настолько очевидна, что неприятие защитных действий поставило
бы под угрозу охраняемые законом права и интересы. Для решения вопроса о
допустимости причинения вреда при обороне важно установить начальный
момент и окончание посягательства, так как смысл оборонительных действий
состоит в пресечении фактически идущего посягательства.
Согласно судебной практике, оборонительные действия возможны на
протяжении всего фактически идущего нападения – при этом не имеет
310
БВС РФ. 2016. № 6. С. 12.
229
значение момент юридического окончания такого общественно опасного
посягательства.
Реальность (действительность) посягательства означает, что оборона
допустима лишь против реального, существующего в действительности, а не
только в воображении лица, посягательства. При отсутствии признака
реальности нападения речь идет о мнимой (воображаемой) обороне,
юридические последствия которой оговариваются особо.
Под условиями правомерности защиты понимаются:
1. Отражение посягательства на личные, общественные и государственные интересы, охраняемые уголовным законом, а не иными отраслями права.
2. Причинение вреда непосредственно лицу, посягающему на индивидуальные или общественные интересы, а не третьим лицам.
3. Защита не должна превышать пределов необходимости при обороне,
под которыми следует понимать соответствие способов и средств защиты характеру и интенсивности посягательства.
Согласно п. 8 ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19, состояние
необходимой обороны может иметь место в том числе в случаях, когда:
— защита последовала непосредственно за актом оконченного
посягательства, но исходя из обстоятельств для оборонявшегося лица не был
ясен момент его окончания и лицо ошибочно полагало, что посягательство
продолжается;
— общественно опасное посягательство не прекращалось, а лишь
приостанавливалось посягавшим лицом с целью создания наиболее
благоприятной обстановки для продолжения посягательства или по иным
причинам.
Также в судебной практике специально разъяснено, что сам по себе
переход оружия или других предметов, использованных в качестве оружия,
от посягавшего лица к оборонявшемуся лицу не может свидетельствовать об
окончании посягательства, если сохранялась реальная угроза продолжения
такого посягательства.
По существу, уголовное законодательство предусматривает два вида
необходимой обороны, юридические последствия которой ставятся в
зависимость о того, угрожает нападение жизни обороняющегося лица
(третьих лиц) или нет.
В соответствии с действующей редакцией ч. 1 ст. 37 УК РФ не является
преступлением причинение любого вреда посягающему лицу в состоянии
необходимой обороны, если посягательство было сопряжено с насилием,
опасным для жизни обороняющегося или другого лица либо с
непосредственной угрозой применения такого насилия.
Непосредственно в уголовном законе не определено, что надо считать
насилием, «угрожающим жизни»; в связи с этим существует реальная
опасность, что вопрос об оценке такого насилия будет сведен только к
субъективному восприятию обороняющегося. Поэтому правы те авторы,
которые указывают на возможность различного рода злоупотреблений со
230
стороны обороняющегося (и уж тем более со стороны фиктивного
обороняющегося при провокации нападения). Кроме возможных
«злоупотреблений», критики действующей редакции ч. 1 ст. 37 УК РФ
справедливо говорят об отсутствии в перечне защищаемых при обороне благ,
когда возможно причинение любого вреда нападающему, интересов половой
неприкосновенности и половой свободы, о неприемлемости самого термина
«беспредельная оборона»311.
В п. 2 ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 указано, что общественно
опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни
обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в
момент его совершения создавало реальную опасность для жизни
обороняющегося или другого лица. О наличии нападения, угрожающего
жизни, могут свидетельствовать, в частности:
— причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни
обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных
органов);
— применение способа посягательства, создающего реальную угрозу
для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или
предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).
В свою очередь, непосредственная угроза применения насилия, опасного
для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в
частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить
обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для
жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в
качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки
имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.
Если нападающий применяет насилие, непосредственно угрожающее
жизни обороняющегося или третьего лица, то человек при отражении такого
нападения вправе применить любые способы и средства обороны — пределы
правомерности причинения вреда со стороны обороняющегося в данном
случае отсутствуют. Логика этой нормы понятна — человек имеет
неотъемлемое право защищать свою жизнь (и жизнь третьих лиц) любыми
доступными способами и средствами.
С. в ходе конфликта умышленно причинил тяжкий вред здоровью
потерпевшего П., который от полученных телесных повреждений, опасных
для жизни, скончался.
Конфликт был спровоцирован потерпевшим П., вместе с которым
находились двое его знакомых. Чтобы избежать конфликта, они (С. и О.)
ушли, но их стали преследовать все трое с палками в руках. В этот момент
О. успел позвонить жене и попросить ее вызвать полицию в связи с тем,
что их преследуют и могут убить. Нападавшие догнали их и стали
наносить удары палками, в ответ на эти действия, желая отразить удары,
Побегайло Э. О пределах необходимой обороны // Уголовное право. 2008. № 2. С. 72—
73.
231
311
наносимые П., осужденный подобрал другую палку, которую выронил один из
друзей потерпевшего, и стал защищаться ею, нанося удары П.
Совершенное на С. и О. общественно опасное посягательство
расценено как представляющее опасность для их жизни и здоровья. Они
воспринимали угрозу их жизни и здоровью реальной, что подтверждается
телефонным звонком О. супруге с целью привлечь органы полиции к защите
от нападавших. Таким образом, общественно опасное посягательство со
стороны П. было сопряжено с насилием, опасным для жизни
обороняющегося С., при котором закон предоставляет обороняющемуся
право на причинение посягающему лицу любого вреда. В связи с этим,
причинение тяжкого вреда здоровью нападавшего П., повлекшего по
неосторожности смерть потерпевшего, в силу ч. 1 ст. 37 УК РФ не
является преступлением312.
Необходимо отметить, что действующая формулировка нормы о необходимой обороне, безусловно, защищает интересы обороняющегося — не
секрет, что ранее суды нередко исходили из «запаса прочности», вменяя обороняющемуся преступление, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, «на всякий случай». Например, по результатам специальных исследований, на этапе предварительного следствия действия оборонявшихся первоначально оценивались как преступные более чем в 90 процентах
случаев313.
К. днем 20 августа 2001 г. находилась дома и примеряла одежду,
которую собиралась купить. Забежавший в квартиру ее малолетний сын
сообщил, что идет Г., с которым К. проживала четыре месяца. Зайдя в
комнату, Г. начал ее оскорблять, сказал, что эту одежду она носить не
будет. В ответ на возражения Г., взяв на кухне нож, стал резать ее шляпу и
плащ. Когда К. сказала, что за испорченную одежду ему придется заплатить, Г. разозлился и с ножом в руке направился к ней. Чтобы избежать
нанесения ударов в лицо, К. легла на кровать и пыталась обороняться
ногами. Однако Г. сел на нее, приставил нож к горлу, угрожая зарезать, а
затем стал бить рукой по лицу. К. крикнула сыну, чтобы он позвал на
помощь людей. Оставив нож на кровати, Г. ушел в коридор. Взяв нож, К.
вышла на балкон и позвала людей на помощь, затем побежала на кухню с
целью спрятать все ножи и вилки. В это время сын закричал, что Г. снова
идет к ней. Зайдя на кухню, Г. вновь стал оскорблять К., ее сына и мать,
угрожал изнасиловать ее сына и опять начал ее избивать. Находясь спиной
к Г. и защищаясь, К. нанесла ему удары ножом. Г. сразу ушел. Затем К.
замыла следы крови на лестничной площадке, на кухне, вымыла нож.
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть Г. наступила
от проникающих колото-резаных ранений левой подмышечной впадины с
повреждением сердца, левого легкого, поперечно-ободочной кишки.
БВС РФ. 2014. № 8. С. 19.
Меркурьев В.В. Необходимая оборона: уголовно-правовые и криминологические аспекты: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Рязань, 1998. С. 17.
232
312
313
Из материалов дела следует, что Г. совершил общественно опасное
посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни К. В процессе
продолжающегося посягательства К. оборонялась оказавшимся у нее в руке
ножом, нанесла Г. телесные повреждения, повлекшие впоследствии смерть.
При этом действия К. были правомерными314.
При правомерной необходимой обороне вполне допускается причинение
большего вреда посягающему, чем тот реально причинил при нападении.
Состоянием необходимой обороны признана следующая ситуация. С.
попросил К. вспахать ему огород за вознаграждение, на что тот согласился.
Когда С. пришел в дом К., последний, находясь в состоянии алкогольного
опьянения, беспричинно начал оскорблять С., а затем избил руками и ногами.
Повалив С. на пол, К. сел на него, коленом ударил по лицу, ручкой кухонного
ножа — по голове, приставил нож к горлу и стал угрожать расправой.
Затем К., приставив нож к спине С., повел его к выходу из дома. Последний,
опасаясь за свою жизнь, выбил из его рук нож и нанес им К. два ранения,
после чего убежал и обратился в милицию. В результате происшедшего С.
причинены легкие телесные повреждения, а К. — тяжкие телесные
повреждения, опасные для жизни в момент причинения315.
В судебной практике специально подчеркивается, что провокация нападения не создает состояния необходимой обороны у причинителя вреда и содеянное расценивается на общих основаниях.
И. в составе группы с целью выяснения отношений с другой группой лиц
участвовал в подготовке драки: ездил к будущим потерпевшим домой,
заранее расставил автомашины таким образом, чтобы свет их фар
затруднял видимость поджидаемым людям, принес оружие, которое затем
применил при нападении. В результате произведенных И. выстрелов был
смертельно ранен один человек из противостоящей стороны, а трое получили телесные повреждения с причинением различного вреда здоровью.
Президиум Верховного Суда РФ согласился с выводами суда первой
инстанции о том, что при изложенных обстоятельствах действия И. не
содержат признаков необходимой обороны316.
В силу положений ч. 2 ст. 37 УК РФ, юридической оценке может
подлежать вред, причиненный при отражении нападения, не угрожающего
жизни обороняющегося или третьих лиц, в случае превышения пределов
необходимой обороны.
Под превышением пределов необходимой обороныпонимается
умышленное действие, явно и очевидно не соответствующее характеру и
степени общественной опасности посягательства. Как справедливо указано в
специальной литературе, «каких-либо четких критериев явного, очевидного
БВС РФ. 2003. № 11. С. 17.
БВС РФ. 1998. № 6. С. 12.
316
БВС РФ. 2002. № 8. С. 14.
314
315
233
несоответствия защиты характеру и опасности посягательства ни закон, ни
судебная практика не дают»317.
Пределы необходимой обороны изначально определяются характером и
опасностью посягательства; при этом посягательство само по себе не должно
создавать непосредственной угрозы для жизни обороняющегося или иных
лиц (как подчеркивалось выше, в этом случае законодательно пределы необходимой обороны не установлены).
Так, оборонительные действия, направленные на причинение вреда
жизни лица, посягающего на только на собственность обороняющегося или
третьих лиц, всегда будут являться несоразмерными: такое оборонительное
действие направлено на причинение вреда уголовно охраняемому интересу
несравненно большей ценности (жизнь).
Исходя из сложившейся в практике Верховного Суда РФ традиции, при
решении вопроса о пределах необходимой обороны нужно оценивать следующие обстоятельства в их совокупности:
— орудия, примененные при нападении (при этом их переход к обороняющемуся в процессе оборонительных действий сам по себе не свидетельствует о прекращении нападения);
— стремительность нападения и способ посягательства;
— содержание и важность объекта посягательства, т.е. качественный характер обороняемых благ;
— силы и возможности преступника (преступников);
— силы и возможности обороняющегося, его возраст и физическую развитость;
— орудия и средства, применяемые обороняющимся;
— все иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего (посягавших) и защищавшегося (защищавшихся)318.
Судом установлено, что инициатором конфликта был П., он первый
нанес удар бутылкой по голове своего отчима – И. После того как последний
прошел в ванную комнату, чтобы умыться, и не предпринял каких-либо
действий, П., размахивая ножом, порезал отчиму губу и продолжил
нападение, опасное для жизни И. Отчим схватил П. за рукав, прижал его к
стене. В это время П., обхватив его рукой за шею, стал душить. Он
выхватил у пасынка нож и ударил, при этом не видел, куда попал, но тот
его отпустил. Развернувшись к потерпевшему лицом, он нанес ему еще один
удар ножом в правый бок.
В данном случае И. не превышены пределы необходимой обороны. Как
видно из материалов дела, П. значительно превосходил И. по физической
силе, был агрессивен, вооружен ножом, опасность для И. со стороны
нападавшего была реальной. Нанесение И. ударов ножом в корпус П. не
Орехов В.В. Необходимая оборона и иные обстоятельства, исключающие преступность
деяния. СПб., 2003. С. 83.
318
БВС РФ. 1995. № 6. С. 7; 1996. № 11. С. 4; 1998. № 6. С. 12.
234
317
является превышением пределов необходимой обороны, поскольку все удары
нанесены в короткий промежуток времени человеку, чьи действия
представляли опасность для оборонявшегося И.319.
В научной литературе обоснована позиция, согласно которой явным несоответствием защиты и посягательства может считаться только несоразмерность всех указанных признаков, составляющих содержание интенсивности,
защиты и посягательства320.
Президиум Верховного Суда РФ установил, что средства и методы
защиты, предпринятые гражданином, соответствовали характеру
нападения и угрожавшей ему опасности, в связи с чем признано, что он
находился в состоянии необходимой обороны при следующих
обстоятельствах.
Областным судом М. осужден за покушение на умышленное убийство.
Как видно из материалов дела, в ходе предварительного следствия и в
судебном заседании М. последовательно утверждал, что потерпевший,
являясь
авторитетом
преступного
мира
города,
занимался
вымогательством денег у него и других лиц. Когда М. отказался платить,
потерпевший заявил, что убьет его. После этого на М. и членов его семьи
было совершено несколько покушений с применением огнестрельного оружия
и взрывчатых веществ. Он обращался в правоохранительные органы, но
никаких мер принято не было. Для самообороны М. приобрел пистолет.
В один из дней к М. домой приехали трое неизвестных и потребовали
встретиться. Когда он вышел во двор, где был потерпевший, последний
направился ему навстречу со словами «ты покойник» и стал вынимать руку
из кармана. Зная, что он всегда вооружен, воспринимая его действия как
реальное нападение и опасаясь за свою жизнь, М. произвел в него прицельный
выстрел, которым ранил его.
Данные показания М. объективно согласуются со всеми материалами
дела. Президиум Верховного Суда РФ приговор и определение Судебной
коллегии Верховного Суда РФ в части осуждения М. за покушение на
убийство отменил и дело прекратил за отсутствием состава
преступления321.
В любом случае, при превышении пределов необходимой обороны
уголовно наказуемо только умышленное причинение смерти или тяжкого
вреда здоровью (ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 114 УК РФ). Умышленное причинение
любого меньшего вреда, совершенное при превышении пределов
необходимой обороны, не влечет уголовной ответственности – таким образом, уголовный закон стоит на стороне защищающегося, как бы «позволяя»
ему умышленно причинить даже вред здоровью средней тяжести при превышении пределов необходимой обороны.
БВС РФ. 2004. № 2. С. 16.
Дмитренко А.П. Пределы правомерности права на необходимую оборону. Ставрополь,
2000. С. 104.
321
БВС РФ. 1997. № 4. С. 10.
235
319
320
Превышение пределов может быть экстенсивным (запоздалая или преждевременная оборона) и интенсивным (т.е. совершенным в процессе нападения).
В соответствии с действующей редакцией ст. 37 УК РФ не являются
превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося
лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения. По существу, в
ч. 21 ст. 37 УК РФ речь идет о своеобразной «законодательной легализации»
причинения вреда в следующих ситуациях:
— в случае реального нападения лицо не подлежит ответственности,
если не смогло оценить характер угрозы вследствие растерянности или
страха.
— лицо вследствие неожиданности нападения не смогло осознать реальность последнего.
Особые виды обороны.
В судебной практике сложности вызывает вопрос о правомерности
превентивной (упреждающей) обороны. На основании п. 3 постановления
ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 можно говорить о возможности
обороны при реальной угрозе неминуемого нападения, которая
устанавливается каждый раз на основе фактических обстоятельств.
Возможность упреждающей обороны при наличии указанных обстоятельств
допускается и в судебной практике.
В одном из решений Верховного Суда указано, что состояние
необходимой обороны наступает не только в том случае, когда оборона
осуществляется непосредственно в процессе нападения, но и тогда, когда
начало реального осуществления нападения настолько очевидно и
неминуемо, что непринятие предупредительных мер ставит в явную,
непосредственную и неотвратимую опасность лицо, вынужденное к
принятию этих мер322.
В п. 28 ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 специально разъяснено,
что, по существу, является превентивной обороной действия сотрудников
правоохранительных органов, применивших оружие, специальные средства,
боевую и специальную технику или физическую силу (даже с нарушением
установленного действующим законодательством порядка их применения),
если исходя из конкретной обстановки промедление в применении указанных
предметов создавало непосредственную опасность для жизни людей или
могло повлечь за собой иные тяжкие последствия (экологическую
катастрофу, совершение террористического акта, диверсии и т.п.).
Оборона посредством использования технических средств защиты
имеет место в случаях применения не запрещенных законом автоматически
срабатывающих или автономно действующих средств или приспособлений
для защиты от общественно опасных посягательств (например, применение
различного рода «ловушек» для охраны жилища, находящихся под
322
Судебная практика Верховного Суда СССР. Вып. V. М., 1945. С. 20.
236
напряжением периметров вокруг земельных участков и т.п.). согласно п. 17
ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19, если в указанных случаях
причиненный посягавшему лицу вред явно не соответствовал характеру и
опасности посягательства, содеянное оценивается как превышение пределов
необходимой обороны.
При отсутствии признака реальности нападения может существовать
ситуация мнимой обороны,т.е. обороны от реально не существующего,
мнимого посягательства (например, оборона при «розыгрыше» нападения,
при отражении воображаемого посягательства).
В соответствии с п. 16 ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19,
ответственность лица за причинение вреда при мнимой обороне наступает
согласно следующим правилам:
— исключается уголовная ответственность в тех случаях, когда обстановка происшествия давала основания полагать, что совершается реальное
посягательство, и лицо, применившее средства защиты, не сознавало и не
могло сознавать ошибочность своего предположения;
— за причинение вреда по неосторожности ответственности подлежит
лицо, если причиняет вред, не сознавая мнимости посягательства, но по
обстоятельствам дела должно было и могло это сознавать (по существу речь
идет о небрежном причинении вреда);
— лицо, причинившее в состоянии мнимой обороны вред, явно превышающий пределы допустимого вреда в условиях соответствующего реального посягательства, несет ответственность за превышение пределов
необходимой обороны.
— если лицо осознавало мнимость нападения и умышленно причинило
при этом вред такому «нападающему», то ответственность наступает на
общих основаниях за совершение соответствующего умышленного причинения вреда жизни и здоровью потерпевшего (ст. 105, 111—112, 115—116
УК РФ).
Верховный Суд РФ в ряде решений указал на необходимость выяснения
всех фактических обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о
мнимом характере обороны для принятия законного и обоснованного решения по делу.
О-в, находясь у себя дома в деревне, услышал крики о помощи соседки З.
Выйдя на улицу, он увидел, что между З. и двумя молодыми людьми
происходит ссора. Он взял имевшееся у него ружье и произвел два выстрела
в воздух. Услышав в свой адрес угрозы и оскорбления, О-в зашел домой, где
перезарядил ружье, и побежал вслед за убегавшими ребятами. Догнав ранее
незнакомых ему Ф. и О., О-в еще раз выстрелил в воздух, а затем – в О.,
причинив ему слепое проникающее ранение правой половины грудной клетки
с повреждением правого легкого. От полученных тяжких телесных
повреждений О. скончался на месте происшествия.
Как видно из материалов дела, около часа ночи пьяные Ф. и О. стали
стучать в окно дома З., вызывая ее дочь. Выйдя из дома, З. увидела, что О.
отрывает штакетник от забора у дома О-ва. На сделанное З. замечание О.
237
оттолкнул ее и ударил штакетником, а Ф. – ногой. Она стала кричать:
«Витя, помоги, бандиты!» О., услышав крики о помощи, взял ружье и
произвел из него два выстрела в воздух с целью пресечения хулиганских действий О. и Ф. По словам свидетеля М., подбежавшего к месту
происшествия после выстрелов, он увидел, как Ф. ударил З. ногой в грудь.
О-в, объясняя свои действия, показал, что О. и Ф. после совершенного
ими хулиганства и его, О-ва, выстрелов в воздух побежали к его второму
дому, угрожая, что за это он поплатится. Опасаясь, что они могут
реализовать свои угрозы и сжечь его второй дом, О-в вернулся домой, взял
еще два патрона и стал их преследовать. Они остановились, продолжая
кричать: «Ты не жилец, ружье тебе не поможет». Они не боялись ни его, ни
ружья. О-в произвел предупредительный выстрел в воздух, но О. пошел к
нему с угрозами. Когда тот приблизился на 1,5-2 метра, О-в выстрелил в О.
Делая вывод об отсутствии в действиях О-ва необходимой обороны,
суд в приговоре не учел его показания, а также показания свидетелей З. и М.
Дословно в приговоре сказано: «Судом установлено лишь то, что Ф. и О.
нецензурно выражались и перед домом кричали О-ву, что убьют или сожгут
его. Никаких реальных действий, представляющих угрозу для него, они не
предпринимали. После произведенных О-вым двух выстрелов в воздух О. и Ф.
ушли от его дома. Однако О-в вновь перезарядил ружье и, догнав их,
выстрелил сначала в воздух, а затем – в О. с близкого расстояния».
Данные обстоятельства нуждались в дополнительной проверке.
Поскольку суд не выяснил, мог ли О-в в той конкретной ситуации, пресекая в
ночное время хулиганские действия О. и Ф., точно определить характер
опасности и избрать соразмерные средства защиты и находился ли он в
состоянии мнимой обороны, правовая оценка его действий, данная судом,
являлась преждевременной323.
§ 3. Причинение вреда при задержании лица, совершившего
преступление
Задержание лица, совершившего преступление — это состояние допустимости вынужденного причинения физического вреда лицу, фактически
уже окончившему общественно опасное посягательство. Именно поэтому
фактором, обуславливающим правомерность причинения такого вреда лицу,
является предшествующее преступное поведение последнего.
Если вред причиняется в процессе реализации преступного посягательства, то юридическая оценка действий причинителя вреда дается по
правилам правомерности необходимой обороны. В этом случае необходимо
иметь в виду то обстоятельство, что юридически преступление может быть
окончено, но в реальности преступное посягательство все еще продолжается.
Например, разбой (ст. 162 УК РФ) окончен в момент начала нападения,
угрожающего жизни и здоровью потерпевшего, однако процесс нападения
323
БВС РФ. 1998. № 5. С. 17.
238
может занимать довольно длительное время. Соответственно, если в ходе
разбойного нападения виновному причиняется физический вред (например,
при сопротивлении жертвы), он допускается по правилам необходимой
обороны.
П., после употребления спиртных напитков, имея при себе нож с
выкидным лезвием, вместе со своим приятелем гулял по г. Зеленограду.
Примерно в 1 ч. ночи он подошел к ранее незнакомым военнослужащим М. и
С., находившимся в увольнении и, из хулиганских побуждений, с целью
лишения жизни, нанес М. удары ножом: один — в область живота, два
удара в грудь и один — в ногу. Однако П. довести свой преступный умысел
до конца не смог, поскольку ему помешал С., который оттолкнул П. от
потерпевшего.
С целью сокрытия совершенного преступления, имея умысел на лишение
жизни С., П. нанес ему удары ножом: один — в область живота и два удара
в грудь. Опасаясь задержания, П. стал убегать с места преступления,
полагая, что С. причинены смертельные ранения. Однако, будучи тяжело
раненым, потерпевший С. догнал П., но задержать не смог324.
Несмотря на то что закон определяет задержание лица, «совершившего
преступление», в ст. 38 УК РФ речь должна идти скорее о причинении вреда
лицу, «предположительно» совершившему преступление, а не признанному
виновным в его совершении. Такое причинение вреда возможно в силу презумпции материального правоотношения уголовной ответственности: любое
вменяемое лицо, достигшее соответствующего возраста, может совершить
преступление. В противном случае ст. 38 УК РФ прямо противоречила бы
презумпции невиновности лица до вступления в законную силу обвинительного приговора суда (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ).
В любом случае уголовно-правовое значение имеет не сам факт
задержания лица, «совершившего преступление», а причинение ему вреда
задерживающим. Согласно п. 19 ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19,
право на задержание лица, совершившего преступление, имеют не только
уполномоченные на то представители власти, но и иные лица, в том числе
пострадавшие от преступления, или ставшие его непосредственными
очевидцами, или лица, которым стало достоверно известно о его совершении.
Условия правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ) состоят в следующем:
1. Задерживаемое лицо должно совершить преступление или по крайней
мере общественно опасное деяние: «для оценки действий задерживающего…
достаточно, чтобы правонарушение, совершенное задерживаемым лицом,
было преступлением или хотя бы по объективным (внешним) данным воспринималось как преступление»325. Поэтому причинение вреда в принципе
допустимо в отношении невменяемого либо не достигшего возраста
Архив Верховного Суда РФ. Постановление Президиума Верховного Суда РФ по делу
1132п-2000.
325
Тишкевич И.С. Право граждан на задержание преступника. Минск, 1974. С. 53.
239
324
уголовной ответственности лица. В данном случае должен быть установлен
неочевидный характер невменяемости или малолетнего возраста такого лица
для задерживающего.
В соответствии с п. 24 ППВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19, если при
задержании лицо добросовестно заблуждалось относительно характера
совершенного задержанным лицом противоправного деяния, приняв за
преступление административное правонарушение или деяние лица, не
достигшего возраста уголовной ответственности, либо лица в состоянии
невменяемости, в тех случаях, когда обстановка давала основания полагать,
что совершалось преступление, и лицо, осуществлявшее задержание, не
осознавало и не могло осознавать действительный характер совершавшегося
деяния, его действия следует оценивать по правилам ст. 38 УК РФ, в том
числе и о допустимых пределах причинения вреда.
2. Так как задержание преступника является правом любого («правом
народа»), то задерживающий (если на него не возложена законом обязанность задержания) должен быть либо очевидцем деяния, либо не может сделать в силу фактических обстоятельств иного вывода о задерживаемом как о
лице, непосредственно совершившем деяние.
3. Если задержание производится представителем власти в уголовнопроцессуальном порядке, должны соблюдаться требования ст. 91 УПК РФ.
4. Целью задержания должно быть доставление лица органам власти или
пресечение его возможных последующих преступных посягательств.
5. Степень насилия и причиняемого вреда при задержании должна соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым деяния. В соответствии с п. 22 ППВС РФ от 27 сентября 2012
г. № 19, под обстоятельствами задержания (обстановкой задержания),
которые должны учитываться при определении размеров допустимого вреда,
следует понимать все обстоятельства, которые могли повлиять на
возможность
задержания
с
минимальным
причинением
вреда
задерживаемому (место и время преступления, непосредственно за которым
следует задержание, количество, возраст и пол задерживающих и
задерживаемых, их физическое развитие, вооруженность, наличие сведений
об агрессивном поведении задерживаемых, их вхождении в состав банды,
террористической организации и т.п.).
Одним из наиболее спорных вопросов является возможность правомерного причинения смерти задерживаемому. Согласно наиболее распространенной позиции правовым основанием лишения его жизни может быть совершение им особо тяжких преступлений326, в первую очередь против жизни
других людей.
В судебной практике нередки случаи, когда задерживаемое лицо, совершившее общественно опасное посягательство, совершает агрессивные дейстБаулин Ю.В. Право граждан на задержание преступника. Харьков, 1986. С. 128; Бушуев
Г.В. Социальная и уголовно-правовая оценка причинения вреда преступнику при
задержании. Горький, 1976. С. 29—32.
240
326
вия в отношении задерживающего. В этом случае ситуация задержания лица,
совершившего преступление, перерастает в состояние необходимой обороны
для того лица (лиц), которое осуществляло задержание. Соответственно, уголовно-правовая оценка вреда в этом случае дается по правилам правомерности необходимой обороны.
М., выйдя ночью во двор своего дома, увидел двоих неизвестных,
пытавшихся вскрыть дверь пристройки. После поднятого им шума
злоумышленники стали убегать. Тогда М. со своим братом К. догнали их и
под угрозой охотничьего ружья пытались заставить бросить имевшиеся у
них лом и монтировку. Но задерживаемые не подчинились, повернулись и
направились к М. и К., а один из них ударил К. Другой задерживаемый попытался выбить ружье из рук М. В ответ М. выстрелил него и убил. Суд
признал, что М. правомерно действовал в состоянии, когда его действия по
задержанию лица, совершившего преступление, трансформировались в
состояние необходимой обороны327.
Превышением мер, необходимых для задержания лица, совершившего
преступление, признается их явное несоответствие следующим характеристикам:
— причиненный вред явно, т.е. очевидно, не соответствует характеру и
степени общественной опасности совершенного преступления;
— цели задержания не соответствуют указанным в ст. 38 УК РФ.
Уголовная ответственность наступает только за умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью или смерти задерживаемому при превышении рассматриваемых мер (ч. 2 ст. 108 и ч. 2 ст. 114 УК
РФ).
Во время совершения кражи картофеля В. был застигнут хозяином
огородного участка Я. В. попытался скрыться, но был пойман Я., который в
присутствии двух соседей по участку нанес В. 19 телесных повреждений с
помощью имевшихся у него нунчаков. От полученных повреждений сердца,
кровоизлияния в область селезенки и др. В. скончался.
Алтайский краевой суд квалифицировал содеянное по ч. 2 ст. 114 УК
РФ, признав, что Я. превысил меры, необходимые для задержания, и
причинил явно чрезмерный вред, который не вызывался обстановкой:
тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть
потерпевшего328.
Главный законодательный недостаток этого обстоятельства, исключающего преступность деяния, состоит в том, что целями задержания такого
лица являются одновременно «доставление органам власти и пресечение
возможности совершения им новых преступлений». Буквальное толкование
ч. 1 ст. 38 УК РФ свидетельствует о том, что задерживаемому никогда нельзя
Архив Железнодорожного районного суда г. Барнаула за 1997 г.
Смирнова Л.Н. Уголовно-правовое регулирование задержания лица, совершившего
преступление. СПб., 2005. С. 224—225.
241
327
328
причинить смерть, не превысив пределы допустимого при задержании вреда
(в органы власти доставляют живого задерживаемого).
Многие авторы, толкующие положения ст. 38 УК РФ, говорят о задержании как профессиональной обязанности сотрудников правоохранительной
системы. Спору нет, это действительно их профессиональная обязанность, но
ведь данная норма касается любого человека, в связи с чем необходимо законодательное закрепление признаков лица, имеющего право на причинение
вреда при задержании «предполагаемого» преступника.
При задержании мнимого преступника (т.е. при ошибке причинителя
вреда в личности задерживаемого либо в истинном характере содеянного)
ответственность наступает по следующим правилам:
— положения ст. 38 УК РФ применимы в случае, когда при задержании
лицо добросовестно заблуждалось относительно того, кто именно совершил
преступление, а обстановка давала ему основание полагать, что преступление
было совершено задержанным им лицом, и при этом лицо, осуществлявшее
задержание, не осознавало и не могло осознавать ошибочность своего
предположения;
— если при задержании лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела
должно было и могло осознавать указанные обстоятельства о характере
противоправного деяния и о том, кто именно совершил преступление, его
действия подлежат квалификации по статьям УК РФ, предусматривающим
ответственность за преступления, совершенные по неосторожности.
При отсутствии указанных обстоятельств причинение вреда лицу при
его задержании подлежит квалификации на общих основаниях (п. 24 ППВС
РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).
§ 4. Крайняя необходимость
Крайняя необходимость (ст. 39 УК РФ) — это состояние, когда лицо
причиняет вред охраняемым интересам для предотвращения реально угрожающего большего вреда. По существу, состояние крайней необходимости — состояние вынужденного выбора причинения вреда объекту уголовноправовой охраны, когда причинитель вреда «из двух зол выбирает меньшее».
Иными словами, возможность правомерного причинения вреда в состоянии
крайней необходимости основана на столкновении (конфликте) двух правоохраняемых интересов, когда предотвратить наступление вреда одному из
них можно, лишь причинив вред другому.
Например, с точки зрения Верховного Суда РФ, крайняя необходимость,
исключающая уголовную ответственность за преступления против порядка
пребывания на военной службе (самовольное оставление воинской части,
дезертирство и пр.)329, наличествует при следующих обстоятельствах:
Обзор судебной практики Военной коллегии Верховного Суда РФ по делам о
преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях,
242
329
неуставные
действия
сослуживцев, командиров и
начальников,
систематическое ненадлежащее обеспечение продовольствием, отсутствие
необходимой медицинской помощи, иные обстоятельства, которые представляли реальную и неустранимую в конкретной ситуации угрозу для жизни
или здоровья, прав военнослужащего или других лиц.
Показательно, что в западной доктрине необходимость причинения
вреда обычно определяется как правомерное нарушение формального уголовно-правового запрета, если таковое совершается для устранения опасности, угрожающей другим законным интересам, — «состояние необходимости
делает правомерным нарушение охраняемых законом интересов третьей невиновной стороны». При этом содержанием крайней необходимости является
«защита коллективного интереса» в целях «минимизации вреда» (в отличие
от защиты «личного интереса при самообороне»)330.
Условия правомерности крайней необходимости определены в уголовном законе и достаточно глубоко изучены в специальной литературе. К таким условиям (критериям) относятся следующие:
1. Угроза причинения вреда, создающая состояние крайней необходимости, может исходить от различных источников — как от поведения человека,
так и от других факторов (силы природы, машины, животные и пр.) Эта угроза должна быть наличной и реальной, т.е. существовать в настоящем времени и создавать объективную и непосредственную угрозу причинения вреда
уголовно-охраняемым интересам. Однако состояние опасности может иметь
длящийся характер и по факту длиться довольно продолжительное время. В
течение всего времени существования угрозы причинения вреда правоохраняемому интересу лицо должно считаться находящимся в состоянии крайней
необходимости.
В цехе Красногорского маслосырзавода (Московская область) ночью из
размороженной холодильной установки начал испаряться находившийся по
давлением аммиак. Когда в компрессорной стал ощущаться сильный запах
этого химического вещества и с территории завода стали убегать рабочие,
дежурный машинист спустил аммиак из испарительной холодильной
установки в канализацию, непосредственно соединенную с рекой,
протекающей недалеко от завода. В результате аварийный сброс почти 30
кг аммиака повлек загрязнение реки и массовую гибель рыбы.
Действия дежурного машиниста были признаны судом как
совершенные в состоянии крайней необходимости, т.к. выпуск аммиака в
воздух повлек бы отравление многих людей и привел бы в негодность
двухдневную продукцию маслосырзавода331.
совершаемых
военнослужащими
//
www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ARB;n=14498#0
330
Флетчер Дж., Наумов А.В. Основные концепции современного уголовного права. М.,
1998. С. 350—352.
331
Цит. по: Меркурисов В.К. Расследование и предупреждение преступлений, связанных с
загрязнением водоемов и воздуха. М., 1987. С. 14.
243
2. Выбранный способ предотвращения вреда должен быть именно крайним для устранения опасности. В науке выдвинута позиция, согласно которой этот способ должен быть единственным332, но это спорное положение,
ибо в состоянии крайней необходимости должна сохраняться возможность
выбора причинения вреда.
Наличие в состоянии необходимости собственно возможности выбора
варианта причинения автоматически не должно расцениваться как превышение пределов крайней необходимости.
Одним из районных судов Ставропольского края рассматривалось дело
по обвинению С. в неправомерном завладении без цели хищения (угоне)
автомобиля при следующих обстоятельствах. С., возвращаясь домой из
гостей, увидел на обочине дороги прислонившуюся к дереву женщину. С.
подошел, и та пожаловалась на острую боль в животе. С., будучи
студентом медицинской академии, обнаружил, что при пальпации живот
женщины напряжен, она испытывает резкие болезненные ощущения.
Подозревая (только подозревая!) наличие серьезной патологии, С. вскрыл
стоявшую рядом автомашину и доставил на ней женщину в районную
больницу. При этом С. ссылался на то, что предварительный диагноз
«острый живот» может быть клиническим проявлением угрожающего
жизни заболевания.
Обвинение исходило из того факта, что предварительный диагноз не
подтвердился, а завладение С. автомобилем вышло за рамки допустимой
крайней необходимости по причине того, что он «не мог и не имел права
точно поставить диагноз» и «имел возможность вызвать неотложную
скорую помощь». Не оценивая право студента ставить диагноз, отметим,
что в принципе у него существовала возможность позвонить в районную
больницу, как существовало еще несколько вариантов: вести ее в больницу
пешком, бегать в поисках машины с водителем и т.д. и т.п. Но С. выбрал
именно этот вариант, и суд, вынося оправдательный приговор, вполне
справедливо, на наш взгляд, указал, что в данной ситуации С. причинил вред
в состоянии крайней необходимости, несмотря на наличие у него вариантов
поведения333.
3. Вред при крайней необходимости, как правило, причиняется интересам третьих лиц (имущественным, физическим и пр.), но никогда — лицу,
непосредственно создающему угрозу (конечно, если таковое лицо имеется).
Например, действия водителя легкового автомобиля А. были признаны
совершеннымив состоянии крайней необходимости при следующих
обстоятельствах. А., пытаясь уклониться от лобового столкновения с
неожиданно выехавшим на его полосу «КамАЗом», был вынужден резко
вывернуть руль вправо. В результате его автомобиль опрокинулся, а
Курс советского уголовного права. Т. II / под ред. А.А. Пионтковского,
П.С. Ромашкина, В.М. Чхиквадзе. М., 1970. С. 387.
333
Цит. по: Гехфенбаум Г.М. Крайняя необходимость в уголовном праве. Ставрополь,
2002. С. 73—74.
244
332
следовавшие с А. пассажиры получили телесные повреждения различной
степени тяжести334.
4. В отличие от необходимой обороны, причиненный в состоянии крайней необходимости вред должен быть всегда меньше предотвращенного. Это
означает, что причиненный вред должен быть меньше по количественным
показателям (например, при причинении имущественного вреда) либо причинен качественно менее ценному объекту уголовно-правовой охраны (например, разрушение витрины магазина в целях предотвращения наезда на
человека).
Ш. угнал автомашину без разрешения, действуя с целью доставить М. в
больницу для оказания медицинской помощи. По ходу движения Ш., не
имевший достаточных навыков вождения, нарушил правила эксплуатации
транспортных средств и совершил аварию. Суд пришел к выводу о том, что
допущенные Ш. нарушения правил безопасности движения и эксплуатации
транспорта имели место в ситуации крайней необходимости, в связи с чем
не должны влечь уголовную ответственность335.
Несоблюдение любого из критериев допустимости крайней необходимости является превышением ее пределов, что не исключает уголовную ответственность, но смягчает наказание.
В трудах, посвященных общим положениям о крайней необходимости,
одним из наиболее дискутируемых является вопрос о возможности причинения смерти человеку для спасения жизни других людей336. Данная проблема
не находит однозначного решения ни в теории, ни в реальности. Достаточно
вспомнить историю с захватом чеченскими террористами заложников в
«Норд-Осте» и последующим штурмом, причинившим смерть более ста заложникам, но спасшим жизни более семистам. И, конечно, вряд ли кто-то забудет самый трагический эпизод современной жизни России, связанный с захватом в сентябре 2004 г. школы в Беслане.
Показательно, что после разрушения Всемирного торгового центра в
Нью-Йорке в сентябре 2001 г. западные юристы склонны считать законным
уничтожение захваченного самолета, влекущее убийство неповинных пассажиров и экипажа, если это является «единственным способом» (theonlyway)
предотвращения «гораздо большего» (muchgreater) угрожающего ущерба337.
Надо отметить, что в доктрине уголовного права справедливо доминирует точка зрения о том, что причинение смерти хотя бы одному человеку в
целях трансплантации его органов и тканей нескольким людям для спасения
Цит. по: Курбанов Г.С. Обстоятельства, устраняющие общественную опасность и
противоправность деяния. Баку, 1991. С. 73.
335
БВС СССР. 1965. № 6. С. 46—47.
336
Плешаков А.М., Шкабин Г.С. «Коллизия жизней» при крайней необходимости и
проблемы уголовной ответственности // Государство и право. 2007. № 7. С. 64—71.
337
SmithJ.CriminalLaw. 10thed. London, 2002. P. 273—274.
245
334
их жизней не может быть оправдано ссылкой на состояние крайней необходимости338.
В любом случае при превышении пределов крайней необходимости ответственность возможна только при умышленном характере причинения
вреда; за неосторожное причинение вреда при несоблюдении правомерности
рассматриваемого обстоятельства уголовная ответственность исключена в
принципе.
§ 5. Физическое или психическое принуждение
Физическое или психическое принуждение(ст. 40 УК РФ) —
сравнительно новое для отечественного законодательства обстоятельство,
исключающее преступность деяния, смысл которого состоит в любом
незаконном (физическом либо психическом) воздействии на человека
неблагоприятными для него факторами с целью добиться от него изменения
в поведении339.
В общей форме физическое или психическое принуждение можно определить как незаконное, насильственное (соответственно физическое или психическое) воздействие виновного на иное лицо, подавляющее свободу воли
принуждаемого с целью совершения последним общественно опасного деяния340. Исключение преступности причиненного принуждаемым вреда основано на признании действий принуждающего причиной такого вреда: принуждающий, по существу, использует другого человека в качестве «одушевленного» орудия совершения преступления.
Например, Ш., решив совершить разбойное нападение и вооружившись
обрезом охотничьего ружья, около полуночи ворвался в круглосуточный
продуктовый магазин. Под угрозой применения оружия, он заставил Е.,
одного из посетителей магазина, передать ему деньги, отданные из кассы
продавцом. Действия Е. суд расценил как совершенные в результате
принуждения со стороны Ш.341
Уголовно-правовая оценка вреда, причиненного в результате принуждения, зависит от следующих характеристик последнего:
1.Вид принуждения.
Физическое принуждение — это любое физическое (удары, удушение,
применение оружия и т.п.) или физиологическое (дача сильнодействующих
препаратов, психотропных веществ, лишение пищи, сна и т.п.) воздействие
на принуждаемого с целью добиться им совершения преступного акта поведения.
Крылова Н., Павлова Н. Крайняя необходимость в медицинской деятельности:
некоторые вопросы практического применения // Уголовное право. 2005. № 1. С. 42—43.
339
Российское уголовное право. Общая часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова.
М., 1997. С. 255.
340
Калугин В.В. Физическое или психическое принуждение как обстоятельство, исключающее преступность деяния: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2001. С. 12—13.
341
Архив Октябрьского районного суда г. Ставрополя за 2004 г.
246
338
Физическое воздействие при принуждении может быть следующих видов:
— направленное на нарушение анатомической целостности человеческого организма;
— направленное на нарушение нормального физиологического функционирования человеческого организма;
— выраженное в ограничении физической свободы человека как биологической единицы.
Психическое принуждение — это информационное воздействие, обычно
состоящее в угрозе применения насильственного физического или физиологического воздействия к самому принуждаемому или иным лицам, совершаемое с аналогичной целью. В реальной жизни психическое принуждение
сводится, как правило, к угрозе применения физического насилия. Тем не
менее весьма интересен и спорен вопрос о том, является ли прямое информационное воздействие на психику (например, гипноз) психическим принуждением342. Представляется, что подобное принуждение, лишающее человека
свободы выбора либо осознания своего поведения, должно расцениваться как
разновидность психического принуждения343.
Любое принуждение должно быть наличным, т.е. иметь временную продолжительность и временные пределы. Виды принуждения могут сменять
друг друга во времени (воры остановили автомобиль, избили водителя, а затем приказали перевезти похищенное)344. В специальной литературе вполне
справедливо отмечалось, что «в реальном человеческом поведении энергетические и информационные формы… сопровождают друг друга» 345. Применительно к принуждению это означает, что физическое и психическое воздействие может не только осуществляться параллельно, но и, будучи охваченными единым умыслом и перемежаясь во времени, образовывать единый акт
принуждения.
2.Степень принуждения.
Уголовная ответственность за причинение любого вреда исключается,
если лицо в силу принуждения не могло руководить своими действиями, т.е.
полностью была подавлена его свободная воля при совершении того или
иного деяния (если принуждение было непреодолимым). Отметим, что закоОрешкина Т. Физическое или психическое принуждение как обстоятельство, исключающее преступность деяния // Уголовное право. 2000. № 1. С. 33—38.
343
В доктрине противоправный гипноз в качестве вида психического принуждения
предложено определить как умышленное неправомерное приведение человека в
беспомощное к сопротивлению состояние помимо его воли путем информационного
воздействия на его психику. См.: Зарипов В.Г. Физическое и психическое принуждение в
уголовном праве: понятие, виды, ответственность: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М.,
2007. С. 15—16.
344
Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / под ред. Б.В. Здравомыслова.
М., 1999. С. 311.
345
Жордания И.Ш. Структура и правовое значение способа совершения преступления.
Тбилиси, 1977. С. 102.
247
342
нодатель допускает непреодолимое принуждение только при физическом
воздействии (ч. 1 ст. 40 УК РФ).
В случае, когда принуждаемый не подлежит ответственности за совершенное им деяние в соответствии с ч. 1 ст. 40 УК РФ, посредственным исполнителем такого деяния должен считаться принуждающий
Одним из явных пробелов ч. 2 ст. 40 УК РФ является невозможность
признания полного подавления воли лица, находящегося под психическим
принуждением. Следствием этого становится оценка причиненного под таким принуждением вреда по правилам крайней необходимости, что само по
себе ведет к смешению этих обстоятельств и критериев их допустимости
(достаточно упомянуть о проблеме выбора в ситуации крайней необходимости, которая изначально отсутствует при принуждении). Традиционное понимание психического принуждения как угрозы применения физического насилия не совпадает с понятием психического принуждения, ставящего целью
добиться от принуждаемого совершения общественно опасного деяния. Уголовный закон по-прежнему игнорирует возможность прямого информационного воздействия на психику принуждаемого, полностью лишающего последнего волевой составляющей психической деятельности (например, при
том же гипнозе).
Если у причинителя вреда оставалась возможность руководить своими
действиями (т.е. у него была возможность выбора поведения и принуждение
носило преодолимый характер), то ответственность наступает по правилам
допустимости причинения вреда в состоянии крайней необходимости.
Верховный Суд РФ не расценил преступным укрывательство особо
тяжкого преступления — убийства (в виде закапывания трупа), так как оно
было совершено под реальной угрозой убийства самого укрывателя. В
данном случае совершение общественно опасного деяния, посягающего на
интересы правосудия, было обусловлено психическим принуждением
причинителя, спасавшего свою жизнь346.
Отметим, что суд применил для оправдания действий этого лица правила крайней необходимости, так как на момент совершения описанного
деяния институт принуждения в законодательстве отсутствовал.
Превышение пределов допустимого вреда при преодолимом физическом
или психическом принуждении означает, что деяние принуждаемого подлежит самостоятельной уголовно-правовой оценке как преступное. Такое преступление совершается им умышленно, ибо принуждать по определению
можно только к совершению умышленного деяния.
Разграничение между физическим или психическим принуждением и
крайней необходимостью как самостоятельными институтами, исключающими преступность деяния, допустимо провести на основании юридической
природы и направленности конфликта интересов: в состоянии крайней необходимости — это конфликт, столкновение правоохраняемых интересов; при
346
БВС РФ. 1993. № 6. С. 10.
248
принуждении имеет место нарушение правоохраняемых интересов как
третьего лица, так и самого принуждаемого.
§ 6. Обоснованный риск
Обоснованный риск (ст. 41 УК РФ) — это вид правомерного поведения
лица, проявляющийся в совершении в условиях неопределенности возможных результатов действия (бездействия) для достижения общественно полезной цели в интересах неопределенного круга лиц. При этом в теории справедливо указывается, что лицо должно осознавать наличие возможности выбора варианта поведения с учетом вероятности причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам347.
Например, очевидно, что при испытании нового транспортного средства
(самолета, автомобиля и пр.) допускается вероятность его аварии со всеми
вытекающими последствиями, включая гибель испытателей.
Возможность выбора варианта поведения отграничивает риск от иных
обстоятельств, исключающих преступность деяния: «там, где нет выбора, не
возникает рискованная ситуация и, следовательно, не будет риска»348. По
справедливому замечанию Ю.М. Ткачевского, «нельзя требовать, чтобы
принятое решение осуществить рискованные действия объективно являлось
единственным»349. Вероятностная характеристика обоснованного риска
связана с сущностью большинства явлений общественной жизни, в
отношении которых допускаются рискованные деяния. При этом вероятность
в ситуациях риска проявляется в невозможности однозначно предвидеть
результат предпринимаемых действий. В противном случае речь вообще не
может идти о ситуации риска. Наличие неопределенности ожидаемого
результата обуславливает ситуации, которые не имеют однозначного
решения в процессе осуществления любой новаторской деятельности350.
Риск как человеческая деятельность очень разнообразен (производственный, медицинский, технический и пр.)
Критерии обоснованности риска:
1. Наличие социально полезной цели риска – основное условие
обоснованности рискованного поведения. Социальная полезность цели
означает, что предполагаемый результат должен носить полезный характер
для иных, непосредственно не рискующих лиц. При этом достижение полезной цели само по себе требует совершения рискованных действий (например,
испытание новой техники или лекарственного препарата).
Козаев Н.Ш. Обоснованный риск как обстоятельство, исключающее преступность деяния. Ставрополь, 2001. С. 52.
348
Альгин А.П. Риск и его роль в общественной жизни. М., 1989. С. 30.
349
Ткачевский Ю.М. Оправданный профессиональный и производственный риск как
обстоятельство, исключающее уголовную ответственность // Вестник Московского
университета. Серия 11. Право. 1991. № 3. С. 16—17.
350
Акопов В.И. Проблема обоснованного риска в медицинской практике // Северо-Кавказский юридический вестник. 2001. № 2. С. 23—24.
249
347
2. Совершение лицом рискованного деяния не должно прямо нарушать
правовой запрет на его проведение.
3. Должно быть установлено обладание рискующим лицом знаниями и
умениями, могущими предотвратить причинение возможного вреда.
4. У рискующего лица должно существовать объективное наличие мер,
могущих предупредить потенциальный вред.
Данные критерии носят солидарный характер, и несоблюдение любого
из них делает риск необоснованным.
Выполняя полет на вертолете МИ-8Т, командир вертолета В. при
посадке на посадочную площадку буровой вышки допустил ошибку в
расчете, выразившуюся в том, что снижение воздушного судна
осуществлялось по траектории выше оптимальной с перелетом площадки,
зависанием и возможным приземлением за ее пределами, что не обеспечивало завершения полета.
В нарушение требований п. 7.6.15. Наставления по производству
полетов в гражданской авиации СССР В. вместо прекращения снижения и
ухода на второй круг предпринял попытку исправления ошибки рискованным
образом, не предусмотренным руководящими документами по производству
полетов: на высоте 20—30 м при удаленности от посадочной площадки 30—
40 м он применил энергичное гашение скорости снижения вертолета и
поступательной скорости, что не обеспечивало возможности зависания. В
результате вертолет, опускаясь в стороне от посадочной площадки,
столкнулся с тракторными санями, упал и сгорел351.
В случаях причинения вреда при необоснованном риске ответственность
наступает на общих основаниях, хотя объективный факт наличия риска смягчает наказание (ст. 61 УК РФ).
В конкретной ситуации допущения того или иного вида риска при осуществлении которого есть опасность причинения вреда жизни или здоровью
человека, он должен быть об этом информирован, чтобы получить его добровольное согласие.
Например, в ч. 1 ст. 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»352
говорится о том, что необходимым предварительным условием
медицинского
вмешательства
является
дача
информированного
добровольного согласия гражданина или его законного представителя на
медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским
работником в доступной форме полной информации о целях, методах
оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных
вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о
предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Согласие лица
при этом должно быть оформлено в письменной форме.
351
352
БВС РСФСР. 1991. № 2. С. 8.
Российская газета. 2011. 23 ноября.
250
В судебном заседании Р. пояснила, что в течение многих лет страдала
дефектом зрения — близорукостью, носила очки —2,5. 20 мая и 4 июня
1999 г. она заключила с ответчиком — ООО «И-д», договоры на оказание
платных медицинских услуг с целью полного устранения указанного выше
дефекта и 100-процентного восстановления нормального зрения на оба глаза
путем проведения хирургической операции с применением эксимерлазерной
коррекции. Однако после проведения операций у нее не произошло полного
восстановления нормального зрения, как это было обещано, а вместо
близорукости возникла дальнозоркость +3.
