Третейское судопроизводство: современное состояние и перспективы развития

МИНОБРНАУКИ РОССИИ
федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение
высшего образования
«Новосибирский государственный университет экономики и управления «НИНХ»
(ФГБОУ ВО «НГУЭУ», НГУЭУ)
Кафедра гражданского и предпринимательского права
ЭССЕ
«Третейское судопроизводство: современное состояние и перспективы
развития»
Дисциплина: Гражданский процесс
Ф.И.О студента: Чернышева Полина Евгеньевна
Направление: 40.03.01 Юриспруденция
Направленность (профиль): Судебно-правовая и надзорная деятельность
Номер группы: 3СПНД401
Номер зачетной книжки: 240654
Проверил: Токарева Е.В., канд.юрид.наук доц.
Новосибирск 2025
Третейское разбирательство занимает особую позицию в современной
правовой системе, представляя собой форму разрешения частноправовых
споров, построенную на автономии воли сторон и договорной природе
процедуры. Оно возникает не в силу властного предписания государства, а в
результате
договорённости
участников
гражданского
оборота,
которые
стремятся обеспечить для себя более гибкий, компетентный и оперативный
механизм разрешения конфликта по сравнению с государственными судами. В
условиях активного развития рыночных отношений третейский суд приобретает
всё большее значение, поскольку восполняет те функциональные элементы
правовой
защиты,
которых
зачастую
недостаёт
государственному
судопроизводству, ограниченному процессуальной формой и загруженностью
судов.
Исследования подчёркивают, что природа третейского разбирательства
базируется на договорной основе, а значит, стороны самостоятельно
определяют содержание и пределы процедуры, включая порядок формирования
третейского суда, регламент рассмотрения спора, сроки представления
документов, требования к доказательствам и способы коммуникации в
процессе1. В отличие от государственного процесса, в котором правила
неизменны и обязательны для всех, третейский процесс позволяет участникам
выстроить процедуру индивидуально, адаптируя её под специфику конкретных
коммерческих или корпоративных отношений.
Такой уровень гибкости создаёт преимущества, однако одновременно
налагает дополнительную ответственность на стороны при выборе арбитров и
формировании содержания арбитражного соглашения. Именно соглашение
определяет компетенцию третейского суда, пределы его полномочий и
допустимость рассмотрения спора. Поэтому ошибки, допущенные на этапе
заключения арбитражной оговорки, неизбежно проявляются уже на стадии
разбирательства либо при обращении в государственный суд за выдачей
1
Носырева А. Н. Особенности мирного урегулирования споров в третейском разбирательстве // Закон. – 2023. –
№ 4.
2
исполнительного листа.
Двойственная природа третейского суда выражается в том, что это
одновременно орган, разрешающий споры, но он также лишён статуса
государственного органа. Это порождает такую особенность отношений между
третьей системой правосудия и государственными судами. Научная доктрина
подчёркивает, что третейское разбирательство не является частью гражданского
процессуального права в строгом смысле, поскольку не основано на властных
полномочиях
и
не
обеспечивает
обязательного
государственного
вмешательства². Вместе с тем государственные суды играют ключевую роль в
обеспечении эффективности третейского разбирательства, поскольку именно
они выдают исполнительные листы, проверяют законность и соблюдение
процедур третейскими судами и обеспечивают баланс частных и публичных
интересов.
Современная система третейского судопроизводства в России во многом
сформирована реформой 2015 года, направленной на очищение системы от
многочисленных «карманных» арбитражей, которые активно создавались для
искусственного легитимирования недобросовестных сделок и решений.
Федеральный закон «Об арбитраже» от 29.12.2015 №382-ФЗ ввёл модель
институционального арбитража, согласно которой право администрирования
разбирательств
передаётся
только
тем учреждениям, которые прошли
специальное одобрение Министерства юстиции и Правительства РФ2.
Научные публикации подчёркивают, что такая реформа позволила
повысить
качество
институциональной
среды,
уменьшить
количество
злоупотреблений и сформировать представление о третейском суде как о более
прозрачном и надёжном инструменте разрешения споров3.
Одновременно реформа сузила арбитражное пространство, поскольку
многие ранее действовавшие третейские учреждения не смогли пройти
2
Постановление Пленума ВС РФ от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций
содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража»//
Вестник Верховного Суда Российской Федерации. – 2020. – № 1.
3
Трезубов Е.С., Курносов А.А. Базовые проблемы третейского разбирательства в свете Постановления
Конституционного Суда РФ от 03.10.2023 № 46-П // Третейский суд. – 2023. – № 1/2.