Суд установил, что имеющееся в «Согласии пациента на лазерную
коррекцию» предупреждение о возможности сохранения у пациента
остаточной миопии, гиперметропии, астигматизма после лазерной
коррекции может расцениваться как необходимое в данной ситуации
предупреждение. Согласно данным медицинской карты до операции у Р.
имелась миопия (близорукость) средней степени, следовательно, истица,
давая свое письменное согласие на проведение лазерной коррекции, была
предупреждена должным образом, что лазерная коррекция не влияет на
течение миопической болезни. Суд пришел к выводу о неубедительности
довода Р. о том, что ей перед проведением операции лазерной коррекции
зрения гарантировали 100-процентное зрение, поскольку Р., давая свое согласие на лазерную коррекцию зрения, была предупреждена о возможности
сохранения остаточной миопии, гиперметропии, астигматизма, а также о
том, что лазерная коррекция не влияет на течение миопической болезни и на
возможные изменения со стороны глазного дна353.
Требование добровольного согласия пациента на риск необходимо и при
проведении клинических исследований новых лекарственных препаратов в
предстоящем лечении или добровольных экспериментах (ст. 40 Федерального закона от 22 июня 1998 г. № 86-ФЗ «О лекарственных средствах»354).
Необходимость согласия, чаще всего в письменной форме, требуется и
от лиц, чьи профессии связаны с риском причинения вреда для их жизни или
здоровья (летчики, космонавты, каскадеры, профессиональные спортсмены
и др.). В связи с этим представляется, что в ситуации допускаемого риска в
качестве самостоятельного условия его правомерности необходимо учитывать согласие лица на постановление в опасность его жизни или здоровья.
Неоднозначно решение вопроса о форме вины при превышении пределов обоснованного риска. В специальной литературе нередко указывается,
что, совершая рискованный поступок, лицо не должно действовать неосторожно (самонадеянно или небрежно)355. Однако в ситуации риска субъект
предвидит возможность наступления общественно опасных последствий и
сознательно ее допускает, хотя и принимает меры для их предотвращения.
Цит. по: Кибальник А.Г., Старостина Я.В. Актуальные проблемы уголовной
ответственности медицинских работников. М., 2006. С. 79.
354
СЗ РФ. 1998. № 26. Ст. 3006.
355
Самороков В.И. Риск в уголовном праве // Государство и право. 1993. № 5. С. 111.
251
353
Законодательные критерии обоснованного риска (требование принятия субъектом «всех достаточных мер для предотвращения вреда охраняемым интересам») исключают возможность превышения пределов его допустимости с
умыслом.
Формулировка ч. 3 ст. 41 УК РФ исключает небрежное отношение к
результату необоснованного риска, так как последняя предполагает, что лицо
не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий
своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и
предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия. На
основе сказанного выше в теории сделан разделяемый нами вывод о том, что
в случае превышения пределов обоснованного риска имеет место
преступление с неосторожной формой вины в виде преступного легкомыслия356.
Риск не может быть признан обоснованным, если он заведомо для виновного сопряжен с угрозой наступления любого из следующих последствий:
— общественного бедствия или экологической катастрофы;
— гибели многих людей, не являющихся непосредственными участниками рискованных действий (вопрос о количестве потенциальных потерпевших спорен и должен решаться особо в каждом конкретном случае
совершения рискованных действий).
Причинение вреда при изначально необоснованном риске влечет уголовную ответственность на общих основаниях.
§ 7. Исполнение приказа (распоряжения)
Исполнение приказа или распоряжения (ст. 42 УК РФ) является
относительно новым для отечественного уголовного права обстоятельством,
исключающим преступность деяния.
Возникновение и формирование этого института началось в
международном уголовном праве с понимания того, что несмотря на
принцип «недопустимости ссылки на приказ» причинение объективно
преступного вреда во исполнение последнего все же может при определенных обстоятельствах расцениваться в целом как непреступное. Так,
Комиссия международного права ООН,
формулируя принципы
Нюрнбергского процесса, решила этот вопрос следующим образом: «Исполнение приказа правительства или начальника не освобождает от ответственности… если фактически был возможен сознательный выбор»357. Следовательно, отсутствие сознательного выбора поведения исполнителя приказа освобождало его от ответственности за исполнение обязательного для него
распоряжения. В современных актах международного уголовного права про-
См.: Козаев Н.Ш. Указ. соч. С. 84—85.
Нюрнбергский процесс: право против войны и фашизма / под ред. И.А. Ледях,
И.И. Лукашука. М., 1995. С. 113.
252
356
357
должает действовать принцип, согласно которому исполнение преступного
приказа не освобождает от уголовной ответственности.
В практике Международного трибунала по Руанде говорится, что
«приказ подразумевает отношения начальник – подчиненный между лицом,
отдающим приказ и исполнителем. Другими словами, лицо, обладающее
властным положением, использует его для того, чтобы убедить другого
человека совершить преступление. В определенных юридических системах
приказ является формой соучастия, которое выражается через инструкции,
данные непосредственному исполнителю преступления»358.
Таким образом, в международном уголовном праве основанием для
освобождения исполнителя приказа от уголовной ответственности является
наличие совокупности следующих факторов:
— исполнитель был юридически обязан исполнять приказы правительства и начальника;
— исполнитель явно не осознавал незаконности приказа и сам приказ не
имел очевидно незаконный характер.
Единовременное наличие всех этих критериев освобождает исполнителя
от уголовной ответственности за исполнение незаконного приказа — за исключением исполнения приказа об осуществлении акта геноцида и ряда
военных преступлений (например, убийств представителей мирного
населения), которые в силу своей очевидности всегда расцениваются как
«осознаваемо незаконные» для исполнителя.
Международные правовые акты в регламентации ответственности за
исполнение незаконного приказа исходят из концепции «умных штыков»:
лица, совершающие преступление при исполнении явно для них незаконного
приказа, должны подлежать уголовной ответственности, а начальник должен
нести ответственность за совершенные преступления при исполнении
отданного им незаконного приказа в любом случае.
Исключение уголовной ответственности за причинение во исполнение
приказа (распоряжения) связано с выполнением обязанности подчиненного
лица совершить какое-либо действие (бездействие). Требование исполнить
приказ должно быть дано компетентным органом либо лицом, наделенным
соответствующими полномочиями. При этом форма требования может быть
любая, как и его официальное наименование.
В соответствии со ст. 42 УК РФ незаконность приказа (распоряжения)
означает совершение во исполнение приказа преступления. Если исполнитель приказа осознает его незаконность, он несет уголовную ответственность
наряду с начальником, отдавшим приказ. В ситуации, когда исполнитель не
осознавал незаконности приказа, а начальник знал о ней, последний несет ответственность как посредственный причинитель.
В. — начальник отделения по борьбе с экономическими преступлениями
УВД — дал указание своему подчиненному Ю., старшему группы по
выявлению экономических преступлений на потребительском рынке,
358
Prosecutor v. J.-P. Akayesu. Case № ICTR-96-4-T. 2 September 1998. § 483.
253
склонить лиц, занимающихся изготовлением фальсифицированной водки, к
даче взятки на сумму не менее 5 тыс. рублей, а полученные деньги передать
ему — В. Обнаружив у М. фальсифицированную водку, Ю. получил от него 5
тыс. рублей, после чего дал указание не оформлять документально факт
обнаружения незаконно изготовленной водки. Судом первой инстанции Ю.
оправдан по п. «а» ч. 4 ст. 290 УК РФ за отсутствием в его действиях
состава преступления. При этом суд исходил из того, что деньги Ю.
получил по указанию начальника В.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ, рассмотрев дело по
кассационному протесту, отменила приговор и направила дело на новое
судебное рассмотрение, сославшись на ч. 2 ст. 42 УК РФ, согласно которой
лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо
незаконных приказа и распоряжения, несет уголовную ответственность на
общих основаниях359.
Несмотря на отсутствие в советском уголовном законодательстве данного обстоятельства, исключающего преступность деяния, в судебной практике еще в 30-е годы ХХ в. было сформулировано правило, согласно которому подчиненный, выполнивший законное распоряжение своего начальника, не может отвечать за наступившие последствия, предвидеть которые
был обязан не он, а лицо, отдавшее распоряжение.
Бригадир завода Ш. обратилась к главному механику С. и слесарю Т. с
просьбой отремонтировать ей станок. С. предложил Ш. смазать
шестеренки и, не проверив, закончила ли та смазку, велел Т. включить ток.
Так как Ш. смазку еще не закончила, то ее рука попала в станок, и ей были
срезаны кончики двух пальцев. Верховный Суд пришел к выводу, что в
действиях Т. нет состава преступления, ибо он включил ток по прямому
указанию начальника — С.360.
В теории обоснована точка зрения, что собственно отдание незаконного
приказа должно расцениваться как подстрекательство к преступлению даже в
том случае, когда незаконный приказ не исполнен361.
Неисполнение лицом заведомо незаконного приказа освобождает его от
любой ответственности, включая ответственность военнослужащих по
ст. 332 УК РФ.
Литература
1. Антонов В.Ф. Крайняя необходимость в уголовном праве. М., 2005.
2. Бабурин В.В. Квалификация уголовно-правового риска. М., 2006.
БВС РФ. 2001. № 1. С. 10.
Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного Суда СССР
(1938 г. и первое полугодие 1939 г.). М., 1940. С. 104.
361
Соломоненко И. Соучастие в исполнении незаконного приказа // Российская юстиция.
2000. № 5. С. 66—67.
254
359
360
3. Блинников В.А. Обстоятельства, исключающие преступность деяния, в
уголовном праве России. 2-е изд. М., 2014.
4. Гарбатович Д.А. Необходимая оборона при защите чести,
достоинства, половой свободы, права собственности. М., 2012.
5. Дмитренко А.П. Обстоятельства, исключающие преступность деяния,
в уголовном праве Российской Федерации. М., 2010.
6. Кибальник А.Г. Обстоятельства, исключающие преступность деяния.
М., 2009.
7. Козаев Н.Ш. Обоснованный риск как обстоятельство, исключающее
преступность деяния. Ставрополь, 2001.
8. Меркурьев В.В. Состав необходимой обороны. СПб., 2004.
9. Орехов В.В. Необходимая оборона и иные обстоятельства,
исключающие преступность деяния. СПб., 2003.
10. Пархоменко С.В. Деяния, преступность которых исключается в силу
социальной полезности и необходимости. СПб., 2004.
11. Плешаков А.М., Шкабин Г.С. Институт крайней необходимости в
российском уголовном праве. М., 2006.
12. Смирнова Л.Н. Уголовно-правовое регулирование задержания лица,
совершившего преступление. СПб., 2005.
13. Соломоненко И.Г. Исполнение приказа и его уголовно-правовое
значение. Ставрополь, 2000.
14. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс.
В 10 т. Т. Х. Обстоятельства, исключающие преступность деяния / под ред.
Н.А. Лопашенко. М., 2016.
15. Щелконогова Е.В. Обстоятельства, исключающие преступность
деяния. М., 2015.
255
Тема 14. ПОНЯТИЕ И ЦЕЛИ НАКАЗАНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие, признаки и цели наказания; роль наказания в
предупреждении преступлений;
уметь понимать наказание как инструмент воздействия государства в
целях охраны многих общественных отношений; разграничивать цели
наказания и иных мер уголовно-правового характера;
владеть навыками применения уголовного законодательства, судебной
практики для определения целей наказания и его эффективности.
§ 1. Понятие и признаки наказания
В соответствии с п. 1 ст. 49 Конституции РФ, лицо считается
невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном
федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу
приговором суда.
Из данного конституцинного предписания вытекают признаки
наказания, характеризующие его юридическое содержание и отличающие его
от иных мер правового принуждения. Прежде всего, наказание – это мера
государственного принуждения, предусмотренная исключительно УК РФ и
применяемая к лицу, признанному виновным в совершении преступления,
помимо его воли и желания. Н.С. Таганцев в конце XIX в. писал, что «из
понятия преступного деяния вытекает, что наказание представляется
выражением того особого отношения, которое возникает между учинившим
это деяние и государством. С точки зрения преступника наказание является
последствием им учиненного, с точки зрения государства — мерой,
принимаемой вследствие совершенного виновным деяния… Наказание как
лишение или ограничение благ или прав является страданием с точки зрения
общих условий человеческой жизни, известной средней ощущаемости
страданий, безотносительно к тому, как смотрит на него и ощущает его
наказываемый»362.
Принудительный характер наказания заключается в том, что основные
жизнеобеспечивающие интересы граждан, общества и государства стоят
выше интересов отдельной личности, нарушившей условия существования
указанных составляющих при условии, когда речь идет о наиболее важных
условиях их существования.
Наказание представляет собой важный инструмент государства для
осуществления охраны политических, экономических, социальных и иных
общественных отношений. Оно представляет собой ведущую форму
реализации уголовной ответственности363, через которую обеспечивается
поведение людей в рамках требований правовых норм.
362
363
Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. II. Тула, 2001. С. 8.
Багрий-Шахматов Л.В. Уголовная ответственность и наказание. Минск, 1976. С. 104.
256
Содержание понятия наказания включает следующие признаки:
1) наказание представляет собой особую меру государственного
принуждения, отличающуюся от иных мер государственного принуждения,
применяемую в отношении лица, признанного виновным в совершении
преступления;
2) наказание может быть определено только в обвинительном приговоре
суда, вступившем в законную силу;
3) наказание носитстрого индивидуальный характер, применяется в
отношении самого преступника и ни при каких обстоятельствах не может
быть переложено на другое лицо или других лиц;
4) наказание всегда связанос ограничением прав и свобод лица,
совершившего преступление, причиняет ему определенные моральные
страдания и лишает его определенных благ, т.е. по своему объективному
содержанию наказание – это всегда кара364;
5) только отбывание наказание влечет правовое последствие в виде
судимости.
Наказание обычно рассматривается как ответ государства на
совершение преступления и регламентируется данной статьей как
уголовно-правовой, специфический способ правового реагирования на
преступление. Законодатель отграничивает его от иных мер воздействия,
предусмотренных УК РФ (принудительных мер воспитательного
воздействия, принудительных мер медицинского характера и пр.).
Уголовное наказание назначается от имени государства, т.к. только
оно определяет полномочия в сфере назначения и исполнения наказания,
устанавливает основания применения наказания, виды и содержание
наказания. Попытка или присвоение прав законодательной власти либо
попытка подмены суда в области применения наказания является
посягательством на государственный правопорядок Российской
Федерации.
Уголовное наказание как мера воздействия на осужденного
влечет материальные затраты со стороны государства, требующие
значительных бюджетных расходов. Законодатель должен вводит новые
виды наказания, а равно расширяет сферу применения наказания
только при наличии необходимых для этого условий. К сожалению, так
бывает не всегда. Поэтому есть наказания, которые не назначаются уже 20
лет (арест). Сложно оценить перспективы назначения принудительных
работ с 1 января 2017 г.
Принудительный характер наказания как государственной меры
означает, что все обязаны подчиняться вступившим в законную силу
Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. Общая часть. 5-е изд. М.,
2011. С. 542.
257
364
решениям о наказании, а государство вправе применять для их
реализации соответствующие меры воздействия, т.е. предусмотренные
законом необходимые способы, обеспечивающие подчинение лиц и
органов такого рода решениям, включая необходимые меры физического
воздействия.
Принудительный характер наказания также означает обязанность
осужденного претерпевать лишения и ограничения, связанные с
применением к нему наказания.
Наказание может быть назначено только по приговору суда и
применяется только к лицу, признанному виновным в совершении
преступления. Лишение или ограничение прав и свобод лица,
отбывающего наказание, или лица, к которому применено наказание,
должно иметь правовое обоснование и соответствовать закону. Незаконным
является лишение осужденного предусмотренных законом средств
поддержания его существования, приводящее к нанесению вреда здоровью,
распространению эпидемий, равно как и лишение осужденного
государственной защиты от посягательств или иных форм негативного
воздействия со стороны третьих лиц.
Российское уголовное право традиционно рассматривает санкцию как
одно из важнейших уголовно-правовых средств борьбы с преступлениями,
в частности, ст. 60 УК РФ устанавливает, что лицу, признанному
виновным
в совершении преступления, назначается справедливое
наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей
Особенной части настоящего Кодекса.
Это общее начало назначения наказания базируется на
сложившемся порядке законодательного закрепления пределов
наказуемости конкретных преступных границ. Следует подчеркнуть,
что он оказывает направляющее влияние на практику борьбы с
преступностью.
Тяжесть наказания должна соответствовать тяжести совершенного
преступления, а в связи с этим – и личности виновного. При этом лишения
и тяготы наказания, испытываемые осужденным, в определенной мере
являются искуплением его вины. Без кары наказание потеряло бы всякое
предупредительное значение.
Законодательное закрепление максимума и минимума наказания
служит гарантией обеспечения
принципа законности. Однако свою
служебную роль санкция той или иной уголовно-правовой нормы
выполняет при условии, если ее минимальный и максимальный пределы
пределы будут соотвествовать опасности преступления и если она
эффективно будет использоваться пр назначении. В связи с этим, оценка
эффективности той или иной санкции предполагает учет:
– сдерживания от правонарушающего поведения;
258
– активность применения;
– объем кары и репрессивность.
Выделяют и направления усиления воздействия наказания,
заложенного в санкции на преступность:
– повышение минимального и максимального пределов санкции в
составах тех преступных деяний, которые представляют наибольшую
опасность для общества;
– рациональное использование пределов санкции при назначении
судом наказания.
Осложнение криминогенной ситуации с стране обусловливает
актуальность максимального повышения эффективности применения той
или иной санкции.
Характеризуя служебную роль санкции как, прежде всего,
юридической гарантии достижения целей правового регулирования и
предупреждения преступлений необходимо отметить ее сдерживающую
функцию: угроза применения карательных мер, безусловно, порождает
борьбу мотивов в сознании потенциального правонарушителя. Так,
установленное в уголовном законе более строгое наказание за
преступное деяние ставит больший психологический барьер перед ним.
Именно поэтому при принятии соответствующей нормы необходимо
сопоставить минимальный и максимальный пределы санкции с
возможными уровнями опасности преступлений, ответственность за
совершение которых установлена. Но, даже самая точно определяемая
санкция может представлять собой декларацию, если она неправильно
применена.
Итак, наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая
по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в
совершении преступления, и заключается в предусмотренных УК РФ
лишении или ограничении прав и свобод этого лица. В этом смысле
наказание представляет собой комплекс правоограничений, вытекающий из
уголовного законодательства и налагаемый на лицо, виновное в совершении
преступления, вступившим в законную силу приговором суда.
§ 2. Цели наказания
Перед наказанием поставлены три взаимосвязанные цели:
– восстановление социальной справедливости;
– исправление осужденного;
– предупреждение совершения новых преступлений.
Восстановление социальной справедливостикак цель уголовного
наказания начинает реализовываться тогда, когда преступление уже
совершено, социальное равновесие этим фактом нарушено и требуется
восстановить его путем применения адекватного наказания.
259
Восстановление социальной справедливости – это, по существу,
модифицированная цель кары. Именно через наказание как кару можно
восстановить социальную справедливость. При этом под карой понимается
не месть, возмездие или требование ужесточения наказания, а
справедливое осуждение за совершенное преступление, осуждение через
порицание виновного и применение при необходимости предусмотренных
уголовным законом лишений и ограничений его прав и свобод за то, что это
лицо совершило (объем этих ограничений зависит от того, какое
преступление было совершено и собой представляет виновный), и в меру
того, что оно совершило, т.е. соразмерное воздаяние виновному за
содеянное в целях удовлетворения чувства справедливости граждан,
вызванного фактом совершения преступления (обеспечения «торжества
справедливости»365), а также исправления виновного и предупреждения
новых преступлений.
Данная цель не предполагает намеренное причинение страданий
осужденному или стремление к устрашению или ужесточению наказаний.
В соответствии ст. 21 Конституции РФ и ст. 7 УК РФ наказание и иные
меры уголовно-правового характера не могут иметь целью причинение
физических страданий или унижение человеческого достоинства.
Европейский Суд по правам человека считает наказание «бесчеловечным»,
если оно причиняет если не реальные телесные повреждения, то «по крайней
мере сильнейшие физические и душевные страдания». Унижающим
человеческое достоинство Суд считает обращение «такого рода, чтобы вызвать у жертв чувства страха, подавленности и неполноценности, способные
оскорбить и унизить их, и, возможно, сломить их физическое и моральное
сопротивление»366.
Цель исправления осужденногопредусматривает во время отбывания
назначенного судом наказания осуществление его ресоциализации, т.е.
психолого-воспитательного процесса, направленного на коррекцию
преступника в части соблюдения им действующих в обществе правовых
и нравственных норм. Процесс исправления преступника состоит в
попытке воздействовать на его личность в период отбывания наказания,
особенно такого, как лишение свободы, с тем, чтобы не допустить с его
стороны повторных преступных деяний (рецидива), изменить его
отношение к окружающим, сформировать у него нравственные принципы
и правила жизни в обществе.
Основными средствами исправления осужденных, согласно ч. 2 ст.
9 УИК РФ, являются:
Флетчер Дж., Наумов А.В. Основные концепции современного уголовного права. М.,
1998. С. 109.
366
Soeringv. UnitedKingdom. Судебное решение от 7 июля 1989 года // Европейский Суд по
правам человека. Избранные решения. Т. 1. М., 2000. С. 645-647.
260
365
– режим (установленный порядок исполнения и отбывания
наказания);
– воспитательная работа;
– общественно-полезный труд;
– получение общего образования;
– профессиональное обучение;
– общественное воздействие.
Предупреждение совершения новых преступлений– важная цель
уголовного наказания. Указанная цель включает в себя:
– предупреждение совершения новых преступлений лицами,
отбывающими уголовное наказание (специальное предупреждение или
специальная превенция);
– предупреждение совершения преступлений иными лицами, кроме
осужденных (общее предупреждение или общая превенция).
Цель специального(частного) предупреждения заключается в
оказании на осужденного посредством использования карательных,
воспитательных и предупредительных возможностей назначенного ему
уголовного
наказания
такого
психологического
и
иного
предупредительного воздействия, которое удерживало бы его в
дальнейшем от совершения новых преступлений. Данная цель
достигается путем морального воздействия на преступника.
Средством реализации данной цели является также лишение или
ограничение лица, к которому применено наказание, фактической
возможности совершать новые преступления — путем установления
контроля за поведением осужденного, изоляции его от общества,
лишения его права занимать должности или заниматься определенной
деятельностью и т.п. Эта цель достигается своевременностью осуждения
виновного и применения к нему наказания, а также справедливостью
наказания и правильной организацией его исполнения. Определенное
удерживающее значение имеет и строгость содержащегося в санкции и
реально применяемого наказания. Показателем эффективности
осуществления данной цели является реальное снижение уровня рецидива.
Цель общего предупрежденияпредполагает оказание посредством
установления наказания в уголовном законе и фактического его
применения к лицу, виновному в совершении преступного деяния,
психологического – по существу устрашающего и потому
удерживающего воздействия на граждан, способных при определенных
условиях совершить то или иное преступление.
Общепредупредительное значение имеет как факт обоснованного
установления наказания в уголовном законе, так и факт его
своевременного и справедливого назначения виновному и надлежащая
организация его исполнения. При этом законодателем определена
261
нежелательность
подобного
поведения,
воспитывающая
и
формирующая привычку к избеганию определенного поведения.
Эффективность достижения этой цели обеспечивается, прежде всего,
неотвратимостью уголовно-правового воздействия в отношении лиц,
виновных в совершении преступлений.
Сформулированные в ч. 2 ст. 43 УК РФ цели наказания служат
ориентирами для законодателя и правоприменительных органов государства
в решении вопросов наиболее эффективного использования возможностей
уголовных наказаний в противодействии преступлениям. Цели наказания
лежат в основе предусмотренной ст. ст. 44-59 УК РФ системы наказаний,
правил назначения наказания и системы уголовно-правовых санкций. Цели
определяют
и
характер
правоприменительной
деятельности,
принимаются во внимание при назначении и исполнении наказания.
В. признан виновным в умышленном применении насилия, опасного для
жизни и здоровья, в отношении представителя власти З. в связи с
исполнением последним своих должностных обязанностей, и осужден по ч. 2
ст. 318 УК РФ к пяти годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком четыре года.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрев
дело по кассационной жалобе потерпевшего на мягкость наказания,
приговор отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение, указав
следующее. При назначении наказания В. суд первой инстанции отягчающих
его вину обстоятельств не усмотрел, принял во внимание его молодой
возраст, первую судимость, фактическое признание вины, раскаяние в
содеянном, положительные характеристики, посчитал возможным
исправление и перевоспитание осужденного без изоляции от общества и в
соответствии со ст. 73 УК РФ назначил ему условную меру наказания.
Однако, как видно из приговора, при назначении осужденному наказания суд
не в полной мере выполнил требования ст. 60 УК РФ, в соответствии с
которой при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, а также влияние
назначенного наказания на исправление осужденного. Суд не учел в должной
мере, что действия В. Были направлены против представителя власти во
время исполнения им своих должностных обязанностей, и не оценил
повышенную степень общественной опасности содеянного.
Следовательно, доводы кассационной жалобы потерпевшего о
несправедливости назначенного осужденному наказания являются
обоснованными, а приговор – незаконным. С учетом изложенного приговор
отменен, а дело направлено на новое рассмотрение367.
Литература
367
БВС РФ. 2002. № 4. С. 8.
262
1. Бибик О.Н. Культурная обусловленность уголовного наказания. М.,
2013.
2. Благов Е.В. Наказание и иные меры уголовно-правового характера.
М., 2011.
3. Зубкова В.И. Уголовное наказание и его социальная роль: теория и
практика. М., 2002.
4. Мицкевич А.Ф. Уголовное наказание: понятие, цели и механизмы
действия. СПб., 2005.
5. Наумов А.В. Преступление и наказание в истории России. В 2-х ч. М.,
2014.
6. Орлов В.Н. Уголовное наказание: понятие, цели, состав исполнения.
М., 2013.
7. Филимонов В.Д. Охранительная функция уголовного права. СПб., 2003.
263
Тема 15. СИСТЕМА И ВИДЫ НАКАЗАНИЙ
В результате изучения студент должен:
знать систему наказаний; особенности отдельных видов наказаний;
основные элементов карательной составляющей каждого из видов
наказания; проблемы отложенных видов наказаний;
уметь понимать разграничение отдельных видов наказаний по объему
ограничения прав и свобод осужденного; последствия введения в действие
отложенных видов наказаний;
владеть навыками
применения
действующего
уголовного
законодательства, судебной практики при назначении конкретного вида
уголовного наказания; анализировать возможные варианты, при которых
предусмотрено альтернативное лишению свободы уголовное наказание.
§ 1. Понятие системы наказаний
Система наказаний – это установленный законом перечень всех видов
уголовных наказаний, представленных по принципу от менее к более
строгому. Конкретный вид уголовного наказания избирается судом в
пределах системы наказаний, закрепленной в УК РФ. В настоящее время в
систему наказаний входят 13 его видов.
Основными видами наказания, которые могут применятся только
самостоятельно и не могут присоединяться к другим наказаниям, являются
(ч. 1 ст. 45 УК РФ):
– обязательные работы;
– исправительные работы;
– ограничение по военной службе;
– принудительные работы;
– арест;
– содержание в дисциплинарной воинской части;
– лишение свободы на определенный срок;
– пожизненное лишение свободы;
– смертная казнь.
К наказаниям, которые могут быть назначен в качестве основных и
дополнительных («смешанные» наказания), относятся (ч. 2 ст. 45 УК РФ):
– штраф;
– лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью;
– ограничение свободы.
Единственным дополнительным наказанием, которое не может быть
назначено само по себе, является лишение воинского или почетного звания,
классного чина и государственных наград (ч. 3 ст. 45 УК РФ).
Более половины из предусмотренных в действующем УК РФ наказаний
не связаны с лишением свободы. Представленная система наказаний в УК РФ
предполагает рассмотрение судом вначале возможности назначения более
264
мягкого, по сравнению с лишением свободы, наказания из числа
предусмотренных в санкции статьи Особенной части. Согласно ч. 1 ст. 56 УК
РФ, наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному,
совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при
наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ (за
исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 и ст.
233 УК РФ) или только если соответствующей статьей Особенной части УК
РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.
Каждое из уголовных наказаний несет определенный объем
карательного воздействия. Так, наказания, не связанные с изоляцией от
общества ориентированы на ресоциализацию осужденного. Главное место в
системе уголовных наказаний отводится лишению свободы как превентивной
мере и занимающее первое место в системе санкционного обеспечения
преступных деяний.
В соответствии с п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской
Федерации уголовного наказания»368 (далее – ППВС РФ от 22 декабря 2015 г.
№ 58), более строгий вид наказания из числа предусмотренных за
совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий
вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. Это
следует и из общих начал назначения наказания (ч. 1 ст. 60 УК РФ).
§ 2. Штраф
Штраф – это денежное взыскание, устанавливаемое в размере
соответствующего денежного взыскания либо в размере платы или иного
дохода осужденного за определенный период. Штраф устанавливается в
качестве как основного, так и дополнительного наказания в размере от 5 тыс.
до 1 млн. рублей или в размере заработанной платы или иного дохода
осужденного за период от 2 недель до 5 лет либо исчисляется в размере,
кратном стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа, взятки или
сумме незаконно перемещенных денежных средств и (или) стоимости
денежных инструментов (ст. 46 УК РФ).
При этом специально предусмотренными статьями Особенной части УК
РФ в некоторых случаях штраф назначается только за тяжкие и особо тяжкие
преступления.
Карательная сущность штрафа сопряжена с поражением имущественных
прав осужденного, поэтому данное наказание принято называть
имущественным. Штраф обладает меньшей степенью репрессивности, чем
другие наказания: он не ограничивает свободу передвижения осужденного,
его право менять по своему усмотрению место жительства или работы. Но
его применение влечет за собой ущемление материального положения
осужденного и наличие судимости как правового последствия.
368
БВС РФ. 2016. № 2. С. 17.
265
Суд определяет размер штрафа с учетом тяжести совершенного
преступления и имущественного положения осужденного и его семьи, а
также с учетом возможности получения осужденным заработной платы или
иного дохода. Суд может с учетом перечисленных обстоятельств назначить
штраф с рассрочкой его уплаты на срок до пяти лет.
Калининским районным судом г. Твери А. осужден за совершение
преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ к штрафу в размере 60
тыс. руб. Суд признал в качестве смягчающего наказания частичное
возмещение имущественного ущерба подсудимым, его действия,
направленные на раскрытие преступления и назначил наказание в виде
штрафа с рассрочкой на 5 месяцев369.
Законом установлены различные правовые последствия неуплаты
штрафа в зависимости от вида данного наказания, назначенного судом
осужденному: в качестве основного наказания или дополнительного.
В случае неуплаты штрафа, назначенного судом осужденному в качестве
основного наказания, в соответствии с ч. 5 ст. 46 УК РФ оно подлежит
замене другим видом наказания. Поэтому в отношении такого осужденного
пристав-исполнитель не ранее 10, но не позднее 30 дней со дня истечения
предельного срока уплаты штрафа, указанного в ч. 1 и 3 ст. 31 УИК РФ,
направляет в суд представление о замене штрафа другим видом наказания.
В таких случаях закон предоставляет суду широкие возможности
замены штрафа другим видом наказания в пределах санкции,
предусмотренной соответствующей статьей Особенной части УК РФ.
Согласно ч. 5 ст. 46 УК РФ, в случае злостного уклонения от уплаты
штрафа, назначенного в качестве основного наказания, он заменяется иным
наказанием, за исключением лишения свободы.
Например, если осужденный по ч. 1 ст. 158 УК РФ за кражу к штрафу
в качестве основного наказания не уплатит указанную в приговоре сумму
штрафа в установленные сроки, то штраф может быть заменен
обязательными работами на срок до 360 часов, либо исправительными
работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок
до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо
арестом на срок до четырех месяцев.
Это положение не распространяется на осужденных к наказанию в виде
штрафа за преступления, предусмотренные ст. ст. 204, 290, 291, 2911 УК РФ.
По приговору Верховного Суда Республики Башкортостан Н. осужден
по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к штрафу в размере семидесятикратной суммы
взятки – 28 млн. рублей. Постановлением судьи Верховного Суда Республики
Башкортостан ходатайство Н. о рассрочке уплаты штрафа удовлетворено
и установлена рассрочка уплаты штрафа на 5 лет равными долями с
ежемесячной уплатой по 466 583 руб.
Данное требование закона Н. не выполнил. Постановлением Верховного
Суда Республики Башкортостан от 29 апреля 2013 г. по представлению
369
Приговор по уголовному делу № 1-48/13 от 3 июня 2013 г. // www.sudact.ru.
266
судебного пристава-исполнителя неисполненное наказание в виде штрафа в
размере 27 952 тыс. рублей заменено лишением свободы сроком на семь лет
с отбыванием в исправительной колонии строгого режима370.
В случае неуплаты в установленные сроки штрафа, назначенного
осужденному в качестве дополнительного наказания, судебный пристависполнитель производит взыскание штрафа в принудительном порядке.
Судебный пристав-исполнитель принимает меры по принудительному
взысканию штрафа за преступление в общем порядке обращения взыскания
на имущество должника, установленном Федеральным законом от 2 октября
2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве371 (далее – ФЗ «Об
исполнительном производстве), в следующих случаях:
– штраф за преступление, назначенный в качестве основного наказания,
не уплачен должником в срок добровольного исполнения и суд отказал
в замене штрафа другим видом наказания;
– штраф за преступление, назначенный в качестве дополнительного
наказания, не уплачен должником в срок для добровольного исполнения;
– штраф за преступление, совершенное несовершеннолетним,
не уплачен лицом, на которое судом возложена обязанность его уплаты
в срок для добровольного исполнения.
В качестве мер принудительного исполнения штрафа ст. 68 ФЗ
«Об исполнительном производстве» предусмотрены:
– обращение взыскания на имущество должника, в том числе
на денежные средства и ценные бумаги;
– обращение взыскания на периодические выплаты, получаемые
должником в силу трудовых, гражданско-правовых или социальных
правоотношений;
– наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника
или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества и др.
§ 3. Лишение права занимать определенные должности или
заниматься определенной деятельностью
Лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью (ст. 47 УК РФ) заключается в запрете занимать
определенные должности на государственной службе и службе в органах
местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной
или иной деятельностью.
Например, в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24
мая 2016 г. № 22372 сказано, что при назначении виновному в дорожнотранспортном преступлении такого дополнительного наказания как лишение
права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами,
БВС РФ. 2014. № 8. С. 20.
Российская газета. 2007. 6 октября.
372
БВС РФ. 2016. № 7. С. 13.
370
371
267
оно назначается вне зависимости имеет ли разрешение управлять
транспортным средством (водительское удостоверение установленного
образца) или нет.
Лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью устанавливается на срок от года до 5 лет в
качестве основного вида наказания и на срок от 6 месяцев до 3 лет в качестве
дополнительного вида наказания. В тех случаях, которые предусмотрены
соответствующими статьями Особенной части УК РФ, лишение права
занимать определенные должности или заниматься определенной
деятельностью устанавливается на срок до 20 лет в качестве
дополнительного наказания.
Арзгирским районным судом Ставропольского края гр. Д. осужден за
преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 160, ч. 1 ст. 292 УК РФ к наказанию
в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев и к лишению права
занимать должности, связанные с осуществлением организационнораспорядительных и административно-хозяйственных полномочий в
государственных и муниципальных учреждениях в соответствии с ч. 3 ст.
47 УК РФ на срок 3 года. Гр. Д., являясь директором муниципального
унитарного предприятия «Дом быта», из корыстных побуждений, используя
свое служебное положение, путем поделки документов, завышал цены на
приобретаемые товары373.
Лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью может быть назначено в качестве
дополнительного наказания и в тех случаях, когда оно не предусмотрено
санкциями соответствующих статей Особенной части УК РФ, если (с учетом
характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а
также личности виновного) суд признает невозможным сохранение за ним
права занимать определенные должности или заниматься определенной
деятельностью (ч. 3 ст. 47 УК РФ).
В науке нередко встречается мнение о том, что законодатель по сути
регламентирует два самостоятельных вида наказания: лишение права
занимать определенные должности и лишение права заниматься
определенной деятельностью374.
Лишение права занимать определенные должности подразумевает
запрет на занятие должностей в системе государственной службы
Российской Федерации и службы в органах местного самоуправления.
В соответствии с Федеральным законом от 27 мая 2003 г. № 58-ФЗ «О
системе государственной службы Российской Федерации»375 (далее – ФЗ «О
Приговор по уголовному делу № 1-102/2016 от 19 декабря 2016 г. // www.sudact.ru.
Крылова Е.С. Лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью как вид уголовного наказания по законодательству России и
зарубежных стран: автореф. дисс. … канд. юрид. наук– Саратов, 2002. С. 13; Становский
М.Н. Назначение наказания. СПб., 1999. С. 53.
375
СЗ РФ. 2003. № 22. Ст. 2063.
268
373
374
системе государственной службы)) государственная служба России – это
профессиональная служебная деятельность граждан РФ по обеспечению
исполнения полномочий: Российской Федерации; федеральных органов
государственной власти, иных федеральных государственных органов;
субъектов РФ; органов государственной власти субъектов РФ, иных
государственных органов субъектов РФ; лиц, замещающих должности,
устанавливаемые Конституцией России, федеральными законами для
непосредственного исполнения полномочий федеральных государственных
органов; лиц, замещающих должности, устанавливаемые конституциями,
уставами, законами субъектов РФ для непосредственного исполнения
полномочий государственных органов субъектов Российской Федерации.
Система государственной службы включает в себя следующие виды
государственной
службы:
государственная
гражданская;
военная;
правоохранительная.
Государственная гражданская служба подразделяется на федеральную
государственную гражданскую и государственную гражданскую службу
субъекта РФ.
Военная и правоохранительная служба являются видами федеральной
государственной службы.
Должности государственной службы, как отмечается в ст. 8 ФЗ «О
системе государственной службы», учреждаются федеральным законом или
иным нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации.
Таким образом, при назначении наказания в виде лишения права
занимать определенные должности суд должен исходить из того, что он
может назначить такое наказание только подсудимому, который занимает
или в момент совершения преступления занимал какую-либо из должностей
государственной службы, которые, в свою очередь, делятся: на должности
федеральной
государственной
гражданской
службы;
должности
государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации;
воинские должности; должности правоохранительной службы.
В соответствии с Федеральным законом от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации»376, под должностным лицом местного самоуправления
понимается выборное либо заключившее контракт (трудовой договор) лицо,
наделенное исполнительно-распорядительными полномочиями по решению
вопросов местного значения и (или) по организации деятельности органа
местного самоуправления; выборное должностное лицо местного
самоуправления – должностное лицо местного самоуправления, избираемое
на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном
голосовании на муниципальных выборах либо представительным органом
муниципального образования из своего состава или на сходе граждан,
осуществляющем полномочия представительного органа муниципального
376
Российская газета. 2003. 8 октября.
269
образования, и наделенное собственными полномочиями по решению
вопросов местного значения.
Лишение права заниматься определенной деятельностью. Частью 1 ст.
47 УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения права заниматься
определенной профессиональной или иной деятельностью.
Под профессиональной деятельностью того или иного лица понимается
трудовая
деятельность
в
соответствии
с
полученным
377
лицомпрофессиональным образованием , то есть это такой вид
деятельности, для осуществления которого необходима профессиональная
подготовка, либо эта деятельность включает в себя виды работ, требующие
специальной подготовки или позволяющие совершать определенные
действия либо принимать решения, характер которых устанавливается
нормативными-правовыми актами378.
К профессиональной относятся педагогическая, врачебная деятельность,
управление железнодорожным, водным и воздушным транспортом по
договору найма и т.д.
В ч. 1 ст. 47 УК РФ говорится о возможности запрещения заниматься и
иной деятельностью. Закон не расшифровывает понятие «иная
деятельность», что позволяет рассматривать ее в широком смысле как любую
постоянную или периодическую деятельность лица, которая может быть
даже побочным занятием. Об этом же говорится в п. 8 ППВС РФ от 22
декабря 2015 г. № 58, однако в приговоре в приговоре должно быть указано
каким именно видом деятельности запрещается заниматься осужденному379.
В качестве дополнительного наказания лишение права занимать
определенную должность или заниматься определенной деятельностью
может быть назначено как в случаях, специально предусмотренных
санкциями норм Особенной части УК РФ, когда этот вид наказания
фигурирует в норме в качестве дополнительного (например, ч. 1, 2, 3 ст. 264
УК РФ), так и когда он не указан в санкции нормы, вменяемой виновному.
При назначении дополнительного наказания в виде лишения права
заниматься определенной деятельностью при наличии к тому оснований и с
учетом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание. ППВС РФ от
22 декабря 2015 г. № 58 указывает на необходимость обсуждения вопроса о
целесообразности его применения в отношении лица, для которого
соответствующая деятельность связана с его единственной профессией (п. 9).
Суд также обязан обратить приговор к исполнению, т.е. направить
копию приговора, вступившего в законную силу, администрации
государственной службы или местного самоуправления по месту работы
осужденного, а также уголовно-исполнительной инспекции по месту
Рамазанов А.Ж.Наказания, не связанные с лишением свободы, и практика их
применения: дисс. … канд. юрид. наук. Коломна, 2002. С. 122.
378
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Ю.И.
Скуратова, В.М. Лебедева. 3-е изд. М., 2001. С. 100.
379
БВС РФ. 2000. № 5. С. 12.
270
377
жительства осужденного. Но суд поступает таким образом лишь в случаях,
если лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью применяется в качестве основного наказания
либо в качестве дополнительного наказания к штрафу, обязательным
работам, исправительным работам, ограничению свободы, а также при
условном осуждении.
Если же
рассматриваемое
наказание
назначено
в качестве
дополнительного к принудительным работам, аресту, содержанию
в дисциплинарной воинской части или лишению свободы, то по отбытии
этих видов наказания, а также в случае условно-досрочного освобождения
осужденного либо замены наказания более мягким (ст. ст. 79, 80 УК РФ)
копию приговора уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства
(работы) осужденного направляют учреждения и органы, исполняющие эти
виды наказания.
Важным элементом порядка и условий исполнения рассматриваемого
вида наказания являетсяисчисление сроков его исполнения. Согласно ч. 2 ст.
47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью устанавливается на срок от одного года до пяти
лет в качестве основного вида наказания и на срок от шести месяцев до трех
лет в качестве дополнительного вида наказания.
Федеральным законом от 27 июня 2009 г. № 215-ФЗ ч. 2 ст. 47 УК РФ
была дополнена положением о том, что в случаях, специально
предусмотренных статьями Особенной части УК РФ, лишение права
занимать определенные должности или заниматься определенной
деятельностью
устанавливается
на срок
до 20
лет
в качестве
дополнительного вида наказания.
§ 4. Лишение специального, воинского или почетного звания,
классного чина и государственных наград
Лишение специального воинского или почетного звания, классного чина
и государственных наград может применяться только в качестве
дополнительного вида наказания. Данное наказание применяется лишь при
осуждении за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления с учетом
сведений о личности виновного (ст. 48 УК РФ).
Президиум Верховного Суда РФ исключил из приговора и последующих
судебных решений указание о лишении лица, осужденного к пяти годам лишения свободы, специального звания майора юстиции, поскольку в
соответствии со ст. 48 УК РФ лишение специального звания возможно
лишь при осуждении лица за совершение тяжкого или особо тяжкого
преступления. В соответствии со ст. 15 УК РФ деяние, предусмотренное
указанной статьей, относится к преступлениям средней тяжести380.
380
БВС РФ. 2000. № 5. С. 12.
271
Воинские звания присваиваются военнослужащим, а также
сотрудникам ФСБ, ФСО, СВР.
Специальные звания присваиваются сотрудникам органов внутренних
дел, таможенной, налоговой, дипломатической службы, уголовноисполнительной системы и некоторых других служб, где такие звания
установлены.
Классные чины присваиваются в системе государственной службы
(например, работникам прокуратуры, министерств иностранных дел, путей
сообщения, морского флота).
Почетными званиями являются, в частности: заслуженный юрист
Российской Федерации, заслуженный деятель науки Российской Федерации,
Народный артист, Народный учитель Российской Федерации и др.
К специальным званиям не относятся ученые степени кандидата и
доктора наук, а также ученые звания доцента, профессора – поэтому суд не
вправе лишать осужденного ученых степеней и ученых званий.
Государственными наградами в соответствии с п. 1 Положения о
государственных наградах Российской Федерации, утвержденного Указом
Президента РФ от 2 марта 1994 г., являются: звание Героя Российской
Федерации, ордена, медали. В перечне наград сохраняются государственные
награды СССР.
Особенность рассматриваемого вида наказания состоит в том, что оно
связано с психологическим воздействием на осужденного, который лишается
определенных преимуществ, установленных для лиц, имеющих указанные
звания, чины и государственные награды.
Исходя из содержания ст. 47 УК РФ, можно сделать вывод о том, что
рассматриваемый вид наказания является бессрочным, однако безоговорочно
его таковым назвать нельзя. В российском законодательстве существуют
коллизии в правовом регулировании этого вопроса. Так, в ч. 2 ст. 48
Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности
и военной службе» говорится о том, что лицо, лишенное воинского звания,
после снятия или погашения судимости может быть восстановлено в
прежнем воинском звании должностным лицом, имеющим право
присваивать это воинское звание в соответствии с Положением о порядке
прохождения военной службы.
§ 5. Обязательные работы
В соответствии с ч. 1 ст. 45 УК РФ, наказание в виде обязательных
работ применяется только в качестве основного. В ст. 49 УК РФ
указывается, что обязательные работы заключаются в выполнении
осужденным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных
общественно полезных работ. Вид обязательных работ и объекты, на
которых они отбываются, определяются органами местного самоуправления
по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями.
272
Обязательные работы устанавливаются на срок от 60 до 480 часов и
отбываются не свыше четырех часов в день.
Содержание карательной составляющей уголовного наказания в виде
обязательных работ состоит в лишении, ограничении и дополнении трудовых
и иных прав, законных интересов и обязанностей осужденного. Содержание
и суть обязательных работ заключается:
– в самом факте осуждения лица от имени государства;
– принудительном характере выполняемых осужденным общественно
полезных работ;
– бесплатности выполняемых осужденным общественно полезных
работ;
– выполнении осужденным строго определенного вида общественно
полезных работ;
– непрестижном характере общественно полезных работ;
– выполнении осужденным общественно полезных работ на строго
определенных объектах;
– продолжительности во времени общественно полезных работ;
– интенсивности общественно полезных работ, то есть в том, как часто
осужденный должен быть занят общественно полезными работами;
– выполнении осужденным общественно полезных работ по месту
своего жительства, то есть в том районе, где его могут встретить знакомые
или близкие;
– ограничении осужденного в реализации в полной мере своего права на
отдых;
– выполнении осужденным общественно полезных работ в свободное от
основной работы или учебы время;
– невключении времени отбывания обязательных работ в трудовой стаж
осужденного;
– запрете осужденного призываться на военную службу, то есть в
невозможности реализации долга и обязанности гражданина РФ по защите
Отечества;
– предоставлении осужденному при наличии уважительных причин
права проработать в течение недели меньшее количество часов.
Обязательные работы не назначаются условно (ч. 1 ст. 73 УК РФ), а к
осужденному к данному виду наказания не применяются положения ст. 79 и
ст. 80 УК РФ.
Согласно п. 14 ППВС РФ № 58, суд назначая наказание в виде
обязательных работ должен выяснить трудоспособность такого лица,
наличие или отсутствие у него основного места работы, место постоянного
жительства, а также другие свидетельствующие данные о возможности
исполнения данного вида наказания.
273
По приговору Шебекинского районного суда Белгородской области гр.
С. осуждена за преступление, предусмотренное п.«в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к
обязательным работам на срок четыреста восемьдесят часов381.
Согласно ч. 3 ст. 49 УК РФ (в ред. ФЗ РФ от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ)
в случае злостного уклонения осужденного от отбывания обязательных работ
они заменяются принудительными работами или лишением свободы. При
этом время, в течение которого осужденный отбывал обязательные работы,
учитывается при определении срока принудительных работ или лишения
свободы из расчета один день принудительных работ или один день лишения
свободы за восемь часов обязательных работ.
Понятие злостного уклонения от отбывания обязательных работ
закрепляется в ч. 1 ст. 30 УИК РФ. Злостно уклоняющимся от отбывания
обязательных работ признается осужденный:
– более двух раз в течение месяца не вышедший на обязательные работы
без уважительных причин;
– более двух раз в течение месяца нарушивший трудовую дисциплину;
– скрывшийся в целях уклонения от отбывания наказания.
Характеристика злостного уклонения, влекущего в соответствии с УК
РФ замену неотбытого наказания более суровым видом уголовного
наказания, дана законодателем в УИК РФ в исчерпывающем виде.
Обязательные работы не назначаются:
– лицам, признанным инвалидами первой группы;
– беременным женщинам;
– женщинам, имеющим детей в возрасте до трех лет;
– военнослужащим, проходящим военную службу по призыву;
– военнослужащим, проходящим военную службу по контракту на воинских должностях рядового и сержантского состава, если они на момент
вынесения судом приговора не отслужили установленного законом срока
службы по призыву.
§ 6. Исправительные работы
Наказание в виде исправительных работ является более тяжким видом,
чем наказание в виде обязательных работ, и наименее тяжким – по
отношению к ограничению по военной службе. В соответствии с ч. 1 ст. 45
УК РФ уголовное наказание в виде исправительных работ применяется
только в качестве основного наказания.
В ст. 50 УК РФ указывается, что исправительные работы назначаются
осужденному, имеющему основное место работы, а равно не имеющему его.
Осужденный, имеющий основное место работы, отбывает исправительные
работы по основному месту работы. Осужденный, не имеющий основного
места работы, отбывает исправительные работы в местах, определяемых
органами местного самоуправления по согласованию с уголовно381
См.: Приговор №1-152/2016 от 29 декабря 2016 г. по делу №1-152/2016 www.sudact.ru
274
исполнительными инспекциями, но в районе места жительства. Федеральный
закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ вернул два вида исправительных работ,
широко применяемых ранее:
– исправительные работы по основному месту работы;
– исправительные работы в иных местах.
Возвращение к виду исправительных работ с отбыванием в иных местах
поставил следующие проблемы:
– объективные трудности исполнения приговоров к исправительным
работам в небольших населенных пунктах, особенно в сельской местности,
где нет предприятий со свободными рабочими местами, куда бы можно было
направить осужденного;
– осужденный нередко направляется инспекцией на работу, которая не
соответствует его желаниям, а иногда и квалификации, вследствие чего он
рассматривает ее как временную, исправительное воздействие такого труда
невелико;
– при отбывании исправительных работ в иных местах воспитательное
воздействие коллектива начинает проявляться не сразу, поскольку коллектив
должен узнать осужденного и выбрать наиболее правильные пути работы с
ним;
– значительная часть осужденных увольняется вскоре после отбытия
наказания;
– значительно больший рецидив в иных местах, нежели по месту
работы382.
Исправительные работы устанавливаются на срок от двух месяцев до
двух лет. Из заработной платы осужденного к исправительным работам
производятся удержания в доход государства в размере, установленном
приговором суда, в пределах от 5 до 20 %.
Содержание уголовного наказания в виде исправительных работ состоит
в лишении, ограничении и дополнении материальных, трудовых и иных прав,
законных
интересов
и
обязанностей
осужденного.
Содержание
исправительных работ заключается:
– в самом факте осуждения лица от имени государства;
–
в
принудительном
характере
выполняемых
осужденным
исправительных работ;
– в выполнении осужденным исправительных работ на строго
определенных объектах;
– в продолжительности во времени исправительных работ;
– в удержании части заработной платы в доход государства в размере,
установленном приговором суда, в пределах от 5 до 20%;
– в выполнении осужденным исправительных работ строго
определенного рода и связанных с определенной профессией;
Гуськов В.И. Назначение и исполнение исправительных работ как меры уголовного
наказания: дисс. … канд. юрид. наук. М., 1966. С. 127–130.
275
382
– в выполнении осужденным исправительных работ строго
определенного вида и характера;
– в запрете увольнения осужденного с работы по собственному желанию
без разрешения в письменной форме уголовно-исполнительной инспекции;
– в удержании части ежемесячных страховых выплат по обязательному
социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и
профессиональных заболеваний;
– в выполнении осужденным исправительных работ по месту своего
жительства, то есть в том районе, где его могут встретить знакомые или
близкие;
– в ограничении права совершеннолетнего осужденного на отпуск
продолжительностью 28 календарных дней, а несовершеннолетнего
осужденного – продолжительностью 31 календарный день;
– в невозможности замены ежегодного оплачиваемого отпуска денежной
компенсацией;
– в запрете осужденного призываться на военную службу, то есть в
невозможности реализации долга и обязанности гражданина РФ по защите
Отечества;
– в предоставлении осужденному права обращаться в суд с
ходатайством о снижении размера удержаний из заработной платы
осужденного в случае ухудшения его материального положения.