3
аккредитацию. Это вызвало снижение общей доступности третейского
механизма, а также привело к концентрации разбирательств в нескольких
крупнейших институциональных центрах. Такая централизация, по мнению
исследователей, имеет как положительные, так и отрицательные стороны. С
одной стороны, повышается качество разбирательств, стандарты деятельности
арбитров и предсказуемость института. С другой – возникает риск
монополизации рынка арбитражных услуг и снижения конкуренции, что может
уменьшать адаптивность третейского разбирательства к нуждам бизнеса4.
Ключевым
понятием
третейского
разбирательства
является
арбитрабельность – возможность передачи конкретного спора в третейский суд.
Арбитрабельность служит фильтром, отделяющим частноправовые конфликты
от тех, что затрагивают публичные интересы или права третьих лиц. Научные
работы отмечают, что именно в сфере арбитрабельности наблюдается
значительная неопределённость. Например, споры о недвижимости зачастую
признаются арбитрабельными, если они затрагивают только частные интересы
сторон, однако судебная практика по ним отличается фрагментарностью⁵. В
одних случаях суды подтверждают возможность рассмотрения таких споров
третейским судом, в других – отказывают, ссылаясь на публично-правовые
аспекты.
Эта неопределённость создаёт правовую нестабильность: участники
гражданского оборота не всегда могут предсказать, будет ли их третейское
решение признано государственным судом и получит ли оно исполнительную
силу. Вследствие этого сама идея автономии третейского разбирательства
сталкивается с ограничениями, которые труднее всего устранить.
Третейское судопроизводство прямо связано с категорией публичного
порядка, выступающая критерием допустимости и законности решений
третейских судов. ГПК РФ предоставляет государственному суду право
отменить третейское решение или отказать в признании и приведении его в
4
Трезубов Е.С., Курносов А.А. Базовые проблемы третейского разбирательства в свете Постановления
Конституционного Суда РФ от 03.10.2023 № 46-П // Третейский суд. – 2023. – № 1/2
4
исполнение,
если
оно
противоречит
публичному порядку Российской
Федерации. Однако проблема состоит в том, что закон не раскрывает
содержание публичного порядка, что оставляет широкое пространство для
усмотрения судей. В научных исследованиях подчёркивается, что категория
публичного порядка должна применяться только тогда, когда решение
третейского суда нарушает основы правовой системы, а не в ситуациях,
связанных с формальными нарушениями процедуры5.
Сложность определения публичного порядка создаёт ещё одну проблему
– риск вмешательства государства в сферу частноправовой автономии. Этот
риск особенно ярко проявляется, когда решение третейского суда отменяется по
мотивам, которые не затрагивают существа спора. Это снижает доверие к
третейскому разбирательству и ограничивает сферу его применения.
Важным элементом развития третейского судопроизводства является роль
арбитров.
В
научных
исследованиях
подчёркивается,
что
основой
эффективности третейского процесса является высокая квалификация арбитров,
их профессиональная независимость и способность учитывать специфику
предмета спора. В отличие от судей государственной системы, арбитры часто
обладают узкопрофильными компетенциями, что позволяет им разбирать
сложные
коммерческие
споры,
технические
вопросы,
корпоративные
конфликты и международные коммерческие отношения.
Однако отсутствие единых стандартов профессиональной подготовки
арбитров в России остаётся серьёзной проблемой. Качество разбирательства
по-прежнему сильно зависит от конкретного учреждения, его внутренних
регламентов и практики.
Современный третейский процесс претерпевает существенные изменения
под влиянием цифровизации. Электронные доказательства, дистанционные
заседания,
удалённая
идентификация
участников
и
автоматизация
документооборота становятся неотъемлемой частью процедуры. В научных
5
Шугулбаева А.А. Новый взгляд на третейский суд как субъект отправления правосудия // Российский
юридический журнал. – 2024. – № 6.
5
анализах подчёркивается, что цифровизация открывает новые возможности для
повышения
эффективности
третейского
процесса,
однако
требует
формирования новых стандартов и механизмов защиты6.
Эти вопросы тесно связаны с институциональными и воспитательными
задачами третейского сообщества: только при создании единой цифровой среды
и минимизации рисков безопасности цифровизация сможет стать полноценным
драйвером развития третейского судопроизводства.
Современное третейское судопроизводство сталкивается с обширным
комплексом
проблем,
корни
которых
лежат
не
только
в
правовом
регулировании, но и в практическом взаимодействии частных и публичных
интересов внутри гражданского оборота. Несмотря на значительный прогресс,
достигнутый после реформы 2015 года, система третейского разбирательства
продолжает
испытывать
давление
со
стороны
неопределённости
законодательства, неоднородности судебной практики, институциональных
недостатков и технологических вызовов. Все эти факторы формируют
многослойный характер проблем, требующий внимательного анализа для
понимания перспектив развития третейского института7.