Исправительные работы могут быть назначены условно (ч. 1 ст. 73 УК
РФ), к осужденному к данному виду наказания не применяются положения
ст. 79 (условно-досрочное освобождение от отбывания наказания) и ст. 80
(замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания) УК РФ.
При не определении размера удержаний из заработной платы
осужденного при назначении ему исправительных работ данное наказание
будет считаться не назначенным, а его назначение подлежит исключению из
приговора независимо, назначалось ли лицу окончательное наказание по ст.
ст. 69, 70, 71 УК РФ или не назначалось.
А. был осужден по п.п. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105, п. «г» ч. 3 ст. 163, п.
«в» ч. 3 ст. 161, ч. 2 ст. 222, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 325, ч. 1 ст. 150 УК РФ к
разным срокам лишения свободы, по ч. 2 ст. 325 УК РФ – к одному году
исправительных работ. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ ему было назначено
25 лет лишения свободы. Президиум ВС РФ изменил судебные решения,
указав, что суд, признав А. виновным по ч. 2 ст. 325 УК РФ за хищение
паспорта, при назначении наказания допустил ошибку. Суд не учел, что в
соответствии со ст. 50 УК РФ при назначении осужденному
исправительных работ из его заработка производятся удержания в доход
государства в размере, установленном в приговоре, и, назначая А. наказание
по ч. 2 ст. 325 УК РФ в виде исправительных работ на один год, не указал
размер удержания из заработка осужденного. Таким образом, суд надзорной
инстанции указал, что наказание А. по указанной статье фактически судом
276
не назначено, в связи с чем указание о назначении по этой статье
исправительных работ подлежит исключению из судебных решений383.
В случае злостного уклонения от отбывания исправительных работ суд
может заменить неотбытое наказание принудительными работами или
лишением свободы из расчета один день принудительных работ или один
день лишения свободы за три дня исправительных работ.
Исправительные работы не назначаются лицам, признанным
инвалидами первой группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим
детей в возрасте до трех лет, военнослужащим, проходящим военную службу
по призыву, а также военнослужащим, проходящим военную службу по
контракту на воинских должностях рядового и сержантского состава, если
они на момент вынесения судом приговора не отслужили установленного
законом срока службы по призыву.
§ 7. Ограничение по военной службе
В соответствии со ст. 51 УК РФ, ограничение по военной службе
назначается военнослужащим, проходящим службу по контракту, на срок от
трех месяцев до двух лет. Применение этой меры возможно в случаях, прямо
предусмотренных статьями Особенной части УК РФ за совершение
преступлений против военной службы, а также вместо предусмотренных
соответствующими статьями Особенной части УК РФ.
К военнослужащим, проходящим службу по призыву, этот вид
наказания применяться не может.
В системе наказаний, расположенных в порядке возрастания по степени
строгости, ограничение по военной службе указано после исправительных
работ и назначается только в качестве основной меры. При исчислении
сроков и осуществлении зачета трем дням ограничения по военной службе
соответствует один день лишения свободы (ст. 44, 71 УК РФ). Как и
содержание в дисциплинарной воинской части, ограничение по военной
службе в силу ч. 1 ст. 73 УК РФ может быть назначено как реально, так и
условно.
Содержание режимных ограничений данного наказания состоит в том,
что осужденный в течение определенного в приговоре срока не может быть
повышен в должности, в воинском звании, а срок наказания не засчитывается
в выслугу лет для присвоения очередного звания. Кроме того, из денежного
содержания осужденного военнослужащего в доход государства
удерживаются суммы в размере, установленном судом, но не свыше 20 %.
При назначении наказания в виде ограничения по военной службе по
совокупности приговоров применяются правила назначения по совокупности
преступлений и совокупности приговоров наказания в виде исправительных
работ (п. 23 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58).
383
Приговор по уголовному делу 1-32/2014 от 1 октября 2014 г. // www.sudact.ru.
277
Ограничение по военной службе не препятствует определенным перемещениям осужденного в порядке служебной необходимости: командировкам,
переводам на иные должности и на новое место службы – постоянно или
временно.
Сам факт осуждения не является обязательным основанием для увольнения военнослужащего со службы либо понижения его в должности или
звании.
§ 8. Ограничение свободы
Ограничение свободы определяется как комплекс правоограничений,
реализуемых по месту жительства осужденного (Федеральный закона от 27
декабря 2009 г. № 377-ФЗ).
Отказ от исправительных центров как субъектов исполнения ограничения свободы в нынешней экономической ситуации представляет собой
определенный компромисс – действующая редакция ст. 53 УК РФ позволяет
утверждать, что ограничение свободы, скорее всего, ориентировано на
самодисциплину
осужденного.
Контроль
уголовно-исполнительных
инспекций в данном случае направлен на то, чтобы удостовериться,
насколько добросовестно осужденный соблюдает правоограничения,
наложенные на него приговором суда, назначившим уголовное наказание в
виде ограничения свободы.
Ограничение свободы может назначаться в качестве основного или
дополнительного наказания (ч. 2 ст. 45 УК РФ). Как основное наказание оно
назначается на срок от двух месяцев до четырех лет за преступления
небольшой и средней тяжести, в качестве дополнительного – может быть
назначено к лишению свободы на срок от шести месяцев до двух лет в
случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК
РФ.
Содержанием уголовного наказания в виде ограничения свободы является установление судом осужденному ограничений, предусмотренных ст. 53
УК РФ:
– не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в определенное время
суток;
– не посещать определенные места, расположенные в пределах
территории соответствующего муниципального образования;
– не выезжать за пределы территории соответствующего
муниципального образования, не посещать места проведения массовых и
иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях;
– не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или)
учебы без согласия специализированного государственного органа,
осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде
ограничения свободы (уголовно-исполнительные инспекции).
В судебной практике выработано правило, согласно которому при
назначении наказания в виде ограничения свободы суд обязан установить
278
осужденному конкретные виды ограничений, предусмотренные ст. 53 УК
РФ.
ПоприговорусудаМ.иД. признаны виновными в убийстве, совершенном
группой лиц.СудебнаяколлегияпоуголовнымделамВерховногоСудаРФ указала,
что,
согласност.53УКРФприназначениинаказанияввидеограничениясвободысуд
устанавливает
осужденному
конкретные
видыограничений,
предусмотренные данной статьей.Всоответствиисп.12ч. 1 ст. 308 УПК РФ
в
резолютивнойчастиобвинительногоприговорадолжныбыть
указаны
ограничения,которыеустанавливаютсядляосужденногокнаказаниюввидеогра
ничения свободы.
Какследуетизрезолютивнойчастиприговора,
суд
назначилосужденнымМ.иД.дополнительноенаказание
в
виде
ограничениясвободы,однакоконкретные
виды
ограничений,
предусмотренные
ч.
1ст.53УКРФиявляющиесяобязательнымидляосужденных,не установил, т.е.
фактически указанное наказание не назначил384.
При этом суд возлагает на осужденного обязанность являться в
специализированный государственный орган (уголовно-исполнительную
инспекцию), осуществляющий надзор за отбыванием осужденными
наказания в виде ограничения свободы, от одного до четырех раз в месяц для
регистрации.
В зависимости от вида и тяжести совершенного преступления, личности
виновного и иных обстоятельств суд может назначить весь комплекс
правоограничений, перечисленных в ч. 1 ст. 53 УК РФ, либо часть из них.
Однако установление судом осужденному ограничений на изменение места
жительства или пребывания без согласия уголовно-исполнительной инспекции, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.
В соответствии с п. 18 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58, в случае
назначения ограничения свободы в качестве основного наказания в
приговоре необходимо устанавливать территорию, за пределы которой
осужденному запрещается выезжать и в пределах которой ему запрещается
посещать определенные места без согласия уголовно-исполнительной
инспекции. Если в состав населенного пункта, в котором проживает
осужденный, входят несколько муниципальных образований, то суд вправе
установить соответствующие ограничения в пределах территории такого
населенного пункта. Если населенный пункт является частью
муниципального образования, то ограничения устанавливаются в пределах
территории муниципального образования, а не населенного пункта
Кувандыкским районным судом Оренбургской области 30.11.2010 года
был осужден Ч. по ч. 1 ст. 264 в виде одного года ограничения свободы. При
384
БВС РФ. 2011. № 12. С. 19.
279
этом осужденному не было установлено обязательное ограничение на выезд
за пределы муниципального образования385.
Правоограничения при назначении ограничения свободы, в основном,
связаны с конституционным правом личности на свободу передвижения,
распространяются на отдельные составляющие данного права и призваны
дисциплинировать осужденного, предотвратить возможность посещения им
различных мест в пределах муниципального образования.
Перечень таких мест определяет уголовно-исполнительная инспекция
применительно к каждому конкретному случаю, либо их признаки должны
быть классифицированы в ведомственном нормативном акте.
Разъяснения по поводу обязательности установления ограничения на
изменение места жительства или пребывания и ограничение на выезд за
пределы территории соответствующего муниципального образования без
согласия уголовно-исполнительной инспекции даны в п. 17 ППВС РФ от 22
декабря 2015 г. № 58.
Согласно ч. 5 ст. 53 УК РФ, в случае злостного уклонения от отбывания
ограничения свободы, назначенного в качестве основного вида наказания,
суд может заменить неотбытую часть наказания принудительными работами
или лишением свободы из расчета один день принудительных работ за два
дня ограничения свободы или один день лишения свободы за два дня
ограничения свободы.
Ограничение свободы не назначается:
– военнослужащим;
– иностранным гражданам и лицам без гражданства;
– лицам, не имеющим места постоянного проживания на территории
РФ.
§ 9. Принудительные работы
В соответствии со ст. 44 УК РФ, принудительные работы являются
самостоятельным видом уголовного наказания, вместе с тем ст. 531 УК РФ
указывает, что принудительные работы применяются как альтернатива
лишению свободы в случаях, предусмотренных соответствующими статьями
Особенной части УК РФ, за совершение преступления небольшой или
средней тяжести либо тяжкого преступления впервые.
Согласно букве закона, если, назначив наказание в виде лишения
свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без
реального отбывания наказания в местах лишения свободы, он постановляет
заменить осужденному наказание в виде лишения свободы принудительными
работами. При назначении судом наказания в виде лишения свободы на срок
более пяти лет принудительные работы не применяются.
Содержание принудительных работ заключается в привлечении
осужденного к труду в местах, определяемых учреждениями и органами
385
Приговор по уголовному делу 1-87/2010 от 13 ноября 2010 г. // www.sudact.ru.
280
уголовно-исполнительной системы. На основании ст. 601 УИК РФ
осужденные к принудительным работам отбывают наказание в специальных
учреждениях – исправительных центрах, расположенных в пределах
территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или
были осуждены.
В соответствии с ч. 4 ст. 531 УК РФ принудительные работы
назначаются на срок от двух месяцев до пяти лет. Как указано в ст. 603 УИК
РФ, срок принудительных работ исчисляется со дня прибытия осужденного в
исправительный центр. В него засчитывается время содержания осужденного
под стражей в качестве меры пресечения, следования в исправительный
центр под конвоем, а также время краткосрочных выездов из расчета один
день содержания под стражей, один день следования в исправительный центр
под конвоем, один день краткосрочного выезда за один день принудительных
работ. В срок принудительных работ не засчитывается время самовольного
отсутствия осужденного на работе или в исправительном центре свыше
одних суток.
Из заработной платы осужденного к принудительным работам
производятся удержания в доход государства, перечисляемые на счет
соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной
системы, в размере, установленном приговором суда, и в пределах от 5 до
20%.
В случае уклонения осужденного от отбывания принудительных работ
они заменяются лишением свободы из расчета один день лишения свободы
за один день принудительных работ.
Частью 3 ст. 8 Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ
предусмотрена отлагательная норма, в соответствии с которой положения УК
РФ и УИК РФ в части принудительных работ должны применяться с 1
января 2017 г. Таким образом, законодатель отложил применение
принудительных работ для подготовки соответствующей нормативной базы,
в первую очередь на подзаконном уровне, а также для создания необходимой
инфраструктуры для исполнения данного наказания.
С 1 января 2017 г. должны открыть четыре учреждения для отбывания
наказания в виде принудительных работ – исправительные центры (в
Тюменской, Тамбовской областях, Ставропольском и Приморском краях) с
размещением в одном из них до 150 человек. Также предусмотрено создание
изолированных участков в колониях-поселения для осужденных к
принудительным работам. Планируется создание исправительных центром
сначала по Федеральным округам, потом – по одному в каждом субъекте
Российской Федерации.
Принудительные работы не назначаются:
– несовершеннолетним;
– лицам, признанным инвалидами первой или второй группы;
– беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до
трех лет;
– женщинам, достигшим пятидесятипятилетнего возраста;
281
– мужчинам, достигшим шестидесятилетнего возраста;
– военнослужащим.
§ 10. Арест
Арест заключается в содержании осужденного в условиях строгой
изоляции от общества – в арестном доме. Данный вид наказания
регламентирован ст. 54 УК РФ и главой 10 УИК РФ.
Срок ареста устанавливается от одного до шести месяцев. Несмотря на
указание в ч. 1 ст. 54 УК РФ о возможности назначения ареста менее одного
месяца в случае замены обязательных и исправительных работ арестом, тем
не менее, в ч. 4 ст. 50 УК РФ и в ч. 3 ст. 49 УК РФ, регулирующих вопросы
замены обязательных и исправительных работ при злостном уклонении,
указания на возможность замены арестом данных видов наказания не
содержится. Поэтому ч. 1 ст. 54 УК РФ вступает в противоречие с ч. 4 ст. 50
и ч. 3 ст. 49 УК РФ.
Идея введения наказания в виде ареста в теории уголовного права
обсуждалась давно. В частности, предполагалось, чтобы уголовное
законодательство наряду с понятием преступления будет введено понятие
уголовного проступка, под которое подпадали бы все уголовно-правовые
деликты небольшой общественной опасности. Наказываться данные
проступки должны именно арестом на короткий срок.
Однако идею уголовного проступка УК РФ не воспринял, а вот
наказание в виде ареста предусмотрел, аргументируя это необходимостью
иметь более широкую альтернативу наказанию в виде лишения свободы, как
того требует мировое сообщество.
В результате на страницах юридической литературы разгорелись
оживленные дискуссии по поводу данного правового института.
Одни авторы, полагают, что введение ареста как самостоятельного вида
уголовного наказания вполне оправдано и необходимо, поскольку позволяет
сократить применение лишения свободы на краткие сроки, тем самым
разрешая проблему переполнения исправительных колоний общего режима,
а также способствует реализации такого принципа уголовной политики, как
экономия карательных средств386.
Другая группа ученых, поддерживая идею существования ареста в
российской системе наказаний, указывают на то обстоятельство, что в России
уже есть градация лишения свободы на срочный и бессрочный период
времени, и арест сможет стать альтернативой лишению свободы
краткосрочной изоляцией – в связи с этим «можно бы предложить поднять
Наумов А.В. «Камни преткновения» уголовного наказания // Российская юстиция. 2002.
№ 9. С. 19.
282
386
нижнюю границу лишения свободы, установив ее на уровне не 2, а 6 месяцев,
как это было в первоначальной редакции УК РФ»387.
Другие же теоретики исходят из того, что применение ареста в таком
виде, в каком он предусмотрен законодателем в УИК РФ, не согласуется с
принципом справедливости, предполагающим, что наказание и иные меры
уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему
преступление, должны соответствовать характеру и степени общественной
опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности
виновного. Отсюда, разве можно считать справедливым условия отбывания в
арестных домах, которые аналогичны тюремному содержанию, применяемые
к лицам, совершившим значительно менее опасные преступления, по
сравнению с лицами, отбывающими наказание в тюрьмах388.
Особенностью данного вида наказания является то обстоятельство, что
оно с момента введения в действие УК РФ (1 января 1997 г.) и по настоящее
время судами не применялось. Это обусловлено главным образом
отсутствием в нашей стране арестных домов. Первоначально, арест
планировалось исполнять на базе следственных изоляторов и тюрем, однако
вследствие перегруженности последних от этой идеи пришлось отказаться.
Согласно предварительным расчетам численность осужденных к аресту в
Российской Федерации может составить примерно 60-70 тыс. человек в год.
Для их размещения необходимо построить в субъектах Российской
Федерации не менее 140 арестных домов и ввести около 14 тыс. единиц
персонала для исполнения этого наказания. Строительство и содержание
арестных домов с лимитом наполнения 500 человек обойдутся государству в
сумму около 75 млрд. руб.389.
Изложенное послужило основанием для постановки вопроса о
целесообразности введения наказания в виде ареста в действие из-за больших
финансовых затрат390.
В любом случае, арест не может быть назначен несовершеннолетним,
беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до
четырнадцати лет (ч. 2 ст. 54 УК РФ).
§ 11. Содержание в дисциплинарной воинской части
Содержание в дисциплинарной воинской части назначается только в
качестве основного наказания, применяется к военнослужащим, проходящим
Нечаев А.Д., Усалаев В.В. Проблемы создания учреждений, исполняющих наказания в
виде ареста // Вопросы современной юриспруденции. 2015. № 47. С. 92-97.
388
Петропавловский В. Нужна не гуманизация наказания, а нормализация условий
содержания заключенных // Российская юстиция. 2002. № 10. С.15.
389
Ткачевский Ю.М. Прогрессивная система исполнения уголовных наказаний. М., 2003. С.
145.
390
Титов Ю.П., Чистяков О.И. Исполнения уголовных наказаний. М., 2004. С. 81; Упоров
И.В. Регламентация наказания в Уголовном праве РФ // Журнал российского права. 2005.
№ 7. С. 21.
283
387
военную службу по призыву, а также к проходящим службу по контракту на
должностях рядового и сержантского состава, если они на момент вынесения
приговора не отслужили установленного законом срока службы по призыву
(ст. 55 УК РФ).
Применять данное наказание можно как реально, так и условно.
Наказание в виде содержания в дисциплинарной части исполняется в условиях дальнейшего прохождения военной службы в специально
предназначенных для этого отдельных дисциплинарных батальонах или
ротах, структурно входящих в систему Министерства обороны РФ.
Генеральный штаб Вооруженных Сил РФ, осуществляя призыв во все
вооруженные формирования страны, определяет организацию, структуру,
штатную численность постоянного и переменного состава отдельных
дисциплинарных частей, разрабатывает планы и программы воинского
обучения осужденных и через командование военных округов на местах
непосредственно руководит этими частями, дислоцируемыми в ряде военных
гарнизонов на территории военных округов России. По указанным вопросам
издаются директивы, приказания и распоряжения.
Порядок направления и приема осужденных, условия отбывания рассматриваемого вида наказания, основные направления деятельности
дисциплинарных частей, механизм применения средств воздействия на
осужденных, формы их трудовой занятости и другие специальные вопросы
детально регламентируются Положением о дисциплинарной воинской части,
утвержденным Правительством РФ.
Кроме того, на осужденных распространяется действие общевоинских
уставов Вооруженных Сил РФ и других основополагающих нормативных
правовых актов военного законодательства в части, не противоречащей
режиму исполнения данного наказания, закрепленному уголовноисполнительным законодательством.
В дисциплинарной части устанавливается порядок (режим), обеспечивающий исправление осужденных военнослужащих, воспитание у них воинской дисциплины, сознательного отношения к военной службе, исполнение
возложенных на них воинских обязанностей и требований по военной подготовке, реализацию их прав и законных интересов, охрану и надзор за ними,
личную безопасность осужденных и персонала указанной воинской части. В
период содержания в дисциплинарной воинской части все осужденные
военнослужащие независимо от их воинского звания и ранее занимаемой
должности находятся на положении солдат (матросов) и носят единые
установленные для данной дисциплинарной воинской части форму одежды и
знаки различия.
Статья 156 УИК РФ раскрывает категорию режима через:
– конкретизацию целей специального воинского наказания (исправление
осужденных, воспитание у них воинской дисциплины, сознательного
отношения к воинской службе, исполнению возложенных на них
обязанностей и требований по военной подготовке);
284
– детализацию его функций в условиях дисциплинарной части
(обеспечение исполнения возложенных на осужденных обязанностей и
требований по военной подготовке, реализация ими прав и законных
интересов, охрана осужденных и надзор за ними, обеспечение личной
безопасности осужденных военнослужащих и персонала указанной воинской
части, предупреждение нарушений и преступлений).
Военнослужащие обязаны соблюдать режим, установленный в
дисциплинарной части (ст. 155–157 УИК РФ), а именно:
– порядок направления и приема осужденных;
– условия отбывания рассматриваемого наказания;
– основные направления деятельности дисциплинарных частей;
– механизм применения средств воздействия на осужденных;
– формы их трудовой занятости; распорядок дня и другие специальные
вопросы.
Все элементы режима детально регламентируются Положением о
дисциплинарной воинской части с учетом требований общевоинских уставов
и других нормативных правовых актов военного законодательства.
Конкретизация их с учетом местных условий осуществляется в приказе
командира дисциплинарной части. Все прибывающие осужденные
знакомятся с режимными правилами, отраженными в приказе, под роспись.
Осужденные к содержанию в дисциплинарной части, ранее
проходившие службу в различных видах и родах войск Вооруженных Сил
РФ, по вступлении судебного решения в законную силу под конвоем
доставляются в дисциплинарную часть.
Командир части (начальник гарнизона) направляет с начальником
конвоя документы осужденного: продовольственный, вещевой и денежный
аттестаты, на основании которых осуществляется соответствующее
довольствие военнослужащих, личные вещи с описью. Осужденные,
конвоируемые в дисциплинарную часть, обеспечиваются предметами
парадно-выходного
и
повседневного
обмундирования
согласно
установленным нормам снабжения. В настоящее время действует Положение
о вещевом обеспечении военнослужащих.
При обращении с осужденными их называют по званию («рядовой») и
фамилии. Осужденные обращаются к начальникам и старшим в соответствии
с требованиями Устава внутренней службы.
Двойственная природа обязанностей осужденного, отбывающего наказание в виде содержания в дисциплинарной воинской части, обусловливает
особенности режима отбывания данной уголовно-правовой меры.
Принудительный порядок ее исполнения регламентируется прежде всего
общими правилами гл. 12 (ст. 82–86) УИК РФ о режиме в исправительных
учреждениях и средствах его обеспечения.
Осужденным, содержащимся в дисциплинарной части, как и в любом
месте лишения свободы, в силу режимных ограничений запрещается хранить
при себе наличные деньги, ценные бумаги и иные ценности, а также те
предметы, которые не указаны в специальном перечне в качестве
285
разрешенных для военнослужащих переменного состава. Детализация
требований, перечисленных в ст. 157 УИК РФ, содержится в Положении о
дисциплинарной воинской части.
В соответствии со ст. 44 УК РФ, определяющей систему уголовных
наказаний, содержание в дисциплинарной части является более мягким
видом наказания по сравнению с лишением свободы на определенный срок.
Это положение реализовано в уголовно-исполнительном законодательстве,
устанавливающем
объем
правоограничений
и
предоставляющем
осужденным к рассматриваемому наказанию военнослужащим не только
краткосрочные, но и длительные свидания в таком же объеме, что и в
исправительной колонии общего режима (ст. 121 УИК РФ).
Лица, освобождаемые из дисциплинарной воинской части в порядке амнистии или помилования, увольняются с военной службы в запас
непосредственно из дисциплинарной части приказом командира только при
условии, если их сослуживцы уволены в запас. В ином случае они также
направляются в соответствующие воинские части для завершения службы.
Лица, отбывшие наказание в дисциплинарной воинской части (равно как
и другие более мягкие виды наказаний, чем лишение свободы), на основании
ч. 2 ст. 86 УК РФ считаются имеющими судимость в течение одного года
после отбытия наказания.
Если осужденный в установленном порядке досрочно освобожден от
наказания или неотбытая его часть была заменена более мягким видом, то в
соответствии с ч. 4 ст. 86 УК РФ время погашения судимости исчисляется
исходя из фактически отбытого срока с момента освобождения от отбытия
основного и дополнительного видов наказаний. В силу ч. 5 ст. 86 УК РФ
судимость может быть снята судом и досрочно, то есть до истечения срока ее
погашения.
§ 12. Лишение свободы на определенный срок
Лишение свободы на определенный срок (ст. 56 УК РФ) – «классический» вид наказания в уголовном праве. Его суть состоит в изоляции осужденного от общества путем направления его в колонию-поселение или помещения в исправительную колонию общего, строгого или особого режима
либо в тюрьму. Несовершеннолетние лица, осужденные к лишению свободы,
отбывают это наказание в воспитательных колониях.
Лишение свободы в своем смысловом выражении следует воспринимать
как существенное ограничение социальных контактов осужденного,
обусловленное
необходимостью
насильственного,
принудительного
применения к виновному всего комплекса мер воспитательного воздействия
в интересах его исправления, и в целях обеспечения безопасности граждан от
возможного его криминального поведения.
В соответствии со ст. 73 УИК РФ, осужденные к лишению свободы, за
некоторым исключением, отбывают наказание в исправительных
учреждениях (далее – ИУ) в пределах территории субъекта Российской
286
Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В
исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для
обеспечения их личной безопасности, либо с их согласия, осужденные могут
быть направлены для отбывания наказания в соответствующее ИУ,
расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации. В
случае отсутствия соответствующего ИУ по месту проживания осужденного,
он отправляется в ИУ, находящегося на территории другого субъекта РФ.
Лишение свободы при осуждении за единичное преступление
устанавливается на срок от 2 месяцев до 20 лет.
В случае исполнения наказания, назначенного по совокупности
преступлений, срок лишения свободы может составлять до 25 лет, по
совокупности приговоров – до 30 лет.
В соответствии с ч. 5 ст. 56 УК РФ в случае совершения хотя бы одного
из преступлений, предусмотренных ст. 205, 2051, 2052, 2053, 2054, 2055, ч. 3,4
ст. 206, ч. 4 ст. 211, ст. 277, 278, 279, 353, 356, 357, 358, 360 УК РФ, при
частичном или полном сложении сроков лишения свободы при назначении
наказаний по совокупности преступлений максимальный срок лишения
свободы не может быть более тридцати лет, а по совокупности приговоров –
не более тридцати пяти лет.
Если осужденный несовершеннолетний на момент совершения
преступления не достиг 16-летнего возраста, наказание не может превышать
6 лет лишения свободы за исключением случаев, если преступление
относится к категории особо тяжких. Согласно ч. 6 ст. 88 УК РФ
несовершеннолетним осужденным лишение свободы назначается на срок не
свыше десяти лет и отбывается в воспитательных колониях.
Это означает, что за преступление, совершенное несовершеннолетним,
наказание назначается в пределах десяти лет, даже если максимальный
предел санкции уголовного закона превышает этот срок. Приведенное
правило распространяется и на лиц, совершивших преступление в день, когда
им исполняется восемнадцать лет. Более того, наказание в виде лишения
свободы не может быть назначено несовершеннолетнему, совершившему
преступление небольшой или средней тяжести, если он не достиг 16-летнего
возраста, а несовершеннолетним осужденным не достигшим 18 лет на
момент совершения преступления, данный вид наказания не может быть
назначен, если подросток совершил преступление, относящееся к категории
небольшой тяжести.
Кроме того, наказание в виде лишения свободы может быть назначено
осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести,
только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК
РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231
и ст. 233 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части
УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания (ч.
1 ст. 56 УК РФ).
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала,
что суд первой инстанции, признав К. виновной в совершении
287
мошенничества, квалифицировал ее действия по ч. 1 ст. 159 УК РФ, по
которой назначил шесть месяцев лишения свободы. Вместе с тем, решая
вопрос о назначении осужденной наказания по ч. 1 ст. 159 УК РФ, суд не
принял во внимание, что на момент совершения К. указанного преступления
санкция этой статьи предусматривала наказание в виде лишения свободы
до двух лет и, следовательно, в соответствии со ст. 15 УК РФ деяние
относилось к категории преступлений небольшой тяжести.
Из приговора усматривается, что отягчающие наказание
обстоятельства по данному делу отсутствуют, К. впервые совершено
преступление небольшой тяжести, санкция ч. 1 ст. 159 УК РФ
предусматривает альтернативные виды наказания. В связи с этим
наказание в виде лишения свободы за данное преступление осужденной не
могло быть назначено.
Учитывая изложенное, Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда РФ приговор и последующие судебные решения в
отношении К. изменила, назначила по ч. 1 ст. 159 УК РФ наказание в виде
исправительных работ сроком на один год с ежемесячным удержанием 15%
заработной платы в доход государства391.
В соответствии с действующим законодательством в срок лишения
свободы засчитывается время содержания лица под стражей до вступления
приговора в силу — день за день. По этим же правилам засчитывается время
отбытия лишения свободы, назначенного приговором суда за преступление,
совершенное вне пределов Российской Федерации, в случае выдачи лица на
основании ст. 13 УК РФ392. Поэтому фактически срок лишения свободы течет
с момента заключения под стражу в качестве меры пресечения. В тех
случаях, когда преступление совершено осужденным, срок вновь
назначенного наказания исчисляется со дня избрания меры пресечения в виде
заключения под стражу.
Система учреждений, исполняющих наказание в виде лишения
свободы.
Современная система учреждений, исполняющих наказание в виде
лишения свободы, в России выглядит следующим образом:
– колонии-поселения;
– исправительные колонии общего режима;
– исправительные колонии строгого режима;
– исправительные колонии особого режима;
– тюрьмы общего и строго режима;
– воспитательные колонии;
– лечебные исправительные учреждения;
– лечебно-профилактические учреждения, выполняющие функции
исправительных учреждений в отношении находящихся в них осужденных
(ст. 74 УИК РФ);
391
392
БВС РФ. 2015. № 9. С. 28.
БВС РФ. 2012. № 10. С. 7.
288
– отдельные исправительные учреждения для бывших работников судов
и правоохранительных органов (ст. 80 УИК РФ).
В отдельных случаях лишение свободы может отбываться в
следственном изоляторе (СИЗО). Это осужденные, оставленные для
выполнения работ по хозяйственному обслуживанию данного учреждения, а
также осужденные на срок не свыше шести месяцев, оставленные в
следственном изоляторе с их письменного согласия. Исполнение иных видов
наказания в следственном изоляторе запрещается (Приказ Минюста РФ от 25
января 1999 г. № 20 «Об утверждении Положения о следственном изоляторе
уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской
Федерации»).
При назначении наказания в виде лишения свободы, суд определяет не
только срок данного вида наказания, исходя из санкции статьи, по которой
признается виновным лицо, но и определяет вид учреждения для отбывания
наказания в соответствии с федеральным законодательством.
Изменение размера и вида учреждения для отбывания лишения свободы
возможно только по решению суда. Исключение составляют случаи
применения акта амнистии или помилования.
При определении режима учреждения, где будет отбывать наказание
осужденный, суд обязательно учитывает следующие критерии: категорию
преступлений, форму вины, вид назначенного наказания (на определенный
срок или пожизненно), срок лишения свободы, вид рецидива преступлений,
факт отбывания ранее наказания в виде лишения свободы, пол, возраст.
Помимо правил, изложенных в ст. 58 УК РФ, которые изложены
императивно (кроме п. «а» ч. 1, 2 ст. 58 УК РФ), отдельно должны
содержаться следующие группы осужденных:
– осужденные за преступления, предусмотренные ст. 126, 127.1, 205,
206, ч. 1 ст. 208, 209 - 211, 275, 277 - 279, 281, 317, ч. 3 ст. 321, ч. 2 ст. 360 УК
РФ;
– осужденные при особо опасном рецидиве преступлений;
– осужденные к пожизненному лишению свободы;
– осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме;
– осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования
заменена лишением свободы.
Наличие исправительных учреждений различных видов обусловлено
прежде всего необходимостью раздельного содержания заключенных в
зависимости от тяжести совершенных ими преступлений, а также от их
личности, чтобы не допустить возможности негативного влияния
рецидивистов и лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, на
лиц, которые впервые осуждены к лишению свободы и совершили менее
тяжкие преступления.
Для достижения целей наказания лица, осуждаемые к лишению
свободы, по общему правилу, отбывают весь срок наказания в
исправительной колонии того вида, который определен по приговору суда.
Законом установлено раздельное содержание мужчин и женщин, взрослых и
289
несовершеннолетних, впервые осужденных и ранее отбывавших лишение
свободы, при особо опасном рецидиве, лиц, осужденных за преступления
против государства.
Отдельно в колониях-поселениях содержатся осужденные за
преступления, совершенные по неосторожности. Также отдельно в
исправительных колониях общего режима содержатся осужденные впервые
за умышленные преступления небольшой или средней тяжести и тяжкие
преступления, лица, осужденные к лишению свободы на срок свыше пяти лет
за преступления, совершенные по неосторожности. Это положение
преследует цель исключения вредного влияния преступников «со стажем» и
осужденных за особо тяжкие преступления на впервые осужденных393.
Отдельные вопросы назначения наказания в виде лишения свободы
нашли отражение в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая
2014 г. № 9 «О практике назначения и изменения судами видов
исправительных учреждений»394, в котором подчеркивается, что выбор
места отбывания лишения свободы зависит от тяжести совершенного
преступления, наличия рецидива, формы вины и личностных характеристик
осужденного.
По общему правилу, в соответствии со ст. 58 УК РФ, лишение свободы
на определенный срок отбывается в следующих исправительных учреждениях.
Все осужденные за неосторожные преступления, а также лица, осужденные к лишению свободы за умышленные преступления небольшой и
средней тяжести, ранее не отбывавшие лишение свободы, отбывают лишение
свободы в колониях-поселениях. При этом, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58
УК РФ, с учетом обстоятельств совершения преступления и личности
виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в
исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого
решения.
По приговору суда Г. осужден по ч. 1 ст. 213, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 118
УК РФ. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений
путем частичного сложения наказаний окончательно назначено шесть лет
лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Санкции ч. 1 ст. 213 и ч. 1 ст. 318 УК РФ, предусматривающих
ответственность за преступления, за которые осужден Г., не превышают
пяти лет лишения свободы, и, следовательно, данные преступления
относятся к категории преступлений средней тяжести, а преступление,
предусмотренное ч. 1 ст. 118 УК РФ, относится к категории преступлений
небольшой тяжести. Исходя из требований п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания осужденному Г., ранее не отбывавшему лишение
Ткачевский Ю.М. Прогрессивная система исполнения уголовных наказаний. М., 2003. С.
114.
394
БВС РФ. 2014. № 7. С. 17.
290
393
свободы, за совершение преступлений средней тяжести назначено в
колонии-поселении395.
Взрослые мужчины, осужденные к лишению свободы за совершение
тяжких преступлений и ранее не отбывавшие лишение свободы, а также
взрослые женщины, осужденные за совершение тяжких и особо тяжких
преступлений (в том числе и при любом виде рецидива) отбывают лишение
свободы в исправительных колониях общего режима.
Наряду с осужденными, реально отбывавшими наказание в виде
лишения свободы, к лицам, ранее отбывавшим наказание в виде лишения
свободы, в частности, относятся:
— лица, условно осужденные к лишению свободы, которое по основаниям, изложенным в 74 УК РФ, было направлено для отбывания лишения
свободы в ИУ;
— осужденные к лишению свободы, которые по отбытии части срока
наказания были освобождены из ИУ с предоставлением отсрочки отбывания
наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ;
— лица, осужденное к лишению свободы, которые по отбытии части
срока наказания освобождены из мест лишения свободы условно-досрочно
либо по амнистии, в порядке помилования, по болезни (ст. 81 УК РФ) либо
которому оставшаяся неотбытая часть лишения свободы заменена более
мягким видом наказания;
— лица, осужденные к лишению свободы по приговору суда другого государства, которые в связи с последующей передачей его в Россию для
дальнейшего отбывания наказания отбывали лишение свободы.
Не может рассматриваться как ранее отбывавшее наказание в виде лишения свободы:
— лицо, осуждавшееся к наказанию в виде исправительных работ или
ограничения свободы, которому эти виды наказаний были заменены
лишением свободы;
— лицо, которому за совершенное преступление суд в соответствии с ч.
2 ст. 55 УК РФ вместо лишения свободы назначено наказание в виде содержания в дисциплинарной воинской части;
— лицо, находившееся в исправительном учреждении по приговору
суда, если в отношении него приговор отменен в порядке надзора с прекращением дела либо изменен и назначено наказание, не связанное с
лишением свободы, или применено условное осуждение к лишению свободы;
— осуждавшееся к лишению свободы лицо, но фактически не отбывавшее наказание в исправительных учреждениях в связи с применением к нему
амнистии или освобождением от отбывания наказания в порядке
помилования либо неприведением в исполнение приговора в случаях истечения установленных законом сроков давности обвинительного приговора
согласно ст. 83 УК РФ;
395
БВС РФ. 2008. № 11. С. 11
291
— лицо, отбывающее наказание в виде лишения свободы, в случае его
осуждения к лишению свободы за преступление, совершенное до вынесения
первого приговора;
— лицо, осужденное к лишению свободы и отбывшее наказание в
местах лишения свободы за деяния, преступность и наказуемость которых
устранена действующим законом, а равно если действующим законом за их
совершение не предусмотрено наказание в виде лишения свободы;
— осужденное лицо, содержавшееся под стражей в СИЗО и
освобожденное из-под стражи без направления в ИУ396.
Взрослые мужчины, осужденные к лишению свободы за особо тяжкие
преступления и ранее не отбывавшие лишение свободы, а также при
рецидиве и опасном рецидиве (если лицо ранее отбывало лишение свободы)
отбывают лишение свободы в исправительных колониях строго режима.
Так, назначая отбывание лишения свободы в исправительной колонии
строгого режима, суд не учел, что лицо по ранее вынесенному приговору в
местах лишения свободы наказание не отбывало, а было освобождено изпод стражи из следственного изолятора в день вынесения приговора в связи
с отбытием назначенного наказания.
Поскольку лицо осуждалось к лишению свободы в пределах срока
нахождения под стражей, оно не может рассматриваться как ранее
отбывавшее лишение свободы. В связи с этим вид исправительного
учреждения, назначенного для отбывания наказания лицу по новому
приговору изменен: исправительная колония строгого режима заменена
исправительной колонией общего режима397.
Взрослые мужчины при особо опасном рецидиве преступлений, а также
осужденные к пожизненному лишению свободы отбывают наказание
висправительных колониях особого режима.
В приговоре по делу Г. отмечено, что он ранее судим за тяжкие
преступления и вновь совершил особо тяжкое преступление. В
соответствии с ч. 3 ст. 18 УК РФ следовало признать особо опасный
рецидив преступлений, но, по мнению суда, поскольку в обвинительном
заключении отсутствует указание на это, он не может выйти за пределы
обвинения и при назначении наказания не вправе назначить для отбывания
наказания исправительную колонию особого режима.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила
приговор и направила дело на новое судебное рассмотрение, сославшись на
то, что вопросы, связанные с назначением наказания при рецидиве
преступлений, решаются судом независимо от того, указано это
обстоятельство в обвинительном заключении или нет398.
Взрослые мужчины, осужденные к лишению свободы на срок свыше 5
лет за совершение особо тяжких преступлений, а также при особо опасном
БВС РФ. 2013. № 2. С. 35.
БВС РФ. 1998. № 11. С. 10.
398
БВС РФ. 2000. № 1. С. 7.
396
397
292
рецидиве преступлений, могут часть срока наказания в виде лишения
свободы отбыватьв тюрьме. При этом суд засчитывает время содержания
осужденного под стражей до вступления в законную силу обвинительного
приговора суда в срок отбывания наказания в тюрьме.
Г. был заключен под стражу и по приговору Московского городского
суда, вступившему в законную силу, осужден по совокупности преступлений
к пятнадцати годам лишения свободы с отбыванием четырнадцати лет из
них в тюрьме. Таким образом, проведя в следственном изоляторе более пяти
лет, Г. прибыл для отбывания наказания в исправительное учреждение
(тюрьму). Поэтому Президиум Верховного Суда РФ счел необходимым
засчитать Г. в срок тюремного заключения время, в течение которого к
нему применялась мера пресечения в виде заключения под стражу399.
Наказание в виде лишения свободы лицами, не достигшими на момент
вынесения приговора 18 лет, отбывается в воспитательных колониях. При
этом достижение лицом совершеннолетия к моменту постановления
приговора не является основанием для назначения ему отбывании наказания
в исправительной колонии строгого режима.
Так, по приговору Верховного Суда Республики Бурятия Е. (ранее
судимый к двум годам шести месяцам лишения свободы условно с
испытательным сроком два года) признан виновным в разбойном нападении,
и осужден к четырем годам лишения свободы с отбыванием наказания в
исправительной колонии строгого режима. Судебная коллегия по уголовным
делам Верховного Суда РФ указала, что на момент совершения
преступления Е. являлся несовершеннолетним. Достижение лицом
совершеннолетия к моменту постановления приговора не является
основанием для назначения ему отбывания наказания в колонии строгого
режима, поскольку на него продолжают распространяться требования
закона, предусмотренные ст. 88 УК РФ. С учетом изложенного приговор
изменен: Е. назначена для отбывания наказания исправительная колония
общего режима400.
§ 13. Пожизненное лишение свободы
Пожизненное лишение свободы – наиболее суровое из фактически
назначаемых наказаний в России.
В настоящее время пожизненное лишение свободы как самостоятельное
наказание предусмотрено в санкциях двадцати статей Особенной части УК
РФ (ч. 2 ст. 105, ч. 5 ст. 131, ч. 5 ст. 132, ч. 6 ст. 134, ч. 3 ст. 205, ч. 4 ст. 205 1,
ст. 2053, ч. 1 ст. 2054, ч. 1 ст. 2055, ч. 4 ст. 206, ч. 4 ст. 210, ч. 4 ст. 211, ч. 5 ст.
2281, ч. 4 ст. 229, ст. 277, ч. 3 ст. 281, ст. 295, ст. 317, ст. 357, ч. 1 и 3 ст. 361).
399
400
БВС РФ. 2004. № 5. С. 20.
БВС РФ. 2002. № 6. С. 15.
293
Пожизненное лишение свободы не применяется к женщинам, мужчинам, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте или достигшим к моменту вынесения приговора 65 лет.
Согласно приговору, Г. признан виновным в совершении побега из мест
лишениясвободы группой лиц по предварительному сговору, разбоя с
применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением
тяжкого вреда здоровью потерпевших, убийства трех лиц, сопряженного с
разбоем, и покушения на убийство других двух лиц, сопряженного с разбоем.
В кассационных жалобах Г. просил отменить приговор и назначить ему
наказание, не связанное с пожизненнымлишениемсвободы, указывая на
противоречие требованиям Конституции РФ о равенстве всех перед
законом.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала,
что в ст. УК РФ запрет назначать пожизненноелишениесвободы
перечисленным в ней категориям лиц основывается на вытекающей из
принципов справедливости и гуманизма необходимости учета в уголовном
законе социальных, возрастных и физиологических особенностей различных
категорий лиц в целях обеспечения более полного и эффективного решения
задач, которые стоят перед уголовным наказанием в демократическом
правовом
государстве.
Указанные
законодательные
решения,
обеспечивающие дифференциацию уголовной ответственности, не могут
рассматриваться как не совместимые с конституционными принципами и
нормами, и нарушающие права и свободы граждан.
Наказание в виде пожизненноголишениясвободы Г. назначено в
соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной
опасности совершенных им преступных действий, данных о его личности и
всех обстоятельств дела. Судом при назначении наказания приняты во
внимание и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе
наличие у Г. хронических заболеваний, состояние его здоровья. Эти
обстоятельства в соответствии с законом не препятствуют назначению
наказания в виде пожизненноголишениясвободы401.
Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, ч. 6 ст. 74, ч. 2 ст. 80 и ст. 126 УИК
РФ, лица, осужденные к пожизненному лишению свободы,отбывают
наказание в специально предназначенных для них колониях особого режима.
В соответствии с ч. 2 ст. 58 УК РФ указанным лицам может быть
назначено отбывание части срока наказания в тюрьме. Однако тюремное
заключение назначается достаточно редко, поскольку условия содержания
рассматриваемой категории осужденных в колониях особого режима и в
тюрьме мало чем отличаются.
В связи с отбыванием наказания в виде пожизненного лишения свободы
возникает важный в теоретическом и практическом аспекте вопрос: должны
ли эти осужденные подвергаться воспитательному воздействию? Закон не
говорит о воспитательной работе с отбывающими данное наказание. На
401
БВС РФ. 2013. № 7. С. 18.
294
основании этого некоторые авторы считают, что воспитательная работа с
данной категорией лиц проводиться не должна. Мы с этим не можем
согласиться. Во-первых, закон допускает условно-досрочное освобождение
таких осужденных. Нельзя исключить возможность их досрочного
освобождения в порядке помилования или амнистии. Кроме того,
воспитательная работа направлена и на то, чтобы осужденный надлежаще
вел себя и во время отбывания наказания, не допускал рецидива, не проявлял
агрессии и т. д.
Вместе с тем понятно, что при назначении и исполнении пожизненного
лишения свободы в первую очередь ставится цель достичь специальной и
общей превенции.
§ 14. Смертная казнь
Один из самых острых вопросов государственной политики в сфере
борьбы с преступностью – это проблема сохранения в системе наказаний
смертной казни.
Как известно, решение о приостановлении применения смертной казни в
качестве наказания в конце 90-х годов прошлого столетия было
продиктовано требованием Совета Европы при вступлении в него
Российской Федерации. Россия подписала Конвенцию о защите прав
человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г.402. Протокол № 6 от 28
апреля 1983 г. к данной Конвенции403, в котором регулируется вопрос о
неприменении смертной казни, Россией на сегодняшний день подписан, но
не ратифицирован.
Указом Президента РФ № 724 от 16 мая 1996 г. «О поэтапном
сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в
Совет Европы» было рекомендовано рассмотреть вопрос о сокращении
составов преступлений, за совершение которых может быть назначена
смертная казнь. В результате действующая редакция УК РФ содержит пять
составов преступлений, за совершение которых может быть назначена
смертная казнь.
Постановлением Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1999 г. № 3404
П
было принято фактически политическое решение, суть которого
сводится к невозможности назначения смертной казни до тех пор, пока
повсеместно в Российской Федерации не будет введен суд присяжных.
Однако с 1 января 2010 г. суд присяжных начал функционировать во
всех субъектах Российской Федерации (последним субъектом, где
отсутствовал суд присяжных, была Чечня). Данное обстоятельство породило
новую волну дискуссий по вопросу смертной казни.
Российская газета. 1995. 5 апреля.
ETS№ 114.
404
СЗ РФ. 1999. № 6. Ст. 867.
402
403
295
19 ноября 2009 г. Конституционный Суд РФ решил, что в России
должен быть сохранен мораторий на смертную казнь вплоть до ее
законодательной отмены405. Таким образом, было принято достаточно
половинчатое решение по данному вопросу. Дело в том, что только
Конституционный Суд РФ своими решениями может признавать ту или
иную норму не соответствующей Конституции РФ, а, следовательно, такая
норма не может применяться. Однако, ст. 58 УК РФ не была признана
несоответствующей Конституции РФ.
Изучение действующих для России международных нормативных актов
позволяет утверждать, что в них нет прямого и безапелляционного запрета на
смертную казнь.
Например, в ст. 2 Европейской Конвенции о защите прав человека и
основных свобод говорится о том, что право каждого лица на жизнь
охраняется законом, и «никто не может быть умышленно лишен жизни иначе
как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение
преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое
наказание». В то же время лишение жизни не рассматривается как нарушение
настоящей статьи, когда оно является результатом абсолютно необходимого
применения силы для «защиты любого лица от противоправного насилия»,
для «осуществления законного задержания или предотвращения побега лица,
заключенного под стражу на законных основаниях», для «подавления, в
соответствии с законом, бунта или мятежа».
С другой стороны, в ст. 1 Протокола № 6 к указанной Конвенции
сказано: «Смертная казнь отменяется. Никто не может быть ни приговорен к
этому наказанию, ни казнен». Государствам-участникам в соответствии со ст.
2 Протокола разрешено введение смертной казни за преступления,
«совершенные во время войны либо в условиях, когда грозит ее
приближение».
Литература
1. Бибик О.Н. Культурная обусловленность уголовного наказания. М.,
2013.
2. Благов Е.В. Наказание и иные меры уголовно-правового характера.
М., 2011.
3. Борсученко С.А., Дроздов В.Ю. Смертная казнь и пожизненное
лишение
свободы:
анализ
российского
законодательства
и
правоприменительной практики. М., 2011.
4. Детков М.Г. Лишение свободы как мера уголовного наказания:
система и содержание. М., 2011.
5. Зубкова В.И. Уголовное наказание и его социальная роль: теория и
практика. М., 2002.
Определение Конституционного Суда РФ от 19 ноября 2009 г. N 1344-О-Р //
Российская газета. 2009. 27 ноября.
296
405
6. Каданева Е.А., Сыч К.А. Лишение свободы как родовое понятие и
виды уголовного наказания: опыт теоретико-правового конструирования. М.,
2013
7. Квашис В.Е. Смертная казнь: мировые тенденции, проблемы и
перспективы. М., 2008.
8. Мицкевич А.Ф. Уголовное наказание: понятие, цели и механизмы
действия. СПб., 2005.
9. Наумов А.В. Преступление и наказание в истории России. В 2-х ч. М.,
2014.
10. Орлов В.Н. Уголовное наказание: понятие, система, объект
назначения, состав исполнения. М., 2014.
297
Тема 16. НАЗНАЧЕНИЕ НАКАЗАНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие условия общих начал назначения наказания; виды
обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание; основания и пределы
применения специальных правил назначения наказания;
уметь понимать юридические основания применения правил назначения
наказания; принимать правовые решения в соответствии с положениями
УК РФ и практикой Верховного Суда РФ о назначении наказания;
владеть навыками применения общих и специальных правил назначения
наказания; решать проблемные вопросы, связанные с общими и
специальными правилами назначения наказания.
§ 1. Общие начала назначения наказания
Согласно ст. 49 Конституции РФ, только суд вправе признать лицо
виновным в совершении преступления во вступившем в законную силу
обвинительном приговоре. Из этого конституционного положения, а также
ст. 43 УК РФ следует, что наказание лицу, виновному в совершении
преступления, назначается по приговору суда.
В действующем УК РФ в ст. 60 предусмотрены общие начала
назначения наказания. Наряду с общими началами в УК РФ предусмотрены и
специальные правила, учитываемые при назначении наказания.
Наказание должно назначаться виновному в соответствии с общими
началами, установленными уголовным законом. Необходимость учета общих
начал
для
определения
справедливого
наказания
неоднократно
подчеркивалась Верховным Судом РФ.
Общие
начала
назначения
наказания–
это
совокупность
установленных
уголовным
законом
правил,
которыми
обязан
руководствоваться суд при применении наказания каждому виновному лицу.
В доктрине имеется точка зрения, согласно которой общие начала
назначения наказания предлагают считать общими принципами назначения
наказания, в которых предусмотрены критерии такого назначения406. Также
высказано мнение, что наряду с общими началами назначения наказания
существуют принципы института назначения наказания. К последним
относят дифференциацию и индивидуализацию наказания, целевое
устремление,
рациональное
применение
уголовного
наказания.407
Предпочтительнее первая точка зрения о наличии только общих начал
назначения наказания как принципов без выделения дополнительно еще и
принципов их назначения.
Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 1996. С. 399.
Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 2 / под ред. А.И. Коробеева. Владивосток,
1999. С. 136-146.
298
406
407
Общие начала назначения наказания иначе именуют основными
началами или правилами, а также руководящими принципами при
определении наказания. В соответствии со ст. 60 УК РФ общие начала
призваны обеспечить назначение лицу справедливого наказания.Наказание
будет справедливым только в том случае, когда суд назначает его на основе
всей совокупности общих начал, установленных законом.
К общим началам относится назначение наказание:
1) в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной
части УК РФ;
2) с учетом положений Общей части УК РФ;
3) более строгий вид наказания из числа предусмотренных за
совершенное преступление назначается только в том случае, если менее
строгий не сможет обеспечить достижение целей наказания;
4) с учетом характера и степени общественной опасности преступления;
5) с учетом личности виновного;
6) с учетом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание;
7) влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на
условия жизни его семьи;
8) более строгое наказание, чем предусмотрено соответствующими
статьями Особенной части УК РФ за совершенное преступление, может быть
назначено по совокупности преступлений и по совокупности приговоров в
соответствии со ст. 69 и 70 УК РФ;
9) основания для назначения менее строгого наказания, чем
предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ за
совершенное преступление, определяются ст. 64 УК РФ.