Одной из ключевых проблем является нестабильность подходов к
определению
арбитрабельности
споров.
Теоретически
арбитрабельность
должна служить чётким разграничением между теми конфликтами, которые
могут быть разрешены в третейском порядке, и теми, рассмотрение которых
должно оставаться исключительной прерогативой государственных судов.
Однако на практике именно отсутствие единых критериев приводит к
возникновению противоречивых решений. Так, анализ научных исследований
показывает, что в сфере споров о недвижимости, несмотря на общую позицию
Конституционного
Суда
РФ,
допускающую
передачу
частноправовых
имущественных конфликтов в арбитраж, есть случаи, когда суды признают
6
Шиткина И.С., Гурьянов А.В. Третейское разбирательство как эффективный способ разрешения споров:
актуальные проблемы // Вестник арбитражной практики. – 2023. – № 2.
7
Трезубов Е.С., Курносов А.А. Базовые проблемы третейского разбирательства в свете Постановления
Конституционного Суда РФ от 03.10.2023 № 46-П // Третейский суд. – 2023. – № 1/2.
6
такие споры неарбитрабельными, ссылаясь на публично-правовые аспекты и
возможное
затрагивание
прав
неопределённого
круга
лиц8.
Такая
неоднозначность вызывает у участников гражданского оборота серьёзные
опасения относительно устойчивости третейских решений, поскольку итог их
разбирательства может быть поставлен под сомнение уже на стадии
принудительного исполнения.
Другой фундаментальной проблемой является содержание и применение
категории публичного порядка. Закон предоставляет государственным судам
право отменить решение третейского суда или отказать в его исполнении, если
оно нарушает публичный порядок Российской Федерации. Однако отсутствие
чёткого легального определения превращает публичный порядок в средство
широкого усмотрения. Исследователи подчёркивают, что публичный порядок
должен
рассматриваться
исключительно
как
охрана
базовых
начал
правопорядка, а не как инструмент исправления процессуальных погрешностей
третейского суда². Тем не менее практика показывает, что суды порой
применяют публичный порядок не как исключительную меру, а как основание
для устранения решений, не согласующихся с их пониманием справедливости
или надлежащего процесса. Это создаёт дополнительные риски, поскольку даже
незначительное отклонение в процедуре, не влияющее на сущность спора,
может стать поводом для отмены решения.
С вопросом публичного порядка тесно связана и проблема судебного
пересмотра третейских решений. Несмотря на то, что государственные суды не
вправе пересматривать спор по существу, на практике встречаются случаи,
когда мотивировка судебного акта фактически подменяет собой оценку
обстоятельств спора, уже исследованных арбитрами. В результате границы
вмешательства размываются: форма контроля ограничена, но содержание
иногда выходит за рамки допустимого. Такая тенденция подрывает идею
автономии третейского судопроизводства, поскольку создаёт ощущение, что
8
Носырева Е.И Новые аспекты примирения сторон в арбитраже (третейском разбирательстве) // Вестник
гражданского процесса. – 2024. – № 1.
7
даже тщательно проведённое разбирательство может оказаться бесполезным
при чрезмерно активной позиции государственного суда.
Хоть и меньшей, чем до принятия реформы, но все еще актуальной
является проблема существования так называемых «псевдоарбитражей» –
учреждений, формируемых под конкретные интересы и не обладающих
реальной независимостью. Несмотря на реформу, направленную на устранение
подобных практик, в научных публикациях указывается, что отдельные
попытки создания ситуационных арбитражей сохраняются и по сей день³. Они
дискредитируют институт третейского разбирательства, поскольку порождают
решения, которые изначально лишены доверия и неизбежно будут отменены.
Для добросовестных участников такие арбитражи становятся источником
неопределённости:
сложно
предсказать,
действительно
ли
выбранное
учреждение соответствует стандартам или его деятельность позже будет
поставлена под сомнение9.
Сложности возникают и в сфере профессиональной подготовки арбитров.
Несмотря на высокие требования к репутации и компетентности арбитров в
крупных
институциональных
центрах,
отсутствует
единая
система
аккредитации или сертификации, что приводит к серьёзной вариативности
уровня профессионализма. В научных исследованиях подчёркивается, что
эффективность
третейского
квалификации
арбитров,
судопроизводства
их
умения
напрямую
работать
с
зависит
от
комплексными
материально-правовыми и процессуальными вопросами, а также от понимания
специфики отраслей бизнеса. Отдельные арбитражные учреждения имеют
высокие стандарты и обеспечивают качественное рассмотрение дел, но общее
отсутствие единых образовательных и профессиональных требований снижает
уровень предсказуемости и доверия к третейской системе.