Первые три начала закреплены в ч. 1 ст. 60 УК РФ, следующие четыре –
в ч. 3 ст. 60 УК РФ, а восьмое и девятое начала предусмотрены в ч. 2 ст. 60
УК РФ и конкретизируют первое начало.
Указанные требования в совокупности позволяют индивидуализировать
наказание. Обязанность суда учесть названные начала позволяет ему полнее
учитывать все обстоятельства совершения преступления, личность виновного
и тем самым ограничиваются пределы судейского усмотрения. Учет общих
начал является обязательным для суда. Более строгое наказание, чем
предусмотрено законом, назначаемое по правилам совокупности
преступлений или приговоров, либо, наоборот, более мягкое наказание,
определяемое по правилам ст. 64 УК РФ, суд осуществляет при наличии
оснований для их применения. Кроме этих двух начал, являющихся
исключением из первого начала, остальные общие правила назначения
наказания суд учитывает в каждом конкретном случае.
Общие начала назначения наказания позволяют суду применить строгие
наказания к лицам, виновным в совершении тяжких и особо тяжких
преступлений, ранее судимым, и напротив смягчить наказание лицам,
впервые совершившим преступление и способным исправиться без изоляции
от общества.
299
1. Первое основное начало о назначении справедливого наказания в
пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной
части УК РФ,означает, что суд выбирает наказание из числа закрепленных в
соответствующей санкции статьи. В основе этого общего начала лежит
правильная уголовно-правовая квалификация совершенного деяния.
Неверная квалификация преступления влечет за собой неправильное
назначение наказания, выбор которого обусловлен применением санкции
статьи.
Санкция содержит одно или несколько основных наказаний, из которых
суд выбирает одно. В относительно-определенных санкциях указываются
нижний и верхний пределы срочного вида наказания (ст. 105 УК РФ) либо
лишь его верхний предел (ч. 1 ст. 162 УК РФ).
Суд, руководствуясь первым основным началом, может назначить
только такое основное наказание и лишь в тех его пределах, которые указаны
для данного основного наказания в конкретной санкции статьи. Назначить
основное наказание, не предусмотренное санкцией статьи, либо выйти за его
минимальные или максимальные границы согласно этому началу нельзя.
Такие же правила существуют и относительно назначения дополнительного
наказания.
Например, если как обязательное дополнительное наказание в санкции
указан штраф в размере до 200 тысяч рублей или в размере заработной платы
или иного дохода осужденного за период до 18 месяцев, то суд обязан
назначить штраф не свыше указанного размера, присоединив его к
основному наказанию. Для решения в приведенном примере вопроса о
минимальном размере штрафа суду необходимо обращаться ко второму
основному началу назначения наказания.
2. Второе начало состоит в том, что суд назначает наказание с учетом
положений Общей части УК РФ. Когда нижняя граница наказания (как
основного, так и дополнительного) не определена в санкции конкретной
статьи, то она устанавливается путем обращения к соответствующим статьям
Общей части УК РФ, предусматривающим определенный вид наказания.
Например, в ст. 56 УК РФ минимальный срок лишения свободы
установлен в 2 месяца, а в ст. 46 УК РФ минимальный размер штрафа равен
пяти тысячам рублей или размеру заработной платы или иного дохода
осужденного за период от двух недель до пяти лет либо исчисляется в
величине, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа,
взятки или сумме незаконно перемещенных денежных средств и (или)
стоимости денежных инструментов.
К статьям Общей части УК РФ в соответствии с рассматриваемым
началом следует обращаться всякий раз, когда вопросы наказаний
конкретизированы только в положениях Общей части УК РФ. Как
отмечалось, суд может назначить осужденному основное наказание,
предусмотренное непосредственно санкцией статьи Особенной части УК РФ.
Вместе с тем, в соответствии со ст. 51 и 55 УК РФ суд вправе определить
наказание в виде ограничения по военной службе и содержания в
300
дисциплинарной воинской части и в ситуациях, когда эти наказания
санкциями статей Особенной части УК РФ прямо не указаны. Такое право
суду предоставлено нормами, закрепленными Общей части УК РФ. Согласно
ст. 51 и 55 УК РФ суд может вместо исправительных работ назначить
ограничение по военной службе, а вместо лишения свободы на срок не
свыше 2 лет, соответственно, – содержание в дисциплинарной воинской
части.
При вынесении приговора лицу, совершившему преступление в
несовершеннолетнем возрасте, суд должен руководствоваться не только
соответствующей санкцией статьи Особенной части УК РФ и общими
статьями о наказании (ст. 43-59 УК РФ), но и в обязательном порядке ст. 8889 УК РФ об особенностях назначения наказания несовершеннолетним.
К примеру, осуждается 20-летний за простое убийство (ч. 1 ст. 105 УК
РФ), совершенное в 17 лет.И хотя за такое убийство санкция
предусматривает возможность определения лишения свободы на срок от 6 до
15 лет, суд не может осудить это лицо на срок свыше 10 лет. Ограничение
максимального срока лишения свободы, назначаемого лицу за преступление,
совершенное в несовершеннолетнем возрасте, до достижения 16 лет или
после его достижения, закреплено в ст. 88 УК РФ. Аналогично суд вправе за
такое убийство без ссылки на ст. 64 УК РФ назначить лишение свободы на
минимальный срок в 3 года в соответствии с ч. 61 ст. 88 УК РФ.
Наказание в виде лишения права занимать определенные должности или
заниматься определенной деятельностью как дополнительное может
назначаться и в случае, когда оно прямо не предусмотрено санкцией статьи
УК РФ, по которой квалифицировано преступление (ст. 47 УК РФ). Такое
дополнительное наказание как лишение специального, воинского или
почетного звания, классного чина и государственных наград вообще не
предусмотрено ни в одной из санкций статей Особенной части УК РФ.
Правила его применения закреплены в ст. 48 УК РФ, согласно которым суд
при осуждении лица за совершение тяжкого и особо тяжкого преступления
вправе лишить его соответствующего звания, чина, наград.
Во всех перечисленных случаях назначение наказания осуществляется в
пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ с
учетом положений его Общей частио наказании. Согласно закону, наказание
в приговоре должно быть сформулировано ясно, чтобы при его исполнении
не возникало никаких сомнений по его виду и сроку. В случае назначения
наказания в виде лишения свободы следует обращаться к разъяснениям,
данным Пленумом Верховного Суда РФ в постановлениях от 29 мая 2014 г.
№ 9 «О практике назначения и изменения судами видов исправительных
учреждений»408 и от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами
Российской Федерации уголовного наказания»409 (далее – ППВС РФ от 22
декабря 2015 г. № 58).
408
409
БВС РФ. 2014. № 7. С. 17.
БВС РФ. 2016. № 2. С. 17.
301
3. Более строгий вид наказания из числа предусмотренных может
быть назначен только в случае, если менее строгий вид наказания не
сможетобеспечить достижение целей наказания.
Важность данного начала предопределяется рядом моментов. Учет этого
общего начала способствует реализации таких принципов уголовного права
как гуманизм, справедливость, а также принцип экономии уголовной
репрессии. О применении этого начала говорится в п. 27 ППВС РФ от 22
декабря 2015 г. № 58. Каждый раз при наличии альтернативной санкции суд
обязан обосновать избрание им более строгого вида наказания из числа
названных законом.
4. Наказание должно назначаться с учетом характера и степени
общественной опасности совершенного преступления.Под характером
общественной опасности понимается качественная характеристика деяния,
определяемая совокупностью факторов и, в первую очередь, ценностью
объекта посягательства, формой вины, вредными последствиями, способом
совершения преступления и др.
Например, убийство и хулиганство различаются по характеру
общественной опасности: убийство посягает на жизнь человека, поэтому оно
является более опасным по характеру преступлением в сравнении с
хулиганством, посягающим на общественный порядок. Кража и грабеж, хотя
и направлены на один и тот же объект, отношения собственности, тем не
менее по способу осуществления грабеж является более опасным
преступлением: характер общественной опасности грабежа выше, поскольку
грабитель готов похитить ценности даже в присутствии других лиц.
Общественно опасные деяния, охватываемые одной и той же статьей
Особенной части УК РФ, являются одинаковыми по характеру своей
общественной опасности, но могут отличаться степенью этой опасности.
Степень общественной опасности деянияпредставляет количественную
оценку опасности относительно других преступлений того же характера. При
определении степени опасности учитывается совокупность всех
обстоятельств совершения конкретного преступного деяния (способов,
средств его совершения, формы и вида вины, мотивов и целей совершения,
обстановки преступления, характера вреда или тяжести последствий, степени
и характера участия каждого из соучастников в преступлении, степени
осуществления преступного намерения и др.).
Например,
по
характеру
общественной
опасности
два
квалифицированных убийства тождественны. Характер общественной
опасности одновременного убийства двух лиц тот же самый, что и
одновременного убийства пятерых жертв. Однако по числу жертв они
отличаются, тяжесть второго выше первого убийства. Следовательно, и
степень общественной опасности у них разная.
Характер и степень общественной опасности преступления суд обязан
учитывать в каждом конкретном деле. При этом судья должен не абстрактно
оценивать характер и степень общественной опасности преступлений
вообще, а реального, совершенного определенным лицом. Нельзя признать
302
законным назначение наказания, когда суд в обоснование повышенной
степени общественной опасности совершенного осужденным незаконного
приобретения для собственного потребления наркотических средств
указывает на участившиеся случаи приобретения без цели сбыта этих
веществ в их городке за последние полгода. Неправильное применение этого
общего начала в приведенном примере состоит в том, что, назначая
наказание лицу за совершенное им преступление, суд учел степень
общественной опасности не его преступления, а преступлений,
осуществленных другими лицами. Наказание же должно назначаться лицу за
лично совершенные им деяния и учитываться должны только те
обстоятельства, которые характеризуют его участие, его преступление. Лицо
не должно отвечать за деяния, совершенные другими лицами, что как раз и
сделал суд в приведенном примере.
5. Учет свойств личности виновного является следующим основным
началом назначения справедливого наказания. Для выбора наиболее
целесообразных в целях исправления осужденного мер уголовно-правового
характера суду необходимо выяснять его отношение к семье, родственникам,
соседям, его отношение к труду, обучению, его трудовые навыки и опыт,
состояние здоровья, нравственно-психологические установки и т.д.
Суд обязан учесть при избрании меры наказания данные о личности
виновного. Нарушение этого требования закона является основанием к
отмене приговора. При этом данные о личности, как уже отмечалось, могут
быть самыми разными.
В юридической литературе существует мнение, что при назначении
наказания можно учитывать любые данные, положительно характеризующие
лицо. Обстоятельства же негативного свойства о личности виновного можно
учитывать только такие, которые были непосредственно связаны с
совершением преступления410. Согласно другой точке зрения при назначении
наказания допустимо учитывать любые данные о личности без какого-то ни
было ограничения411. Судебная практика в рассматриваемом вопросе
противоречива.
Предпочтительнее в этой полемике первая точка зрения. В теории
уголовного права и судебной практике считается, что перечень отягчающих
наказание обстоятельств исчерпывающий. Если допустить, что к данным о
личности при назначении наказания можно отнести любые отрицательно
характеризующие виновного обстоятельства, в том числе и никак не
связанные с преступлением, то фактически правило о закрытости перечня
отягчающих обстоятельств окажется недействующим. В любом случае
Мельникова Ю.Б. Дифференциация ответственности и индивидуализация наказания.
Красноярск. 1989. С. 91; Иногамова-Хегай Л.В. Ю.Б. Мельникова. Дифференциация
ответственности и индивидуализация наказания. Красноярск. 1989 // Государство и право.
1991. № 2. С. 139.
411
Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник для бакалавров. 2-е изд. /
под ред. А.И. Рарога. М., М., 2016. С. 222.
303
410
негативное обстоятельство получится учтенным при назначении наказания
как данные о личности виновного. Такое положение неприемлемо. В числе
этих данных в судебной практике нередко учитывается характеристика лица
с места работы, учебы или жительства. Представляется, что при назначении
наказания, например, за кражу, нельзя учитывать в качестве данных о
личности виновного отрицательную характеристику с места жительства.
Последняя непосредственно не связана с совершенной лицом кражей,
поэтому и не может влиять на вид и размер избираемого судом наказания.
6. При назначении наказания в обязательном порядке должны
учитываться смягчающие и отягчающие обстоятельства. Перечень таких
обстоятельств указан в законе (ст. 61 и 63 УК РФ). Применяться смягчающие
и отягчающие обстоятельства при назначении наказания должны с
соблюдением установленных уголовным законом правил, которые
рассматриваются в следующем параграфе.
7. Действующий закон предписывает обязательность учета влияния
назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни
его семьи (ч. 3 ст. 60 УК РФ). Первое из предписаний связано с достижением
одной из целей наказания: исправления осужденного (ч. 2 ст. 43 УК РФ),
второе направлено на ограничение негативных социальных последствий
наказания. Учет данного начала связан с выяснением таких обстоятельств
как: является ли подсудимый единственным кормильцем в семье, имеются ли
на его иждивении малолетние или несовершеннолетние дети либо братья и
сестры, престарелые родители. Кроме того, должны приниматься во
внимание факты, свидетельствующие о его плохом поведении в семье
(злоупотребление алкогольными напитками либо наркотическими,
токсическими средствами, жестокое обращение с членами семьи, отказ от
воспитания детей и др.).
8. Последние два основные начала, как отмечалось, являются
исключением из первого общего начала назначения наказания. Более
строгое наказание, чем предусмотренное закономза совершенное
преступление, может быть назначено только по совокупности преступлений
(ст. 69 УК РФ)или по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ).Ни при каких
других обстоятельствах суд не может при назначении наказания виновному
лицу выйти за максимальный предел санкции соответствующей статьи или
избрать более строгий вид наказания, не указанный в статье Особенной части
УК РФ.
9. Основания для назначения менее строгого наказания, чем
предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ за
совершенное преступление, определяются ст. 64 УК РФ. В соответствии с
указанным началом, только при наличии исключительных обстоятельств,
существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления,
уголовный закон предоставляет суду право назначить наказание ниже
низшего предела, или перейти к другому, более мягкому наказанию либо не
применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в санкции
статьи в качестве обязательного (ст. 64 УК РФ).
304
Основные начала назначения наказания должны учитываться в
совокупности. Игнорирование хотя бы одного из обязательных основных
начал означает вынесение приговора с нарушением общих правил
назначения наказания, что является основанием для его отмены как
постановленного с несоблюдением положений материального права412.
§ 2. Обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание
Смягчающие наказание обстоятельства перечислены в ст. 61 УК РФ, а
отягчающие наказание – в ст. 63 УК РФ. Учет смягчающих и отягчающих
обстоятельств является правом суда, а не обязанностью. Наличие в деле
обстоятельства, подпадающего под смягчающее или отягчающее наказание,
еще не означает признания его таковым. Суд рассматривает указанное
обстоятельство и может признать его смягчающим или отягчающим
наказание в конкретном случае в совокупности с другими данными по делу,
но и вправе не признать.
К смягчающим и отягчающим обстоятельствам относятся такие
факторы, которые способны снизить либо, наоборот, повысить опасность
совершенного преступления либо лица, его выполнившего.
Смягчающие или отягчающие наказание обстоятельства – это такие
обстоятельства, которые относятся к преступлению либо личности виновного
и снижают или повышают их степень общественной опасности, а также
влияют на наказание.
Если какое-либо из обстоятельств включено в состав преступления в
качестве
конститутивного,
квалифицирующего
либо
особо
квалифицирующего признака, то оно само по себе не может повторно
учитыватьсяпри назначении наказания за это преступление в качестве
смягчающего или отягчающего обстоятельства. Это правило указано в
уголовном законе (ч. 3 ст. 61 и ч. 2 ст. 63 УК РФ).
Рассматриваемое правило является проявлением международноправового (ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических
правах 1966 г.), конституционного (ст. 50 Конституции) и уголовноправового (ч. 2 ст. 6 УК РФ) принципов о недопустимости двойной
ответственности за совершение одного и того же преступления. Так, при
осуждении за убийство по мотивам политической, идеологической, расовой,
национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам
ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «л» ч.
2 ст. 105 УК РФ) суд не вправе при назначении наказания лицу вновь как
Это правило не распространяется на случаи, когда основания для учета какого-либо из
общих начал отсутствуют. Уже отмечался исключительный характер применения
восьмого и девятого начал. Кроме этого, если у осужденного нет семьи (например, он –
сирота), то в таком положении не учитывается основное начало в виде влияния наказания
на условия жизни его семьи.
412
305
отягчающее обстоятельство учесть совершение преступления по мотивам
политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной
ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении
какой-либо социальной группы (п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ).
По приговору суда Ш. признан виновным и осужден за совершение
разбойного нападения с применением насилия, опасного для жизни и
здоровья, с применением оружия, в целях завладения имуществом в крупном
размере, в убийстве, сопряженном с разбоем. При назначении наказания Ш.
в качестве обстоятельств, отягчающих наказание, суд признал наступление
тяжких последствий и совершение преступления с использованием оружия.
Из приговора суда видно, что использование оружия предусмотрено в
качестве квалифицирующего признака разбоя, а тяжкие последствия
являются частью объективной стороны преступлений, в совершении
которых Ш. признан виновным (п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 162 УК РФ).
Таким образом, суд нарушил положения ч. 2 ст. 63 УК РФ413.
В теории уголовного права, однако, предлагается и иное решение
рассматриваемого вопроса. Существует мнение о необходимости учета
смягчающего или отягчающего обстоятельства и как признак состава при
квалификации преступления, и дополнительно как соответствующее
обстоятельство при назначении наказания414.
При назначении наказания суд можетпризнать смягчающими и такие
обстоятельства, которые не указаны в законе, т.е. их перечень является в
Кодексе открытым (ч. 2 ст. 61 УК РФ). Однако признание такого
обстоятельства смягчающим в обязательном порядке следует обосновать в
описательно-мотивировочной части приговора.
В отличие от смягчающих перечень отягчающих обстоятельств
является исчерпывающим.Суд не вправе признать отягчающим наказание
обстоятельство, не предусмотренное в качестве такового уголовным законом.
В ст. 63 УК РФ отягчающие обстоятельства названы в ч. 1 и 11. Так, нельзя
указывать в качестве отягчающих обстоятельств такие, что осужденный не
признал своей вины, что деяние осуществлено из корыстных побуждений и
т.п.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ исключила
из описательной части приговора указание о признании обстоятельством,
отягчающим наказание подсудимого, то, что по месту жительства он
характеризуется крайне отрицательно, поскольку перечень таких
обстоятельств, содержащихся в ст. 63 УК РФ, является исчерпывающим, а
упомянутое не предусмотрено415.
БВС РФ. 2006. № 3. С. 12. См. также: БВС РФ. 2008. № 1. С. 25.
Михлин А.С. Последствия преступлений. М., 1969. С. 80-81; Уголовное право
Российской Федерации. Общая часть / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И.
Чучаева.М., 2004. С. 424.
415
БВС РФ. 2000. № 1. С. 7.
306
413
414
Положение о закрытом перечне отягчающих обстоятельств оспаривается
в юридической литературе. Некоторые авторы пытаются обосновать свою
позицию об открытом характере перечня отягчающих обстоятельств ссылкой
на отсутствие в ст. 63 УК РФ законодательного указания на исчерпывающий
перечень таких обстоятельств416.
Вывод о закрытом характере перечня отягчающих обстоятельств следует
из сравнительного анализа положений, закрепленных ст. 61 и 63 УК РФ. В ст.
61 УК РФ прямо предусмотрено правило об открытости списка смягчающих
обстоятельств. Отсутствие законодательного указания на открытый характер
перечня отягчающих обстоятельств в ст. 63 УК РФ приводит к единственно
правильному логическому выводу, что перечень таких обстоятельств не
является открытым. Другой довод состоит в применении конституционной
нормы о том, что всякое сомнение должно толковаться в пользу виновного
(ст. 49 Конституции РФ).
Смягчающие обстоятельстваперечислены в п. «а»-«к» ч. 1 ст. 61 УК
РФ.
Совершение впервые преступления небольшой или средней тяжести
вследствие случайного стечения обстоятельств (п. «а» ч. 1 ст. 61 УК РФ).
Для установления данного обстоятельства необходимо наличие всех
трех признаков в совокупности. Преступление является совершенным
впервые, когда лицо вообще не совершало ранее преступлений, так и в
случаях, когда в прошлом лицо совершило преступление, но за него оно
было освобождено от уголовной ответственности на законных основаниях, в
том числе в связи с истечением давностных сроков, либо судимость за
преступление погашена или снята в установленном законом порядке.
К преступлениям небольшой тяжести относятся умышленные и
неосторожные деяния, за которые максимальное наказание, предусмотренное
УК РФ, не превышает трех лет лишения свободы (ч. 2 ст. 15 УК РФ), а к
преступлениям средней тяжести – умышленные деяния, за совершение
которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает
пяти лет лишения свободы, и неосторожные деяния, за совершение которых
максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, превышает три года
лишения свободы.
Случайное стечение обстоятельств является оценочным признаком,
определяемым в каждом конкретном деле. Под ним можно понимать
объективные и субъективные факторы, не отражающие линию поведения
виновного. К случайному стечению обстоятельств можно отнести неудачу,
горе, переживаемое лицом, оставление без средств к существованию и т.п.
Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков не дает основания
для признания обстоятельства смягчающим в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 61
Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / под ред. Л.В. ИногамовойХегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. М., 2004. С. 431-432.
307
416
УК РФ. Однако суд вправе признать его смягчающим обстоятельством
согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ.
Несовершеннолетие виновного (п. «б» ч. 1 ст. 61 УК РФ) является
основанием
смягчения
наказания
из-за
особенностей
психики
несовершеннолетнего.
Сознание
несовершеннолетних
развивается
постепенно, следует отметить недостаточную волевую и интеллектуальную
зрелость подростков, определенную психическую их неуравновешенность,
импульсивность поведения. Сам возраст несовершеннолетнего является
смягчающим обстоятельством.
Беременность (п. «в» ч. 1 ст. 61 УК РФ) признается смягчающим
обстоятельством в силу особенностей психофизического состояния
женщины. Данное обстоятельство является смягчающим независимо от срока
беременности, тяжести совершенного преступления и других условий.
Наличие малолетних детей у виновного (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ)
признается смягчающим обстоятельством не просто при констатации самого
факта существования малолетнего ребенка у осуждаемого. Установления
одного этого факта недостаточно. Указанное обстоятельство признается
смягчающим, когда действительно устанавливается, что оно понижает
общественную опасность виновного. Такое понижение наличествует при
участии виновного в воспитании ребенка, в заинтересованности лица в
судьбе ребенка. Когда родитель отказывался от материальной поддержки
малолетнего, более того жестоко с ним обращался, пытался вовлечь его в
совершение преступных или асоциальных действий, тогда нет оснований для
признания анализируемого фактора смягчающим обстоятельством. В п. 8
ранее действовавшего постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11
января 2007 г. указывалось: «Судам следует иметь в виду, что
обстоятельства, смягчающие наказание, признаются таковыми с учетом
установленных в судебном заседании фактических обстоятельств уголовного
дела. Например, наличие малолетних детей у виновного не может
расцениваться как смягчающее наказание обстоятельство (пункт "г" части
первой статьи 61 УК РФ), если осужденный совершил преступление в
отношении своего ребенка, а также в отношении усыновленного
(удочеренного) или находящегося на иждивении осужденного либо под его
опекой ребенка либо лишен родительских прав»417.
Совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных
обстоятельств либо по мотиву сострадания (п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Под
стечением тяжелых жизненных обстоятельств понимаются объективные
факторы личного, семейного, служебного, жилищного свойства. К ним
можно отнести болезнь лица, отсутствие средств к существованию в силу
потери работы, отказ продления срока аренды квартиры, проживание в семье
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. «О практике
назначения Судами Российской Федерации уголовного наказания» // СПС Консультант
Плюс. Судебная практика.
308
417
наркомана, алкоголика и т.п. Стечение тяжелых жизненных обстоятельств
свидетельствует о случайном характере совершения преступления, поэтому
говорит о меньшей степени общественной опасности лица.
Мотивом сострадания признается побуждение оказать помощь,
облегчить чью-то участь. Именно в этом свете мотив сострадания в
определенной степени снижает опасность личности виновного. В судебной
практике к совершению преступления по мотивам сострадания относят
убийство неизлечимо больного, кражу денег для малолетних голодных детей
и др.
Совершение преступления в результате физического или психического
принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости
(п. «е» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Данное обстоятельство характеризует личность
виновного. Совершение преступления в силу указанных факторов означает,
что виновный был ограничен в свободе выбора линии поведения. Физическое
или психическое принуждение признается смягчающим обстоятельством,
когда нет оснований для признания такого принуждения обстоятельством,
исключающим преступность деяния (ст. 39 и 40 УК РФ). Примером
физического принуждения может быть избиение виновного, а психического –
угроза расправиться с ребенком, и т.п.
Под материальной зависимостью понимается нахождение лица на
иждивении, проживании в квартире понуждаемого и др. Служебная
зависимость означает
подчинение виновного вышестоящему по служебной лестнице лицу.
Под служебной зависимостью следует понимать такое подчинение, которое
связано с возможным нарушением прав и законных интересов виновного.
Нельзя признать совершением преступления в силу служебной зависимости,
когда подчиненное лицо, не имеющее никаких оснований для продвижения,
совершает такое деяние только потому, что начальником ему было обещано
повышение в должности при условии осуществления преступления.
Иная зависимость может быть любого характера, кроме материальной и
служебной. Главное состоит в том, чтобы такая зависимость могла повлиять
на
принятие
решения
совершить
преступление:
зависимость
подследственного от следователя, отбывающего лишение свободы от
начальника отряда и т.п.
Совершение преступления при нарушении условий правомерности
необходимой обороны, задержания лица, совершившего преступление,
крайней необходимости, обоснованного риска, исполнения приказа или
распоряжения (п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Уголовный закон устанавливает
условия правомерности необходимой обороны, задержания преступника и
др. обстоятельств, наличие которых исключает уголовную ответственность
лиц (ст. 37-42 УК РФ).
В частности, необходимая оборонахарактеризуется совокупностью
таких условий ее правомерности как: общественной опасностью,
наличностью посягательства, причинением вреда только нападающему и др.
Если имеются все условия правомерности необходимой обороны кроме
309
одного, превышения ее пределов, то ответственность для виновного,
превысившего эти пределы, наступает по нормам Особенной части УК РФ
(ст. 108 и 114). Смягчающее же обстоятельство в смысле ст. 61 УК РФ
имеется при нарушении хотя бы одного другого необходимого условия
правомерности необходимой обороны, кроме превышения ее пределов.
Например, виновный, отражая нападение, причинил умышленный
тяжкий вред здоровью третьего лица, пытавшегося остановить
посягательство. Привлекая лицо к ответственности по ч. 1 ст. 111 УК РФ, как
смягчающее необходимо учесть обстоятельство, предусмотренное п. «ж» ч. 1
ст. 61 УК РФ.
Несоблюдение виновным условий правомерности необходимой
обороны, задержания лица, крайней необходимости, обоснованного риска,
исполнения приказа или распоряжения рассматривается как основание для
смягчения наказания согласно п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ.
Противоправность или аморальность поведения потерпевшего,
явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ), означает
наличие в совокупности двух факторов: противоправного или аморального
поведения потерпевшего, а также провоцирующего его характера для
преступления виновного.
Противоправным является любое поведение, нарушающее нормы права
(уголовного, административного, налогового и т.д.), а аморальным
признается
поведение,
противоречащее
общепринятым
моральнонравственным правилам, взглядам в обществе. Таким смягчающим
обстоятельством может быть избиение потерпевшего, совершившего ложный
донос; убийство лица, измывающегося над ребенком и др.
Явка с повинной, активное способствование раскрытию и
расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию
других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в
результате преступления, (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Указанные
обстоятельства рассматриваются в числе данных, образующих деятельное
раскаяние, под которым понимается позитивное постпреступное поведение
лица.
Явка с повинной означает добровольное сообщение лица о совершенном
им преступлении. Добровольным признается только такое сообщение,
которое не было вынужденным. Нельзя говорить о добровольной явке с
повинной в случае, когда при задержании лица по подозрению в совершении
им преступления, оно делает заявление о своем участии в преступлении.
Мотивы явки с повинной могут быть разными и не влияют на признание ее
добровольной: получить снисхождение, пресечь преступную деятельность
соучастников, и т.п.
Явку с повинной нельзя смешивать с чистосердечным раскаянием. Это
разные понятия, хотя и близкие. Явка с повинной может быть и без
чистосердечного раскаяния. Явка с повинной будет, когда лицо, например,
совершив избиение потерпевшего, добровольно заявляет об этом в органы
310
власти, однако, нисколько не раскаиваясь в содеянном и будучи уверенным,
что потерпевший избит по «заслугам».
Активное способствование раскрытию и расследованию преступления
состоит в оказании содействия правоохранительным органам путем
предоставления информации, сообщения о деталях совершения преступления
и др. Активное способствование изобличению и уголовному преследованию
других соучастников преступления выражается в сообщении сведений о
причастности других лиц к выполнению преступления, их роли, связях
между
соучастниками
и
т.п.
К
активному
способствованию
розыскуимущества, добытого преступным путем, можно отнести показ
места, где было спрятано такое имущество, и др.
Оказание
медицинской
или
иной
помощи
потерпевшему
непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение
имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате
преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда,
причиненного потерпевшему (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ), также характеризуют
деятельное раскаяние виновного. Здесь указаны три смягчающих
обстоятельства по возмещению вредного результата, причиненного
преступлением. Эти обстоятельства могут проявиться в непосредственном
уходе за лицом, здоровью которого был причинен вред, приобретении
необходимых лекарственных препаратов. Имущественный ущерб и
моральный вред могут быть возмещены путем ремонта поврежденной вещи,
замены уничтоженного имущества равноценным, публичного извинения
перед потерпевшим и др. К иным действиям по заглаживанию вреда,
причиненного потерпевшему, могут быть отнесены любые действия,
способные компенсировать нанесенный преступлением вред.
Отягчающие наказание обстоятельстваперечислены в пунктах от
«а» по «р» ч. 1 ст. 63 УК РФ. Рецидив преступлений (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ)
является формой множественности преступлений. Рецидивом признается
совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за
ранее совершенное умышленное преступление (подробнее об этом см.
параграф 4 гл. 11 «Множественность преступлений»).
Наступление тяжких последствий в результате совершения
преступления (п. «б» ч. 1 ст. 63 УК РФ) является оценочным признаком,
устанавливаемым в конкретном случае с учетом всей совокупности
обстоятельств дела. Данное обстоятельство может быть учтено как
отягчающее наказание, когда оно не является признаком соответствующего
состава преступления. Обычно как отягчающее указанное обстоятельство
учитывается при совершении преступления с формальным составом.
Например, в результате принуждения к изъятию органов человека для
трансплантации у потерпевшего развилось тяжелое сердечное заболевание.
Тяжкое последствие может быть учтено как отягчающее наказание и при
совершении преступления с материальным составом, когда оно не входит в
311
число его признаков. Таковым можно признать потерю единственного
кормильца семьи в результате его убийства.
Не являясь признаком состава преступления, тяжкие последствия в
обязательном порядке должны быть причинно связаны с совершенным
лицом преступлением.
Совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по
предварительному сговору, организованной группы или преступного
сообщества, преступной организации (п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Указанное
отягчающее обстоятельство должно вменяться при назначении наказания
непосредственно участникам этих груп. Пособнику, который оказывает
содействие, например, группе лиц, совершающей клевету по
предварительному сговору, рассматриваемое отягчающее обстоятельство
нельзя вменять, поскольку пособник не входит в такую группу в качестве ее
участника. В этом случае данное обстоятельство должно учитываться при
назначении наказания соисполнителям клеветы.
Особо активная роль в совершении преступления (п. «г» ч. 1 ст. 63 УК
РФ) как отягчающее обстоятельство признается в отношении лица,
проявляющего наиболее активное участие при осуществлении преступления.
Активность характеризуется степенью участия лица: инициативой,
направляющей ролью во время совершения преступления и т.п. Обычно
особо активная роль свойственна организатору совершения преступления
либо исполнителю (соисполнителю) преступления.
Привлечение к совершению преступления лиц, которые страдают
тяжелыми психическими расстройствами либо находятся в состоянии
опьянения, а также лиц, не достигших возраста, с которого наступает
уголовная ответственность (п. «д» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Это отягчающее
обстоятельство связано с воздействием виновного на лиц: 1) страдающих
тяжелыми психическими расстройствами; 2) находящихся в состоянии
опьянения; 3) не достигших возраста, с которого наступает уголовная
ответственность.
Совершение преступления с привлечением лиц первой и третьей групп
может охватываться посредственным причинением. Тогда исполнителем
преступления является виновный, а привлечение указанных лиц к
совершению преступления учитывается при назначении ему наказания как
отягчающее обстоятельство.
Совершение преступления с использованием несовершеннолетнего
образует самостоятельный состав (ст. 150 УК РФ). Одновременно виновному
за иное преступление, к участию в котором он привлек лицо, не достигшее
возраста уголовной ответственности, вменяется это привлечение как
отягчающее наказание обстоятельство. Использование перечисленных лиц
повышает общественную опасность виновного, характеризуя его как лицо, не
считающее ни с особенностями психики, возраста либо состояния
привлекаемого лица.
Совершение преступления по мотивам политической, идеологической,
расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по
312
мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы
(п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ).
При
совершении
преступления
по
мотивам
политической,
идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или
вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо
социальной группы (экстремистский мотив)виновный проявляет неприязнь,
неприятие лиц иных политических убеждений, идеологии, расы, этнической
группы, религии и т.д.
Совершение преступления из мести за правомерные действия других
лиц, а также с целью скрыть другое преступление или облегчить его
совершение (п. «е1 ч. 1 ст. 63 УК РФ).
Мотив мести является отягчающим обстоятельством, когда он связан с
реакцией виновного на ретроспективные правомерные действия
потерпевшего. При наличии цели скрыть другое преступление или
облегчитьего совершение виновный либо преследует намерение утаить
совершенное преступление или устранить препятствия, которые мешают
осуществлению преступного замысла.
Совершение преступления в отношении лица или его близких в связи с
осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением
общественного долга (п. «ж» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Под осуществлением
служебной деятельности следует понимать выполнение обязанностей в
соответствии с трудовым договором в государственных, муниципальных
учреждениях, коммерческих и некоммерческих организациях. К лицам,
осуществляющим такую деятельность, следует отнести должностных лиц,
государственных и муниципальных служащих, лиц, выполняющих
управленческие функции в коммерческих и иных организациях. Под
выполнением общественного долга понимается осуществление лицом
возложенных на него общественных функций.
Виновный совершает преступление с целью воспрепятствовать
указанным лицам осуществить их деятельность или выполнить долг либо из
мести за подобные действия. Наиболее распространено совершение
преступления по указанному мотиву в момент осуществления лицом
служебной деятельности или выполнения общественного долга. Под
потерпевшими здесь понимаются не только сами лица, осуществляющие
служебную деятельность либо выполняющие общественный долг, но и их
близкие. К близким относятся как родственники, так и друзья, и иные лица, в
чьей судьбе заинтересованы граждане, осуществляющие служебную
деятельность либо общественные функции.
Совершение преступления в отношении женщины, заведомо для
виновного находящейся в состоянии беременности, а также в отношении
малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица либо лица,
находящегося в зависимости от виновного (п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ).
Усиливает ответственность виновного совершение преступления в
отношении следующих четырех категорий лиц: 1) женщины, заведомо для
виновного находящейся в состоянии беременности; 2) малолетнего; 3) иного
313
беззащитного или беспомощного лица; 4) лица, находящегося в зависимости
от виновного.
Отягчающим обстоятельством является совершение преступления в
отношении беременной женщины. При этом необходимо достоверное знание
виновного лица о беременности женщины. Малолетнимипризнаются дети, не
достигшие возраста 14 лет. К беспомощным или беззащитным относятся
лица, которые в силу возраста, состояния здоровья, психики или иных
факторов не способны оказать должного сопротивления виновному
(например, больной, старушка и т.д.). Виновному, который лишает свободы
находящегося на его иждивении отца, запирая родителя в сарае, при
назначении наказания необходимо вменить это обстоятельство: совершение
преступления в отношении лица, находящегося от него в зависимости.
Под совершением преступления с особой жестокостью, садизмом,
издевательством, а также мучениями для потерпевшего (п. «и» ч. 1 ст. 63
УК РФ) понимается причинение излишних страданий, не вызываемых
необходимостью осуществить преступление. Особая жестокость может
заключаться в применении к лицу пыток, причинении ему нетерпимой
физической боли. Особо жестоким способом будет и совершение
преступления в отношении потерпевшего на виду его близких, когда
виновный осознавал, причинение им особых страданий. Садизм проявляется
в получении удовлетворения от чужих страданий, когда жестокость является
целью поведения виновного.
Под издевательством понимается глумление над личностью, совершение
действий в отношении потерпевшего в особо оскорбительной циничной
форме. Мучительным способом признается причинение потерпевшему
особых физических или нравственных страданий путем длительного
лишения пищи, воды, оставление лица в неудобном положении на
продолжительное время, совершение непристойных действий с близкими
потерпевшего на его глазах и т.д.
Совершение преступления с использованием оружия, боевых припасов,
взрывчатых веществ, взрывных или имитирующих их устройств, специально
изготовленных
технических
средств,
наркотических
средств,
психотропных, сильнодействующих, ядовитых и радиоактивных веществ,
лекарственных и иных химико-фармакологических препаратов, а также с
применением физического или психического принуждения (п. «к» ч. 1 ст. 63
УК РФ).
В этом пункте отягчающим обстоятельством признается использование
виновным особо опасных предметов, способных, с одной стороны,
существенно облегчить осуществление преступления, а с другой, - причинить
значительный, нередко непредсказуемый ущерб. Именно использование
предметов и средств, несущих в себе объективную возможность причинения
тяжких последствий, повышает общественную опасность преступления и
является причиной отнесения его к числу отягчающих обстоятельств.
Преступление считается совершенным с применением физического
принуждения, когда виновный использует любые формы воздействия на
314
телесную неприкосновенность принуждаемого (наносит удары, причиняет
вред здоровью и др.). Под психическим принуждением понимается
совершение преступления под угрозой применения насилия, уничтожения
имущества, разглашения нежелательных для лица сведений и др.
Совершение преступления в условиях чрезвычайного положения,
стихийного или иного общественного бедствия, а также при массовых
беспорядках,в условиях вооруженного конфликта или военных действий (п.
«л» ч. 1 ст. 63 УК РФ).
Понятие
чрезвычайного
положения
дается
Федеральным
конституционным законом «О чрезвычайном положении» от 30 мая 2001
г.418. Чрезвычайное положение означает вводимый в соответствии с
федеральным законодательством на всей территории Российской Федерации
или в ее отдельных местностях особый правовой режим деятельности
органов государственной власти, органов местного самоуправления,
организаций независимо от организационно-правовых форм и форм
собственности, их должностных лиц, общественных объединений,
допускающий установленные законом отдельные ограничения прав и свобод
граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства,
прав организаций и общественных объединений, а также возложение на них
дополнительных обязанностей.
В условиях чрезвычайного положения, когда силы направлены на
устранение причины введения такого положения, особенно нетерпимыми
становятся любые преступные проявления. Кроме того, в обстановке
чрезвычайного положения, стихийного бедствия, массовых беспорядков,
вооруженного конфликта или военных действий виновным бывает легче
совершить преступление. Данное отягчающее наказание обстоятельство
вменяется лицу при осознании им совершения преступления именно при
наличии указанных условий.
Совершение преступления с использованием доверия, оказанного
виновному в силу его служебного положения или договора (п. «м» ч. 1 ст. 63
УК РФ), повышает общественную опасность лица, который злоупотребляет
оказанным ему доверием. Доверие означает веру в добропорядочность,
честность лица и основанное на нем отношение к такому лицу. Доверие
должно быть связано со служебным положением виновного либо следовать
из договора.
Под служебным понимается положение, занимаемое лицом в силу
выполнения определенных служебных (трудовых) обязанностей. Договором
признается соглашение лиц об установлении, изменении или прекращении
прав либо обязанностей.
Совершение преступления с использованием форменной одежды или
документов представителя власти (п. «н» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Данное
отягчающее
обстоятельство
повышает
общественную
опасность
преступления, поскольку вводит в заблуждение потерпевших относительно
418
СЗ РФ. 2001. № 23. Ст. 2277.
315
правомерности совершаемых действий. При этом происходит дискредитация
деятельности государственных органов. Виновные, используя атрибуты
власти, облегчают себе осуществление преступления. Рассматриваемое
обстоятельство имеется, когда лица неправомерно используют форменную
одежду или документы представителя власти. Указанные одежда и
документы могут находиться у лица как на законном, так и незаконном
основаниях.
Совершение умышленного преступления сотрудником органа
внутренних дел (п. «о» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Повышенная опасность этого
обстоятельства объясняется совершением преступления лицом, призванным,
наоборот, обеспечивать борьбу с правонарушениями.
Совершение преступления в отношении несовершеннолетнего
(несовершеннолетней) родителем или иным лицом, на которое законом
возложены
обязанности
по
воспитанию
несовершеннолетнего
(несовершеннолетней), а равно педагогическим работником или другим
работником образовательной организации, медицинской организации,
организации, оказывающей социальные услуги, либо иной организации,
обязанным
осуществлять
надзор
за
несовершеннолетним
(несовершеннолетней) (п. «п» ч. 1 ст. 63 УК РФ).
Перечисленные в этом обстоятельстве лица должны по закону
заниматься воспитанием, осуществлять надзор за несовершеннолетними.
Невыполнение этих функций, совершение преступления в отношении
подопечного повышает общественную опасность виновного лица.
Совершение преступления в целях пропаганды, оправдания и поддержки
терроризма (п. «р» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Преступления террористического
характера представляют повышенную общественную опасность в настоящее
время. Усиление ответственности за любую их пропаганду может
способствовать предупреждению совершения этих деяний.
Судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и
степени общественной опасности преступления, обстоятельств его
совершения и личности виновного может признать отягчающим
обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения,
вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных
веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных
веществ либо других одурманивающих веществ (ч. 11 ст. 63 УК РФ).Как
указано в законе, признание отягчающим обстоятельством совершения
преступления в состоянии опьянения принадлежит суду.
Наиболее распространенными отягчающими обстоятельствами в
судебной практике являются рецидив преступлений, совершение
преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному
сговору, организованной группы, причинение преступлением тяжких
последствий.
§ 3. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено
законом
316
В соответствии с общими началами суд обязан назначить наказание в
пределах, предусмотренных санкцией соответствующей статьи Особенной
части УК РФ. В УК РФ закреплен исключительный случай, когда можно
выйти за минимальный предел такой санкции. Согласно ч. 2 ст. 60 УК РФ,
исключение связано с наличием смягчающих обстоятельств, признаваемых
судом исключительными на основании ст. 64 УК РФ.
В ст. 64 УК РФпредусмотреноправило о назначении более мягкого
наказания, чем предусмотрено за данное преступление. Учитывая
исключительные обстоятельства дела и личность виновного, суд может
назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного законом за
данное преступление, или перейти к другому, более мягкому виду наказания,
или не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в
качестве обязательного.
Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено законом,
возможно при наличии исключительных обстоятельств. Понятие
исключительных обстоятельств является оценочным. Согласно ч. 1 ст. 64 УК
РФ исключительными могут быть признаны обстоятельства:
– связанные с целями и мотивами совершения преступления;
– связанные с ролью виновного, его поведением во время или после
совершения преступления;
– другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень опасности
преступления;
– активное содействие участника группового преступления раскрытию
этого преступления.
Исключительными могут быть признаны как отдельные смягчающие
обстоятельства, так и их совокупность. Закон конкретно называет, что
исключительным может быть и одно смягчающее обстоятельство.
Цели и мотивы совершения преступления должны свидетельствовать об
уменьшении степени общественной опасности преступления или лица, его
совершившего. Как правило, они лишены низменного характера. В
частности, исключительными могут быть признаны мотивы и цели
совершения преступления, когда преступление совершается по мотиву
сострадания, из жалости, и др.
Исключительным
может
быть
признано
обстоятельство
о
второстепенной роли виновного во время совершения преступления, когда,
например, его функцией являлось предупреждение соучастников о
появлении посторонних лиц при совершении кражи, уничтожении
имущества и т.п. Нередко основанием для применения ст. 64 УК РФ является
деятельное раскаяние лица: явка с повинной; признание вины; помощь
правоохранительным органам в раскрытии преступления; и т.д.
В УК РФ конкретно установлено, что исключительными могут
признаваться смягчающие обстоятельства. При этом в ст. 64 УК РФ
отсутствует указание о том, может ли наличие отягчающих обстоятельств
быть препятствием такому признанию. Следует отметить, что впервые в
317
уголовном законодательстве Российской Федерации дан ответ о возможности
назначения наказания ниже низшего предела при наличии отягчающих
обстоятельств. Отмеченная возможность закреплена, во-первых, в ч. 3 ст. 68
УК РФ, в которой сказано о возможности неприменения правила о наказании
при рецидиве, если установлены исключительные обстоятельства. Рецидив
как отягчающее обстоятельство не препятствует применению правила об
исключительном смягчении наказания. Во-вторых, такая возможность
следует из содержания ч. 4 ст. 65 УК РФ, которая устанавливает, что при
назначении наказания лицу, признанному вердиктом присяжных заседателей
виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения,
обстоятельства, отягчающие наказание, не учитываются. Значит, при
указанном признании отягчающие наказание обстоятельства вполне
допустимы, но не могут быть учтены.
О применении положений ст. 64 УК РФ при наличии отягчающих
обстоятельств сказано в п. 38 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58
Исключительные обстоятельства могут быть установлены при
совершении любого, в том числе тяжкого и особо тяжкого преступления.
Нередко применение ст. 64 УК РФ связано с осуждением виновного за
совершенное тяжкое преступление с суровой санкцией, когда по
обстоятельствам дела необходимо назначить более мягкое наказание, чем
предусмотрено этой санкцией.
В одном из решений Верховного Суда РФ «исключительными»
обстоятельствами были признаны: наличие у осужденной четверых детей
(из них двое — малолетние), тяжелое материальное положение семьи в
связи со злоупотреблением мужем спиртным, насилие и издевательства со
стороны мужа, раскаяние в содеянном (убийстве мужа после обнаружения
пропажи денег, взятых им для приобретения спиртного)419.
Назначение наказания ниже низшего предела. Этот способ смягчения
заключается в том, что суд назначает лицу наказание, предусмотренное
санкцией статьи УК РФ, но на срок ниже указанного в ней минимума. Такое
наказание в любом случае не может быть меньше минимального срока,
закрепленного для данного вида наказания Общей частью УК РФ. Согласно
ст. 56 УК РФ минимальный срок лишения – 2 месяца, ареста на основании ст.
54 УК РФ – 1 месяц, исправительных работ по ст. 50 УК РФ – 2 месяца и т.д.
Назначением более мягкого вида наказания,чем предусмотрено санкцией
статьи, по которой осужден виновный. Для определения более мягкого вида
наказания необходимо руководствоваться ст. 44 УК РФ, в которой наказания
расположены от менее строгого его вида к более суровому. Применение
этого способа смягчения наказания возможно как при относительноопределенной, так и при альтернативной санкции. При таком смягчении
может быть назначен любой, более мягкий вид основного наказания, не
предусмотренный соответствующей статьей Особенной части УК РФ.
Необходимым требованием является, чтобы это наказание было мягче
419
БВС РФ. 2000. № 7. С. 16.
318
любого наказания, закрепленного санкцией соответствующей статьи УК РФ.
Нельзя признать применением наказания на основании ст. 64 УК РФ, когда
назначается наказание в виде лишения права заниматься определенной
деятельностью при санкции, предусматривающей лишение свободы
альтернативно со штрафом. Здесь новое наказание действительно является
более мягким, чем лишение свободы, однако оно более строгое, чем штраф.
В приведенном примере указанный способ смягчения неприменим,
поскольку самое мягкое наказание в виде штрафа уже закреплено санкцией
статьи.
Переход к более мягкому наказанию означает возможность назначить
любое наказание в определенных законом пределах, менее строгое, чем
указанные в санкции статьи.
Применение основного наказания ниже низшего предела либо более
мягкого его вида, чем предусмотрено санкцией соответствующей статьи УК
РФ, не исключает возможности назначения виновному дополнительного
наказания. Когда дополнительное наказание закреплено как факультативное,
то, применяя один из указанных способов смягчения, суд вправе с учетом
обстоятельств дела назначить или не назначить такое дополнительное
наказание. Дополнительное наказание, установленное как обязательное, при
аналогичных условиях суд обязан назначить.
Неприменение дополнительного наказания. Третий способ смягчения
может быть применен, когда норма, по которой осуждается виновный,
предусматривает дополнительное наказание как обязательное. Неприменение
его возможно только при наличии исключительных обстоятельств,
закрепленных ст. 64 УК РФ.
Суд вправе применить к лицу только один из указанных способов
смягчения за совершение преступления. Применение ст. 64 УК РФ является
правом суда. В каждом конкретном случае суд на основе всей совокупности
обстоятельств принимает решение о признании установленных смягчающих
обстоятельств исключительными либо нет.
В ч. 3 ст. 64 УК РФ содержится запрет на назначение наказания более
мягкого, чем предусмотрено законом, виновным в совершении преступлений,
предусмотренных ст. 205, 2051, 2052, 2053, 2054, 2055, ч. 3 и 4 ст. 206, ч. 4 ст.
211, ст. 361 УК РФ, либо виновным в совершении сопряженных с
осуществлением
террористической
деятельности
преступлений,
предусмотренных ст. 277, 278, 279 и 360 УК РФ.
§ 4. Формализованное
наказания
обязательное
смягчение
и
усиление
Действующий уголовный закон на основе принципов гуманизма,
справедливости и индивидуализации наказания закрепляет специальные
правила о формализованном обязательном смягчении и усилении наказания.
Формализованное назначение наказания за единичное преступление
характеризуется обязанностью суда соблюдать количественные показатели,
319
выраженные математической дробью, предусмотренные в семи случаях в ст.
62, 65, 66, 68 УК РФ. В настоящее время раскрытие их применения наукой
уголовного права и судебной практикой остается дискуссионным420.
В отличие от правила, установленного ст. 64 УК РФ, перечисленные
положения носят для суда обязательный характер. Наличие обстоятельств, с
которыми УК РФ связывает их применение, обязывает суд применить
формализованное назначение наказания. Судебные ошибки нередко связаны
с неверным применением правил формализованного обязательного
смягчения и усиления наказания421.
1. Статьей 62 УК РФ закреплено правило о назначении наказания при
наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и
«к» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Согласно ст. 62 УК РФ при наличии указанных
смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих срок или размер
наказания не могут превышать 2/3 максимального срока или размера
наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей
статьей Особенной части УК РФ. Правило действует, когда нет отягчающих
и установлены определенные смягчающие обстоятельства. В п. «и» и «к» ч. 1
ст. 61 УК РФ названы обстоятельства о деятельном раскаянии лица. Пункт
«и» содержит четыре: явка с повинной и активное способствование
раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному
преследованию других соучастников преступления и розыску имущества,
добытого в результате преступления, а п. «к» – три смягчающих
обстоятельства: оказание медицинской и иной помощи потерпевшему
непосредственно после совершения преступления; добровольное возмещение
имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате
преступления; иные действия, направленные на заглаживание вреда,
причиненного потерпевшему. В соответствии со смыслом ст. 62 УК РФ
правило о формализованном обязательном смягчении наказания может
применяться при наличии хотя бы одного из указанных в ст. 61 УК РФ
смягчающих обстоятельств о деятельном раскаянии.
К. осужден Северо-Кавказским окружным военным судом по п. «и» ч. 2
ст. 105 УК РФ к семнадцати годам лишения свободы, по п. «а», «б», «в» ч. 3
ст. 286 УК РФ — к восьми годам лишения свободы с лишением права
Иногамова-Хегай Л.В. Понятие и виды формализованного назначения наказания по
российскому уголовному праву // Криминологический журнал Байкальского
государственного университета экономики и права // 2016. № 2. С. 316.
421
См.: Определение Верховного Суда РФ от 16 июня 2009 г. по делу № 58-Д09-8
Приговор по уголовному делу о краже изменен: назначенное осужденному наказание
снижено, поскольку при назначении наказания за неоконченное преступление в
соответствии с требованиями ст. 62 УК РФ следовало исчислять три четверти от трех
четвертей максимального срока наказания; Определение Конституционного Суда РФ от
28 января 2016 г. № 210-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина
Республики Таджикистан Ахмадалиева Саломиддина Олтиновича на нарушение его
конституционных прав положениями статей 6, 60, 61 и 66 Уголовного кодекса Российской
Федерации» // www.ksrf.ru.
320
420
занимать руководящие должности на три года, с окончательным
назначением наказания в виде восемнадцати лет лишения свободы с
лишением права занимать руководящие должности на три года.
Окружной военный суд, мотивируя назначение К. наказания, признал
смягчающим обстоятельством явку с повинной, предусмотренную п. «и» ч. 1
ст. 61 УК РФ. Согласно ст. 62 УК РФ при наличии такого смягчающего
обстоятельства суд не вправе был выйти за пределы трех четвертей
максимального срока наказания, предусмотренного ч. 2 ст. 105 и ч. 3 ст. 286
УК РФ, т.е. пятнадцати лет и семи лет шести месяцев лишения свободы
соответственно. В нарушение этого требования суд назначил осужденному
семнадцать и восемь лет лишения свободы. Военная коллегия Верховного
Суда РФ, рассмотрев данное дело в кассационном порядке, снизила
назначенные осужденному сроки наказания до пятнадцати и семи лет
лишения свободы422.
При назначении наказания по совокупности преступлений особое
правило о смягчении наказания в связи с деятельным раскаянием
учитывается лишь за то преступление, в отношении которого было такое
раскаяние.
Как отмечалось, при одновременном наличии и смягчающих, указанных
в п. «и» или «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отягчающих перечисленных в ст. 63 УК
РФ обстоятельств правило об ограничении верхнего предела назначаемого
наказания 2/3 от максимального срока самого строгого вида наказания не
действует.
Наказание
законно
можно
назначить
максимальное,
установленное соответствующей статьей Особенной части УК РФ. При этом
наличие любого отягчающего обстоятельства является основанием для
неприменения рассматриваемого смягчения наказания. В ст. 62 УК РФ
называются отягчающие обстоятельства, которые перечислены в ст. 63 УК
РФ. Поскольку перечень этих обстоятельств исчерпывающий, суд не вправе
признавать отягчающим обстоятельство, не названное в ст. 63 УК РФ.
Правило о формализованном смягчении наказания действует при
избрании судом наиболее строгого вида наказания, закрепленного в санкции
статьи Особенной части УК РФ. Когда суд избирает менее строгое наказание
из числа предусмотренных альтернативной санкцией, правило обязательного
смягчения наказания не применяется.
Например, были установлены смягчающие обстоятельства о деятельном
раскаянии в виде явки с повинной и заглаживании причиненного вреда,
наличие которых обязывает суд применить правило, закрепленное ст. 62 УК
РФ. Однако лицу, причинившему имущественный ущерб путем обмана или
злоупотребления доверием, суд решил назначить не самое строгое наказание,
закрепленное санкцией этой статьи, а принудительные работы (ч. 1 ст. 165
УК РФ альтернативно закрепляет штраф, принудительные работы на срок до
двух лет или лишение свободы на срок до двух лет). В этой ситуации суд
вправе установить срок принудительных работ любой, в том числе и
422
БВС РФ. 2003. № 3. С. 10.
321
максимальный в виде 2 лет. Суд здесь не обязан соблюдать правило,
закрепленное ст. 62 УК РФ, поскольку не был избран наиболее строгий вид
наказания, предусмотренный ч. 1 ст. 165 УК РФ, в виде лишения свободы.
Правило о наиболее строгом виде наказания касается всех
формализованных видов смягчения и усиления наказания (ст. 62, 65, 66 и 68
УК РФ).
2. Досудебное соглашение о сотрудничестве(ч. 2 или 4 ст. 62 УК
РФ)означает в порядке особого производства смягчение наказания не свыше
половины (двух третей) максимального срока или размера наиболее строгого
вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной УК
РФ..
Формализованное смягчение наказания при досудебном соглашении о
сотрудничестве применяется при наличии смягчающих обстоятельств,
предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих
обстоятельств (ч. 2 ст. 62 УК РФ).
Из имеющегося в материалах уголовного дела досудебного соглашения о
сотрудничестве,
заключенного
между
заместителем
прокурора
Ставропольского края и обвиняемым Ш., следует, что Ш. взял
обязательства сообщить о своих действиях, изобличить всех лиц, о
которых ему известно и которые принимали участие в совершенных с ним
преступлениях, указать действия каждого из лиц, причастных к совершению
преступлений, сообщить следователю местонахождение предметов,
используемых для совершения преступления, а также об иных фактах
преступной деятельности членов преступной группы.
Из представления заместителя прокурора Ставропольского края
следует, что Ш. выполнил взятые на себя обязательства при заключении
досудебного соглашения о сотрудничестве. Данное обстоятельство
подтвердил в судебном заседании государственный обвинитель.
Таким образом, изобличение Ш. других участников преступлений, в том
числе и организатора преступной группы, оказание следствию помощи в
собирании доказательств для установления всех обстоятельств
расследуемого уголовного дела, на которые делается ссылка в жалобе,
явились основаниями проведения судебного заседания и вынесения судебного
решения в отношении Ш. в особом порядке, предусмотренном главой 40 1
УПК РФ, т.е. уже учтены законодателем.
В связи с заключением с Ш. досудебного соглашения о сотрудничестве,
наличием смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61
УК РФ, отсутствием отягчающих обстоятельств, суд при определении
размера наказания применил положения ч. 2 ст. 62 УК РФ423.
3. Согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением(ч. 5 ст. 62
УК РФ, глава 40 УПК)предполагает определение наказания лицу в порядке
особого производства на срок или размер не более двух третей
423
БВС РФ. 2012. № 12. С. 30.
322
максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания,
предусмотренного за совершенное преступление.
4. Производство дознания в сокращенной форме(ч. 5 ст. 62 УК РФ, ст.
9
226 УПК) означает вынесение наказанияне более половины максимального
срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за
совершенное преступление.
5. Признаниеприсяжными заседателямилица заслуживающим
снисхождения(ч. 1 ст. 65 УК РФ) обязывает суд применитьправило
смягчения наказания лицу на срок или размер, который не может превышать
две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида
наказания, предусмотренного за совершенное преступление.
Если соответствующей статьей Особенной части УК РФ предусмотрены
смертная казнь или пожизненное лишение свободы, то эти виды наказаний не
применяются, а наказание назначается в пределах санкции, предусмотренной
статьей Особенной части УК РФ. Поскольку наряду со смертной казнью и
пожизненным лишением свободы в санкции статьи альтернативно
предусмотрено лишение свободы, следовательно, это лишение свободы и
назначается оно в пределах санкции статьи Особенной части УК РФ (то есть,
без учета правила о смягчении наказания).
В соответствии со смыслом ст. 65 УК РФ, присяжные заседатели вправе
признать лицо, виновное в совершении нескольких преступлений,
заслуживающим снисхождения как за каждое из этих преступлений, так и за
одно из них. Согласно ч. 3 ст. 65 УК РФ вид, срок или размер наказания по
совокупности
преступленийпри
признании
лица
заслуживающим
снисхождения определяются по правилам, предусмотренным ст. 69 УК РФ.
Назначив наказание за отдельные преступления с применением правила,
установленного ст. 65 УК РФ, при определении окончательного наказания по
совокупности преступлений, суд не связан ограничением о непревышении
двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида
наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Поэтому
лишение свободы в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ может быть назначено и
на максимальный срок в 30 лет.
При назначении наказания лицу, заслуживающему снисхождения,
смягчающие обстоятельства учитываются, а отягчающие – нет (ч. 4 ст. 65 УК
РФ).
По приговору Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 29 января
2010 г., вынесенному с участием присяжных заседателей, Я. признан
виновным в злоупотреблении в период работы заместителем прокурора г.
Нерюнгри своими должностными полномочиями, а также в получении
взятки за незаконные бездействия в пользу взяткодателя, которые
совершил группой лиц по предварительному сговору, с вымогательством
взятки, в крупном размере. Действия Я. судом юридически квалифицированы
правильно.
323
Вместе с тем, обстоятельством, отягчающим наказание Я., признана
его особо активная роль в совершении преступления. Данное отягчающее
обстоятельство было учтено судом при назначении ему наказания.
Вердиктом
коллегии
присяжных
заседателей
Я.
Признан
заслуживающим снисхождения. Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда РФ исключила признание особо активной роли Я. В
качестве обстоятельства, отягчающего его наказание. Окончательно
назначенное Я. наказание смягчено424.
6. Неоконченное преступление(ч. 2 и 3 ст. 66 УК РФ) предполагает
назначение наказания за приготовление к преступлению не свыше половины,
а за покушение – трех четвертей максимального срока или размера наиболее
строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей
Особенной части УК РФ за оконченное преступление.
К виновному в совершении неоконченного преступления применяются
одновременно две льготы: смертная казнь и пожизненное лишение свободы
не назначаются (ч. 4 ст. 66 УК РФ), а срок назначаемого лишения свободы не
может превышать определенной части максимального его срока.
В судебной практике нередки случаи, когда по делу о приготовлении
либо покушении на преступление устанавливаются исключительные
обстоятельства. В таких ситуациях имеются основания для применения
правила о смягчении наказания за неоконченное преступление (ч. 2 или 3 ст.
66 УК РФ) и правила о назначении наказания более мягкого, чем
предусмотрено законом (ст. 64 УК РФ). Здесь суду следует применять только
правило о назначении наказания при наличии исключительных обстоятельств
в соответствии со ст. 64 УК РФ.
За покушение на убийство П. из ревности К. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1
ст. 105 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 7 годам лишения свободы.
Назначая наказание, суд учел правило, предусмотренное ч. 3 ст. 66 УК РФ, о
невозможности превышения его срока ¾ максимального срока лишения
свободы. Однако срок наказания должен быть снижен. Так, приняв во
внимание поведение потерпевшей, спровоцировавшей конфликт, явку с
повинной, данные о личности виновного и признав эти обстоятельства
исключительными, позволяющими применить правила ст. 64 УК РФ, суд
признал возможным назначить К. более мягкое наказание, чем
предусмотрено за данное преступление, но назначил наказание в пределах
санкции ч. 1 ст. 105 УК РФ. Между тем, применив ст. 64 УК РФ, суд обязан
был назначить К. наказание ниже низшего предела, предусмотренного
санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ. Поскольку нижний предел санкции,
установленной ч. 1 ст. 105 УК РФ, – 6 лет лишения свободы, при применении
ст. 64 УК РФ наказание К. должно было быть назначено ниже 6 лет
лишения свободы. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда
РФ наказание К. было уменьшено до 5 лет 6 месяцев лишения свободы425.
424
425
БВС РФ. 2011. № 2. С. 28.
БВС РФ. 2001. № 8. С. 13.
324
Рассмотренное положение о приоритетном применении ст. 64 УК РФ
при одновременном наличии основания для смягчения наказания за
неоконченное преступление следует использовать и в других случаях, когда
имеются основания для назначения наказания как при наличии
исключительных обстоятельств, так и при формализованном смягчении
наказания, предусмотренном ст. 62 или 65 УК РФ, а также при усилении
наказания при рецидиве преступлений в соответствии со ст. 68 УК РФ (п. 42,
47, 48 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58).
7. В соответствии со ст. 67 УК РФ при назначении наказания за
преступление, совершенное в соучастии, учитываются характер и степень
фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для
достижения целипреступления, его влияние на характер и размер
причиненного или возможного вреда. С учетом роли соучастника, например,
наказание организатору и подстрекателю преступления назначают обычно
более строгое, чем пособнику, который является второстепенной фигурой в
сравнении с первыми.
Смягчающие или отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности
одного из соучастников, учитываются при назначении наказания только
этому соучастнику.
8.При назначении наказания при рецидиве, опасном рецидиве или особо
опасном рецидиве преступлений учитываются характер и степень
общественной опасности ранее совершенных преступлений, обстоятельства,
в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания
оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной
опасности вновь совершенных преступлений.
Любой рецидив преступлений(ч. 2 ст. 68 УК РФ) предусматривает
формализованное обязательное усилениенаказания путем назначения не
менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида
наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах
санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.
Рецидив
преступлений
является
отягчающим
наказание
обстоятельством. При любом виде рецидива преступлений, если судом
установлены смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ,
срок наказания может быть назначен менее одной третьей части
максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного
за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей
статьи Особенной части УК РФ, а при наличии исключительных
обстоятельств, предусмотренных ст. 64 УК РФ, может быть назначено более
мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление (ч. 3 ст. 68 УК
РФ).
§ 5. Назначение наказания по правилам совокупности преступлений
и совокупности приговоров
325
Виновный может совершить как одно, так и несколько преступлений.
Множественность
преступлений
свидетельствует
о
повышенной
общественной опасности личности виновного, что предопределяет
необходимость применения более строгих мер воздействия к таким лицам.
Одними из них являются положения о наказании по совокупности
преступлений и совокупности приговоров.
Правила назначения наказания по совокупности преступлений
установлены в ст. 69 УК РФ.
По совокупности преступлений вначале назначается наказание отдельно
за каждое преступление, входящее в эту совокупность. Затем суд определяет
окончательное наказание за все преступления. При этом окончательное
наказание может быть назначено путем применения одного из принципов:
поглощения менее строгого более строгим наказанием; полного либо
частичного сложения наказаний. Указанные принципы применяются в
зависимости от стадии совершения преступления, категории преступлений,
образующих их совокупность.
В ч. 2 ст. 69 УК РФ закреплено, если преступления, совершенные по
совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести,
либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо
покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, то окончательное
наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более
строгим либо путем частичного или полного сложения наказания.
Для указанной совокупности преступлений приемлемы оба правила
назначения наказания, как поглощения, так и сложения. Суд вправе избрать
любой из них. Назначение наказания путем поглощения предпочтительней,
когда лицом совершены разные по степени общественной опасности
преступления.
Например, за причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью
в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ) суд назначил лишение свободы на срок
в 2 года, а за клевету (ст. 1281 УК РФ) – обязательные работы на срок до ста
двадцати часов. Применяя принцип поглощения наказания, суд
окончательное наказание определил в виде лишения свободы на срок в 2
года. Поглощение строгим наказанием менее строгого означает, что первым
охватывается второе наказание полностью. К примеру, если менее строгое
наказание состоит из основного и дополнительного, то оно целиком должно
быть поглощено более суровым наказанием. Недопустимо частичное
поглощение: одного основного наказания без дополнительного.
Принцип полного сложения наказаний заключается в том, что
окончательное наказание по совокупности преступлений является суммой
наказаний, назначенных за отдельные преступления.Применение принципа
частичного сложения состоит в том, что к более суровому наказанию
присоединяется часть менее сурового. При назначении наказания по
совокупности преступлений небольшой или средней тяжести с применением
правила сложения окончательное наказаниедолжно бытьбольше любого
наказания, назначенного за отдельное преступление, и не должнопревышать
326
более чем наполовину максимальный срок или размер наказания,
предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений.
Согласно ч. 3 ст. 69 УК РФ, если хотя бы одно из деяний, совершенных
по совокупности, является тяжким или особо тяжким преступлением, то
окончательное наказание назначается путем полного или частичного
сложения наказаний. При данном виде совокупности преступлений
применим только принцип сложения наказания, полного или частичного.
Окончательное наказание в виде лишения свободы не может превышать
более чем наполовину максимальный срок наказания в виде лишения
свободы, предусмотренный за наиболее тяжкое из совершенных
преступлений(ч. 3 ст. 69 УК РФ). В любом случае этот максимальный срок не
может быть более 25 лет (ч. 4 ст. 56 УК РФ) или 30 лет лишения свободы (ч.
5 ст. 56 УК РФ).
По приговору суда К. осужден: по ч. 1 ст. 105 УК РФ к одиннадцати
годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к
тринадцати годам лишения свободы, по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ к восьми
годам лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ К. назначено
двадцать три года лишения свободы.
Президиум Верховного Суда РФ указал следующее. Максимальный срок
наказания за каждое из совершенных К. преступлений предусмотрен в виде
пятнадцати лет лишения свободы. Таким образом, по совокупности
совершенных К. преступлений ему не могло быть назначено более двадцати
двух лет шести месяцев лишения свободы. Суд, назначая наказание, вышел
за пределы этого максимального срока426.
При назначении наказаний в виде исправительных работ или
ограничения по военной службе сложению подлежат сроки указанных
наказаний. Размеры удержаний в бюджет государства не подлежат
суммированию. В судебной практике иногда встречаются такие ошибки.
Например, за одно преступление определены исправительные работы на
срок в 1 год с удержанием в доход государства 15 % заработка осужденного,
а за второе преступление, соответственно, – исправительные работы на срок
в 6 месяцев с удержанием 5 %. По совокупности преступлений
окончательное наказание путем полного сложения назначено в виде
исправительных работ на срок в 1,5 года с удержанием 20 % из заработка
осужденного. Правильно определив максимальный срок исправительных
работ в 1,5 года, суд сложил проценты удержаний в доход государства, что
недопустимо. В этом примере правильным будет назначение окончательного
наказания в виде исправительных работ сроком в 1,5 года с удержанием в
течение года 15 %, и в продолжение последующих 6 месяцев - 5 % заработка
осужденного лица.
По совокупности преступлений может назначаться и дополнительное
наказание, которое применяется по тем же правилам, что и основное. Как
уже
отмечалось,
при
поглощении
дополнительное
наказание,
426
БВС РФ. 2008. № 11. С. 11.
327
присоединенное к менее строгому основному, полностью охватывается более
строгим наказанием.
Согласно ч. 4 ст. 69 УК РФ при совокупности преступлений к основным
видам наказаний могут быть присоединены дополнительные виды наказаний.
Окончательное дополнительное наказание при частичном или полном
сложении наказаний не можетпревышать максимального срока или размера,
предусмотренного для данного вида наказания Общей частью УК РФ.
К окончательному основному наказанию могут присоединяться только
те дополнительные наказания, которые были назначены за отдельные
преступления. Если же за такие преступления, образующие совокупность, не
было определено дополнительных наказаний, то последние не могут быть
присоединены к окончательному основному наказанию. Таким образом,
сначала дополнительное наказание назначается за одно или несколько
преступлений, а затем определяется по их совокупности. В зависимости от
характера преступлений, входящих в совокупность, возможно применение
как тождественных, так и разнородных дополнительных наказаний.
Складываются одинаковые дополнительные наказания.
Например, если к основному наказанию суд присоединил
дополнительное наказание в виде штрафа за одно преступление в сумме,
равной 5 тысячам рублей, и за второе преступление – 30 тысячам рублей, то
окончательный размер штрафа при полном их сложении составит сумму,
равную 35 тысячам рублей. При частичном же сложении наказаний величина
штрафа должна превышать сумму в 30 тысяч рублей (п. 2-7 ППВС РФ от 22
декабря 2015 г. № 58).
Для лишения права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью в качестве дополнительного наказания
максимальный срок не может быть более 3 лет. В соответствии с ч. 2 ст. 47
УК РФ, в случаях, специально предусмотренных статьями Особенной части
УК РФ, лишение права занимать определенные должности или заниматься
определенной деятельностью устанавливается на срок до двадцати лет
(например, по ч. 3, 4 и 5 ст. 131 и 132, ч. 5 и 6 ст. 134, ч. 4 и 5 ст. 228 1 УК РФ
и др. это дополнительное наказание может устанавливаться на срок до
двадцати лет).
Разнородные
дополнительные
наказания
присоединяются
к
окончательному и исполняются самостоятельно.
Например, за одно преступление было назначено дополнительное
наказание в виде штрафа, а за другое – лишение права заниматься
определенным видом деятельности, окончательное наказание назначается с
лишением права заниматься определенным видом деятельности и со
штрафом.
Рассмотренные правила назначения наказания применяются при
совершении лицом как двух, так и более преступлений, ни за одно из
которых оно не было осуждено и не было освобождено от уголовной
ответственности на законных основаниях, в том числе и в связи с истечением
сроков давности уголовного преследования. При этом в случае совершения
328
лицом 3 и более преступлений суд вправе сочетать разные принципы
назначения наказаний: сложить одни, полностью или частично, и поглотить
иные наказания, назначенные за отдельные преступления. К примеру, суд
может применить полное сложение наказаний в виде лишения свободы и
поглотить им штраф, назначенный за третье преступление.
Однако неприемлемо применение двух принципов при определении
наказания по совокупности двух преступлений. Нельзя, например, лишением
свободы поглотить одни исправительные работы без штрафа, определенные
за второе преступление, и присоединить к лишению свободы дополнительное
наказание в виде штрафа, назначенного за второе преступление.
В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по правилам совокупности
преступлений назначается наказание и в тех случаях, когда после вынесения
приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в
другом преступлении, совершенном им до постановления приговора суда по
первому делу. В этом случае при рассмотрении второго дела суд вначале
назначает наказание за новое преступление. Затем суд определяет
окончательное наказание по совокупности с наказанием, назначенным по
первому приговору. При этом применяются правила, предусмотренные ч. 2
или 3 ст. 69 УК РФ, о поглощении либо полном или частичном сложении
наказаний. Здесь при назначении наказания по совокупности преступлений в
расчет принимается весь срок наказания, определенный по первому
приговору. Но после назначения окончательного наказания, суд в
обязательном порядке засчитывает в него наказание, отбытое по первому
приговору (п. 50-53 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58).
Б. признан виновным в совершении совместно с другим лицом разбоя и
убийства 5 октября 2008 г. потерпевшего З., а через 12 дней – разбоя и
убийства Т.
Суд назначил осужденному наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ,
поскольку разбои и убийства З. и Т. он совершил до осуждения по приговорам
от 24 сентября и 15 декабря 2009 г., причем по последнему приговору
наказание ему было назначено путем частичного сложения с наказанием,
назначенным по приговору от 24 сентября 2009 г.
Вместе с тем суд первой инстанции в полном соответствии с ч. 5 ст.
69 УК РФ засчитал в окончательное наказание то наказание, которое Б.
уже отбыл. При этом суд правильно указал, что тот факт, что Б. отбыл
наказание по приговорам от 24 сентября и 15 декабря 2009 г., не является
основанием для неназначения ему наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ,
так как указанная норма не содержит какого-либо ограничения для ее
применения в случае отбытия осужденным наказания по приговору по
первому делу427.
427
БВС РФ. 2015. № 6. С. 32.
329
Наказание по совокупности приговоров назначается, если новое
преступление совершается осужденным после вынесения приговора за
первое преступление, но до полного отбытия за него наказания.
Правила применения наказания по совокупности приговоров
установлены ст. 70 УК РФ. При назначении наказания по совокупности
приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору суда,
частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по
предыдущему приговору суда. Наказание по совокупности приговоров
назначается только путем сложения наказаний, полного либо частичного.
Принцип поглощения наказания при совокупности приговоров
неприемлем: ужесточение правил определения наказания по совокупности
приговоров объясняется повышенной общественной опасностью лица.
Несмотря на осуждение лица, а также отбывание им наказания, оно снова
совершает преступление, что и отражается в применении к нему более
строгих правил назначения окончательного наказания.
При назначении наказания по совокупности приговоров сначала суд
определяет лицу наказание за новое преступление, совершенное после
осуждения. И к этому наказанию полностью или частично присоединяется
неотбытая часть наказания по предыдущему приговору. В п. 55 ППВС РФ
от 22 декабря 2015 г. № 58 рекомендовано считать неотбытой частью
наказания при отбывании лишения свободы «срок, оставшийся на момент
избрания меры пресечения в виде содержания под стражей за вновь
совершенное преступление. Если указанная мера пресечения не избиралась,
неотбытой частью наказания является срок, оставшийся ко времени
постановления последнего приговора».
В п. 57 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 разъяснено, что срок
отбывания окончательного наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 и
(или) ст. 70 УК РФ, исчисляется со дня вынесения последнего приговора с
зачетом времени предварительного содержания под стражей по последнему
делу в порядке меры пресечения или задержания, а также времени
нахождения по этому делу под домашним арестом или пребывания в
медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в
стационарных условиях, или в медицинской организации, оказывающей
психиатрическую помощь в стационарных условиях».
Окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть
больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так
и неотбытой части наказания по предыдущему приговору. При этом
окончательное наказание, если оно менее строгое, чем лишение свободы, не
может превышать максимального срока или размера, предусмотренного
Общей частью УК РФ для данного вида наказания. К примеру, при сложении
наказаний в виде исправительных работ общий их срок не должен превышать
2-х лет (ст. 50 УК РФ), содержания в дисциплинарной воинской части – 2-х
лет (ст. 55 УК РФ), лишения права занимать определенные должности или
заниматься определенной деятельностью – 5 лет (ст. 47 УК РФ) и т.д.
Окончательное наказание по совокупности приговоров в виде лишения
330
свободы не может превышать 30 лет (ч. 3 ст. 70 УК РФ) или 35 лет в случаях,
предусмотренных ч. 5 ст. 56 УК РФ.
По совокупности приговоров назначаются и дополнительные виды
наказаний. При этом их назначение определяется по тем же правилам, что и
назначение основных наказаний. Возможно полное или частичное
присоединение неотбытой части дополнительных видов наказаний,
вынесенных по первому приговору. Не исключены ситуации, когда к
окончательному основному наказанию по последнему приговору
присоединяется весь срок дополнительного вида наказания, определенный по
первому приговору, а не неотбытая его часть. Такое положение допустимо,
когда срок дополнительного наказания начинает течь только после отбытия
основного наказания.
Например, за первое преступление было назначено лишение свободы на
срок в 2 года с лишением права заниматься медицинской деятельностью
сроком в 3 года. Через 1 год лицо совершило новое преступление. При
определении окончательного наказания по второму приговору суд вправе
присоединить к основному наказанию весь трехлетний срок дополнительного
наказания в виде лишения права заниматься медицинской деятельностью.
В случае назначения наказания по правилам совокупности приговоров
окончательный срок дополнительных наказаний при полном или частичном
их сложении не может превышать максимального срока или размера,
предусмотренного для данного вида наказания Общей частью УК РФ.
Уже отмечалось, что по совокупности приговоров наказания
назначаются только путем принципа полного или частичного присоединения к
наказанию, назначенному по последнему приговору, неотбытой части
наказания по предыдущему приговору. Однако возможны случаи
вынужденного применения принципа поглощения. Такое исключительное
применение поглощения наказания встречается, когда по одному из
приговоров определены смертная казнь или пожизненное лишение свободы,
либо по последнему приговору назначено наказание на максимальный срок,
закрепленный Общей частью УК РФ для этого вида наказания. Так, за второе
преступление определены исправительные работы на срок в 2 года, и по
первому приговору неотбытая часть исправительных работ составила 6
месяцев. Присоединение неотбытой части наказания невозможно, поэтому
окончательное наказание в виде исправительных работ определяется на срок
в 2 года.
Рассмотренное положение об исключительном применении принципа
поглощения относится и к назначению наказания по правилам совокупности
преступлений, когда хотя бы одно из них является оконченным тяжким или
особо тяжким преступлением.
При назначении наказания по правилам совокупности приговоров в
последнюю включается не все наказание по первому приговору, а лишь его
неотбытая часть. В свете этого при совершении лицом новых преступлений
вполне допустима ситуация, что общий непрерывный срок нахождения лица
в местах лишения свободы может быть и больше 30 (35) лет.
331
При назначении наказания по совокупности преступлений и приговоров
следует учитывать максимальные сроки или размеры наказаний,
установленных не только ст. 46-59 УК РФ, но и также ст. 88 УК РФ о видах и
сроках наказаний, назначаемых несовершеннолетним лицам.
Нередко суду при назначении наказания нужно применять и правила
совокупности преступлений и совокупности приговоров. Такая ситуация
встречается, например, когда лицо, отбывая наказание за преступление,
совершает несколько преступлений, или после вынесения приговора лицо
совершает новое преступление, и к тому же выясняется, что оно виновно еще
в одном преступлении, совершенном до постановления первого приговора. В
п. 53 ППВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 разъяснено, что если по делу
устанавливается, что осужденный виновен еще и в других преступлениях,
одни из которых совершены до, а другие – после вынесения первого
приговора, наказание по второму приговору назначается вначале по
совокупности преступлений, совершенных до вынесения первого приговора,
после этого по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 УК РФ, затем по
совокупности преступлений, совершенных после вынесения первого
приговора, и окончательное наказание – по совокупности приговоров в
соответствии со ст. 70 УК РФ.
Правила совокупности приговоров применяются при назначении
наказания и в случаях, когда осужденным ранее назначенное наказание не
отбывалось полностью либо отбыто частично. Действующий УК РФ
предусматривает различные виды освобождения от наказания. В этих
случаях неотбытым наказанием следует считать весь срок назначенного
наказания по предыдущему приговору при условном осуждении; срок, на
который осужденный был фактически условно-досрочно освобожден от
дальнейшего отбывания наказания; назначенное наказание, которое
отсрочено в порядке, предусмотренном ст. 82, 821 УК РФ.
При назначении наказания за совершение нового преступления лицу,
которому в порядке амнистии, помилования либо по другим основаниям (ст.
84, 85, 80, 82, 821, ч. 3 ст. 81 УК РФ) неотбытая часть наказания была
заменена более мягким, к наказанию за вновь совершенное преступление
присоединяется полностью или частично замененная неотбытая часть более
мягкого наказания.
§ 6. Определение сроков наказаний и зачет наказания
При частичном или полном сложении наказаний по совокупности
преступлений и совокупности приговоров складываются как тождественные,
так и разнородные наказания. При сложении наказаний ст. 69 и 70 УК РФ
предусмотрены максимальные сроки окончательного наказания.
Уголовный закон допускает сложение не только одинаковых, но и
разнородных наказаний. При сложении разнородных наказаний применяются
специальные правила, предусмотренные ст. 71 УК РФ. Существуют
переводимые и непереводимые разнородные наказания.
332
В соответствии с ч. 1 ст. 71 УК РФ переводится менее строгий вид
наказания в более строгий из следующих расчетов – одному дню лишения
свободы соответствуют:
– один день принудительных работ ареста или содержания в
дисциплинарной воинской части;
– два дня ограничения свободы;
– три дня исправительных работ или ограничения по военной службе;
– восемь часов обязательных работ.
Непереводимые наказания исполняются самостоятельно. Согласно ч. 2
ст. 71 УК РФ штраф либо лишение права занимать определенные должности
или заниматься определенной деятельностью; лишение специального,
воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград
при сложении их с ограничением свободы, арестом, содержанием в
дисциплинарной воинской части, лишением свободы исполняются
самостоятельно.
Очевидно, самостоятельно следует исполнять штраф, лишение права
занимать определенные должности или заниматься определенной
деятельностью, лишение специального, воинского или почетного звания,
классного чина и государственных наград при сложении их с обязательными,
исправительными или принудительными работами, а также ограничением по
военной службе.
Указанные правила применяются при сложении как основных, так и
дополнительных наказаний.
В соответствии с ч. 1 ст. 72 УК РФ сроки лишения права занимать
определенные должности или заниматься определенной деятельностью,
исправительных работ, ограничения по военной службе, ограничения
свободы, принудительных работ, ареста, содержания в дисциплинарной
воинской части, лишения свободы исчисляются в месяцах и годах, а
обязательных работ - в часах. В случае замены или сложении наказаний, а
также при зачете наказания названные сроки могут исчисляться в днях.
Необходимость исчисления наказания в днях может быть вызвана
разными причинами. Например, при отбывании лишения свободы лицо
совершило новое преступление. Неотбытая часть лишения свободы за первое
преступление составила 2 года 5 месяцев и 3 дня. Именно такой срок
лишения свободы следует присоединить к наказанию, назначенному за
второе преступление, при полном сложении наказаний.
В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, время содержания лица под стражей
до судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы,
принудительных работ, содержания в дисциплинарной воинской части и
ареста из расчета один день за один день, ограничения свободы - один день
за два дня, исправительных работ и ограничения по военной службе - один
день за три дня, а в срок обязательных работ - из расчета один день
содержания под стражей за восемь часов обязательных работ.
Из расчета день за день также засчитывается время содержания под
стражей до вступления приговора суда в законную силу и время отбывания
333
лишения свободы за преступление, совершенное вне пределов Российской
Федерации, в случае выдачи лица на основании ст. 13 УК РФ.
В ч. 3 ст. 72 УК РФ предусмотрены зачеты сроков предварительного
заключения в отношении не всех наказаний, а некоторых. При назначении
наказания осужденному, содержащемуся под стражей до судебного
разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа либо лишения
права занимать определенные должности или заниматься определенной
деятельностью суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает
назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания
наказания (ч. 5 ст. 72 УК РФ).
Итак, при назначении указанных видов наказания суд обязан смягчить
их, однако в каких пределах осуществить такое смягчение, уменьшив,
соответственно, их размеры или сроки, либо полностью освободив от
отбывания наказания, решает по своему усмотрению.
Литература
1. Баранова Е.А., Смирнов А.М. Уголовное наказание и его назначение.
М., 2014.
2. Благов Е.В. Применение общих начал назначения наказания. М., 2013.
3. Бриллиантов А.В. Учет обстоятельств, смягчающих и отягчающих
наказание, при его назначении. М., 2010.
4. Жидких И.В. Особенности реализации принципов уголовного права в
общих началах назначения наказания. М., 2015.
5. Звечаровский И.Э. Назначение более мягкого наказания, чем
предусмотрено за данное преступление. М., 2012.
6. Иногамова-Хегай
Л.В.Концептуальные
основы
конкуренции
уголовно-правовых норм. М., 2015.
7. Курганов С.И. назначение наказания и освобождение от наказания.
М., 2014.
8. Непомнящая Т.В. Назначение уголовного наказания: теория, практика,
перспективы. СПб., 2006.
9. Степашин В.М. Специальные правила назначения наказания и мер
уголовно-правового характера. М., 2012.
10. Чугаев А.П., Веселов Е.Г. Назначение наказания. М., 2008.
334
Тема 17. ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННО-
СТИ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридическое значение освобождения от уголовной
ответственности; условия освобождения от уголовной ответственности в
связи с деятельным раскаянием, примирение с потерпевшим, истечением
сроков давности, назначением судебного штрафа, а также по делам об
экономических преступлениях;
уметь понимать юридические основания выделения оснований
освобождения от уголовной ответственности; принимать правовые
решения в соответствии с положениями УК РФ об освобождении от
уголовной ответственности;
владеть навыками применения правил применения норм УК РФ об
освобождении от уголовной ответственности; анализировать проблемные
ситуации освобождения лица от уголовной ответственности.
§ 1. Понятие
ответственности
и
признаки
освобождения
от
уголовной
Освобождение от уголовной ответственности — это отказ
управомоченных государственных органов от применения мер уголовноправового воздействия в отношении лица, совершившего преступление. При
этом освобождение от уголовной ответственности возможно только в
случаях, когда имеется основание ее наступления, т.е. если в деянии,
совершенном лицом, усматриваются все признаки конкретного состава
преступления. В этом отношении освобождение от уголовной
ответственности принципиально отличается от оснований исключения
уголовной ответственности лица (малозначительность деяния; невиновное
причинение вреда; добровольный отказ; обстоятельства, исключающие
преступность деяния).
Теоретическое понимание института освобождения от уголовной ответственности до сих пор остается одним из самых спорных в теории уголовного права. В доктрине наиболее остро обсуждаются следующие вопросы:
— на каком юридическом основании можно освободить лицо от уголовной ответственности, не признав его в судебном приговоре виновным в
совершении преступления?
— каковы правовые последствия освобождения от уголовной ответственности, если не истекли сроки давности уголовной ответственности?
— прекращается ли с освобождением от уголовной ответственности охранительное уголовное правоотношение428?
Ендольцева А.В. Институт освобождения от уголовной ответственности. М., 2004.
С. 28—47; Головко Л.В.Альтернативы уголовному преследованию в современном праве.
СПб., 2002. С. 307-345.
335
428
Полагаем, что существование института освобождения от уголовной ответственности юридически возможно в силу презумпции материального правоотношения уголовной ответственности («каждое лицо, достигшее возраста
уголовной ответственности и являющееся вменяемым, может совершить преступное деяние»). Однако нельзя забывать конституционное положение о
том, что никто не может быть признан виновным в преступлении, иначе как
по вступлении в силу обвинительного приговора суда (презумпция невиновности, ч. 1 ст. 49 Конституции РФ). Конкурирование этих двух фундаментальных презумпций позволяет, не нарушая основополагающих принципов уголовного права, освободить лицо («предположительного» преступника) «от вынесения отрицательной оценки его поведения в форме обвинительного приговора»429.
Кроме того, существование института освобождения от уголовной ответственности объясняется целесообразностью экономии уголовной репрессии, задачей стимулирования позитивного постпреступного поведения лица,
положениями принципа гуманизма уголовного законодательства, а также необходимостью альтернативного реагирования на «мелкую» преступность430.
Например, популярно мнение о том, что освобождение от уголовной ответственности является своеобразным компромиссом между преступником
(он сам и содеянное им не представляют большой опасности) и государством
в целях восстановления ущерба, причиненного преступлением, а также предупреждения совершения новых преступлений431.
Институт освобождения от уголовной ответственности соответствует
охранительной и предупредительной задачам уголовного законодательства.
Указанные задачи во многом решаются благодаря применению освобождения от уголовной ответственности как альтернативной реакции государства
на преступление, призванной обеспечивать восстановительную функцию
уголовного права и достижение целей частной превенции без применения
наказания432.
В соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от27
июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства,
регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной
ответственности»433 (далее – ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19), глубинным
смыслом освобождения от нее является отказ государства от применения
любых уголовно-правовых мер к лицу, совершившему преступление. Таким
Келина С.Г. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М.,
1974. С. 31.
430
См., напр.: Кудрявцев В.Н. Стратегии борьбы с преступностью. М., 2003. С. 78.
431
Аликперов Х.Д. Преступность и компромисс. Баку, 1992. С. 63.
432
Отметим, что в отечественной науке материально-правовые основания освобождения
от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием и примирением с
потерпевшим предложено считать «субинститутами» медиации («примирительной
сделки») в российском уголовном праве. См.: Шатихина Н.С. Институт медиации в
российском уголовном праве: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. СПб., 2004. С. 7.
433
БВС РФ. 2013. № 8. С. 2.
336
429
образом, освобождение от уголовной ответственности является юридическим
фактом, в силу которого реализуется охранительное уголовное
правоотношение и аннулируются взаимные права и обязанности субъектов
такого правоотношения (государства и лица, совершившего преступление).
В рамках процесса освобождение от уголовной ответственности оформляется решением о прекращении уголовного преследования (уголовного
дела).
Остановимся на характеристике формальных признаков освобождения
от уголовной ответственности.
1. Освобождение от уголовной ответственности имеет место до вынесения приговора и признания судом лица виновным в совершении преступления, в т.ч. на досудебных стадиях процесса.
2. Освобождение от уголовной ответственности означает освобождение
от применения всех мер уголовно-правового воздействия, в т.ч. наказания.
3. Освобождение от уголовной ответственности возможно при нецелесообразности или невозможности применения к лицу мер уголовно-правового воздействия.
4. Освобождение от уголовной ответственности возможно, если лицо,
совершившее преступление, признает себя виновным и дает субъективное
согласие на такое освобождение (в рамках уголовного процесса — согласие
на прекращение уголовного преследования).
Генеральный прокурор РФ в протесте поставил вопрос об отмене
судебных решений в отношении В. и направлении уголовного дела на новое
судебное рассмотрение.
Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест по следующим
основаниям. В соответствии с УПК РФ прекращение дела за истечением
сроков давности не допускается, если обвиняемый возражает против
этого. В данном случае производство по делу продолжается в обычном
порядке.
Нельзя согласиться с утверждением Судебной коллегии по уголовным
делам Верховного Суда РФ о том, что если судебное разбирательство по
делу не проводилось, то судья вправе при назначении дела к слушанию
прекратить дело за истечением сроков давности без согласия обвиняемого.
К тому же из материалов дела видно, что судьей перед назначением данного
дела к слушанию принимались меры к получению согласия В. на прекращение
дела на основании ст. 78 УК РФ.
Обвиняемый В. категорически возражал против прекращения
уголовного дела по основанию истечения сроков давности, и из содержания
его письменных ответов на запросы суда следует, что на прекращение дела
по нереабилитирующим основаниям он не соглашался и настаивал на
рассмотрении дела по существу предъявленного ему обвинения. При таких
обстоятельствах постановление судьи и определение Судебной коллегии по
337
уголовным делам Верховного Суда РФ отменены. Дело передано на новое
судебное рассмотрение434.
В зависимости от условий применения можно выделить следующие
виды оснований освобождения от уголовной ответственности:
1. Факультативные основания — освобождение по этим основаниям
зависит от целого ряда факторов (тяжесть преступления, поведение лица и
пр.) Возможность освобождения от уголовной ответственности по таким
основаниям наличествует только при признании лицом себя самого
виновным в процессуальном порядке. К таким основаниям освобождения от
уголовной ответственности можно отнести общеуголовное деятельное
раскаяние, примирение с потерпевшим, назначение судебного штрафа.
2. Императивные основания, по которым освобождение от уголовной
ответственности является обязанностью правоприменителя. Таким основаниями являются истечение срока давности уголовной ответственности, а
также выполнение всех условий, указанных в ст. 761 УК РФ, при
освобождении от ответственности по делам о преступлениях в сфере
экономической деятельности.
Основные правовые последствия освобождения от уголовной ответственности можно сформулировать следующим образом:
— освобождение от уголовной ответственности прекращает уголовное
правоотношение;
— юридический статус лица, освобожденного от уголовной ответственности, является нейтральным;
— преступление, от ответственности за совершение которого лицо освобождено, не может учитываться при множественности.
§ 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с
деятельным раскаянием
Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным
раскаянием (ст. 75 УК РФ) является правомочием суда и иного правоприменителя.
В ч. 1 ст. 75 УК РФ содержится общеуголовный вид деятельного раскаяния как основания освобождения от уголовной ответственности. Смысл деятельного раскаяния состоит в позитивной послепреступной деятельности
лица, направленной на минимизацию или предотвращение причиненного
вреда. К условиям освобождения от уголовной ответственности согласно ч. 1
ст. 75 УК РФ относятся:
1. Совершение впервые преступления небольшой или средней тяжести.
Юридическое понимание совершения преступления впервые в этой норме, а
также в ст. 76-762 УК РФ не означает фактического совершения лицом
преступления в первый раз в своей жизни. Согласно п. 2 ППВС РФ от 27
434
БВС РФ. 2002. № 8. С. 14.
338
июня 2013 г. № 19, впервые совершившим преступление будет считаться
лицо, ранее совершившее преступление, в следующих случаях:
— если за ранее совершенное преступление (преступления) лицо не
привлекалось к ответственности;
— если за ранее совершенное преступление (преступления) истек срок
давности уголовной ответственности;
— если за ранее совершенное преступление лицо привлекалось к ответственности, но было освобождено от уголовной ответственности;
— если лицо за ранее совершенное преступление было осуждено и судимость за него погашена (снята).
Решая вопрос о прекращении уголовного дела в отношении Д. в связи с
примирением сторон, суд первой инстанции сослался на отсутствие у него
судимости. Между тем из материалов уголовного дела усматривается, что
Д. был осужден по приговору суда от 1 апреля 2013 г. по п. «в» ч. 2 ст. 158
УК РФ к штрафу. Ко времени совершения Д. инкриминируемого ему
преступления по данному уголовному делу судимость погашена не была,
основания считать его впервые совершившим преступление отсутствовали,
что исключало прекращение уголовного дела по основаниям ст. 76 УК РФ435.
2. Собственно деятельное раскаяние лица объективно выражается в явке
с повинной, способствовании раскрытию преступления, возмещении ущерба
или ином заглаживании причиненного вреда.
Субъективно
эти
действия
характеризуются
добровольным
(инициативным) раскаянием лица, в частности признанием себя виновным в
совершении преступления. Однако мотивы раскаяния юридической роли не
играют — ими могут быть искреннее сожаление, страх перед возможным
наказанием, стремление «не ломать» себе жизнь и пр.
Согласно п. 3 ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19, возмещение ущерба и
(или) заглаживание вреда могут быть произведены не только лицом,
совершившим преступление, но и по его просьбе (с его согласия или
одобрения) другими лицами.
Именно в силу раскаяния, выразившегося в указанной в ст. 75 УК РФ
деятельности, лицо перестает быть общественно опасным, т.е. перестает
представлять угрозу для общества. При этом для применения ч. 1 ст. 75 УК
РФ вовсе не обязательно, чтобы в каждом конкретном деле были установлены все акты деятельного раскаяния в совокупности — в противном случае
освободить от уголовной ответственности по данному основанию стало бы
практически невозможно.
А. признана виновной в том, что, являясь пенсионером по возрасту, в
январе 1996 г. путем обмана, преследуя корыстную цель — приобретение
права на 50-процентную скидку при оплате проездных документов на проезд
по железной дороге и в автобусах междугородного сообщения, ввела в
заблуждение работников отдела социальной защиты населения
Октябрьского района г. Саранска, устно уведомив их о том, что она —
435
БВС РФ. 2016. № 9. С. 8.
339
инвалид II группы и этот факт может подтвердить имеющейся у нее дома
справкой. В связи с этим ей в пенсионном удостоверении незаконно был
поставлен штамп и сделана запись об инвалидности II группы, что
предоставило ей право на приобретение проездных документов по
льготному тарифу с 50-процентной скидкой. Впоследствии А. трижды использовала пенсионное удостоверение с незаконной отметкой, дающей
право на льготы, для приобретения проездных документов при поездках
железнодорожным транспортом из г. Саранска в г. Москву и обратно 14,
18 и 23 февраля 1997 г., причинив своими действиями Министерству путей
сообщения Российской Федерации ущерб на общую сумму 117,8 тыс. рублей.
Президиум Верховного суда Республики Мордовия указал следующее.
Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно. Действия
А. квалифицированы по ч. 1 ст. 165, ч. 3 ст. 327 УК РФ в соответствии с
требованиями закона. Вместе с тем суд не принял во внимание, что А.
имеет преклонный возраст, является пенсионером по старости и получает
пенсию в размере 287 807 рублей, совершенное ею впервые преступление —
небольшой тяжести, в содеянном она раскаялась, оказывала помощь
следствию в раскрытии преступления, возместила причиненный ущерб. Эти
обстоятельства дают основание для освобождения А. от уголовной
ответственности в связи с ее деятельным раскаянием436.
В практике Верховного Суда РФ неоднократно обращалось внимание на
обязательность установления тех или иных конкретных признаков
деятельного раскаяния по каждому уголовному делу.
Судом первой инстанции З. осужден за кражу чужого имущества.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что при
постановлении приговора не были учтены те обстоятельства, что З.
совершил преступление впервые, полностью возместил причиненный ущерб,
чистосердечно раскаялся в содеянном437.
Часть 2 ст. 75 УК РФ содержит норму об освобождении от уголовной
ответственности по специальным основаниям, содержащимся в
Особенной части УК РФ. В юридической литературе такие основания
нередко считают специальными (частноуголовными) видами деятельного
раскаяния438.
Освобождение от уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным Особенной частью УК РФ, возможно и за более тяжкие преступления, если это специально оговорено в примечаниях к статьям Особенной
части УК РФ (например, в ст. 126, 205, 206, 208, 222, 228, 275, 291, 337, 338
УК РФ). Более того, в примечаниях к статьям Особенной части УК РФ нередко указывается на необходимость совершения лицом действий, которые
БВС РФ. 1999. № 2. С. 16.
БВС РФ. 1995. № 7. С. 12.
438
Егоров В.С. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М.,
2002. С. 126—127.
340
436
437
иначе как вынужденными назвать нельзя (например, освобождение заложника «по требованию властей»), что в корне противоречит такому признаку
деятельного раскаяния, как добровольность поведения лица.
В специальных основаниях освобождения от уголовной ответственности
по нормам Особенной части УК РФ установление признаков требуемого поведения, как правило, обязывает правоприменителя освободить лицо, совершившее преступление, от уголовной ответственности.
Г. наряду с другими преступлениями совершил захват и удержание П.,
Ю., Я. в качестве заложников с целью понуждения его знакомой Р. не
покидать пределы страны и продолжить с ним дружеские отношения как
условие освобождения заложников.
Военная коллегия Верховного Суда РФ освободила Г. от уголовной
ответственности за содеянное в отношении потерпевшей П. согласно
примечанию к ст. 206 УК РФ. Как установлено судом, после проникновения в
квартиру против воли находившихся в ней граждан П., Ю. и Я. и удержания
их в качестве заложников, сотрудникам ОВД удалось самостоятельно,
против воли Г., освободить потерпевшего Я.
После этого Г. в ходе переговоров с работниками правоохранительных
органов произвел обмен потерпевшей П. на своего отца, а через некоторое
время по требованию властей без выдвижения каких-либо условий освободил
потерпевшую Ю. При таких данных освобождение Г. по требованию
властей потерпевшей Ю. обоснованно явилось основанием для
освобождения от уголовной ответственности в этой части439.
Как справедливо указано в специальной литературе, обязанность правоохранительных органов освободить лицо от уголовной ответственности в таких случаях нередко сводится к установлению факта выполнения лицом всех
требуемых условий деятельного раскаяния, определенных в норме Особенной части УК РФ. И такое суждение вполне справедливо, так как только в
примечаниях к ст. 337, 338 УК РФ предусмотрена возможность освобождения лица от уголовной ответственности; во всех иных случаях освобождение
согласно нормам Особенной части УК РФ носит императивный для правоприменителя характер.
В соответствии с примечаниями к ст. 222, 223 УК РФ лицо,
добровольно сдавшее предметы, указанные в этих статьях, освобождается
от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного
состава преступления. По смыслу закона под добровольной сдачей
огнестрельного оружия и боеприпасов, предусмотренной примечаниями к
ст. 222, 223 УК РФ, следует понимать выдачу лицом указанных предметов
по своей воле или сообщение органам власти о месте их нахождения при
реальной возможности дальнейшего хранения вышеуказанных предметов.
Из материалов дела видно, что о месте, куда А. спрятал обрез с
патронами, никто не знал. Во время допроса в качестве подозреваемого он
лично сообщил о месте нахождения оружия и боеприпасов сотрудникам
439
БВС РФ. 2011. № 9. С. 12.
341
милиции и следователю и в присутствии понятых во время дополнительного
осмотра места происшествия с его участием сдал обрез и боеприпасы к
нему. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что до задержания А. и сделанного им заявления правоохранительные органы не
располагали сведениями о местонахождении оружия и патронов. При таких
обстоятельствах А. не мог быть привлечен к уголовной ответственности
за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222 и ч. 1 ст. 223 УК
РФ, поэтому судебные решения в этой части отменены440.
Согласно п. 8 ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19, если условием
освобождения от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к
статье Особенной части УК РФ является отсутствие в действиях лица иного
состава преступления, применение примечания допускается и в случае
совершения лицом совокупности преступлений (например, освобождению
лица, добровольно прекратившего участие в незаконном вооруженном
формировании и сдавшего оружие, от уголовной ответственности в
соответствии с примечанием к статье 208 УК РФ не препятствует
привлечение его к ответственности за совершение убийства в составе
незаконного вооруженного формирования).
§ 3. Освобождение от уголовной ответственности в связи с
примирением с потерпевшим
Освобождение от уголовной ответственности в связи с
примирением с потерпевшим(ст. 76 УК РФ) применяется в случаях
достижения
договоренности
(соглашения)
лица,
совершившего
преступление, с потерпевшим и последующего возмещения ущерба и иного
заглаживания причиненного преступлением вреда потерпевшему. При этом
возмещение вреда является необходимой составной частью такого
примирения.
Обязательное условие применения ст. 76 УК РФ — совершение лицом
впервые преступлениянебольшой или средней тяжести. Юридическое понимание этого условия аналогично таковому при применении ч. 1 ст. 75 УК
РФ.
Между Г. и ее мужем часто возникали скандалы. Она, по мнению мужа,
неправильно воспитывала малолетнего ребенка. В связи с этим он, приходя
домой в состоянии алкогольного опьянения, устраивал ссоры. Однажды
муж пришел с работы пьяный и избил жену: нанес ей удары руками и ногами
по голове и телу. В состоянии внезапно возникшего сильного душевного
волнения, вызванного неправомерными действиями мужа, Г. ударила его
ножом в живот, причинив ему тяжкий вред здоровью.
Вместе с тем суд не учел представленное в судебном заседании
заявление потерпевшего о том, что материальных и моральных претензий к
440
БВС РФ. 2004. № 11. С. 17. См. также: БВС РФ. 2008. № 5. С. 11.
342
жене он не имеет и поэтому просит прекратить уголовное дело в
отношении нее за примирением.
Согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ преступление, совершенное Г. (ст. 113 УК
РФ),
относится
к
категории
преступлений
небольшой
тяжести.Потерпевший, написав заявление с просьбой о прекращении
уголовного дела в отношении жены в связи с примирением с последней,
заявил в суде, что простил ее, поскольку причина происшедшего — его
поведение. При этом он пояснил, что Г. оставила ему все совместно
нажитое имущество, и данный факт он принимает как компенсацию за
причиненный ему вред. Таким образом, на основании ст. 76 УК РФ Г.
подлежит освобождению от уголовной ответственности в связи с
примирением с потерпевшим441.
Достигнутое примирение, оформленное надлежащим образом, является
основанием невозможности возобновления уголовного преследования за это
же преступление. Это означает, что в случае изменения субъективной позиции той или иной стороны после состоявшегося примирения, таковое не
будет иметь юридической силы. С учетом этого примирение субъекта преступления и потерпевшего представляет собой юридический факт, имеющий
правопрекращающий характер. По существу, акт примирения приобретает
черты соглашения (сделки), имеющей уголовно-правовое значение при соблюдении условий, определенных в ст. 76 УК РФ.
По постановлению судьи Каширского городского суда Московской
области от 30 апреля 1999 г. уголовное дело по обвинению М. в совершении
преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, прекращено за
примирением с потерпевшей. Как установлено судом, 25 октября 1998 г. с 22
до 24 ч он при превышении пределов необходимой обороны умышленно нанес
К. телесные повреждения различной степени тяжести, в т.ч. тупую
травму живота, причинив потерпевшему тяжкий вред здоровью, в
результате чего последний при доставлении его в больницу скончался.
Органами следствия М. было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 114 УК
РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при
превышении пределов необходимой обороны), которое в соответствии с
требованиями ст. 15 УК РФ относится к категории преступлений
небольшой тяжести. Из материалов дела усматривается, что органы
предварительного следствия признали потерпевшей жену погибшего,
которая в судебном заседании заявила ходатайство о прекращении дела в
отношении М. в связи с примирением, указав, что не желает привлекать его
к уголовной ответственности, никаких претензий к нему не имеет, от исков
о
возмещении
ущерба
отказывается.
Таким
образом,
председательствующий судья обоснованно удовлетворил ходатайство
потерпевшей, поскольку оно не противоречит требованиям закона.
С учетом изложенного доводы протеста об отмене судебных решений
в связи с необходимостью признания дополнительно потерпевшими по делу
441
БВС РФ. 2000. № 10. С. 15.
343
близких родственников — матери и сестры погибшего — необоснованны,
поскольку последние заявлений по этому поводу не подавали и не обращались
с такими требованиями ни в органы следствия, ни в суд.Более того, закон не
обязывает суд самостоятельно расширять круг потерпевших по делу и
помимо волеизъявления самих потерпевших признавать их таковыми442.
Согласно п. 13 ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19, если в результате
преступления пострадало несколько потерпевших, то для освобождения лица
от уголовной ответственности на основании ст. 76 УК РФ примирение
должно быть достигнуто с каждым потерпевшим.
в доктрине спорным считается вопрос о возможности освобождения от
уголовной ответственности по ст. 76 УК РФ в случаях смерти потерпевшего
(при привилегированных убийствах и неосторожном причинении смерти),
когда статус потерпевшего «переходит» к близкому родственнику
погибшего. В п. 12 ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19 указано на
возможность примирения лица, совершившего преступление, и близкого
родственника погибшего, признанного потерпевшим в порядке ст. 45 УПК
РФ, которая остается в компетенции правоприменителя.
Примирение с потерпевшим является обязательным основанием
освобождения от уголовной ответственности по делам о преступлениях
«частного обвинения», уголовное преследование за которые производится
только по жалобе потерпевшего (согласно ч. 2 ст. 20 УПК РФ, к ним
относятся преступления, предусмотренные ст. 115, 116, ч. 1 ст. 1281 УК РФ).
В этом случае освобождение от уголовной ответственности не зависит ни от
того, совершено ли преступление впервые, ни от того, какова воля
правоприменителя (судьи, прокурора, следователя), и по своей сути является
обязанностью последнего.
Уголовное правоотношение, возникающее по поводу совершения преступлений, отнесенных к делам «частного обвинения», носит отличный от
классического уголовного правоотношения характер. Отличие выражается
прежде всего в том, что сохраняющееся право государства на привлечение
лица, совершившего деяние, к ответственности сильно ограничивается правом потерпевшего на примирение, а, следовательно, правом требовать либо
не требовать наступления уголовной ответственности виновного субъекта.
При этом право потерпевшего на примирение обладает императивной
силой для государственного органа: если потерпевший изъявил желание реализовать такое право, государственный орган не может самостоятельно требовать от виновного исполнить его универсальную уголовно-правовую обязанность — понести негативные последствия за совершенное деяние.
§ 4. Освобождение от уголовной ответственности по делам о
преступлениях в сфере экономической деятельности
442
БВС РФ. 2001. № 3. С. 17.
344
Освобождение от уголовной ответственности по делам о
преступлениях в сфере экономической деятельности является
императивным для правоприменителя и применяется к двум категориям
впервые совершенных экономических преступлений – прямо перечисленным
в частях 1 и 2 ст. 761 УК РФ.
Условием освобождения от ответственности за налоговые преступления,
перечисленные в ч. 1 ст. 761 УК РФ, является возмещение в полном объеме
ущерба, причиненного бюджетной системе государства.
Согласно положениям п. 14 ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19 (в
редакции ППВС РФ от 29 ноября 2016 г. № 56), под возмещением ущерба,
причиненного бюджетной системе России в результате преступления,
предусмотренного статьями 198-1991 УК РФ, понимается уплата в полном
объеме до назначения судом первой инстанции судебного заседания
недоимки, пеней и штрафов в размере, определяемом в соответствии с
законодательством РФ о налогах и сборах с учетом представленного
налоговым органом расчета размера пеней и штрафов. Полное возмещение
ущерба, причиненного бюджетной системе РФ, может быть подтверждено
документами, удостоверяющими факт перечисления в бюджетную систему
России начисленных сумм в счет задолженности налогоплательщикаорганизации или физического лица (например, платежным поручением или
квитанцией с отметкой банка).
Условиями применения освобождения от ответственности за
экономические преступления, перечисленные в ч. 2 ст. 761 УК РФ, является
альтернативное совершение виновным следующих действий:
— возмещение ущерба, причиненного результате совершения
преступления, и перечисление в федеральный бюджет денежного
возмещения в размере двукратной суммы причиненного ущерба;
— перечисление в федеральный бюджет дохода, полученного в
результате совершения преступления, и денежного возмещения в размере
двукратной суммы дохода, полученного в результате совершения
преступления;
— перечисление в федеральный бюджет денежной суммы,
эквивалентной размеру убытков, которых удалось избежать в результате
совершения преступления, и денежного возмещения в размере двукратной
суммы убытков, которых удалось избежать в результате совершения
преступления;
— перечисление в федеральный бюджет денежной суммы,
эквивалентной
размеру
совершенного
деяния,
предусмотренного
соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и денежного возмещения
в двукратном размере такой суммы.
В соответствии с п. 15 ППВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19, возмещение
ущерба, причиненного в результате совершения экономического
преступления гражданину, должно быть произведено в полном объеме.
Выполнение условий освобождения от уголовной ответственности по ч. 2 ст.
761 УК РФ, (возмещение ущерба и производство денежных перечислений в
345
федеральный бюджет) могут быть совершены до удаления суда в
совещательную комнату.
В ч. 3 ст. 761 УК РФ содержится оговорка о неприменении положений
частей 1 и 2 данной нормы (в части возмещения ущерба, перечисления в
федеральный бюджет денежного возмещения и полученного дохода) в
отношении лиц, совершивших до 1 января 2015 г. преступления,
предусмотренные ст. 193, ч. 1, 2 ст. 194, 198-1992 УК РФ.
Освобождаться от уголовной ответственности по ч. 3 ст. 761 УК РФ
могут декларанты или лица, информация о которых содержится в
специальной декларации, поданной в соответствии с Федеральным законом
«О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов
(вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации». Само преступное деяние при этом должно
быть связано с приобретением (формированием источников приобретения),
использованием либо распоряжением имуществом и (или) контролируемыми
иностранными компаниями, информация о которых содержится в
специальной декларации, и (или) с открытием и (или) зачислением денежных
средств на счета (вклады), информация о которых содержится в специальной
декларации.
§ 5. Освобождение от уголовной ответственности с назначением
судебного штрафа
Освобождение от уголовной ответственности с назначением
судебного штрафа (ст. 762 УК РФ) возможно на усмотрение суда при
применении такой иной меры уголовного характера как судебный штраф.
В соответствии со ст. 1044, 1045 УК РФ, судебный штраф представляет
собой денежное взыскание, назначаемое судом при освобождении лица от
уголовной ответственности, которое не превышает половину максимального
размера штрафа, предусмотренного санкцией статьи Особенной части УК
РФ. В случае, если штраф не предусмотрен санкцией статьи особенной части,
то его максимальный размер составляет 250 тыс. руб.
Освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного
штрафа возможно при соблюдении следующих условий: 1) лицо впервые
совершило преступление небольшой или средней тяжести; 2) лицо
возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением
вред.
Совершение таким лицом впервые нескольких преступлений небольшой
и (или) средней тяжести не препятствует освобождению его от уголовной
ответственности на основании ст. 762 УК РФ.
§ 6. Освобождение от уголовной ответственности в связи с
истечением сроков давности уголовной ответственности
346
Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением
сроков давности уголовной ответственности (ст. 78 УК РФ) возможно в
силу того, что общественная опасность деяния и лица «погашаются» временем в силу срочного характера уголовно-правового правоотношения. По существу, срок давности уголовной ответственности отражает существование
охранительного уголовного правоотношения, возникающего по факту совершения преступления.
Под давностью срока уголовной ответственности понимается истечение
определенного временного промежутка, в течение которого возможно наступление уголовной ответственности лица и вступление обвинительного приговора суда в законную силу.
Осужденные совершили преступления (22 августа 1993 г. уничтожили
имущество и похитили паспорта и другие важные документы),
относящиеся согласно УК РФ к категории небольшой тяжести, поскольку
за их совершение не предусматривается наказание в виде лишения свободы.
Приговор суда постановлен 24 апреля 1997 г., а вступил в законную силу 20
ноября 1997 г., т.е. по истечении срока давности привлечения виновных к
уголовной ответственности. Приговор в части осуждения по ч. 1 ст. 149
УК РСФСР и ч. 2 ст. 325 УК РФ отменен, и лица освобождены от уголовной
ответственности на основании ст. 78 УК РФ443.
Срок давности уголовной ответственности зависит от тяжести преступления и составляет:
— 2 года — за преступление небольшой тяжести;
— 6 лет — за преступление средней тяжести;
— 10 лет — за тяжкое преступление;
— 15 лет — за особо тяжкое преступление.
За преступления, совершенные в несовершеннолетнем возрасте, срок
давности исчисляется по особым правилам (ст. 94 УК РФ).
Срок давности исчисляется со дня совершения преступления, при неоконченном преступлении — со дня приготовления или покушения. В длящихся преступлениях он начинает течь в момент прекращения преступного
бездействия (по воле виновного или нет), в продолжаемых преступлениях —
с момента совершения последнего преступного действия.
Согласно «букве» закона, срок давности привлечения к уголовной ответственности течет до момента вступления приговора в законную силу, однако
в ряде решений Верховного Суда РФ, имевших место уже после введения в
действие УК РФ, указывалось, что данный срок исчисляется до дня предъявления лицу обвинения444.
Такая позиция высшей судебной инстанции не только противоречит закону, но и делает бессмысленным положение о приостановлении этого срока
по причине уклонения лица от следствия и суда. В решениях Верховного
Суда РФ последнего времени снова (и вполне справедливо) говорится о том,
443
444
БВС РФ. 1999. № 7. С. 12.
БВС РФ. 1997. № 7. С. 18.
347
что срок давности уголовной ответственности исчисляется со дня совершения преступления до момента вступления в законную силу судебного решения.
Осужденный Л. совершил кражу имущества в середине января 2001 г.
По приговору суда от 16 мая 2006 года Л. был осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158
УК РФ. При рассмотрении дела в кассационном порядке 4 апреля 2007 г.,
исключив из приговора по эпизоду кражи имущества квалифицирующий
признак «с причинением значительного ущерба» и переквалифицировав
действия Л. с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч.1 ст.158 УК РФ, суд оставил без
внимания требования п. «а» ч. 1 и ч. 2 ст. 78 УК РФ. От следствия и суда Л.
не уклонялся, поэтому течение сроков давности не приостанавливалось.
Следовательно, на момент принятия судом кассационной инстанции (4
апреля 2007 г.) решения о переквалификации действий осужденного истек
срок давности привлечения к уголовной ответственности за данное
преступление445.
За каждое совершенное преступление срок давности исчисляется самостоятельно. Это положение уголовного закона ярко иллюстрирует то обстоятельство, что охранительное уголовное правоотношение всегда возникает и развивается в зависимости от совершения конкретного преступления.
Основанием
приостановления
срока
давности
уголовной
ответственности является уклонение лица, совершившего преступление, от
следствия и суда. Согласно п. 19 ППВС ПРФ от 27 июня 2013 г. № 9, под
таким уклонением следует понимать такие действия подозреваемого,
обвиняемого, подсудимого, которые направлены на то, чтобы избежать
задержания и привлечения к уголовной ответственности (например,
намеренное изменение места жительства, нарушение подозреваемым,
обвиняемым, подсудимым избранной в отношении его меры пресечения, в
том числе побег из-под стражи). Возобновление течения срока давности
возможно при задержании лица или его явке с повинной. С учетом судебной
практики представляется, что приостановление срока давности не имеет
места при заочном вынесении постановления о привлечении в качестве
обвиняемого и заочном избрании меры пресечения446.
Х. обвинялся в совершении 14 февраля 2000 г. преступления небольшой
тяжести, срок давности уголовного преследования за которое, равный двум
годам, истек. Объявление Х. в розыск само по себе не свидетельствует об
уклонении его от следствия, поскольку прокурором не представлено данных
об информированности Х. о возбуждении в отношении него уголовного дела.
Суд кассационной инстанции согласился с этим выводом суда первой
инстанции, а также правильно признал, что в связи с истечением срока
давности уголовного преследования, предусмотренного ст. 78 УК РФ, и в
445
446
БВС РФ. 2008. № 5. С. 17.
БВС РФ. 1997. № 7. С. 18.
348
связи с непредставлением доказательств того, что Х. скрывался
умышленно, тот не подлежал выдаче для уголовного преследования447.
Отметим, что в судебной практике также сложилось правило, согласно
которому уголовное дело не может быть прекращено в соответствии со ст. 78
УК РФ, если обвиняемый против этого возражает с целью доказательства
своей невиновности448.
Срок давности может не применяться на усмотрение суда при совершении преступлений, за которые возможно наказание в виде смертной казни
или пожизненного лишения свободы.
С. совершил дерзкие преступления из хулиганских побуждений —
убийство и покушение на убийство в связи с тем, что каждый из
потерпевших в разное время отказался дать ему закурить. Ранее им
совершен грабеж, во время отбывания наказания за который он
характеризовался крайне отрицательно. Судебная коллегия по уголовным
делам Верховного Суда РФ сочла необходимым не применять в отношении
его срок давности за совершенные особо тяжкие преступления против
жизни449.
Однако для несоблюдения судом правила об истечении срока давности
за преступления, караемые смертной казнью или пожизненным лишением
свободы, должны быть учтены не только тяжесть и характер содеянного, но и
другие значимые юридические факторы (возраст лиц, совершивших преступления; правила применения обратной силы закона и пр.)
По приговору Иркутского областного суда П. признан виновным в
убийстве 22 женщин, включая убийство, сопряженное с изнасилованием,
двух лиц (преступления совершены в 1994 и 1996 гг.), а также убийство двух
и более лиц, сопряженное с изнасилованием и насильственными действиями
сексуального характера (20 преступлений в период с 1997 по 2000 год). При
этом с момента совершения 19 преступлений истекли сроки давности
привлечения П. к уголовной ответственности, а с момента совершения
других трех преступлений сроки давности привлечения к уголовной
ответственности не истекли.
Руководствуясь ч. 4 ст. 78 УК РФ, суд обсудил вопрос о применении
сроков давности и пришел к выводу о том, что, несмотря на их истечение,
П. по-прежнему представляет опасность для общества, поскольку он,
являясь сотрудником органов МВД России, в обязанности которого входила
защита и охрана прав граждан, на протяжении многих лет занимался
преступной деятельностью, направленной на лишение жизни людей. Им
были совершены особо тяжкие преступления, следствием которых явилась
смерть 19 потерпевших. Кроме того, после совершения П. убийства еще
троих потерпевших сроки давности не истекли. На этом основании суд
БВС РФ. 2006. № 11. С. 25.
БВС РФ. 1999. № 5. С. 22; 2016. № 9. С. 7.
449
Архив Верховного Суда РФ. Дело № 58-098-66.
349
447
448
признал необоснованными доводы о том, что суд должен применить сроки
давности и освободить П. от уголовной ответственности450.
Согласно прямому указанию ч. 5 ст. 78 УК РФ, срок давности в
принципе не исчисляется при совершении ряда преступлений против мира и
безопасности человечества, а также преступлений террористической
направленности.
§ 7. Иные основания освобождения от уголовной ответственности
Иные основания освобождения от уголовной ответственностине нашли
своего законодательного закрепления в гл. 11УК РФ. Однако, в соответствии
со ст. 83 УК РФ, лицо может быть освобождено от уголовной
ответственности вследствие акта амнистии(подробнее об этом основании
освобождения от уголовной ответственности см. главу 19 настоящего
учебника).
Согласно международно-правовым нормам, Конституции РФ и положениям ряда федеральных законов лицо, совершившее преступление, может освобождаться от уголовной ответственности за совершение любого или специально оговоренного преступления при наличии у него уголовно-правового
иммунитета. Если указанные в законе препятствия для наступления
уголовной ответственности такого лица преодолены, то оно подвергается
уголовному преследованию на общих основаниях. Примерами преодоления
иммунитета от уголовной ответственности могут быть: отказ аккредитующим государством в отзыве дипломатического представителя, объявленного
personanongrata; лишение депутата неприкосновенности соответствующей
палатой Федерального Собрания РФ.
Иммунитет, определенный особым правовым статусом лица, является
материально-правовым основанием освобождения от уголовной ответственности, воплощаясь в процессуальных иммунитетах от уголовного преследования. Анализ российского и международного законодательства позволяет
говорить о следующих видах иммунитета в уголовном праве Российской Федерации, являющемся основанием освобождения от уголовной ответственности:
дипломатический;
персонала
международных
организаций;
консульский; Президента России; парламентский или депутатский;
судейский; иных должностных лиц Российской Федерации.
Литература
1. Бриллиантов А.В. Освобождение от уголовной ответственности с
учетом обобщения судебной практики. М., 2010.
2. Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в
современном праве. СПб., 2002.
450
БВС РФ. 2016. № 2. С. 43.
350
3. Грачева Ю.В. Источники судейского усмотрения в институтах
освобождения от уголовной ответственности и наказания. М., 2011.
4. Давыдова Е.В., Кибальник А.Г., Соломоненко И.Г. Примирение с
потерпевшим в уголовном праве. Ставрополь, 2002.
5. Егоров В.С. Теоретические вопросы освобождения от уголовной
ответственности. М., 2002.
6. Ендольцева
А.В.
Институт
освобождения
от
уголовной
ответственности: проблемы и пути их решения. М., 2012.
7. Кругликов Л.Л., Васильевский А.В. Дифференциация ответственности
в уголовном праве. СПб., 2003.
8. Сверчков В.В. Освобождение от уголовной ответственности,
прекращение уголовного дела (преследования), отказ в его возбуждении.
СПб., 2008.
9. Сидоренко Э.Л., Карабут М.А. Частные начала в уголовном праве.
СПб., 2007.
10. Сухарева Н.Д. Общеуголовное освобождение от ответственности в
российском уголовном праве. М., 2005.
351
Тема 18. ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ НАКАЗАНИЯ
В результате изучения студент должен:
знать понятие, социально-юридическую природу и уголовно-правовое
значение освобождения от наказания; содержание и особенности
реализации видов освобождения от наказания, предусмотренных в
российском законодательстве;
уметь понимать основания и условия применения различных видов
освобождения от наказания; принимать правовые решения в соответствии
с освобождением от наказания; понимать правовые последствия
освобождения от наказания;
владеть
навыками
применения
действующего
уголовного
законодательства и судебной практики при освобождении от наказания;
анализировать различные коллизии, связанные с практикой освобождения
от наказания.
§ 1. Понятие и правовая природа освобождения от наказания
В ч. 3 ст. 50 Конституции РФ закреплено право каждого осужденного
обращаться с просьбой о смягчении наказания. Конституционный Суд РФ
разъясняя это предписание указывает, что любой осужденный может
добиваться смягчения своей участи, независимо от характера преступления,
за которое он был осужден, назначенного наказания и условий его
исполнения451.
Освобождение от наказания представляет собой особую форму
реализации уголовной ответственности и заключается в обязанности или
праве суда досрочно освободить осужденного от наказания, если он своим
поведением доказал, что в дальнейшем отбывании назначенного ему
наказания нет необходимости, либо вследствие невозможности или
нецелесообразности достижений целей наказания, а также если они могут
быть достигнуты без реального исполнения наказания.
Основаниями освобождения от наказания являются:
1) досрочное исправление осужденного или такое его поведение,
которое свидетельствует о том, что, хотя он еще не исправился окончательно,
но на деле стремится к этому, в связи с чем, дальнейшее исполнение
назначенного наказания становится нецелесообразным (ст. 79, 80 УК РФ);
2) возможность реализации уголовной ответственности и достижения
целей наказания без реального отбывания наказания (ст. 73, 801, 82, 821 УК
РФ);
3) невозможность или нецелесообразность достижения целей наказания
(ст. 81, 83 УК РФ).
Определение Конституционного Суда РФ от 11 июля 2006 г. № 406-О // Российская
газета. 2006. 22 ноября.
352
451
Виды освобождения от наказания классифицируются на условные и
безусловные. При условном освобождении возможность возврата к
исполнению наказания ставится в зависимость от нарушения или
соблюдения требований, предъявляемых к осужденному судом, либо от
наступления случайных обстоятельств, не зависящих от правоприменителя,
но изменяющих социально-правовой статус лица (ст. 73, 79, ч. 1 и ч. 2 ст. 81,
ст. 82, 821 УК РФ). Безусловное освобождение никак не связано с подобными
условиями и обстоятельствами, и является окончательным (ст. 80, 801, ч. 3 ст.
81 и ст. 83 УК РФ).
По компетенции правомочий суда выделяют обязательное (ст. 801, ч. 1 и
ч. 3 ст. 81, ст. 83 УК РФ (за исключением ч. 3) и факультативное
освобождение (ст. 73, 79, 80, ч. 2 ст. 81, ст. 82, 821, ч. 3 ст. 83, ст. 85 и 92 УК
РФ).
§ 2. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания
По своей правовой природе условно-досрочное освобождение от
отбывания наказания (далее – УДО) представляет поощрение поведения
осужденного, вставшего на путь исправления в период отбывания наказания.
Его закрепление в законодательстве продиктовано задачами уголовной
политики, поскольку УДО «является одним из самых эффективных и
действенных
способов
предупреждения
повторного
совершения
преступлений; оно способствует возвращению в общество заключенного
путем его планомерной и контролируемой ресоциализации»452.
На основании ч. 1 ст. 79 УК РФ 1996 г. УДО могут подлежать только
осужденные, отбывающие наказание в виде содержания в дисциплинарной
воинской части, принудительных работ или лишения свободы. Вместе с тем,
по усмотрению суда, осужденный может быть полностью или частично
освобожден и от дополнительного наказания.
В ст. 79 УК РФ закреплено два обязательных основания возможности
применения судом УДО:
1. Исправление осужденного – т.е. признание судом существенного
позитивного изменения личности осужденного и его образа жизни,
вследствие чего, для его окончательного исправления нет необходимости в
полном отбывании назначенного наказания. В ч. 1 ст. 9 УИК РФ указывается,
что исправление осужденных представляет собой формирование у них
уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и
традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного
поведения.
В соответствии с ч. 4. 1 ст. 79 УК РФ суд приходит к выводу об
отсутствии необходимости отбытия назначенного наказания в полном объеме
Рекомендации Кабинета Министров Совета Европы № 22 от 24 сентября 2003 г. «Об
условно-досрочном освобождении» // Справочно-правовая система «Консультант Плюс».
Официально опубликовано не было.
353
452
на основании всестороннего учета совокупности данных о личности
осужденного и его поведения за весь период отбывания наказания (раскаяние
лица, частичное или полное возмещение причиненного ущерба, иное
заглаживание вреда, соблюдение требований режима отбывания наказания,
наличие поощрений и взысканий, положительное отношение к учебе и
труду). При этом суду следует принимать во внимание заключение
администрации исправительного учреждения и мнение прокурора о том,
насколько целесообразно представление осужденного к УДО.
В отношении осужденного, страдающего расстройством сексуального
предпочтения
(педофилией),
не
исключающим
вменяемости,
и
совершившего в возрасте старше восемнадцати лет преступление против
половой неприкосновенности малолетнего, суд обязан учитывать
применение к такому осужденному принудительных мер медицинского
характера, его отношение к лечению и результаты судебно-психиатрической
экспертизы.
При предоставлении УДО несовершеннолетнему осужденному, суду
необходимо также рассматривать его отношение к учебе, связи с
родственниками в период отбывания наказания и другие обстоятельства,
которые могут свидетельствовать о его исправлении.
В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 г.
№ 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания
наказания, замены не отбытой части наказания более мягким видом
наказания»453 (далее ППВС РФ от 21 апреля 2009 г. № 8), что в практике
судов не должно быть случаев как необоснованного отказа в УДО
осужденным, так и необоснованного освобождения от отбывания наказания.
Суды не вправе отказывать в УДО по основаниям, не указанным в законе,
таким, как наличие прежней судимости, мягкость назначенного наказания,
непризнание осужденным вины, кратковременность его пребывания в
исправительном учреждении; совершение тяжкого или особо тяжкого
преступления, отсутствие постоянного места жительства и др.
Наложение на осужденного взысканий за нарушение режима отбывания
наказания также нельзя рассматривать в качестве обязательного основания
для отказа в УДО. В каждом конкретном случае необходимо выяснять
тяжесть и характер каждого допущенного осужденным нарушения за весь
период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно
предшествующее рассмотрению ходатайства об УДО, количество
наложенных взысканий, сняты они или нет, время, прошедшее с момента
последнего взыскания, последующее поведение осужденного и другие
характеризующие его сведения и учитывать их только в совокупности с
остальными данными о личности осужденного и его поведении.
Курганский городской суд, отказывая И. в удовлетворении ходатайства
об условно-досрочном освобождении, сослался в постановлении на то, что
во время отбывания наказания осужденный не стремился к исправлению и
453
БВС РФ. 2009. № 7. С. 2.
354
перевоспитанию, ранее совершил большое количество умышленных
преступлений; преступление, за которое он отбывает наказание, совершил
через два месяца после освобождения из мест лишения свободы; в
представленных материалах не имеется сведений о месте постоянного
жительства, в связи с чем невозможно контролировать его поведение на
свободе.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ отменила указанное решение,
дело направила на новое судебное рассмотрение и в определении указала,
что из представленных администрацией исправительного учреждения
характеристик следует, что осужденный И. вину свою признал полностью,
является инвалидом II группы, встал на путь исправления, связь с
родственниками поддерживает. Администрация исправительного учреждения не возражала против его условно-досрочного освобождения. Однако
этим обстоятельствам суд не дал соответствующей оценки. Действующее
законодательство не содержит ограничений для применения условнодосрочного освобождения к лицам, ранее судимым, и предписаний
осужденному иметь постоянное место жительства, как это указано в
постановлении суда454.
В п. 3. ППВС РФ от 21 апреля 2009 г. № 8 подчеркивается, что не
допускается считать обязательным основанием для отказа в повторном
применении УДО его отмену по основаниям, предусмотренным ч. 7 ст. 79
УК РФ. В подобных ситуациях суду следует исходить не только из самого
факта отмены осужденному УДО, но и учитывать в совокупности все данные
о его личности, время нахождения в исправительном учреждении после
возвращения в это учреждение, его поведение, отношение к труду и т.п.
2. Вторым обязательным основанием предоставления УДО является
возмещение вреда, причиненного совершенным осужденным преступлением
(его размер, то есть должен он возмещаться полностью или частично, в
каждом конкретном случае определяется в решении суда). Преступный вред
может быть компенсирован в денежной форме или в натуре (предоставление
имущества взамен утраченного, ремонт или исправление поврежденного
имущества и т.д.).
Согласно п. 7 ППВС РФ от 21 апреля 2009 г. № 8, в случаях, когда
осужденным принимались реальные меры к возмещению причиненного
вреда, однако в силу объективных причин (инвалидность лица, наличие у
него заболевания, препятствующего трудоустройству в период отбывания
наказания; невозможность трудоустройства из-за ограниченного количества
рабочих мест в исправительном учреждении и т.д.) он был возмещен лишь в
незначительном размере, суд не вправе отказывать в УДО только на этом
основании.
Умышленное уклонение осужденного от возмещения вреда (сокрытие
имущество, доходов, уклонение от работы и т.д.) наряду с другими
454
БВС РФ. 2008. № 10. С. 23.
355
обстоятельствами может быть признано судом в качестве основания для
отказа в УДО.
Исправительное воздействие на осужденного – это процесс, для
реализации которого требуется определенный период времени, иногда
довольно длительный. Поэтому в качестве обязательного условия УДО
законодатель называет фактическое отбытие определенной части срока
назначенного наказания. Исходя из таких критериев, как категория
совершенного преступления, объект посягательства, а также в зависимости
от того, предоставляется УДО лицу в первый раз или нет, осужденный
должен фактически отбыть:
– не менее одной трети срока наказания, назначенного за преступления
небольшой или средней тяжести;
– не менее половины срока наказания, назначенного за тяжкое
преступление;
–не менее двух третей срока наказания, назначенного за особо тяжкое
преступление, а также двух третей срока наказания, назначенного лицу,
ранее условно-досрочно освобождавшемуся, если условно-досрочное
освобождение было отменено по основаниям, предусмотренным ч. 7 ст. 79
УК РФ;
–не менее трех четвертей срока наказания, назначенного за
преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, а
равно за тяжкие и особо тяжкие преступления, связанные с незаконным
оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а
также за преступления, предусмотренные статьями 205, 205 1, 2052 и 210 УК
РФ;
– не менее четырех пятых срока наказания, назначенного за
преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не
достигших четырнадцатилетнего возраста.
Если осужденному назначено наказание по совокупности преступлений
различной категории тяжести или по совокупности приговоров, то
фактическая часть срока наказания, которую обязан отбыть осужденный,
должна определяться исходя из наиболее тяжкого преступления из числа
входящих в совокупность.
При отбывании наказания в виде лишения свободы лицо может быть
представлено к УДО только после фактического отбытия не менее шести
месяцев лишения свободы (ч. 4 ст. 79 УК). Это вызвано тем, что за менее
короткий промежуток времени сложно установить, встал ли осужденный на
путь исправления.
В фактически отбытый осужденным срок назначенного наказания
засчитывается и время его содержания под стражей до вынесения
обвинительного приговора суда.
Из буквального толкования п. «в» ч. 3 ст. 79 УК РФ видно, что
законодатель не запрещает повторного применения УДО. Но в этом случае
оно должно применяться уже на более строгих условиях, поскольку лицо не
оправдало оказанного ему ранее доверия.
356
Согласно п. 2 ППВС РФ № 8 от 21 апреля 2009 г., в тех случаях, когда
наказание смягчено осужденному актами амнистии или помилования, либо
определением (постановлением) вышестоящего суда, при применении УДО
исчислять фактически отбытый срок наказания следует исходя из срока
наказания, установленного актом амнистии или актом помилования либо
определением (постановлением) вышестоящего суда.
Законодатель в ч. 5 ст. 79 УК РФ закрепляет особые требования
применения УДО к лицам, отбывающим пожизненное лишение свободы – к
ним УДО может быть применено после фактического отбытия ими 25 лет
лишения свободы и при отсутствии злостных нарушений режима отбывания
наказания в течение предшествующих трех лет. Лицо, совершившее в период
отбывания пожизненного лишения свободы новое тяжкое или особо тяжкое
преступление, УДО не подлежит.
УДО – это условный вид освобождения от наказания, поэтому
оставшаяся не отбытой часть срока наказания является испытательным
сроком для досрочно освобожденного лица. В течение этого периода времени
лицо обязано продолжать доказывать свое исправление. В соответствии с ч. 2
ст. 79 УК РФ, при реализации УДО суд может возложить на осужденного и
определенные дополнительные обязанности, предусмотренные ч. 5 ст. 73 УК
РФ, которые должны им исполняться в течение испытательного срока (не
менять место жительства, оказывать материальную поддержку семье, не
посещать определенные места, пройти курс лечения от алкоголизма,
наркомании, токсикомании и др.). Суд может возложить на лицо как одну
или несколько обязанностей, так и все обязанности, указанные в ч. 5 ст. 73
УК РФ. Эти дополнительные меры преследуют цель полного исправления
осужденного и предупреждения рецидива преступлений с его стороны. После
благополучного истечения указанного испытательного срока исполнение
наказания уже не может быть возобновлено.
Контроль за поведением условно-досрочно освобожденного лица и
выполнением возложенных на него обязанностей осуществляется уголовноисполнительной инспекцией, а в отношении военнослужащих –
командованием воинских частей и учреждений.
В ч. 7 ст. 79 УК РФ закреплены факультативные и обязательные условия
отмены судом УДО.
Факультативными (на усмотрение суда) основаниями отмены УДО
является
–нарушение условно-досрочно освобожденным лицом общественного
порядка, за которое на него было возложено административное взыскание;
–злостное уклонение такого лица от исполнения возложенных на него
обязанностей, а равно от назначенных ему принудительных мер
медицинского характера;
– совершение им неосторожного преступления или умышленного
преступления небольшой либо средней степени тяжести.
Под злостным уклонением осужденного от выполнения обязанностей,
возложенных на него судом, следует понимать повторное невыполнение
357
таких обязанностей после вынесения органом, контролирующим поведение
осужденного письменного предупреждения о возможности отмены УДО.
При решении данного вопроса должны также учитываться причины
уклонения, его продолжительность и иные обстоятельства (п. 23 ППВС РФ
от 21 апреля 2009 г. № 8). Если суд не сочтет возможным сохранить УДО в
указанных случаях, то лицу назначается новое наказание по правилам ст. 70
УК РФ.
Обязательным основанием отмены УДО является совершение лицом в
течение оставшейся не отбытой части наказания тяжкого или особо тяжкого
преступления. В этом случае суд также должен назначить такому лицу
наказание по правилам ст. 70 УК РФ.
Срок погашения судимости при УДО исчисляется исходя из фактически
отбытого срока наказания с момента освобождения от отбывания наказания.
§ 3. Замена неотбытой части наказания более мягким видом
наказания
Замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания –
самостоятельный вид освобождения от наказания, хотя применяется он почти
на тех же условиях, что и УДО. Различие между ними состоит в основаниях
применения, и, в том, что если УДО – это условное освобождение, то замена
не отбытой части наказания более мягким наказанием имеет окончательный
характер.
Первым обязательным условием применения ст. 80 УК РФ является
положительное поведение осужденного при отбывании наказания в виде
содержания в дисциплинарной воинской части, принудительных работ или
лишения свободы. Конституционный Суд РФ указал, что «при разрешении
соответствующего вопроса судом оцениваются позитивные изменения в
поведении осужденного, свидетельствующие о возможности смягчения
уголовной репрессии до необходимого и достаточного минимума
принудительных мер, обеспечивающих достижение целей наказания»455.
В соответствии с ч. 4 ст. 80 УК РФ при замене осужденному не отбытой
части наказания более мягким видом наказания суд учитывает совокупность
тех же самых обстоятельств, характеризующих личность осужденного и его
поведение в период исполнения назначенного наказания, что и при УДО.
В качестве второго обязательного основания замены не отбытой части
наказания более мягким видом наказания законодатель закрепляет
обязанность осужденного возместить полностью или частично (в
зависимости от решения суда) причиненный преступлением вред.
Замена не отбытой части более мягким может быть произведена только
после фактического отбытия осужденным:
– не менее одной трети срока наказания за преступление небольшой или
средней тяжести;
455
Определение Конституционного Суда РФ от 17 января 2013 г. № 2-О // www.ksrf.ru.
358
– не менее половины срока наказания за тяжкое преступление; не менее
двух третей срока наказания за особо тяжкое преступление;
– не менее трех четвертей срока наказания за преступления против
половой неприкосновенности несовершеннолетних и за преступление,
предусмотренное ст. 210 УК РФ;
– не менее четырех пятых срока наказания за преступления против
половой неприкосновенности малолетних.
Если лицо осуждено по совокупности преступлений различной
категории тяжести либо по совокупности приговоров, то при исчислении
части срока, после фактического отбытия которой возможно применение
замены не отбытой части наказания более мягким видом наказания, следует
применять правила, предусмотренные ч 2. ст. 80 УК РФ, для наиболее
тяжкого преступления, входящего в совокупность.
В ч. 3 ст. 80 УК РФ речь идет о том, что при замене наказания суд может
избрать любой, более мягкий (чем содержание в дисциплинарной воинской
части, принудительные работы и лишение свободы) вид наказания в
соответствии со ст. 44 УК РФ. Заменяя не отбытую часть наказания, суд
обязан указать, на какой срок назначается новое, более мягкое наказание.
§ 4. Освобождение от наказания в связи с изменением обстановки
В ст. 801 УК РФ предусмотрено два альтернативных основания для
освобождения от наказания, когда: 1) лицо, совершившее преступление,
перестало быть общественно опасным; 2) совершенное им преступление
перестало быть общественно опасным.
Наряду с этими основаниями в данной норме предусматриваются и два
условия освобождения от наказания в связи с изменением обстановки: 1)
совершение преступления впервые; 2) совершенное преступление должно
относиться к категории небольшой или средней тяжести.
Только наличие совокупности перечисленных условий и одного из
оснований порождают для суда обязанность освободить осужденного от
наказания. Такое освобождение от наказания имеет обязательный и безусловный характер.
Понятие «лицо, впервые совершившего преступление» определено в п. 2
постановления Пленума «О применении судами законодательства,
регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной
ответственности» от 27 июня 2013 г. № 9 (см. главу 17 настоящего издания).
Под изменением обстановки, вследствие которого совершенное деяние
перестало быть общественно опасным, следует понимать такие
объективные и существенные перемены в определенных сферах жизни
общества, которые хотя и не приводят к декриминализации деяния, тем не
менее, свидетельствует об утрате им общественной опасности в конкретных
случаях.
Под изменением обстановки, вследствие которого лицо, совершившее
преступление, перестало быть общественно опасным обычно понимаются
359
такие изменения личности виновного, условий его жизни или деятельности,
которые позволяют считать, что он уже не представляет опасности для
общества. Указанные изменения могут произойти как по воле самого лица
(переезд на новое место жительства и разрыв с антиобщественным
окружением; безупречное поведение лица в течение длительного времени после совершения им преступления; вступление в брак и т.д.), так и помимо его
воли (например, призыв лица в ряды Вооруженных Сил РФ).
При повторном рассмотрении дела судья Коминтерновского районного
суда г. Воронежа обоснованно пришел к выводу, что действия К.
квалифицированы правильно. Вместе с тем, оценивая характер
преступления, личность подсудимой, впервые совершившей преступление
небольшой тяжести, положительно характеризовавшейся, судья счел
возможным считать, что лицо утратило общественную опасность: К.
больше не занималась торговой деятельностью (в связи с которой и
совершила преступление)456.
§ 5. Освобождение от наказания в связи с болезнью
Правовая природа освобождения от наказания по ст. 81 УК РФ
определяется невозможностью достижения целей наказания и гуманным
отношением к осужденному, страдающему психическим или иным тяжелым
заболеванием.
При освобождения от наказания в связи с болезнью следует
руководствоваться следующими нормативными актами: Приказом
Минздрава и Минюста РФ от 9 августа 2001 г. № 311/242 «Об освобождении
от отбывания наказания осужденных к лишению свободы в связи с тяжелой
болезнью»457, Постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 г. № 54
«О медицинском освидетельствовании осужденных, представляемых к
освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью»458 и Положением
о военно-врачебной экспертизе от 25 февраля 2003 г.459. В них определяется
порядок освобождения от наказания на основании ст. 81 УК РФ,
закрепляется перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания.
В ст. 81 УК РФ содержатся три самостоятельных основания
освобождения от наказания.
Согласно ч. 1 ст. 81 УК РФ, суд обязан освободить от наказания либо от
его дальнейшего отбывания лицо, у которого наступило психическое
расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический
характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими.
Суд может применить в этом случае принудительные меры медицинского
характера. При освобождении от наказания на основании ч. 1 ст. 81 УК РФ не
БВС РФ. 2002. № 7. С. 11.
Бюллетень Министерства юстиции РФ. 2001. № 11.
458
СЗ РФ. 2004. № 7. Ст. 5.
459
Российская газета. 2003. 13 марта.
360
456
457
имеют значения тяжесть совершенного преступления, личность
осужденного, срок отбытого им наказания и прочие обстоятельства.
Судом установлено, что М. страдает хроническим психическим
расстройством в форме расстройства личности истерического типа.
Данное психическое расстройство не исключало вменяемости на период
правонарушения и явки с повинной. Она могла осознавать фактический
характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.
Вслед за правонарушением развилась психотическая симптоматика в форме
реактивной депрессии с псевдодементными расстройствами у
психотической личности (истерический вариант).
Следовательно, М., признанная виновной в совершении преступлений в
состоянии вменяемости, но лишенная возможности осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий либо
руководить ими вследствие наступившего после совершения преступлений
психического расстройства, не подлежала освобождению от уголовной
ответственности за содеянное ею в состоянии вменяемости. Согласно ч. 1
ст. 81 УК РФ лицо, у которого после совершения преступления наступило
психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий
(бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, а лицо,
отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. В
случае выздоровления указанное лицо в соответствии с ч. 4 ст. 81 УК РФ
может подлежать уголовной ответственности и наказанию460.
В ч. 2 ст. 81 УК РФ предусматривается возможность освобождения от
наказания лиц, которые после совершения преступления заболели иной
тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания (туберкулез в
открытой форме, сердечные, онкологические заболевания и др.). Такое
освобождение от наказания в связи с иной тяжелой болезнью является не
обязанностью, а правом суда. Это связано с тем, что заболевание тяжким
недугом не влечет за собой автоматического освобождения от наказания, не
должно применяться к лицам, нарушающим режим во время его отбывания,
имеющим дисциплинарные взыскания.
Медико-юридическим основанием применения ч. 2 ст. 81 УК РФ
является такое серьезное ухудшение здоровья лица, которое существенно
мешает исполнению наказания и достижению исправления осужденного.
Лицо в этом случае остается в здравом уме и даже может подвергаться ряду
мер исправительного воздействия. Однако в целом, болезнь столь серьезна и
возможно неизлечима, что препятствует отбыванию наказания и достижению
его целей.
Осужденный может быть освобожден от наказания на основании ч. 2 ст.
81 УК РФ только после того, как в стационарных условиях был проведен
курс его лечения, который не дал положительных результатов, о чем имеется
заключение медицинской комиссии.
460
БВС РФ. 2002. № 12. С. 4.
361
Применяя ч. 2 ст. 81 УК РФ, суду следует иметь в виду не абстрактную
возможность препятствия тяжелой болезни отбыванию наказания, а влияние
конкретной болезни на отбывание конкретного вида наказания. Таким
образом, невозможность отбывания наказания при применении ч. 2 ст. 81 УК
РФ определяется, во-первых, характером и тяжестью болезни, а во-вторых,
видом отбываемого наказания.
Освобождая лицо от наказания на основании ч. 2 ст. 81 УК РФ, суд
должен быть также уверен, что при наличии тяжелой болезни осужденный в
значительной мере утрачивает общественную опасность и лишается
возможности совершить новое преступление. Такой подход вполне оправдан,
поскольку гуманное отношение к страдающему тяжелым недугом
осужденному должно сочетаться с обеспечением безопасности общества.
Если у суда нет убеждения в безопасности для общества со стороны данного
осужденного, освобождать его от отбывания наказания нельзя.
В п. 24 ППВС РФ от 21 апреля 2009 г. № 8 отмечается, что при
рассмотрении вопроса об освобождении от отбывания наказания в связи с
болезнью суду следует учитывать поведение осужденного в период
отбывания наказания, его отношение к проводимому лечению, соблюдение
им медицинских рекомендаций, режимных требований учреждения,
исполняющего наказание, по состоянию здоровья, а также данные о личности
осужденного, наличие у него постоянного места жительства, родственников
или близких ему лиц, которые могут и согласны осуществлять уход за ним.
Возобновление исполнения наказания в отношении лиц, освобожденных
от наказания в связи с болезнью на основании ч. 1 и 2 ст. 81 УК РФ, может
иметь место при условии выздоровления осужденного и если не истекли
сроки давности, предусмотренные ст. 78 и 83 УК РФ.
В соответствии с ч. 3 ст. 81 УК РФ освобождаются от наказания
военнослужащие, отбывающие наказание в виде ареста или содержания в
дисциплинарной воинской части, в случае наступления заболевания,
делающего их непригодными к воинской службе. В данном случае речь идет
о любых заболеваниях осужденных (не обязательно тяжелых); главным
условием здесь является то, что такое заболевание препятствует исполнению
обязанностей по военной службе (например, значительная хромота после
сильного перелома ноги). Этот вид освобождения от наказания является
безусловным.
§ 6. Отсрочка отбывания наказания
Под отсрочкой отбывания наказания в уголовном праве понимается
временное отложение его исполнения на срок, указанный в законе.
Социально-правовое назначение отсрочки отбывания наказания
беременным женщинам и осужденным, имеющим малолетних детей, весьма
многогранно. Беременность и наличие малолетнего ребенка у осужденного
существенно затрудняют процесс исполнения наказания и достижение его
целей. Поскольку отсрочка отбывания наказания является исключением из
362
правила, то ее применение допустимо только при наличии определенных
условий. Согласно ч. 1 ст. 82 УК РФ такими условиями являются:
– беременность осужденной женщины (вне зависимости срока
беременности);
– наличие у осужденной женщины малолетнего ребенка;
– наличие у мужчины, являющегося единственным родителем,
малолетнего ребенка.
По общему правилу отсрочка отбывания наказания может быть
предоставлена судом осужденному как с момента вступления
обвинительного приговора в силу, так и в процессе отбывания наказания. Но,
при назначении осужденной женщине наказания в виде обязательных работ,
исправительных работ или принудительных работ, в случае наступления у
нее беременности, она может обратиться в суд с ходатайством об отсрочке
отбывания наказания только с момента предоставления ей отпуска по
беременности и родам. (ч. 9 ст. 175 УИК РФ).
Законодатель устанавливает определенные ограничения на применение
ст. 82 УК РФ. Не могут быть представлены к отсрочке отбывания наказания
следующие категории осужденных:
– лица, осужденные к лишению свободы на срок свыше пяти лет за
совершение тяжких и особо тяжких преступлений против личности;
– лица, осужденные к ограничению свободы;
– лица, осужденные к лишению свободы за преступления против
половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших
четырнадцатилетнего возраста;
– лица, осужденные к лишению свободы за преступления,
предусмотренные ст. 205-2055, ч. 3 и 4 ст. 206, ч. 4 ст. 211, 277, 278, 279, 360
УК РФ.
Не применяется отсрочка отбывания наказания и к лицам, лишенным
родительских прав.
Предоставление отсрочки отбывания наказания является правом, а не
обязанностью суда, который принимает решение об отсрочке наказания на
основании анализа совокупности данных о характере и степени тяжести
совершенного осужденным преступления, условий его жизни на свободе,
данных о личности осужденного, его поведения после содеянного или в
период отбывания наказания (п. 25 ППВС РФ № 8 от 21 апреля 2009 г.).
В практике Верховного Суда РФ специально разъяснено, что уголовным
законом не предусмотрено возложение каких-либо обязанностей на
осужденного, которому отбывание наказания отсрочено в порядке ст. 82 УК
РФ.
В соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ отбывание наказания Г. отсрочено
до достижения ее ребенком (2013 года рождения) четырнадцатилетнего
возраста, т.е. до 2027 г.
На осужденную в период отсрочки отбывания наказания возложены
следующие обязанности: в течение 10 суток со дня вступления приговора в
законную силу встать на регистрационный учет в уголовно-исполнительной
363
инспекции по месту жительства, не менять своего постоянного места
жительства и работы без предварительного уведомления органа,
осуществляющего контроль за поведением осужденной, выполнять
обязанности по воспитанию несовершеннолетнего ребенка до достижения
им четырнадцатилетнего возраста, в течение шести месяцев со дня
вступления приговора в законную силу пройти обследование у врачанарколога и в случае необходимости пройти курс лечения от наркомании.
Как усматривается из приговора, на осужденную Г., которой реальное
отбывание наказания отсрочено в соответствии со ст. 82 УК РФ,
возложено исполнение ряда обязанностей. Между тем положениями ст. 82
УК РФ не предусмотрено возложение каких-либо обязанностей на
осужденного, в отношении которого исполнение наказания отсрочено461.
Время действия отсрочки является испытательным сроком для
осужденного. В ряде случаев суд вправе досрочно отменить отсрочку
наказания и направить осужденное лицо для реального отбывания наказания.
Основанием для отмены отсрочки отбывания наказания может послужить:
– искусственное прерывание женщиной беременности без медицинских
показаний;
– официальный отказ родителя от ребенка;
– продолжение уклонения осужденного от воспитания ребенка после
предупреждения, вынесенного уголовно-исполнительной инспекцией.
Осужденный считается уклоняющимся от воспитания ребенка, если он,
официально не отказавшись от ребенка, оставил его в родильном доме или
передал в детский дом; ведет антиобщественный образ жизни и не
занимается воспитанием ребенка и уходом за ним; оставил ребенка
родственникам или иным лицам; скрылся с места жительства; совершает
иные действия, свидетельствующие об уклонении от воспитания ребенка (ч.
3 ст. 178 УИК РФ).
Срок действия отсрочки прекращается по достижении ребенком 14 лет
или в случае его смерти (ч. 3 ст. 82 УК РФ, ч. 4 ст. 178 УИК РФ). В
зависимости от поведения осужденного и его отношения к воспитанию
ребенка в течение действия отсрочки отбывания наказания суд вправе:
– полностью освободить осужденного от отбывания наказания;
– освободить лицо от отбывания оставшейся части наказания;
– заменить оставшуюся часть наказания более мягким видом наказания.
В ч. 4 ст. 82 УК РФ содержится указание на то, что если до достижения
ребенком 14-летнего возраста истекает срок, равный сроку наказания,
отбывание которого было отсрочено, и уголовно-исполнительная инспекция
приходит к выводу о соблюдении осужденным условий отсрочки и его
исправлении, суд по представлению этого органа может принять решение о
сокращении срока отсрочки отбывания наказания и об освобождении
осужденного от отбывания наказания или оставшейся части наказания со
снятием судимости.
461
БВС РФ. 2016. № 7. С. 30.
364
Если в период действия отсрочки осужденный совершит новое
преступление, суд отменяет отсрочку и назначает новое наказание по
правилам ст. 70 УК РФ.
§ 7. Отсрочка отбывания наказания больным наркоманией
Применение отсрочки отбывания наказания больным наркоманией
допустимо только при наличии совокупности определенных оснований,
закрепленных в ч. 1 ст. 821 УК РФ 1996 г.:
– совершение лицом, осужденным к лишению свободы, впервые
преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231, ст. 233 УК РФ;
– признание лица его больным наркоманией;
– изъявление им желания добровольно пройти курс лечения от
наркомании и медико-социальную реабилитацию.
Наркомания – это заболевание, обусловленное зависимостью от
наркотического средства или психотропного вещества. Лицо признается
больным наркоманией только на основании освидетельствования,
проведенного врачом-наркологом.
Данный вид освобождения от наказания относится к числу условных
видов, а время действия отсрочки является испытательным сроком для
осужденного. Суд на период действия отсрочки возлагает на лицо
обязанность пройти курс лечения от наркомании и медико-социальную
реабилитацию. Контроль за выполнением данной обязанности возлагается на
уголовно-исполнительную инспекцию. В соответствии с ч. 1 ст. 821 УК РФ
продолжительность курса лечения и медико-социальной реабилитации не
может превышать 5 лет.
Отсрочка, предусмотренная ст. 821 УК РФ, может быть предоставлена
осужденному судом как с момента вступления обвинительного приговора в
силу, так и в процессе отбывания наказания.
Основанием для отмены отсрочки отбывания наказания может
послужить:
– отказ лица от прохождения курса лечения от наркомании, а также
медико-социальной реабилитации;
– уклонение от лечения после предупреждения, вынесенного органом,
осуществляющим контроль за поведением осужденного.
Осужденный считается уклоняющимся от прохождения курса лечения
от наркомании, а также медико-социальной реабилитации, если он, не
отказавшись от их прохождения, не посещает или самовольно покинул
лечебное учреждение и (или) учреждение медико-социальной реабилитации,
либо два раза не выполнил предписания лечащего врача, либо продолжает
употреблять наркотические средства или психотропные вещества,
систематически употреблять спиртные напитки, одурманивающие вещества,
занимается бродяжничеством или попрошайничеством, либо скрылся от
контроля уголовно-исполнительной инспекции и его место нахождения не
установлено в течение более 30 суток (ч. 7 ст. 1781 УИК РФ).
365
Суд обязан также отменить отсрочку отбывания наказания в случае
установления факта совершения осужденным, признанным больным
наркоманией,
отбывание
наказания
которому отсрочено,
иного
1
преступления, не указанного в части первой ст. 82 УК РФ. В этом случае
ему назначается новое наказание по правилам ст. 69 УК РФ.
Если в период действия отсрочки отбывания наказания осужденный,
признанный больным наркоманией, совершит новое преступление, суд
отменяет отсрочку и назначает новое наказание по правилам ст. 70 УК РФ.
Срок действия отсрочки прекращается после прохождения курса
лечения от наркомании и медико-социальной реабилитации и при наличии
объективно подтвержденной ремиссии, длительность которой должна
составлять не менее двух лет.
§ 8. Освобождение от отбывания наказания в связи с истечением
сроков давности обвинительного приговора суда
Целесообразность освобождения от наказания в связи с истечением
сроков давности приговора суда обусловлена следующим: если в течение
установленных законом сроков обвинительный приговор не приводится в
исполнение по причинам независящим от осужденного, то есть все
основания считать данное лицо исправившимся и исполнять назначенное
наказание уже нет необходимости.
Данный вид освобождения от наказания является безусловным, но
применить его можно только по истечении определенного промежутка
времени после вступления обвинительного приговора суда в силу и при
условии, что приговор фактически не был приведен в исполнение по
независящим от осужденного причинам.
По приговору областного суда от 27 июня 2002 г. Т. осужден по ст. 316
УК РФ к штрафу в сумме 90 тыс. рублей. Постановлением областного суда
от 2 июня 2005 г. судебному приставу-исполнителю по уголовному делу в
отношении осужденного Т. отказано в замене наказания в виде штрафа
иным видом наказания. Также постановлено на основании п. «а» ч. 1 ст. 83
УК РФ Т. от наказания в виде штрафа в сумме 90 тыс. рублей освободить в
связи с истечением сроков давности обвинительного приговора.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала,
что согласно п. «а» ч. 1 ст. 83 УК РФ лицо, осужденное за совершение
преступления небольшой тяжести, освобождается от отбывания
наказания, если обвинительный приговор не был приведен в исполнение в
течение двух лет со дня его вступления в законную силу. Истечение сроков
давности обвинительного приговора не зависит ни от наличия исполнительного производства, ни от стадии исполнения приговора, если на момент
истечение двухлетнего срока давности приговор в отношении Т. в
исполнение фактически приведен не был. Данное обстоятельство в
366
соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 83 УК РФ явилось определяющим при
решении судом вопроса об освобождении Т. от отбывания наказания462.
В ч. 1 ст. 83 УК РФ, в зависимости от категории совершенного
преступления, установлены следующие сроки давности обвинительного
приговора суда:
– два года при осуждении за преступление небольшой тяжести;
– шесть лет при осуждении за преступление средней тяжести;
– десять лет при осуждении за тяжкое преступление;
– пятнадцать лет при осуждении за особо тяжкое преступление.
Исчисление течения сроков давности начинается со дня вступления
обвинительного приговора в законную силу.
Обстоятельством, приостанавливающим течение сроков данности,
признается уклонение осужденного от отбывания наказания. Уклонение
образует совершение лицом любых умышленных действий, в результате
которых ему удается незаконно избежать отбывания наказания за
совершенное преступление. Наиболее часто уклонение выражается в побеге
из зала суда, из-под стражи, в неявке в орган, исполняющий наказание; в
смене места жительства, в изменении фамилии и т.д.
Течение давностных сроков в этом случае возобновляется с момента
задержания осужденного или его явки с повинной. Причем часть срока,
истекшая до момента уклонения от исполнения наказания, засчитывается в
давностный срок.
Течение сроков давности приостанавливается и в том случае, если
осужденному предоставлена отсрочка отбывания наказания. В данной
ситуации течение давностных сроков возобновляется с момента окончания
срока отсрочки отбывания наказания, за исключением случаев,
предусмотренных ч. 3 и 4ст. 82 и ч. 3 ст. 821 УК РФ, либо с момента отмены
отсрочки отбывания наказания.
Если осужденный совершит новое преступление, то течение сроков
давности исполнения наказания не приостанавливается и оба срока давности
учитываются самостоятельно.
Освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков
давности исполнения обвинительного приговора является безусловной
обязанностью суда. Исключение в данном случае составляет осуждение лица
к пожизненному лишению свободы или смертной казни (ч. 3 ст. 83 УК РФ).
Вопрос о применении сроков давности к такому лицу является прерогативой
суда – если он сочтет невозможным применить ст. 83 УК РФ, то эти виды
наказания должны быть заменены на наказание в виде лишения свободы на
определенный срок.
В ч. 4 ст. 83 УК РФ закреплено, что сроки давности обвинительного
приговора суда не исчисляются применительно к лицам, осужденным за
совершение преступлений, предусмотренных ст. 205-2055, ч. 3, 4 ст. 206, ч. 4
ст. 211, ст. 353, 356, 357, 358 и 361 УК РФ, а равно осужденным за
462
БВС РФ. 2006. № 3. С. 12
367
совершение сопряженных с осуществлением террористической деятельности
преступлений, предусмотренных статьями 277, 278, 279 и 360 УК РФ.
§ 9. Условное осуждение
Несмотря на то, что институт условного осуждения законодательно
определен в главе 10 УК РФ «Назначение наказания», по своей природе он
является одним из видов освобождения от наказания, так как «суть условного
осуждения заключается в том, что суд, учитывая обстоятельства дела и
личность виновного, считает нецелесообразным реальное исполнение
(наказания)»463.
Смысл условного осуждения назначается в неприменении наказания,
определенного приговором суда и назначении испытательного срока, в
течение которого осужденный может доказать свое исправление без
реального отбывания наказания.
Условное осуждение возможно лишь в отношении лиц, которым назначено одно или несколько видов наказания, перечисленных в ч. 1 ст. 73 УК
РФ, а именно: исправительные работы, ограничение по воинской службе, ограничение свободы, содержание в дисциплинарной воинской части, лишение
свободы на срок до 8 лет.
Назначение условного осуждения должно отвечать целям исправления
условно осужденного, в силу чего на него может быть возложено исполнение
определенных обязанностей, указанных в ч. 5 ст. 73 УК РФ: не менять
постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления
специализированного государственного органа, осуществляющего контроль
за поведением условно осужденного, не посещать определенные места,
пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или
венерического заболевания, трудиться (трудоустроиться) либо продолжить
обучение в общеобразовательной организации.
В соответствии с ч. 4 ст. 188 УИК РФ все условно осужденные обязаны
отчитываться перед уголовно-исполнительными инспекциями или
командованием воинских частей о своем поведении, исполнять возложенные
на них обязанности, являться по вызову в уголовно-исполнительную
инспекцию.
В необходимых случаях с учетом личности виновного, его поведения в
семье и других обстоятельств на осужденного может быть возложено исполнение и других обязанностей, не перечисленных в ч. 5 ст. 73 УК РФ.
Условное осуждение не может быть назначено:
— осужденным за преступления против половой неприкосновенности
лиц, не достигших 14-летнего возраста;
— осужденным за преступления, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 205 1, ст.
2052, ч. 2 ст. 2054, ч. 1-3 ст. 206, ст. 360 УК РФ;
463
Ткачевский Ю.М. Освобождение от отбывания наказания. М., 1970. С. 9—10.
368
— при совершении тяжкого или особо тяжкого преступления в течение
испытательного срока при условном осуждении, назначенном за совершение
умышленного преступления, либо в течение неотбытой части наказания,
назначенного за совершение умышленного преступления, при условнодосрочном освобождении;
— при опасном или особо опасном рецидиве.
Суть условного осуждения состоит в назначении испытательного
срока, составляющего:
— от 6 месяцев до 3 лет — при назначении наказания, не связанного с
лишением свободы, либо лишения свободы на срок до 1 года или более
мягкого наказания;
— от 6 месяцев до 5 лет — при назначении лишения свободы на срок от
1 года до 8 лет.
В соответствии с ч. 3 ст. 73 УК РФ, испытательный срок исчисляется с
момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок
засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора.
По приговору от 25 сентября 2006 г. М. осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158
УК РФ на один год шесть месяцев лишения свободы условно с
испытательным сроком два года.
В соответствии с изменениями, внесенными Федеральным законом от
29 марта 2010 г. № 33-ФЗ в ст. 73 УК РФ, испытательный срок
исчисляется с момента вступления приговора в законную силу. В
испытательный срок засчитывается время, прошедшее со дня
провозглашения приговора. Поскольку испытательный срок в отношении М.
определен двумя годами, а также с учетом зачета в испытательный срок
времени, прошедшего со дня провозглашения приговора, – 25 сентября 2006
г., следует признать, что испытательный срок, назначенный М., истек 24
сентября 2008 г.464.
Истечение испытательного срока аннулирует все уголовно-правовые последствия условного осуждения — лицо считается несудимым.
В судебной практике указано, что применение условного осуждения не
содержит ограничений в зависимости от категории тяжести преступления465.
Если суд придет к выводу об условном осуждении лица, совершившего
два или более преступления, то такое решение принимается не за каждое
преступление, а при окончательном назначении наказания – по совокупности
преступлений.
В то же время в судебной практике нередко указывается на необоснованность применения условного осуждения к лицам, осужденным за тяжкие
и особо тяжкие преступления466.
При условном осуждении назначенные дополнительные наказания исполняются реально.
БВС РФ. 2011. № 2. С. 30.
БВС РФ. 1999. № 12. С. 3.
466
БВС РСФСР. 1969. № 6. С. 11.
464
465
369
Отмена условного осуждения.
Согласно ч. 1 ст. 74 УК РФ, если условно осужденный своим
поведением доказал свое исправление, возместил вред (полностью или
частично), причиненный преступлением, в размере, определенном решением
суда, суд по представлению органа, осуществляющего контроль за
поведением условно осужденного, может постановить об отмене условного
осуждения и о снятии с осужденного судимости. При этом условное
осуждение может быть отменено по истечении не менее половины
установленного испытательного срока.
Продление испытательного срока (не более чем на один год) возможно в
случае, если условно осужденный уклонился от исполнения возложенных на
него судом обязанностей, уклонился от возмещения вреда (полностью или
частично), причиненного преступлением, в размере, определенном решением
суда, или совершил нарушение общественного порядка, за которое он был
привлечен к административной ответственности (ч. 2 ст. 74 УК РФ).
В соответствии со ст. 74 УК РФ суд вправе по представлению органа,
осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, принять
решение об отмене условного осуждения и исполнении наказания в случае
систематического неисполнения таким лицом в течение испытательного
срока возложенных на него обязанностей, а также ели условно осужденный
систематически нарушал общественный порядок, за что привлекался к
административной ответственности.
Под систематичностью следует понимать совершение запрещенных или
невыполнение предписанных условно осужденному действий более двух раз
в течение года либо продолжительное (более 30 дней) неисполнение
обязанностей, возложенных на него судом.
Условное осуждение может быть отменено судом в отношении лица,
совершившего в период испытательного срока новое преступление по
неосторожности либо умышленное преступление небольшой или средней
тяжести. В соответствии с п. 66 постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской
Федерации уголовного наказания»467,при решении вопроса о возможности
отмены или сохранения условного осуждения в отношении лица,
совершившего в период испытательного срока новое преступление по
неосторожности либо умышленное преступление небольшой тяжести или
средней тяжести, необходимо учитывать характер и степень общественной
опасности первого и второго преступлений, а также данные о личности
осужденного и его поведении во время испытательного срока. При
необходимости для выяснения таких данных в судебное заседание может
быть вызван представитель органа, осуществляющего контроль за
поведением условно осужденного.
Совершение в период испытательного срока умышленного тяжкого или
особо тяжкого преступления — безусловное основание для отмены испыта467
БВС РФ. 2016. № 2. С. 17.
370
тельного срока и исполнения наказания. В п. 63 вышеназванного
постановления разъяснено, что при отмене условного осуждения и
назначении наказания по совокупности приговоров вид исправительного
учреждения назначается с учетом тяжести как преступления, совершенного в
период испытательного срока, так и преступления, за совершение которого
было постановлено назначить наказание условно, а также иных
обстоятельств, влияющих на назначение вида исправительного учреждения
(например, наличия рецидива преступлений).
Если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что
оно виновно еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, нормы ст. 69, 70 УК РФ применены быть не могут. В
таких случаях приговоры по первому и второму делу исполняются самостоятельно468.
Челябинским областным судом К. (ранее судимый за хулиганство к
шести месяцам лишения свободы условно) осужден за нарушение правил
дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, разбой,
убийство. Окончательное наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ
назначено в виде шестнадцати лет лишения свободы. В соответствии со
ст. 70 УК РФ к нему присоединено неотбытое наказание по предыдущему
приговору (шесть месяцев лишения свободы).
Как видно из материалов уголовного дела и отражено в приговоре, К.
ранее судим по ч. 1 ст. 213 УК РФ к шести месяцам лишения свободы
условно с испытательным сроком один год. Преступления, за которые он
осужден по настоящему делу, совершены до вынесения приговора по первому
делу. В соответствии с п. 5 ст. 74 УК РФ суд отменяет условное осуждение
и назначает осужденному наказание по правилам, предусмотренным ст. 70
УК РФ, лишь в случае совершения условно осужденным умышленного
преступления средней тяжести, тяжкого или особо тяжкого преступления
в течение испытательного срока. Поскольку К. совершил указанные
преступления не в период испытательного срока, а еще до осуждения его к
условной мере наказания, следует признать, что у суда не было оснований
для отмены условного осуждения и назначения наказания согласно ст. 70 УК
РФ.
Следовательно, приговоры судов в отношении К. должны исполняться
самостоятельно. С учетом изложенного подлежит исключению указание о
назначении осужденному К. наказания по совокупности приговоров на
основании ст. 70 УК РФ469.
Верховный Суд РФ также специально разъяснил, что условное осуждение может быть отменено, если осужденный совершил преступление только
в период испытательного срока.
А. осужден условно к лишению свободы 9 сентября 1997 г. за
преступление, совершенное 28 февраля 1997 г., а затем 12 февраля 1998 г. —
468
469
БВС РФ. 2000. № 12. С. 7; 2000. № 6. С. 12.
БВС РФ. 2001. № 11. С. 8.
371
за преступление, совершенное 20 февраля 1997 г. Следовательно, условное
осуждение не может быть отменено и приговоры должны исполняться
самостоятельно470.
Вопрос об отмене условного осуждения разрешается в присутствии
лица, в отношении которого принимается такое решение, за исключением
случая, когда подтверждено, что условно осужденный скрылся от контроля471.
При назначении наказания В. по совокупностиприговоров судом
нарушены требования ч. 5 ст. 74 УК РФ, согласно которым в случае
совершения условно осужденным в течение испытательного срока
умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет
условное осуждение и назначает ему наказание по правилам,
предусмотренным ст. 70 УК РФ.
Как следует из материалов дела, В. совершил тяжкое и особо тяжкое
преступления 24 марта 2012 г., т. е. в период испытательного срока,
установленного ему по приговору Бокситогорского городского суда
Ленинградской области от 22 марта 2012 г., по которому он осужден по п.
«в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с
испытательным сроком два года.
Суд принял правильное решение о назначении ему окончательного
наказания по совокупностиприговоров по правилам ст. 70 УК РФ, однако
вопреки указанным требованиям закона не отменил условное осуждение по
предыдущему приговору.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ, в соответствии с ч. 5 ст. 74
УК РФ отменила условное осуждение, назначенное ему по приговору
Бокситогорского городского суда от 22 марта 2012 г.К назначенному В.
наказанию по данному приговору на основании ст. 70 УК РФ присоединила
частично неотбытое наказание по приговору от 22 марта 2012 г. в виде
одного года лишения свободы и окончательно по совокупностиприговоров
назначила девятнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии
строгого режима с ограничением свободы на два года, с установлением
ограничений, предусмотренных ст. 53 УК РФ472.
Литература
1. Борсученко С.А. Условное осуждение и (или) «система» испытания?
М., 2011.
2. Грачева Ю.В. Источники судейского усмотрения в институтах
освобождения от уголовной ответственности и от наказания. М., 2011.
3. Кузнецов А.В. Освобождение от наказания в связи с изменением
обстановки. М., 2010.
БВС РФ. 1999. № 7. С. 12.
БВС РФ. 2008. № 6. С. 9.
472
БВС РФ. 2014. № 6. С. 35.
470
471
372
4. Курганов С.И. Назначение наказания и освобождение от наказания.
М., 2014.
5. Михайлов К.В. Уголовно-правовой институт освобождения от
наказания. М., 2008.
6. Магулаев М.А., Морозов А.Ю. Освобождение от наказания в связи с
болезнью в уголовном праве. Ставрополь, 2002.
7. Расторопов С.В., Звонов А.В., Пичугин С.А. Условное осуждение:
законодательная регламентация и условия применения. М., 2013.
8. Скобелин С.Ю., Лукьянова И.М. Отсрочка отбывания наказания. М.,
2012.
9. Степанов В.В. Условно-досрочное освобождение от отбывания
наказания: теоретические и правоприменительные проблемы. М., 2010.
10. Степашин В.М. Условное осуждение и отсрочка отбывания
наказания. М., 2016.
373
тема 19. АМНИСТИЯ, ПОМИЛОВАНИЕ, СУДИМОСТЬ
В результате изучения студент должен:
знать понятие и юридическую природу амнистии и помилования в
уголовном праве; сущность судимости как правового последствия
отбывания наказания;
уметь понимать юридические последствия применения актов
амнистии и помилования; принимать правовые решения в соответствии с
положениями о судимости;
владеть навыками применения актов амнистии и помилования; решать
проблемные вопросы, связанные с состоянием судимости.
§ 1. Амнистия
Амнистия — это акт Государственной Думы Федерального Собрания
РФ об освобождении индивидуально не обозначенного круга лиц от уголовной ответственности и наказания, сокращении последнего или освобождении
их от других неблагоприятных для них уголовно-правовых последствий совершения ими (этими лицами) преступления.
Юридическая природа амнистии имеет двойственный характер. С
одной стороны, это государственно-правовой акт, так как в соответствии с
п. «е» ч. 1 ст. 103 Конституции РФ объявление амнистии относится к
компетенции, как было уже отмечено, одной из палат Федерального
Собрания РФ — Государственной Думы. Однако вряд ли справедливо
утверждать, что амнистия в связи с этим не является уголовно-правовым
актом473. Дело в том, что Конституция РФ определяет только компетенцию
принятия акта амнистии. Содержание же этого акта (разумеется, не
конкретного акта, а его общей регламентации) раскрывается в уголовном
законе (ст. 84 УК РФ). Таким образом, амнистия имеет как государственноправовую, так и уголовно-правовую природу474.
В соответствии со ст. 84 УК РФ амнистия объявляется в отношении индивидуально неопределенного круга лиц, не обозначенных персонально, т.е.
пофамильно (акты амнистии могут распространяться, например, на женщин,
на несовершеннолетних, на лиц старше определенного возраста и т.д.). Вместе с тем акт об амнистии применяется органами расследования, прокурором
или судом к конкретным лицам в связи с производством по уголовному делу.
Эти акты могут содержать предписания:
— об освобождении от уголовной ответственности лиц, совершивших
преступления;
Российское уголовное право. Т. 1. Общая часть / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай,
В.С. Комиссарова, А.И. Рарога. М., 2003. С. 559.
474
Курс российского уголовного права. Общая часть / под ред. В.Н. Кудрявцева,
А.В. Наумова. М., 2001. С. 688.
374
473
— об освобождении лиц, осужденных за совершение преступлений, от
наказания или от его дальнейшего отбывания;
— о сокращении назначенного наказания;
— о замене назначенного наказания более мягким;
— об освобождении от дополнительного наказания;
— о снятии судимости.
Акт амнистии не вносит изменений в уголовный закон, предусматривающий ответственность за то или иное преступление, т.е. в отношении соответствующих деяний, совершенных амнистированными лицами, не происходит декриминализации. Амнистия не ставит под сомнение ни законность,
ни обоснованность приговора суда. Амнистия лишь смягчает участь лиц, совершивших преступления, в т.ч. и осужденных, и означает проявление к ним
гуманности и милосердия со стороны государственной законодательной власти. По идее, амнистия должна охватывать тех, кто не совершил тяжкого
преступления и не приобрел репутации склонного к совершению таких преступлений. Амнистия — это не реабилитация, а акт милосердия.
Обычно амнистия объявляется по важным для государства, торжественным поводам. В советский период акты амнистии издавались обычно в связи
с очередными юбилеями Октябрьской революции 1917 г. (например, в связи
с ее 50-летием в 1967 г.); в постсоветские времена — это амнистии в связи с
50-, 55-, 60- и 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941—
1945 гг. (амнистии 1995, 2000, 2005, 2015 гг.)475.
Однако акты амнистии могут издаваться и по сугубо политическим мотивам. Пример этому — постановление Государственной Думы от 23 февраля 1994 г. № 65-Т ГД «Об объявлении политической и экономической амнистии» амнистировавшее активных участников известного августовского
(1991 г.) путча и не менее известных событий в октябре 1993 г. По первому
делу (о ГКЧП) расследование и судебный процесс шли очень трудно; тем не
менее они были нужны хотя бы для того, чтобы расставить точки над i,
чтобы в рамках судебного приговора было гласно установлено, что же всетаки случилось в те августовские дни, кто из главных действующих лиц и как
принимал во всем этом участие. Только приговор был способен подвести под
этими событиями юридическую и историческую черту.
Совсем иначе обстояло дело с юридической оценкой трагических событий 3—4 октября 1993 г., поскольку в отличие от предыдущих они были связаны с насилием и кровопролитием, допущенных обеими противоборствующими сторонами (вооруженный штурм «Останкино» и мэрии, снайперская
Акты амнистии были распространены в России в XVI—XVIII вв. Так, Стоглавый собор
1551 г. вынес решение об освобождении к празднику пасхи «тюремных сидельцев» (кроме
осужденных «за тяжкие вины» — убийство, разбой, зажигательство). В царствование Бориса Годунова, Михаила Федоровича и Алексея Михайловича обычными были манифесты
по поводу восшествия на престол; при Петре I — акты амнистии по поводу «важных викторий, одержанных нашими войсками», по поводу заключения мира, например, заключенного в 1720 г. с Швецией. См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть Общая.
Т. II. СПб., 1902. С. 1457—1458.
375
475
стрельба по собравшимся вокруг Белого дома, расстрел из танковых орудий
здания парламента и т.д.). Виновность в этом соответствующих лиц также
могла быть установлена лишь в ходе судебного разбирательства. Вот почему
в обоих случаях амнистия была принципиально не нужна. Однако разумеется, что возможные неудачные примеры амнистий не могут служить доказательством их принципиальной нецелесообразности. Профессионально грамотно подготовленная амнистия вполне способна нейтрализовать ее возможные негативные последствия и способствовать реализации принципов справедливости и гуманизма уголовного права.
Как уже отмечалось, акт амнистии сочетает в себе освобождение как от
уголовной ответственности, так и от наказания. Конкретное же содержание
амнистии определяется собственно в акте об амнистии. Так, постановлением
Государственной Думы Российской Федерации от 20 апреля 2005 г. № 1761IV ГД «Об объявлении амнистии в связи с 60-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов» в числе других категорий лиц, освобождаемых от наказания, были, например, освобождены от наказания в виде
лишения свободы независимо от назначенного срока ветераны Великой Отечественной войны и бывшие узники концлагерей, гетто, других мест принудительного содержания, созданных нацистской Германией и ее союзниками в
период Второй мировой войны. Этим же постановлением снималась судимость с лиц, освобожденных от наказания.
Постановление предписывало прекратить уголовные дела, находящиеся
в производстве органов дознания, органов предварительного следствия, а
также уголовные дела, находящиеся в производстве судов, по которым не начато судебное разбирательство, о преступлениях, совершенных до вступления в силу данного постановления лицами, освобожденными от наказания476.
Вместе с тем в акте об амнистии иногда может специально оговариваться его неприменение к отдельным категориям лиц. Например, постановление Государственной Думы от 26 мая 2000 г. № 398-IIIГД «Об объявлении
амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне
1941—1945 годов» (в редакции постановления Государственной Думы «О
внесении изменений в постановление Государственной Думы от 28 июня
2000 г. № 492-IIIГД „Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в
Великой Отечественной войне 1941—1945 годов“»)477 не распространяло
действие акта амнистии об освобождении от наказания и прекращении уголовных дел, находящихся в производстве, например, на лиц, осужденных за
перечисленные в постановлении тяжкие или особо тяжкие преступления (или
совершивших такие преступления); осужденных, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания; осужденных, освободившихся из мест лишения свободы в порядке помилования или в соответствии с актами об амнистии после 1994 г. и вновь совершивших умышленные преступления, а также на некоторые другие категории осужденных.
476
477
Российская газета. 2005. 26 апреля.
Российская газета. 2000. 20 июня.
376
Лица, подпадающие под действие акта об амнистии, освобождаются как
от основного, так и от дополнительного наказания, если оно не исполнено на
день вступления в силу акта об амнистии. Это касается и тех лиц, которым
основное наказание актом амнистии было сокращено.
Вместе с актом амнистии обычно принимается постановление (также
Государственной Думы) о порядке применения акта об амнистии, где прописывается механизм реализации этого акта и дается его официальное толкование. Так, например, постановление Государственной Думы от 20 апреля
2005 г. № 1764-IVГД «О порядке применения постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации „Об объявлении
амнистии в связи с 60-летием Победы в Великой Отечественной войне
1941—1945 годов“» определяло субъекты применения акта амнистии, давало
толкование понятия «ветераны Великой Отечественной войны» и других лиц,
на которых распространялась амнистия, а также определяло целый ряд других вопросов механизма реализации данного акта амнистии.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ акт амнистии является основанием прекращения уголовного преследования в отношении соответствующего подозреваемого или обвиняемого. При этом данное основание не является, как уже указывалось, реабилитирующим. В связи с этим согласно ч. 2
ст. 27 УПК РФ прекращение уголовного преследования вследствие акта амнистии не допускаемся, если подозреваемый или обвиняемый против этого
возражает.
Яркой иллюстрацией этого является дело генерала армии, Главкома
сухопутных войск МО СССР, Героя Советского Союза В.И. Варенникова,
обвиняемого по упоминавшемуся делу ГКЧП ни много ни мало как в измене
Родине (п. «а» ст. 64 УК РСФСР (1960 г.). Все обвиняемые по этому делу
(как и по делу, возбужденному в связи с событиями 3—4 октября 1993 г.)
приняли обращенный к ним акт амнистии за совершенные «преступления»
(постановление Государственной Думы от 23 февраля 1994 г. № 65-I ГД «Об
объявлении политической и экономической амнистии»), тем самым
юридически согласившись с предъявленным им обвинением. Все, кроме
В.И. Варенникова. В связи с этим его дело было рассмотрено Военной
коллегией Верховного Суда РФ, которая вынесла в отношении него
оправдательный приговор за отсутствием в его действиях состава преступления (на него Генеральная прокуратура РФ вынесла протест, который
постановлением Президиума Верховного Суда РФ был оставлен без
удовлетворения).
Очевидно, не будет преувеличением сказать, что народ наш в принципе
против амнистий, и они воспринимаются им не с восторгом. Подобное отношение к отечественным амнистиям возникло не на пустом месте. Люди
старшего поколения помнят печально знаменитую амнистию 1953 г., когда
после смерти И.В. Сталина государство выпустило на свободу не
политических заключенных — жертв сталинских репрессий, а отпетых
уголовников: насильников, воров и грабителей (молодежь может иметь
представление об этой амнистии по фильму «Холодное лето пятьдесят
377
третьего»). Эта амнистия привела к резкому росту насильственной и
корыстной преступности.
С «перебором» была проведена и хрущевская амнистия 1957 г. к 40летию Октябрьской революции. В брежневские времена амнистии
объявлялись более регулярно (обычно накануне больших праздников), но
при этом были гораздо умереннее предыдущих и не влияли серьезно на
динамику преступности. Однако последнее обстоятельство не смогло
поколебать в принципе устойчивого неприятия советскими людьми (ныне
российскими гражданами) амнистий.
§ 2. Помилование
Так же, как и амнистия, помилованиеимеет двойственную юридическую
природу — государственно-правовую и уголовно-правовую (ст. 89
Конституции РФ, ст. 85 УК РФ)478.
В отличие от акта амнистии помилование осуществляется в отношении
индивидуально определенного лица. Согласно п. «в» ст. 89 Конституции РФ
помилование осуществляет Президент РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 85 УК
РФ акт помилования применяется лишь к лицу, осужденному за преступление. Акт помилования может влечь для такого лица следующие уголовноправовые последствия:
— лицо может быть освобождено от дельнейшего отбывания наказания;
— назначенное ему наказание может быть сокращено;
— назначенное ему наказание может быть заменено более мягким;
— с лица, отбывшего наказание, может быть снята судимость.
Помилование не носит нормативного характера и распространяется на
индивидуально определенное лицо (ч. 1 ст. 85 УК РФ) или на нескольких
лиц, обозначенных поименно. Право Президента РФ на осуществление помилования не ограничено ни кругом лиц, ни категориями преступлений, ни
видами наказаний. Помилованным может быть любое лицо, в т.ч. и при
особо опасном рецидиве, и даже осужденный к смертной казни, которому
она в этом случае заменяется пожизненным лишением свободы на срок 25
лет (ст. 59 УК РФ). Помилование может применяться к лицам, осужденным
за любые преступления, даже за убийство при отягчающих обстоятельствах.
В соответствии с Указом Президента РФ от 28 декабря 2001 г. № 1500
«О комиссиях по вопросам помилования на территориях субъектов Российской Федерации» и утвержденным им Положением о порядке рассмотрения
Следует отметить, что государственно-правовой характер акта помилования и его уголовно-правовое содержание раскрывалось еще в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Так, в ст. 70 Уложения говорилось: «…помилование и прощение
виновных ни в коем случае не зависит от суда. Оно непосредственно исходит от верховной самодержавной власти и может быть лишь действием монаршего милосердия. Сила и
пространство действия сего милосердия, как изъятия из законов общих, определяются в
том самом высочайшем указе, коим смягчается участь виновных или же даруется им совершенное прощение».
378
478
ходатайств о помиловании в России установлен особый механизм реализации
конституционных полномочий Президента РФ по осуществлению
помилования, обеспечению участия органов государственной власти
субъектов Российской Федерации и общественности в рассмотрении вопросов, связанных с помилованием. Комиссии по вопросам помилования
(вместо ранее существовавшей общественной комиссии по делам о помиловании при Президенте РФ) образованы на территориях субъектов Российской
Федерации.
Помилование может применяться: в отношении лиц, осужденных
судами России к наказаниям, предусмотренным уголовным законом, и
отбывающим наказание на территории РФ; в отношении лиц, осужденных
судами иностранного государства, отбывающих наказание на территории
России в соответствии с договорами РФ; в отношении лиц, отбывших
назначенное судом наказание и имеющих неснятую судимость.
При этом помилование, как правило, не применяется в отношении осужденных, совершивших умышленное преступление в период назначенного судом испытательного срока условного осуждения, злостно нарушающих установленный порядок отбывания наказания, ранее освобождавшихся от отбывания наказания условно-досрочно либо по амнистии или ранее освобождавшихся от отбывания наказания актом помилования, а также в отношении лиц,
которым ранее производилась замена назначенного судом наказания более
мягким наказанием.
При рассмотрении ходатайств о помиловании принимаются во внимание: характер и степень общественной опасности совершенного преступления; поведение осужденного во время отбывания или исполнения наказания;
срок отбытого (исполненного) наказания; возмещение материального
ущерба, причиненного преступлением; состояние здоровья осужденного, его
семейное положение, возраст, количество у него судимостей и другие обстоятельства, которые комиссия сочтет существенными для рассмотрения
ходатайств.
Такое ходатайство, обращенное к Президенту РФ, должно быть
составлено осужденным в письменной форме, зарегистрировано администрацией учреждения или органа, исполняющего наказание, и направлено (с приложением необходимых документов) в территориальный орган Минюста РФ,
откуда оно направляется в комиссию по вопросам помилования. Комиссия не
позднее чем через 30 дней со дня получения ходатайства о помиловании
представляет высшему должностному лицу субъекта Российской Федерации
(руководителю высшего исполнительного органа государственной власти
субъекта Российской Федерации) заключение о целесообразности применения акта помилования в отношении заявителя ходатайства о помиловании.
Это высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации не позднее
чем через 15 дней со дня получения ходатайства о помиловании и заключения комиссии вносит Президенту РФ представление о целесообразности
применения акта помилования в отношении заявителя.
379
Указ Президента ПФ о помиловании в течение 2 дней после его издания
направляется высшему должностному лицу субъекта РФ, в Министерство
внутренних дел РФ, территориальный орган юстиции, администрации учреждения, исполняющего наказание в отношении заявителя. Об отклонении
Президентом РФ ходатайства о помиловании осужденный (заявитель ходатайства) уведомляется письменно высшим должностным лицом субъекта
Российской Федерации либо по его поручению председателем комиссии по
помилованию. Повторное рассмотрение обращения осужденного допускается
не ранее чем через 1 год (за исключением случаев возникновения новых обстоятельств, имеющих существенное значение для вынесения акта помилования).
Как и акт амнистии, акт помилования — это проявление со стороны государства гуманизма и снисходительности по отношению к осужденным.
§ 3. Судимость
Обвинительный приговор с применением наказания порождает особое
уголовно-правовое последствие — судимость, которое определяет особое
правовое положение лица, признанного судом виновным в совершении преступления и осужденного к уголовному наказанию. Уголовно-правовое значение судимости для осужденного возникает лишь при совершении им нового преступления. Это значение проявляется в следующем:
— учитывается в качестве отягчающего наказание обстоятельства при
рецидиве преступлений (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ);
— влечет за собой особый порядок назначения наказания при рецидиве,
опасном и особо опасном рецидиве (ст. 68 УК РФ);
— служит препятствием для освобождения лица от уголовной ответственности и наказания (ч. 1 ст. 75, ст. 76, 80¹ УК РФ);
— судимость за преступления определенной категории (тяжкие и особо
тяжкие) увеличивает размер фактически отбытого осужденным срока для
решения вопроса о его условно-досрочном освобождении (п. «б» и «в» ч. 3
ст. 79 УК РФ);
— судимость за преступление определенной тяжести (небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие) влияет на исчисление сроков
давности обвинительного приговора (ч. 1 ст. 83 УК РФ);
— осуждение за преступление определенной категории влияет на выбор
судом вида исправительного учреждения для отбывания лицом назначенного
наказания (ст. 58 УК РФ).
Судимость порождает общеправовые и общесоциальные неблагоприятные для осужденного последствия. Во-первых, судимость лица может
явиться препятствием для занятия им некоторых должностей (например,
прокуроров, следователей, судей и т.д.). Лица, осужденные, например, за корыстные преступления, не допускаются к занятию должностей, связанных с
распоряжением материальными ценностями. Во-вторых, над некоторыми ка380
тегориями судимых устанавливается контроль со стороны органов внутренних дел (ст. 183 УИК РФ).
Состояние судимости длится определенное время, что регулируется
ст. 86 УК РФ. В соответствии с ней лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора в
законную силу до момента погашения или снятия судимости.
В соответствии с ч. 2 ст. 86 УК РФ лицо, освобожденное от наказания за
совершенное преступление, считается не имеющим судимости.
Закон предусматривает два способа прекращения судимости — ее погашение и снятие.
Погашение судимости означает автоматическое прекращение ее действия (ее уголовно-правового последствия) по истечении установленного уголовным законом срока, т.е. без принятия особого решения суда по этому вопросу. Судимость погашается:
— в отношении условно-осужденных — по истечении испытательного
срока;
— в отношении лиц, осужденных к более мягким наказаниям, чем лишение свободы, — по истечении 1 года после отбытия наказания;
— в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за преступления
небольшой или средней тяжести, — по истечении 3 лет после отбытия
наказания;
— в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за тяжкие преступления, — по истечении 6 лет после отбытия наказания;
— в отношении лиц, осужденных за особо тяжкие преступления, — по
истечении 8 лет после отбытия наказания.
В ч. 4 ст. 86 УК предусмотрены правила исчисления сроков погашения
судимости при досрочном освобождении от отбывания наказания и при замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. В этих случаях срок погашения судимости исчисляется исходя из фактически отбытого
срока наказания с момента освобождения от отбывания основного и дополнительного видов наказания.
Снятие судимости означает прекращение этого состояния до истечения
установленных законом сроков погашения судимости. Поскольку согласно
действующему УК РФ истечение сроков погашает судимость любых лиц независимо от тяжести преступления, вида и размера наказания, то снятие судимости судом может быть только досрочным.
Согласно ч. 5 ст. 86 УК РФ основанием досрочного снятия судимости
является безупречное поведение осужденного после отбытия наказания. Закон не устанавливает обязательных сроков, по истечении которых судимость
может быть снята, однако обычно суды рассматривают этот вопрос по истечении половины срока погашения судимости.
Обращаться в суд с ходатайством о досрочном снятии судимости может
только сам осужденный (прежде это могли делать и общественные организации).
381
Как следует из материалов дела, К. освобождена из мест лишения
свободы 1 сентября 2004 г., а 17 августа 2005 г. родила дочь, погасила
гражданский иск. По месту жительства она характеризуется
положительно, к административной ответственности не привлекалась.
Судом сделан обоснованный вывод о том, что отсутствие каких-либо
нарушений со стороны К., а также ее желание воспитывать дочь,
трудоустроиться и проживать постоянно со своей матерью
свидетельствуют о ее устойчивом безупречном поведении. В соответствии
с ч. 5 ст. 86 УК РФ суд должен проверить факт безупречного поведения
лица, обратившегося в суд с ходатайством о досрочном снятии судимости,
в период после отбытия наказания. При таких обстоятельствах судебные
решения о снятии с К. судимости по приговору Челябинского областного
суда от 27 июня 2002 г. являются законными и обоснованными и оснований
для их отмены не имеется479.
До истечения установленного законом срока судимость может быть
снята не только судом, но и органами государственной власти. Согласно ч. 2
ст. 84 УК РФ с лиц, отбывших наказание, актом амнистии может быть снята
судимость. Такую же возможность закон предусматривает и в случае помилования лица, отбывшего наказание (ч. 2 ст. 85 УК РФ).
Независимо от порядка (судебного или несудебного) досрочное снятие
судимости, также как и ее погашение истечением установленных сроков,
полностью аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью
(ч. 6 ст. 86 УК РФ). Погашенная или снятая судимость не может учитываться
ни при квалификации нового преступления, ни при назначении за него наказания480.
Литература
1. Гришко А.Я., Потапов А.М. Амнистия. Помилование. Судимость. М.,
2009.
2. Елинский А.В. Амнистия и помилование в практике Конституционного
Суда РФ. М., 2011.
3. Марогулова И.Л. Амнистия и помилование в российском
законодательстве. М., 1998.
4. Понятовская Т.Г., Шаутаева Г.Х. Правовое значение судимости.
Ижевск, 2003.
5. Сотников С.А. Амнистия в уголовном праве России. М., 2010.
479
480
БВС РФ. 2008. № 2. С. 22.
БВС РФ. 2011. № 10. С. 9.
382
тема
20.
УГОЛОВНАЯ
НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В результате изучения студент должен:
знать особенности уголовной ответственности и наказания
несовершеннолетних; правила назначения наказаний несовершеннолетним;
основания применения принудительных мер воспитательного воздействия
при освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности или
наказания; содержание принудительных мер воспитательного воздействия
назначаемых несовершеннолетним;
уметь применять уголовно-правовые нормы при привлечении
несовершеннолетних к уголовной ответственности или назначении им
наказания либо освобождении от уголовной ответственности или
наказания, посредством применения принудительных мер воспитательного
воздействия;
владеть
навыками
применения
действующего
уголовного
законодательства и судебной практики при определении оснований и
пределов уголовной ответственности несовершеннолетних, назначении
уголовного наказания; освобождения несовершеннолетних от уголовной
ответственности или наказания путем применения принудительных мер
воспитательного воздействия.
§ 1. Понятие несовершеннолетнего в уголовном праве
Согласно Минимальным стандартным правилам ООН относительно
осуществления судопроизводства в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила)481, несовершеннолетний – это ребенок или молодой человек,
который в рамках существующей правовой системы может быть привлечен
за правонарушение к ответственности в такой форме, которая отличается от
формы ответственности, применимой к взрослому. Согласно ч. 1 ст. 87 УК
РФ, несовершеннолетним признается лицо, достигшее к моменту
совершившее преступление возраста 14-ти лет, но не достигшее 18-ти лет.
Установленные возрастные границы имеют важное юридическое
значение, т.к. достижение лицом возраста 18-лет, исключает возможность
применять нормы гл. 14 УК РФ, определяющие особенности уголовной
ответственности и наказания несовершеннолетних и являющиеся более
специальными и привилегирующими по отношению к другим нормам Общей
части УК РФ.
В исключительных случаях положения гл. 14 УК РФ могут быть
применены к лицам в возрасте от 18 до 20 лет, при обязательном соблюдении
указанных в законе условий:
— эти лица не помещаются в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа либо воспитательную колонию;
481
UN Res/40/33. 1985. 29 November.
383
— суд должен учесть характер совершенного лицом преступления и
особенности личности виновного.
Специфика уголовно-правовых норм гл. 14 УК РФ основывается на
социальных
и
психологических
особенностях
личности
несовершеннолетнего. Эмоциональность, несформированность личности,
зависимость поведения от мнения старших по возрасту лиц, стремление к
самоутверждению, неустойчивость характера учитываются законодателем
при определении пределов уголовной ответственности и наказания
несовершеннолетних.
В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г.
«О судебной практике применения законодательства, регламентирующего
особенности
уголовной
ответственности
и
наказания
482
несовершеннолетних»
(далее – ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1)
говорится,
что
правосудие
в
отношении
несовершеннолетних
правонарушителей должно быть направлено на то, чтобы применяемые к ним
меры воздействия обеспечивали максимально индивидуальный подход к
исследованию обстоятельств совершенного деяния и были соизмеримы как с
особенностями их личности, так и с обстоятельствами совершенного деяния,
способствовали предупреждению экстремистских противозаконных действий
и
преступлений
среди
несовершеннолетних,
обеспечивали
их
ресоциализацию, а также защиту законных интересов потерпевших.
По мнению исследователей, государственная уголовно-правовая политика в отношении несовершеннолетних преступников должна быть направлена к всестороннему обеспечению прав и интересов ребенка нормами уголовного права и осуществляться, в частности, по следующим направлениям:
— дальнейшая гуманизация уголовного законодательства по борьбе с
преступлениями несовершеннолетних;
— приоритетное использование мер воспитательного характера в отношении несовершеннолетних, впервые совершивших преступления небольшой или средней тяжести;
— максимальное использование в отношении несовершеннолетних, совершающих преступления, уголовно-правовых мер, не связанных с изоляцией от общества;
— обеспечение уголовно-правовыми средствами всех юридических
льгот несовершеннолетних, гарантированных Конвенцией ООН о правах
ребенка 1989 г.483.
1 июня 2012 г. указом Президентом РФ № 761 утверждена
Национальная стратегия действий в интересах детей на 2012-2017 гг.484,
одним из основных направлений реализации которой предусматривается
БВСРФ. 2011. № 4. С. 2.
Волошин В.М. Уголовно-правовая политика России в отношении несовершеннолетних
правонарушителей и роль ответственности в ее реализации: автореф. дисс. … д-ра юрид.
наук. Екатеринбург, 2008. С. 23—26.
484
СЗ РФ. 2012. № 23. Ст. 2994.
384
482
483
создание дружественного к ребенку правосудия, под которым
подразумеваются система гражданского, административного и уголовного
судопроизводства, гарантирующая уважение прав ребенка и их эффективное
обеспечение с учетом принципов, закрепленных в рекомендациях Совета
Европы по правосудию в отношении детей, а также с учетом возраста,
степени зрелости ребенка и понимания им обстоятельств дела.
Термин «дружественное к ребенку правосудие» предполагает защиту
прав и интересов несовершеннолетних от противоправных посягательств, с
одной стороны, и максимально возможное благоприятное отношение к
несовершеннолетним правонарушителям по сравнению со взрослыми – с
другой485.
§ 2. Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних
Особенности
уголовной
ответственности
и
наказания
несовершеннолетних заключаются в следующем:
1. Сокращен перечень видов наказаний, применяемых к несовершеннолетним: штраф, лишение права заниматься определенной деятельностью,
обязательные работы, исправительные работы, ограничение свободы,
лишение свободы на определенный срок (ч. 1 ст. 88 УК РФ).
2. Существенно снижены максимально возможные размеры наказания и
снижен минимальный порог наказуемости за тяжкие и особо тяжкие
преступления,совершенные в возрасте до 18 лет (ч. 61 ст. 88 УК РФ).
3. Существенно ограничена возможность назначения наказания в виде
лишения свободы. Так, наказание в виде лишения свободы не назначается
лицу, впервые совершившему преступление небольшой или средней тяжести
в возрасте до 16 лет, а также всем несовершеннолетним, совершившим
впервые преступление небольшой тяжести (ч. 6 ст. 88 УК РФ).
4. Несовершеннолетние, осужденные к лишению свободы, отбывают
наказание в воспитательной колонии.
5. В отношении лица совершившего преступление в возрасте до 18 лет,
не применяются правила определения верхней границы окончательного
наказания по совокупности преступлений и совокупности приговоров.
6. Расширена возможность применения к несовершеннолетним условного осуждения (ч. 62 ст. 88 УК РФ).
7. Помимо общеуголовных оснований освобождения от уголовной
ответственности и наказания, к несовершеннолетним могут применяться
специальные виды освобождения от уголовной ответственности и наказания,
связанные с применением принудительных мер воспитательного
воздействия(ст. 90 и 92 УК РФ).
Косевич Н.Р. Уголовная политика в отношении несовершеннолетних как составная
часть социальной политики Российской Федерации по защите детства // Российский судья.
2014. № 2. С. 19-23.
385
485
8. Сроки давности уголовной ответственности и обвинительного приговора суда за преступления, сокращены вдвое (ст. 94 УК РФ).
По делу установлено, что 15 февраля 1993 г. К. был осужден по ст. 103
УК РФ РСФСР (1960 г.) к пяти годам лишения свободы. 21 марта 1996 г. он
освобожден условно-досрочно на один год шесть месяцев семнадцать дней.
В этот период К. совершил новое преступление (ч. 3 ст. 213 УК РФ), за
которое осужден 18 марта 1998 г. Ему назначено наказание по
совокупности приговоров с применением ст. 41 УК РФ РСФСР, т.е. с
учетом неотбытого наказания за ранее совершенное умышленное убийство.
Очередное убийство (ч. 2 ст. 105 УК РФ) К. совершил в исправительной
колонии 5 июня 1999 г., до отбытия наказания за предыдущее убийство.
В соответствии с п. «б» ст. 95 УК РФ судимость К. по ст. 103 УК РФ
РСФСР (1960 г.) должна погашаться через три года после отбытия
наказания, назначенного по приговору от 18 марта 1998 г. Судебная коллегия
по уголовным делам Верховного Суда РФ указала в определении, что
поскольку он был судим по ст. 103 УК РФ РСФСР (ч. 1 ст. 105 УК РФ) к
пяти годам лишения свободы в несовершеннолетнем возрасте, то в
соответствии с п. «б» ст. 95 УК РФ судимость К. за это преступление
погашена. Таким образом, требования, предусмотренные п. «б» ст. 95 УК
РФ, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ были
нарушены. Президиум Верховного Суда РФ определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ отменил, а дело направил на новое
кассационное рассмотрение486.
9. Судимость за умышленное преступление любой степени тяжести, совершенные в несовершеннолетнем возрасте, не учитывается при признании
рецидива преступлений (ч. 4 ст. 18 УК РФ).
В п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ определены условия отбывания наказания в
исправительных колониях строгого режима. Осужденные П. и Л. ни к одной
из указанных категорий лиц не относятся, поскольку П. и Л. имеют
судимости за преступления, совершенные в возрасте до 18 лет, из приговора
исключено указание о наличии в их действиях рецидива преступлений, а
отбывание наказания им назначено в исправительной колонии общего
режима как лицам, совершившим преступление до введения в действие УК
РФ487.
10. Сокращены сроки фактического отбывания наказания при
применении условно-досрочного освобождения (ст. 93 УК РФ).
11.
Несовершеннолетний,
достигший
возраста
уголовной
ответственности, вследствие отставания в психическом развитии, не
связанном с психическим расстройством, во время совершения преступления
не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную
опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, не подлежит
уголовной ответственности (ч. 3 ст. 20 УК РФ).
486
487
БВС РФ. 2001. № 1. С. 10.
БВС РФ. 1998. № 9. С. 5
386
В соответствии с п. 14 ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1, вопрос о том,
подлежит ли уголовной ответственности лицо, достигшее возраста,
предусмотренного ч. 1 и 2 ст. 20 УК РФ, но имеющее не связанное с
психическим расстройством отставание в психическом развитии,
ограничивающее его способность в полной мере осознавать фактический
характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо
руководить ими, решается судом исходя из положений ч. 3 ст. 20 УК РФ на
основе материального и процессуального закона.
При наличии данных, свидетельствующих об отставании в психическом
развитии несовершеннолетнего, в силу ст. ст. 195, 196 и ч. 2 ст. 421 УПК РФ
следует назначать комплексную психолого-психиатрическую экспертизу в
целях решения вопроса о его психическом состоянии и способности
правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного
дела. При этом перед экспертами должен быть поставлен вопрос о влиянии
психического состояния несовершеннолетнего на его интеллектуальное
развитие с учетом возраста.
Психическое расстройство несовершеннолетнего, не исключающее
вменяемости, учитывается судом при назначении наказания в качестве
смягчающего обстоятельства и может служить основанием для назначения
принудительных мер медицинского характера.
Описанные выше особенности привлечения к уголовной ответственности и назначения наказания продиктованы психофизическими особенностями
личности несовершеннолетнего преступника и необходимостью реализации
воспитательных целей. На это обстоятельство указывается и в п. 1 ППВС РФ
от 1 февраля 2011 г. № 1, где сказано, что правовая защита
несовершеннолетнего
предполагает
необходимость
выявления
обстоятельств, связанных с условиями жизни и воспитания каждого
несовершеннолетнего, состоянием его здоровья, другими фактическими
данными, а также с причинами совершения уголовно наказуемых деяний, в
целях вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора,
принятия других предусмотренных законом мер для достижения
максимального воспитательного воздействия судебного процесса в
отношении несовершеннолетних.
§ 3. Особенности назначения наказания несовершеннолетним
Согласно ст. 89 УК РФ и п. 17 ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1, при
назначении наказания несовершеннолетнему наряду с обстоятельствами,
предусмотренными ст. 6 и 60 УК РФ, следует учитывать следующие условия:
— условия жизни несовершеннолетнего;
— условия воспитания несовершеннолетнего;
— уровень психофизического развития несовершеннолетнего;
— степень и меру влияния на несовершеннолетнего старших по возрасту
лиц;
387
— иные особенности личности несовершеннолетнего, оказывающие
влияние на назначение наказания.
В ч. 1 ст. 88 УК РФ указан перечень видов наказаний назначаемых несовершеннолетним, среди них: штраф, лишение права заниматься определенной деятельностью, обязательные работы, исправительные работы,
ограничение свободы и лишение свободы на определенный срок.
В п. 17 ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 специально указано, что
наказание несовершеннолетнему в виде лишения свободы суд вправе
назначить только в случае признания невозможности его исправления без
изоляции от общества, с приведением мотивов принятого решения.
Если несовершеннолетнему не может быть назначено наказание в виде
лишения свободы, а санкция статьи Особенной части Уголовного кодекса
России, по которой он осужден, не предусматривает иного вида наказания,
подлежит назначению другой, более мягкий вид наказания с учетом
положений ст. 88 УК РФ. В этом случае ссылки на ст. 64 УК РФ не
требуется.
Штраф несовершеннолетнему преступнику может быть назначен в размере от 1 до 50 тыс. руб. либо в размере заработной платы или иного дохода
осужденного несовершеннолетнего за период от 2 недель до 6 месяцев.
Минимальный размер штрафа, назначенного судом несовершеннолетнему, не
может быть меньше одной тысячи рублей либо размера заработной платы
или иного дохода несовершеннолетнего за период менее двух недель
независимо от наличия у него самостоятельного заработка или имущества, на
которое может быть наложено взыскание
Верховный Суд РФ указал, что в соответствии с ч. 2 ст. 88 УК РФ
максимально возможный размер штрафа, который может назначаться
несовершеннолетнему как за каждое преступление, так и по их
совокупности, составляет пятьдесят тысяч рублей.
В решении по делу Ш., суд назначая наказание осужденному по
совокупности преступлений в виде лишения свободы со штрафом не учел
требования ч. 2 ст. 88 УК РФ, согласно которым штраф
несовершеннолетнему осужденному назначается в размере от одной
тысячи до пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или
иного дохода несовершеннолетнего осужденного за период от двух недель до
шести месяцев. Исходя из положений УК РФ максимально возможный
размер штрафа, который может быть назначен несовершеннолетнему
осужденному как за каждое преступление, так и по их совокупности,
составляет пятьдесят тысяч рублей, однако, вопреки этому, суд на
основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, применив
принцип частичного сложения, назначил Ш. дополнительное наказание в
виде штрафа в размере ста пятидесяти тысяч рублей488.
Штраф назначается как при наличии у несовершеннолетнего
осужденного самостоятельного заработка или имущества, на которое может
488
БВС РФ. 2014. № 10. С. 31.
388
быть обращено взыскание, так и при отсутствии таковых. Штраф,
назначенный несовершеннолетнему осужденному, по решению суда может
взыскиваться с его родителей или иных законных представителей с их
согласия. Такое решение может быть принято и по их ходатайству после
вступления приговора в законную силу в порядке, предусмотренном ст. 399
УПК РФ. Суд всегда должен удостовериться в добровольности согласия и
платежеспособности таких лиц, а также разъяснить последствия
неисполнения судебного решения о взыскании штрафа.
В случае злостного уклонения несовершеннолетнего осужденного от
уплаты штрафа, назначенного в качестве основного наказания, он в
соответствии с ч. 5 ст. 46 УК РФ заменяется другим видом наказания с
учетом положений ст. 88 УК РФ.
Лишение права заниматься определенной деятельностью состоит в
запрещении заниматься определенной профессиональной либо иной деятельностью. Этот вид наказания может назначаться несовершеннолетнему судом
как основной вид наказания на срок от 1 года до 5 лет, так и как
дополнительный вид наказания, если оно не предусмотрено статьей
Особенной части УК РФ, если с учетом характера и степени общественной
опасности совершенного преступления, а также личности несовершеннолетнего суд признает невозможным сохранения за ним права заниматься определенной деятельностью (ч. 3 ст. 47 УК РФ). Продолжительность
лишения права заниматься определенной деятельностью, назначенного в качестве дополнительного вида наказания, составляет от 6 месяцев до 3 лет.
Назначение несовершеннолетним наказания в виде лишения права
заниматься
определенной
деятельностью
дополнительно
не
регламентируется положениями главы 14 УК РФ, ограничиваясь нормами ст.
47 УК РФ.
Обязательные работы несовершеннолетним назначаются на срок от 40
до 160 часов и заключаются в выполнении работ, посильных для
несовершеннолетнего и исполняются в свободное от учебы или основной
работы время. В соответствии с ч. 3 ст. 88 УК РФ, особенность исполнения
обязательных работ связана с возрастом несовершеннолетнего:
— продолжительность исполнения этого наказания для лиц младше 15ти лет – до 2 часов в день;
— в возрасте от 15-ти до 16-ти лет – не более 3 часов в день;
— в возрасте от 16-ти до 18-ти лет отбывают наказание в объеме, установленном для взрослых, т.е. – не свыше 4 часов в день.
Исправительные работы могут быть применены лишь к той категории
несовершеннолетних осужденных, исправление которых возможно с
помощью общественно полезного труда без изоляции от общества.
При назначении исправительных работ следует учитывать, как
назначенное наказание повлияет на учебу несовершеннолетнего, его
поведение в быту, семье.
Назначение наказания в виде исправительных работ, в соответствии с ч.
4 ст. 88 УК РФ, возможно и в отношении несовершеннолетнего, проходящего
389
обучение в общеобразовательных учреждениях, учреждениях начального
профессионального,
среднего
профессионального,
высшего
профессионального образования, кроме тех случаев, когда его исполнение
может реально препятствовать продолжению обучения, например при очной
форме обучения.
По общему правилу исправительные работы могут быть назначены
несовершеннолетнему, достигшему возраста 16 лет, на срок от двух месяцев
до одного года, а в случаях, предусмотренных ч. 2 и ч. 3 ст. 63 Трудового
кодекса РФ, и несовершеннолетнему, достигшему возраста 15 и 14 лет
соответственно.
Ограничение свободы назначается несовершеннолетним осужденным в
виде основного наказания на срок от двух месяцев до двух лет.
Несовершеннолетние К. и Т. признаны виновными в совершении
действий сексуального характера с применением насилия и угрозой
применения насилия к потерпевшей, группой лиц, в отношении
несовершеннолетней, и им было назначено наказание в виде лишения свободы
с ограничением свободы на 1 год с установлением определенных ограничений
и обязанностей.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, проверив
материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционного представления,
изменила приговор по следующим основаниям.
При назначении наказания лицам, совершившим преступления в
несовершеннолетнем возрасте, суду следует руководствоваться не только
санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ и нормами об
отдельных видах наказаний, но и требованиями гл. 14 УК РФ,
предусматривающими
особенности
наказания
несовершеннолетних,
которые подлежат применению в том случае, когда они противоречат
нормам гл. 9 УК РФ.
Так, хотя ст. 53 УК РФ не предусматривает особенности применения
наказания в виде ограничения свободы в отношении лиц, которым ко
времени совершения преступления не исполнилось восемнадцати лет, в ст.
88 УК РФ о видах наказаний, назначаемых несовершеннолетним, указано,
что ограничение свободы назначается несовершеннолетним осужденным в
виде основного наказания на срок от 2 месяцев до 2 лет. Иных случаев
назначения несовершеннолетним лицам наказания в виде ограничения
свободы в законе не предусмотрено.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия изменила приговор и
исключила назначение осужденным дополнительного наказания в виде
ограничения свободы489.
В п. 24 ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 указано, что положения ч. 3
ст. 49, ч. 4 ст. 50 и ч. 5 ст. 53 УК РФ о замене наказания в виде обязательных
работ, исправительных работ, ограничения свободы в случае злостного
уклонения от их отбывания наказанием в виде лишения свободы следует
489
Архив Верховного Суда РФ. Апелляционное определение № 56-АПУ13-42.
390
применять к несовершеннолетним осужденным с учетом их личности, а
также причин злостного уклонения от отбывания наказания при признании
невозможным их исправления без изоляции от общества и с приведением
мотивов принятого решения. При этом положения указанных норм
неприменимы к тем категориям несовершеннолетних осужденных, которым
в соответствии с ч. 6 ст. 88 УК РФ не может быть назначено наказание в виде
лишения свободы.
При назначении наказания в виде лишения свободы его срок
дифференцирован в зависимости от возраста несовершеннолетнего.
1. Наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до 16-ти лет преступление небольшой или средней тяжести впервые, а также остальным
несовершеннолетним, совершившим преступления небольшой тяжести
впервые (ч.6 ст. 88 УК РФ).
Так, по приговору Ленинского районного суда Еврейской автономной
области П., 20 сентября 1989 года рождения, несудимый, осужден по п. «б»
ч. 2 ст. 158 УК РФ к одному году лишения свободы, на основании ст. 73 УК
РФ – условно с испытательным сроком один год. Он признан виновным в
том, что 10 августа 2005 г. совершил кражу с незаконным проникновением в
помещение.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 июля
2006 г. приговор изменила, указав следующее. Виновность П. в совершении
кражи чужого имущества с незаконным проникновением в помещение
подтверждена материалами дела. Вместе с тем судебные решения по
данному делу подлежат изменению в связи с неправильным назначением П.
наказания. Согласно ч. 6 ст. 88 УК РФ, наказание в виде лишения свободы не
может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему
в возрасте до шестнадцати лет преступление небольшой или средней
тяжести впервые. Таким образом, по смыслу закона указанной категории
осужденных не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, в
том числе и условно.
Из материалов дела следует, что на момент совершения кражи П. не
достиг возраста шестнадцати лет. С учетом изложенного Судебная
коллегия смягчила П. наказание по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ до шести
месяцев исправительных работ с удержанием 10 % заработка в доход
государства и применила к нему требования ст. 73 УК РФ – условное
наказание с испытательным сроком один год. Кроме того, согласно п. 4
Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 19
апреля 2006 г. «Об объявлении амнистии в связи со 100-летием учреждения
Государственной Думы в России», П. от наказания освобожден490.
2.
Несовершеннолетним
осужденным,
совершившим
тяжкие
преступления в возрасте до 16 лет, независимо от времени вынесения
приговора как за отдельное тяжкое преступление, так и по их совокупности
490
БВС РФ. 2007. № 1. С. 7.
391
не может быть назначено наказание на срок свыше шести лет лишения
свободы (ч. 6 ст. 88 УК РФ)491.
3. Несовершеннолетним осужденным, совершившим особо тяжкие
преступления в возрасте до 16 лет, независимо от времени вынесения
приговора как за отдельное особо тяжкое преступление, так и по их
совокупности, в том числе по совокупности приговоров, не может быть
назначено наказание на срок свыше десяти лет лишения свободы.
4. Иным категориям осужденных наказание в виде лишения свободы не
должно превышать десяти лет лишения свободы.
5. При назначении несовершеннолетнему лицу наказания в виде лишения свободы за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления низший предел наказания, предусмотренный соответствующей статьей Особенной части УК РФ, сокращается наполовину (ч. 61 ст. 88 УК РФ).
Положения ч. 61 ст. 88 УК РФ о сокращении нижнего предела наказания,
предусмотренного соответствующими статьями Особенной части УК РФ,
относятся к наказанию за совершение тяжкого либо особо тяжкого
преступления в виде лишения свободы и на иные виды наказания, не
распространяются.
Несовершеннолетние, осужденные к лишению свободы, отбывают наказание в воспитательных колониях. Лицо, совершившее преступление в несовершеннолетнем возрасте, но к моменту вынесения приговора достигшее совершеннолетия и осужденное к лишению свободы, подлежит направлению
для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима не зависимо от категорий преступления492.
Основной акцент при отбывании наказании в воспитательных колониях
сделан на процесс воспитания несовершеннолетних. Это положение вытекает
из ч. 7 ст. 88 УК РФ, где говорится о необходимости учета личности несовершеннолетнего осужденного со стороны органа, исполняющего наказание.
Несовершеннолетний Д. совершил преступление (хулиганство) впервые.
Он чистосердечно признал вину, раскаялся в содеянном, явившись с
повинной; до случившегося ни в чем предосудительном замечен не был.
Педагогический совет средней школы, в которой учился Д., просил суд
применить к нему условное осуждение, оставив для перевоспитания в
ученическом коллективе; это ходатайство в судебном заседании поддержал
представитель школы. Родители Д. также имеют возможность более
активно влиять на сына. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного
Суда РФ пришла к выводу, что все эти данные свидетельствуют о
возможности исправления и перевоспитания Д. без изоляции от
общества493.
В случае совершении нескольких преступлений, одни из которых были
совершены в возрасте до 18 лет, а другие – по достижении 18 лет, суду
БВС РФ. 2011. № 12. С. 14.
БВС РФ. 2001. № 3. С. 18.
493
БВС РСФСР. 1977. № 9. С. 12.
491
492
392
надлежит
учитывать,
что
за
преступления,
совершенные
в
несовершеннолетнем возрасте, наказание должно быть назначено с учетом
положений ст. 88 УК РФ, а за преступления, совершенные в
совершеннолетнем возрасте, - в пределах санкций статей Особенной части
УК РФ, установленных за соответствующие преступления. В этом случае при
назначении окончательного наказания применяются правила назначения
наказания по совокупности преступлений без учета положений ст. 88 УК РФ.
Условное осуждение. В отношении несовершеннолетних существенно
расширена возможность применения условного осуждения. В соответствии с
ч. 6.2 ст. 88 УК РФ в случае, если несовершеннолетний осужденный, которому назначено условное осуждение, совершил в течение испытательного
срока новое преступление, не являющееся особо тяжким, суд с учетом обстоятельств дела и личности виновного может повторно принять решение об
условном осуждении, установив новый испытательный срок и возложив на
условно осужденного исполнение определенных обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ. При этом испытательный срок по каждому из приговоров исчисляется самостоятельно в рамках постановленных приговоров,
которые также исполняются самостоятельно.
С учетом положений ч. 5 ст. 73 УК РФ при наличии сведений о
злоупотреблении
несовершеннолетним
осужденным
алкоголем,
наркотическими или токсическими веществами суд вправе обязать его
пройти обследование в наркологическом диспансере в сроки, установленные
специализированным органом, осуществляющим исправление осужденного,
а при необходимости и отсутствии противопоказаний - пройти курс лечения
от алкоголизма (наркомании, токсикомании).
При условном осуждении несовершеннолетнего помимо обязанностей,
предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ, суд в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»494, при наличии к тому
оснований вправе обязать несовершеннолетнего осужденного пройти курс
социально-педагогической
реабилитации
(психолого-педагогической
коррекции)
в
учреждениях,
оказывающих
педагогическую
и
психологическую помощь гражданам (обучающимся, воспитанникам, детям),
имеющим отклонения в развитии. Возложение на несовершеннолетнего
обязанности возвратиться в образовательное учреждение для продолжения
обучения возможно только при наличии положительного заключения об этом
психолого-медико-педагогической
комиссии
органа
управления
образованием.
§ 4. Особенности освобождения несовершеннолетних от уголовной
ответственности и наказания
494
СЗ РФ. 1999. № 26. Ст. 3177 (в действ. ред.).
393
УК РФ в качестве видов освобождения несовершеннолетнего от
уголовной ответственности и наказания предусматривает:
— общеуголовные основания освобождения от уголовной ответственности и наказания (ст. 75, 76, 762, 78, 79—83 УК РФ);
— специальные основания освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания – принудительные меры воспитательного воздействия, назначаемые в случае, если цели наказания могут быть
достигнуты их применением (ч. 3 ст. 20 и ст. 92—95 УК РФ).
К особенностям освобождения от уголовной ответственности и
наказания несовершеннолетних относятся следующие:
1. В ч. 1 ст. 90 и ч. 1 ст. 92 УК РФ указано, что несовершеннолетний,
совершивший преступление небольшой или средней тяжести, может быть
освобожден от уголовной ответственности или наказания, с применением
принудительных мер воспитательного воздействия,перечень которых
приводится в ч. 2 ст. 90 УК РФ.
В п. 31 ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 указывается, что суды не
должны назначать уголовное наказание несовершеннолетним, совершившим
преступления небольшой или средней тяжести, если их исправление может
быть достигнуто путем применения принудительных мер воспитательного
воздействия, предусмотренных ст. 90 УК РФ.
2. Несовершеннолетний осужденный к лишению свободы за совершение
преступления средней тяжести, а также тяжкого преступления, может быть
освобожден судом от наказания и помещен в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа. При этом такое освобождение
осуществляется:
— в целях исправления несовершеннолетнего, нуждающегося в особых
условиях воспитания, обучения и требующего специального педагогического
ухода;
— до достижения лицом возраста 18-ти лет и сроком не более чем на три
года;
— при отсутствии в деянии несовершеннолетнего признаков состава
преступления, указанного в ч. 5 ст. 92 УК РФ.
Несовершеннолетнему может быть назначено несколько видов мер воспитательного воздействия.
3. В отношении лиц, совершивших преступление в несовершеннолетнем
возрасте, установлен особый порядок освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности уголовной ответственности
(ст. 78 УК РФ) и освобождения от наказания в связи с истечением срока давности обвинительного приговора (ст. 83 УК РФ). Согласно ст. 94 УК РФ,
данные сроки давности сокращены наполовину.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила
приговор Новгородского областного суда в части осуждения Г. по ч. 1 ст.
139 УК РФ и уголовное дело прекратила на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК
РФ за истечением сроков давности уголовного преследования, указав в
определении, что срок давности по преступлениям небольшой тяжести,
394
каковым является преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 139 УК РФ, равен
двум годам. Г. на момент совершения им 13 января 2004 г. преступления, за
которое он осужден, являлся несовершеннолетним. В соответствии с
положениями ст. 94 УК РФ сроки давности при освобождении
несовершеннолетних от уголовной ответственности сокращаются
наполовину. Таким образом, срок давности уголовного преследования со дня
совершения Г. преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, равен
одному году и к моменту рассмотрения дела судом истек, в связи с чем
приговор в этой части отменен495.
4. Сроки погашения судимости за преступления, совершенные в несовершеннолетнем возрасте, также сокращены и равны:
— шести месяцам после отбытия или исполнения наказания более
мягкого, чем лишение свободы;
— одному году после отбытия лишения свободы за преступление
небольшой или средней тяжести;
— трем годам после отбытия лишения свободы за тяжкое или особо
тяжкое преступление.
5. Условно-досрочное освобождение от дальнейшего отбывания наказания применяется к несовершеннолетнему в соответствии со ст. 93 УК РФ
после фактического отбытия:
— не менее одной трети срока при осуждении за преступление небольшой или средней тяжести либо за тяжкое преступление.
— не менее двух третей срока при осуждении за особо тяжкое преступление.
6. Несовершеннолетний освобождается от уголовной ответственности
при достижении им возраста уголовной ответственности, если имеет не связанное с психическим расстройством отставание в психическом развитии, ограничивающее его способность осознавать фактический характер и общественную опасность своего деяния, либо руководить ими.
§ 5. Виды принудительных мер воспитательного воздействия
Принудительные меры воспитательного воздействия — это вид
иных
мер
уголовно-правового
характера,
назначаемых
судом
несовершеннолетнему, достигшему возраста уголовной ответственности и
совершившему деяние, запрещенное уголовным законом. Они заключаются в
«оказании на подростка специфического психолого-педагогического
влияния, направленного на его исправление, ресоциализацию и
предупреждение новых преступлений»496.
БВС РФ. 2006. № 7. С. 22.
Боровиков С.А. Принудительные меры воспитательного воздействия в отношении
несовершеннолетних как альтернатива уголовному наказанию: автореф. дисс. … канд.
юрид. наук. М., 2007. С. 5.
395
495
496
Принудительные меры воспитательного воздействияхарактеризуются
следующими признаками:
— по своей юридической природе не являются наказанием в силу
отсутствия карательного элемента и не влекут судимости;
— являются средством принудительного воздействия в отношения лиц,
совершивших преступления в возрасте до 18 лет, а в исключительных
случаях до 20 лет;
— целью является исправление лица, совершившего преступление;
— содержанием принудительных мер выступает воспитание и
перевоспитание несовершеннолетнего;
— применяются принудительно — по решению суда.
По способу применения различают две категории принудительных мер
воспитательного воздействия (ст. 90—92 УК РФ): применяемые при освобождении от уголовной ответственности и наказания; применяемые только при
освобождении от наказания.
Принудительными воспитательными мерами, применяемыми какпри
освобождении от уголовной ответственности, так и при освобождении от наказания, являются:
1. Предупреждение — эторазъяснение несовершеннолетнему значения
вреда, причиненного преступлением, и последствий повторного совершения
преступления (ч. 1 ст. 91 УК РФ).
2. Передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа (ч. 2 ст. 91 УК РФ) состоит в возложении на родителей и лиц, их заменяющих, а также на государственный орган опеки и попечительства специальной обязанности по контролю за поведением несовершеннолетнего. Срок применения такой меры составляет – от
1 месяца до 2 лет при совершении преступления небольшой тяжести; и от 6
месяцев до трех лет – при совершении преступления средней тяжести.
3. Возложение обязанности загладить причиненный преступлением
вред возможно только при наличии у несовершеннолетнего собственного
имущества и трудовых навыков (ч. 3 ст. 91 УК РФ).
4. Ограничение досуга и установление особых требований к несовершеннолетнему выражается в предъявлении несовершеннолетнему различных
требований по решению суда. Перечень такихмер предусмотрен в ч. 4 ст. 91
УК РФ. Срок указанной меры — от 1 месяца до 2 лет — при совершении
преступления небольшой тяжести; от 6 месяцев до трех лет — при совершении преступления средней тяжести.
Принудительной мерой воспитательного воздействия, применяемой
только при освобождении от наказания в виде лишения свободы за
совершение преступления средней тяжести, а также за тяжкое преступление
является помещение в специальное учебно-воспитательное учреждение
закрытого типа. Помещение в специальное учебно-воспитательное
учреждение закрытого типа применяется как принудительная мера
воспитательного воздействия в целях исправления несовершеннолетнего,
396
нуждающегося в особых условиях воспитания, обучения и требующего
специального педагогического подхода. Направление несовершеннолетнего
осужденного в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого
типа органа управления образованием решается судом лишь при наличии
медицинского заключения о возможности его пребывания в таком
учреждении.
Срок действия принудительной меры воспитательного воздействия не
зависит от срока наказания, предусмотренного санкцией статьи УК РФ, по
которой
квалифицировано
деяние
несовершеннолетнего.
Несовершеннолетний может быть помещен в указанное учреждение до
достижения им возраста восемнадцати лет, но не более чем на три года.
Суд вправе восстановить срок пребывания несовершеннолетнего в
специальном учебно-воспитательном учреждении закрытого типа,
пропущенный в результате уклонения его от пребывания в указанном
учреждении, а также продлить срок пребывания несовершеннолетнего в
специальном учебно-воспитательном учреждении закрытого типа по
истечении срока, установленного судом, в случае, если судом будет
признано, что несовершеннолетний нуждается в дальнейшем применении
данной меры. При этом общий срок пребывания несовершеннолетнего в
указанном учреждении не может превышать трех лет.
В случае систематического неисполнения несовершеннолетним принудительной меры воспитательного воздействия эта мера подлежит отмене по
представлению специализированного государственного органа (комиссией
по делам несовершеннолетних и защите их прав), а лицо подлежит
привлечению к уголовной ответственности.
Согласно п. 32 ППВС РФ от 1 февраля 2011 г. № 1,
подсистематическим неисполнением несовершеннолетним принудительной
меры воспитательного воздействия понимается неоднократные (более двух
раз) нарушения в течение назначенного судом срока применения
принудительной меры воспитательного воздействия (например, ограничения
досуга, установления особых требований к его поведению), которые были
зарегистрированы в установленном порядке специализированным органом,
осуществляющим контроль за поведением подростка.
Если несовершеннолетнему назначено одновременно несколько
принудительных мер воспитательного воздействия и в течение
определенного срока он допустил единичные нарушения (не более двух раз
по каждой из них), такие нарушения не могут быть признаны
систематическими, дающими основание для применения судом положений ч.
4 ст. 90 УК РФ об отмене принудительных мер воспитательного воздействия.
Литература
1. Авдеев В.А. Механизм правового регулирования
ответственности несовершеннолетних. Иркутск, 2008.
397
уголовной
2. Алтынбаева Л.М. Особенности наказания несовершеннолетних. М.,
2014.
3. Галкин В.А. Особенности уголовной ответственности и наказания
несовершеннолетних. М., 2012.
4. Жалинский А.Э. Осознание уголовно-правовых запретов в структуре
уголовной ответственности несовершеннолетних. М., 2011.
5. Иванов П.В., Смирнова И.А. Принудительные меры воспитательного
воздействия. Ростов-на-Дону, 2007.
6. Рыжаков А.П. Уголовная ответственность несовершеннолетних. М.,
2016.
7. Скрипченко Н.Ю. Теория и практика применения иных мер уголовноправового характера к несовершеннолетним. М., 2014.
398
тема 21. ИНЫЕ МЕРЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО ХАРАКТЕРА
В результате изучения студент должен:
знать виды иных мер уголовно-правового характера по действующему
уголовному законодательству; содержание и основание применения
конфискации имущества; порядок определения размера судебного штрафа;
основания применения, цели и виды принудительных мер медицинского
характера; юридические последствия применения иных мер уголовноправового характера
уметь принимать решения о применение к лицам, совершившим
общественно опасные деяния иных мер уголовно-правового характера;
владеть
навыками
применения
действующего
уголовного
законодательства и судебной практики при определении оснований и
порядка применения иных мер уголовно-правового характера, а также их
юридических последствий.
§ 1. Конфискация имущества
По общему определению, конфискация имущества – это
принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность
государства на основании обвинительного приговора суда имущества,
указанного в ч. 1 ст. 1041 УК РФ.
В уголовном праве как советского, так и российского периода,
выделялись в качестве видов общая и специальная конфискация имущества.
Общая конфискация – этоконфискация всего или части имущества лица,
признанного приговором суда виновным в совершении определенных
преступлений. Специальная конфискация – этопринудительное изъятие
имущества, полученного лицом преступным путем, а также доходов от этого
имущества либо изъятие орудий, средств и предметов преступления.
Общая конфискация предусматривалась в УК РФ до законодательных
изменений 2003 г. и устанавливалась в качестве дополнительного вида
наказания за совершение тяжких или особо тяжких преступлений,
совершенных из корыстных побуждений. Федеральным законом № 162 от 8
декабря 2003 г. законодатель исключил конфискацию имущества в качества
наказания из УК РФ, что вызвало критику среди специалистов497.
21 марта 2006 г. для России вступила в силу Конвенция ООН против
коррупции498, ч. 1 ст. 31 которой обязывает каждое государство-участник
принять «в максимальной степени, возможной в рамках его внутренней правовой системы, такие меры, которые могут потребоваться для обеспечения
КузнецоваН. Мнения ученых о реформе УК (или Quiprodest?) // Уголовное право. 2004.
№ 1. С. 26-27; Лунеев В.В. Конфискация имущества из УК РФ незаконно исключена: что
дальше? // Государство и право. 2006. № 4. С. 5-10.
498
Федеральный закон от 8 марта 2006 г. № 40-ФЗ «О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции» // Российская газета. 2006. 21 марта.
399
497
возможности конфискации: а) доходов от преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией, или имущества, стоимость
которого соответствует стоимости таких доходов; b) имущества, оборудования и других средств, использовавшихся или предназначенных для использования при совершении преступлений, признанных таковыми в соответствии с
настоящей Конвенцией».
Аналогичные обязанности установления конфискации имущества в национальном законодательстве содержались и в ранее подписанных Россией
международных соглашениях (ст. 12 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности 2000 г.499; ст. 8 Международной
конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 г.500; ст. 1, 13—16
Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности 1990 г.501 и др.).
Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 153-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с
принятием Федерального закона «О ратификации Конвенции Совета Европы
о предупреждении терроризма» и Федерального закона «О противодействии
терроризму» вследствие ратификации Конвенции о борьбе с терроризмом и
вступления в силу Федерального закона от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму»502 восстановил в уголовном законодательстве
конфискацию имущества в качестве иной меры уголовно-правового характера.
Цели конфискации имущества. В главе 151 УК РФ специально цели
конфискации имущества не выделяются. Однако, как отмечается в
юридической литературе, для конфискации имущества характерны
некоторые сущностные черты уголовного наказания — принудительность и
применение в силу судебного решения, и это дало основания утверждать, что
в практическом плане конфискация имущества почти ничем не отличается от
наказания, что сущность конфискации фактически не изменилась503.
Существуют и противоположные позиции по этому вопросу – конфискация
имущества не преследует целей присущих наказанию504.
Большинство ученых придерживаются позиции, что цели конфискации
имущества и уголовного наказания во многом совпадают. Конфискация
имущества направлена на предупреждение преступлений, при этом
реализуется как общая, так частная превенция. Конфискация направлена и на
восстановление социальной справедливости, при чем данная цель
499
UN/Res/55/25.
UN/Res/54/109.
501
ETS № 141.
502
Российская газета. 2006. 10 марта.
503
Кибальник А.Г., Болатчиева А.А. Конфискация имущества реанимирована: что дальше?
// Российский криминологический взгляд. 2007. № 1. С. 177-178; Чучаев А. Конфискация
возвращена в Уголовный кодекс, но в другом качестве // Законность. 2006. № 9. С. 12.
504
Волженкин Б.В. Загадки конфискации // Уголовное право: стратегия развития в XXI
веке: материалы IV международной научно-практической конференции. М., 2007. С. 300.
400
500
достигается посредством изъятия имущества преступника и недопущение его
использования в последующем. Единственная цель, которая не достигается в
отношении виновного лица, – это исправление осужденного505.
Виды конфискации имущества. В соответствии со ст. 1041 и 1042 УК
РФ выделяются следующие виды конфискации:
1. Конфискация денег, ценностей и иного имущества, а также доходов от
него, полученных в результате совершения преступлений, указанных в п. «а»
ч. 1 ст. 1041 УК РФ (ч. 2 ст. 105, ч.ч.2-4 ст. 111, ч. 2 ст. 126, ст. 1271 и 1272, ч.
2 ст. 141 УК, ст. 1411 УК, ч. 2 ст. 142, ст. 1451 (если преступление совершено
из корыстных побуждений), ст. 146 и 147, ст. 153-155 (если преступления
совершены из корыстных побуждений); ст. 1711, 1712, 174, 1741, 183, ч. 3 и 4
ст. 184, ст. 186, 187, 189, 1911, ч. 5-8 ст. 204; ст. 205, 2051, 2052, 2053, 2054,
2055, 206, 208, 209, 210, 212, 222, 227, 2281, ч. 2 ст. 2282, ст. 2284, 229, 231,
232, 234, 2351, 2381, 240, 241, 242, 2421, 2581, 275, 276, 277, 278, 279, 281,
2821-2823, 2831, 285, 290, 295, 307-309, 355, ч. 3 ст. 359, 361 УК РФ).
2. Конфискация предметов, незаконно перемещенных через таможенную
границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС либо через Государственную
границу Российской Федерации с государствами-членами Таможенного
союза в рамках ЕврАзЭС (ст. 2001, 2002, 2261 и 2291 УК РФ).
Не подлежат конфискации, имущество и доходы от него, которые
подлежат возвращению законному владельцу.
3. Конфискация денег, ценностей и иного имущества, в которые
имущество, полученное в результате совершения хотя бы одного из
преступлений, предусмотренных статьями, указанными в п. «а» ч. 1 ст. 1041
УК РФ, и доходы от этого имущества были частично или полностью
превращены или преобразованы.
4. Конфискация денег, ценностей и иного имущества, используемых или
предназначенных для финансирования терроризма, экстремистской
деятельности, организованной группы, незаконного вооруженного
формирования, преступного сообщества (преступной организации).
5. Конфискация орудий, оборудования или иных средств совершения
преступления, принадлежащих обвиняемому.
Володарским районным судом г. Брянска Ф. осужден по ч. 1 ст. 188 УК
РФ, вещественные доказательства – 6 тыс. долларов США постановлено
конфисковать в доход государства. Согласно представленным справкам.
изъятые у осужденного доллары США он приобрел в банках России. Данных
о том, что Ф. нажил указанные деньги преступным путем, из материалов
дела не усматривается. Принимая решение о конфискации валюты, суд
исходил из того, что незаконно перемещаемые Ф. доллары США как
предмет преступления являлись орудием преступления. С учетом того, что
умысел осужденного направлен не на незаконное завладение денежными
средствами (валютой), а на нарушение порядка их перемещения через
Актуальные проблемы уголовного права. Часть Общая: учебник для магистров / под
ред. Л.В. Иногамовой-Хегай. М., 2016. С. 221.
401
505
таможенную границу, денежные средства (валюта) не являются
предметом преступления, поэтому не подлежат конфискации506.
6. Конфискация денежной суммы соответствующей стоимости предмета
конфискации, входящего в перечень имущества, указанного в ст. 1041 УК РФ,
в случае невозможности его конфискации в натуре по причинам отчуждения,
использования или по иной причине (ст. 1042 УК РФ).
В случае отсутствия либо недостаточности денежных средств,
подлежащих конфискации взамен предмета, входящего в имущество,
указанное в статье 1041 УК, суд выносит решение о конфискации иного
имущества, стоимость которого соответствует стоимости предмета,
подлежащего конфискации, либо сопоставима со стоимостью этого предмета,
за исключением имущества, на которое, в соответствии с гражданским
процессуальным законодательством Российской Федерации, не может быть
обращено взыскание.
В случае приобщения имущества, подлежащего конфискации, к законному имуществу виновного, принудительному безвозмездному изъятию подлежит только та часть имущества, которая соответствует стоимости приобщенных имущества и доходов, подлежащих конфискации. Если имущество,
указанное в ч. 1 и 2 ст. 1041 УК РФ и подлежащее конфискации, передано
третьему лицу (или организации), то данная мера может быть осуществлена
только при доказанности того, что третье лицо знало либо должно было знать
о том, что полученное им имущество получено в результате преступных
действий.
Л. признан виновным в злоупотреблении должностными полномочиями
и осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ. На основании ст. 1041 УК РФ
постановлено конфисковать в доход государства, полученные в результате
совершения преступлений денежные средства в российских рублях,
находящиеся на расчетном счете, зарегистрированном на Л. в
дополнительном офисе отделения банка.
Между тем судом установлено, что Л. в период с 23 декабря 2005 г. по
23 декабря 2006 г., злоупотребляя своими должностными полномочиями,
получил денежное вознаграждение в размере 710 311, 33 руб. посредством
перечисления денежных сумм на подконтрольный Л. расчетный счет в
банке, открытый на имя М. Кроме того, Л. утверждал в том числе и в ходе
судебного разбирательства в суде первой инстанции, что на расчетный
счет, открытый на его имя в отделении банка, перечислялось ежемесячное
денежное пособие, назначенное ему в связи с прохождением службы в
Северокавказском регионе.
Однако эти доводы, имеющие важное значение для принятия
правильного решения по вопросу о конфискации денежных средств,
находящихся на расчетном счете на имя Л. в дополнительном офисе
отделения банка, не получили оценки в приговоре. В приговоре не указано, на
основании каких данных суд пришел к выводу о том, что денежные
506
БВС РФ. 2007. № 7. С. 3.
402
средства, находившиеся на данном расчетном счете, получены осужденным
в результате совершения преступления. В силу ч. 2 ст. 1041 УК РФ, если
имущество, полученное в результате совершения преступления, и (или)
доходы от этого имущества были приобщены к имуществу,
приобретенному законным путем, конфискации подлежит та часть этого
имущества, которая соответствует стоимости приобщенных имущества
и доходов от него. В данном случае вопрос о том, производились ли
перечисления на указанный расчетный счет денежных средств,
приобретенных законным путем, судом не проверялся.
Таким образом, решение о конфискации в доход государства денежных
средств, находящихся на расчетном счете на имя Л. в дополнительном
офисе отделения банка, находится в противоречии с обстоятельствами,
которые установлены и отражены в приговоре при описании преступного
деяния, а также принято судом без учета положений ч. 2 ст. 1041 УК РФ507.
§ 2. Судебный штраф
Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 323-ФЗ УК РФ дополнен
главой 152, определяющей порядок уплаты и определения размера судебного
штрафа при освобождении лица от уголовной ответственности с назначением
судебного штрафа (ст. 762 УК РФ).
Институт
судебного
штрафа
известен
административному
законодательству (как мера, применяемая за совершение административного
правонарушения), уголовно-процессуальному законодательству (в качестве
санкции к участникам процесса при неисполнении ими процессуальной
обязанности).
Согласно ст. 1044 УК РФ, судебный штраф – этоденежное взыскание,
назначаемое судом при освобождении лица от уголовной ответственности в
случаях, предусмотренных ст. 762 УК РФ.
Размер судебного штрафа определяется судом, принимающим решении
о применении к лицу ст. 762 УК, при этом он не может превышать половину
максимального размера штрафа, предусмотренного соответствующей
статьейОсобенной части УК РФ, а в случае если не предусмотрен в санкции
статьи, то размер судебного штрафа не может быть более 250 тыс. руб. (ст.
1045 УК РФ).
При назначении судебного штрафа суд должен учесть следующие
условия:
- тяжесть совершенного лицом общественно опасного деяния;
- имущественное положение виновного;
- имущественное положение его семьи; важным является также учет
судом при принятии решении о наложении судебного штрафа наличия у лица
на иждивении несовершеннолетних детей, нетрудоспособного супруга или
507
БВС РФ. 2016. № 1. С. 6.
403
родителей и иных лиц, находящихся в материальной зависимости от
виновного лица;
- получение заработной платы или иного дохода.
Согласно императивному предписанию ст. 1044 УК РФ, судебный штраф
может быть отменен судом в случае его неуплаты в установленный судом
срок и лицо, ранее освобожденное от уголовной ответственности,
привлекается к ней по соответствующей статье Особенной части УК РФ.
§ 3. Принудительные меры медицинского характера
Принудительные меры медицинского характера — это особые меры
уголовно-правового воздействия, применяемые к лицам,совершившим
общественно опасное деяние и нуждающиеся в специализированной
медицинской помощи.
Принудительные меры медицинского характера применяются к
следующим категориям лиц:
— к лицам, совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части УК РФ, в состоянии невменяемости;
— к лицам, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение
наказания;
— к лицам, совершившим преступление и страдающим психическими
расстройствами, не исключающими вменяемости;
— к лицам, совершившим в возрасте старше восемнадцати лет
преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, не
достигшего четырнадцатилетнего возраста, и страдающим расстройством
сексуального предпочтения (педофилией), не исключающим вменяемости
(ч. 1 ст. 97 УК РФ). В литературе специально указывается, что диагноз
«педофилия» должен быть указан в заключение судебно-психиатрической
экспертизы, где формулируются выводы о необходимости применения к
лицу таких мер508.
Согласно ч. 2 ст. 97 УК РФ и ст. 13 и 23 Закона РФ от 2 июля 1992г.
№ 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее
оказании»509, принудительные меры медицинского характера назначаются в
следующих случаях:
— совершение лицом общественно опасного и уголовнопротивоправного деяния (преступления);
— наличие психиатрической патологии;
— психическое состояние лица представляет опасность для него самого
или других лиц;
Уголовный кодекс РФ. Общая часть. Постатейный научно-практический комментарий /
под ред. А.В. Наумова, А.Г. Кибальника. М., 2012. С. 365.
509
Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1992. № 33. Ст. 1913
404
508
— психическое состояние связано с возможностью причинения ими
иного существенного вреда.
Об опасности лица для себя или других лиц либо о возможности
причинения
этим
лицом
иного
существенного
вреда
могут
свидетельствовать: характер психического расстройства, склонность такого
лица к совершению насильственных действий в отношении других лиц или к
причинению вреда самому себе, к совершению иных общественно опасных
действий510.
Принудительные меры медицинского характера не применяютсяк
лицам, указанным в п. а-в ч. 1 ст. 97 УК РФ, если они по своему
психическому состоянию не представляют опасности. В отношении таких
лиц, суд может передать необходимые материалы в органы здравоохранения
для решения вопроса об их лечении в медицинской организации,
оказывающей психиатрическую помощь, или направлении указанных лиц в
стационарные учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих
психическими расстройствами.
Принудительные меры медицинского характерахарактеризуются следующими признаками:
— не содержат карательного элемента, следовательно, не являются
наказанием и не влекут судимости;
— носят принудительный характер и назначаются по решению суда на
неопределенный срок либо на срок связанный с отбыванием наказания;
— имеют особые цели применения.
Уголовный закон выделяет следующие цели назначения принудительных мер медицинского характера (ст. 98 УК РФ):
1. Излечение лиц, в отношении которых применяются принудительные
меры медицинского характера.
2. Улучшение психического состояния таких лиц.
3. Предупреждение совершения такими лицами новых общественно
опасных деяний.
Излечение – это достижение результата в виде полного исчезновения
психического расстройства лица511. Улучшение психического состояния лица
– связывается с наличием стойкого, длительного во времени исчезновения
проявлений психической болезни.
Предупреждение совершения новых общественно опасных деяний,
предусмотренных статьями Особенной части УК РФ, является
самостоятельной целью данных мер уголовно-правового характера и
достигается посредством применения к лицу, страдающему психическим
расстройством достаточной и эффективной меры медицинского характера. В
результате чего при излечении или улучшении психического состояния лица,
Актуальные проблемы уголовного права. Часть Общая: учебник для магистров / под
ред. Л.В. Иногамовой-Хегай. М., 2016. С. 210-212.
511
Спасенников Б.А. Судебная психология и судебная психиатрия. Общая часть.
Архангельск, 2002. С. 252.
405
510
создаются условия для предотвращения повторной преступной деятельности
такого лица, а также устраняются возможности причинения вреда и
опасности для себя или окружающих лиц.
В соответствии со ст. 99 УК РФ, суд может назначить следующие виды
принудительных мер медицинского характера:
1. Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у врачапсихиатра применяется к лицам, которыене нуждается в помещении в
медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в
стационарных условиях.
Данный вид принудительной меры медицинского характера назначается
судом при соблюдении следующих условий:
— невысокая степень общественной опасности лица для себя и третьих
лиц;
— лицо должно понимать смысл назначенного ему амбулаторного
лечения и наблюдение у врача-психиатра и выполнять предъявленные к нему
требования.
2. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа
назначается лицу, которое по своему психическому состоянию нуждается в
лечении и наблюдении в стационарных условиях, но не требует
интенсивного наблюдения.
Психиатрический стационар общего типа представляет собой отделение
психиатрической больницы или иного аналогичного учреждения,
оказывающего стационарную психиатрическую помощь, для которого
проведение принудительного лечения не является основной функцией.
При назначении судом данной меры, лица помещаются на общих
основаниях, и не осуществляется интенсивное наблюдение, а также не
применяются специальные меры безопасности.
3. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа назначается лицу, которое по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения.
Данная мера применяется судом к лицам, которые представляют
повышенную опасность для себя и окружающих. Такая опасность
определяется тяжестью психического заболевания, стремлением лица к
совершению общественно опасных деяний, в причинение вреда себе и
окружающим.
В отличие от психиатрического стационара общего типа, в данном виде
стационарного лечения, осуществляется круглосуточное наблюдение за
лицом.
4. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением назначается лицу, которое по
своему психическому состоянию представляет особую опасность для себя
или других лиц и требует постоянного и интенсивного наблюдения.
Данный вид стационарного лечения проходят лица представляющие
особую опасность в силу характера психического заболевания. К таким
пациентам относятся лица, страдающие агрессивными маниями и психозами,
406
навязчивыми галлюцинаторными синдромами, а также лица склонные к
агрессивным действиям в отношении других больных и персонала.
Решением Верховного Суда РФ установлено, что при обследовании в
Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им.
В.П. Сербского у В. были выявлены бредовые идеи внешнего воздействия с
элементами синдрома Кандинского-Клерамбо с грубыми нарушениями
мышления, эмоциональной неадекватностью, отсутствием критики, что
было расценено как острое полиморфное психотическое расстройство без
симптомов шизофрении и послужило основанием для помещения его в
психиатрический стационар специализированного типа с интенсивным
наблюдением.
За период лечения существенного улучшения психического состояния не
произошло, при последующем психолого-психиатрическом обследовании
эксперты пришли к выводу, что у В. имеется хроническое психическое
расстройство в форме параноидной шизофрении и по своему психическому
состоянию он не может осознавать фактического характера и
общественной опасности своих действий и руководить ими. Указанное
психическое расстройство В. требует лечения в психиатрическом
стационаре, а поскольку оно связано с возможностью причинения им иного
существенного вреда, а также с опасностью для себя или других лиц, то в
отношении В. рекомендуется применение принудительных мер медицинского
характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре
специализированного типа, так как ему необходимо интенсивное
наблюдение512.
Назначениепринудительной меры медицинского характера производится в зависимости от характера и степени общественной опасности содеянного, а также от психического состояния лица513.
В п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 7 апреля 2011 г.
№ 6 «О практике применения судами принудительных мер медицинского
характера»514 (далее – ППВС РФ от 7 апреля 2011 г. № 6) отмечается, что при
определении вида принудительной меры медицинского характера, судам
следует учитывать характер и степень психического расстройства, опасность
лица для себя и других лиц или возможность причинения им иного
существенного вреда. Суду надлежит мотивировать принятое решение на
основе оценки заключения эксперта (экспертов) о психическом состоянии
лица, в отношении которого ведется производство о применении
принудительной меры медицинского характера, и других собранных по делу
доказательств.
В судебной практике подчеркивается, что назначение принудительных
мер медицинского характера не является обязанностью суда; если лицо совершило общественно опасное деяние в состоянии невменяемости и не предБВС РФ. 2015. № 2. С. 33.
БВС РФ. 1997. № 12. С. 6.
514
БВС РФ. 2011. № 7. С. 4.
512
513
407
ставляет опасности для себя и общества, дело может быть прекращено без
применения принудительной меры медицинского характера. Таким образом,
применение принудительной меры медицинского характера и выбор ее вида
относятся к исключительной компетенции суда.
По определению Пермского областного суда Р. освобождена от
уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости
общественно опасного деяния, подпадающего под признаки ч. 3 ст. 30, п. «в»
ч. 2 ст. 105 УК РФ; ей назначены принудительные меры медицинского
характера — амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у
психиатра.
Государственный обвинитель в частном протесте поставил вопрос об
отмене определения и направлении дела на новое судебное рассмотрение,
полагая, что суд необоснованно применил амбулаторное принудительное
наблюдение и лечение у психиатра, тогда как по заключению экспертовпсихиатров Р. нуждается в принудительном лечении в психиатрическом
стационаре общего типа.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала
следующее. Решение вопросов о невменяемости, назначении вида
принудительных мер медицинского характера относится к компетенции
суда.Приняв во внимание и мнение лечащего врача Р., суд пришел к
правильному выводу о возможности излечения Р. без помещения ее в психиатрический стационар515.
Однако закон не устанавливает срока применения принудительной меры
медицинского характера — она назначается бессрочно, а длительность ее
применения зависит в первую очередь от состояния психического здоровья
лица516.
Схожую позицию с национальными судами занял и Европейский Суд по
правам человека в решении по делу Яиков против России от 18 июня 2015 г.
Европейский Суд по правам человека (далее Европейский Суд)
отмечает, что именно национальные суды, действуя на основании
находящихся в их распоряжении материалов и экспертных заключений по
каждому конкретному делу, должны определять тип психиатрического
учреждения, подходящий для обвиняемого.
Европейский Суд установил, что «медицинское обследование,
назначенное национальным судом, было проведено в марте-июле 2004 года, а
16
июля
2004
года
медицинские
эксперты
порекомендовали
поместить заявителя в психиатрическое учреждение специализированного
типа с интенсивным наблюдением по причине «обострения его
заболевания». Заявитель поступил в стационар 13 января 2006 года. Суд
также отмечает, что до принятия окончательного решения в январе 2006
года никаких других медицинских освидетельствований в отношении
необходимости продолжать содержание заявителя в психиатрическом
515
516
БВС РФ. 2000. № 11. С. 14.
БВС РФ. 1996. № 9. С. 12.
408
учреждении специализированного типа с интенсивным наблюдением либо в
отношении возможности применения любой другой, более мягкой меры, не
назначалось, несмотря на тот факт, что заявитель в своей кассационной
жалобе на помещение его в стационар высказал мнение о том, что в этом
больше нет необходимости. Соответственно, заявитель поступил в
стационар в январе 2006 года на основании медицинского заключения,
датированного июлем 2004 года, то есть выданного примерно за полтора
года до помещения заявителя в стационар.
Европейский Суд пришел к выводу о том, что «принимая во внимание
неактуальность медицинского заключения, на основании которого заявитель
был помещен в психиатрический стационар, отсутствие гарантий в
соответствии с национальным законодательством, требующих пересмотра
необходимости применения принудительных мер медицинского характера до
их фактического осуществления, а также задержку осуществления
перевода заявителя в период рассматриваемых событий, Суд считает, что
содержание заявителя под стражей производилось в нарушение принципа,
установленного п. «е» п. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и
основных свобод, согласно которому факт наличия психического
заболевания, требующего помещения в стационар, должен устанавливаться
в момент фактического осуществления данной принудительной меры
медицинского характера»517.
Продление, изменение и прекращение применения принудительных
мер медицинского характера осуществляются судом, по представлению
администрации медицинской организации, осуществляющей принудительное
лечение, или уголовно-исполнительной инспекции, контролирующей
применение принудительных мер медицинского характера, на основании
заключения комиссии врачей-психиатров.
В п. 27-28 ППВС РФ от 7 апреля 2011 г. № 6 сформулированы основные
требования, предъявляемые к суду при решении вопроса о продлении,
изменении или прекращении применения принудительных мер медицинского
характера.
Согласно ч. 1 ст. 445 УПК РФ с ходатайством о продлении, изменении
или прекращении применения мер медицинского характера вправе также
обратиться: лицо, к которому применена такая мера, его защитник или
законный представитель, а также лечащий врач. Ходатайство подается через
администрацию учреждения, осуществляющего принудительное лечение,
или через уголовно-исполнительную инспекцию, осуществляющую контроль
за применением принудительных мер медицинского характера, вне
зависимости от времени последнего освидетельствования.
Изменениепринудительной
меры
медицинского
характера
осуществляется судом в случае, когда психическое состояние лица требует
назначения иной принудительной меры медицинского характера. Такое
517
БВС РФ. 2016. № 12. С. 18.
409
изменение возможно в сторону как смягчения, так и перехода к более
строгому по ограничительным условиям виду принудительного лечения.
Изменение вида принудительной меры медицинского характера
производится судом по заключению лечебного учреждения. Например, в
соответствии с п. 29 ППВС РФ от 7 апреля 2011 г. № 6, в случаях, когда в
психическом состоянии лица, в отношении которого назначено
принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных
условиях, произошли изменения, связанные с необходимостью помещения
такого лица в стационар для принудительного лечения, суд вправе изменить
вид принудительной меры медицинского характера. Основаниями такого
решения могут служить выводы о том, что характер психического
расстройства лица требует таких условий лечения, ухода, содержания и
наблюдения, которые могут быть осуществлены только в психиатрическом
стационаре.
Так, Р. находился на принудительном лечении в психиатрической
больнице с обычным наблюдением. По заключению врачебной комиссии
психиатрической больницы, по своему психическому состоянию и характеру
поведения он представляет повышенную общественную опасность и
нуждается в направлении на принудительное лечение в психиатрическую
больницу со строгим наблюдением.
В частной жалобе законный представитель Р., - его отец Р.В., не
оспаривая, что Р. болен и нуждается в лечении, просил постановление судьи
отменить, считая, что изменение принудительной меры медицинского
характера отрицательно скажется на его здоровье. Он также указал, что
готов взять его под свою опеку.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда указала, что по
заключению врачебной комиссии Р. страдает хроническим душевным
заболеванием в форме шизофрении, проявляет агрессивные тенденции по
отношению к больным, стремлению побегам и неоднократно их
реализовывал, нуждается в направлении на принудительное лечение в
психиатрическую больницу со строгим наблюдением518.
Основанием
прекращения
применения
принудительных
мер
медицинского характера является такое изменение психического состояния
лица, при котором отпадает необходимость в применении ранее назначенной
меры, прежде всего выздоровление лица.
Прекращая применение принудительного лечения в медицинской
организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных
условиях, суд может передать необходимые материалы в отношении лица,
находившегося на принудительном лечении, в орган здравоохранения для
решения вопроса о лечении этого лица в медицинской организации,
оказывающей психиатрическую помощь, или направлении этого лица в
стацио