К проблемам также относится сложность взаимодействия третейского
суда и государственных судов при рассмотрении вопросов, связанных с выдачей
9
Фатыхова А.Р. Реформирование института третейского разбирательства в России: между автономией воли и
публично-правовыми гарантиями // Современное право. – 2025. – № 10.
8
исполнительного
листа
и
отменой
третейских
решений.
Процедура,
установленная ГПК РФ, предполагает минимальную проверку, ограниченную
вопросами соблюдения процессуальных требований, компетенции третейского
суда и соответствия решения публичному порядку. Однако в реальности суды
иногда выходят за пределы допустимой проверки и фактически оценивают
правильность применения норм материального права арбитрами. Такая
практика противоречит самой идее третейского разбирательства, по замыслу
призванного
обеспечить
альтернативный
путь
разрешения
спора
без
дублирования государственного процесса.
Другим аспектом является недостаточная развитость примирительных
процедур в рамках третейского разбирательства. Несмотря на то, что
третейский суд обладает потенциалом для содействия заключению мирового
соглашения, исследователи отмечают, что такие процедуры не получили
должного
распространения
из-за
отсутствия
детального
правового
регулирования. Примирение во многом зависит от инициативы арбитров,
однако без единых стандартов возникает риск выхода арбитра за границы
нейтральности.
Это
создаёт
дополнительные
сложности,
особенно
в
коммерческих спорах, где давление на одну из сторон может привести к
заключению соглашения, нарушающего реальный баланс интересов10.
Современная реальность подчёркивает и новую группу проблем,
связанную с цифровизацией третейского судопроизводства. Электронный
документооборот, онлайн-заседания, использование цифровых доказательств –
всё это требует изменения привычных процедур и стандартов. Исследования
фиксируют, что технологическая модернизация идёт неравномерно: отдельные
арбитражные учреждения активно внедряют цифровые решения, тогда как
другие остаются зависимыми от традиционных форм, что создаёт дисбаланс в
развитии третейского процесса11. Вопросы безопасности данных, аутентичности
10
Носырева Е.И. Новые аспекты примирения сторон в арбитраже (третейском разбирательстве) // Вестник
гражданского процесса. – 2024. – № 1.
11
Лебедев М.Ю. «Отложенное правосудие» в рамках третейского разбирательства // Мировой судья. – 2024. – №
2. – Текст : электронный // КонсультантПлюс.
9
электронных документов и технической стабильности платформ приобретают
особое значение, поскольку от них зависит достоверность и допустимость
доказательств.
Развитие третейского судопроизводства является необходимым условием
формирования
устойчивой
и
предсказуемой
системы
разрешения
частноправовых споров. Проблемы, выявленные в современной практике,
задают
направление
преобразований,
которые
должны
затронуть
как
нормативную основу третейского процесса, так и институциональную систему,
профессиональный уровень арбитров, взаимодействие третейских судов с
государственными судами и использование цифровых технологий. Понимание
возможных путей развития позволяет определить стратегию совершенствования
третейского разбирательства и определить его место в будущем российской
правовой системе.
Одним
из
наиболее
значимых
направлений
развития
является
необходимость уточнения нормативных критериев арбитрабельности. С учётом
того, что сегодня именно неопределённость арбитрабельности создаёт
существенный
риск
для
участников
гражданского
оборота,
требуется
законодательное закрепление конкретных категорий споров, допустимых для
третейского рассмотрения, а также более чёткое разграничение частноправовых
отношений и публично-правовых элементов. Исследования подчёркивают, что
установление ясных критериев арбитрабельности в отношении споров о
недвижимости, корпоративных споров и иных категорий позволит устранить
неоднородность
судебной
практики
и
дать сторонам предсказуемость
результата. Такая предсказуемость необходима для повышения доверия к
арбитражным соглашениям, поскольку на сегодняшний день стороны нередко
сталкиваются с риском непризнания решений даже при корректной процедуре.
Совершенствование категории публичного порядка, которая сегодня
используется как ключевое основание для отмены решений третейских судов,
также важно для понимания перспектив развития. В доктринальных источниках
неоднократно подчёркивается, что применение публичного порядка должно
10
быть
исключительной
мерой,
связанной
с
защитой
действительно
основополагающих принципов правовой системы, а не удобным механизмом
для нивелирования частных ошибок или устранения решений, вызвавших
несогласие
суда.
Законодателю
следует
рассмотреть
возможность
формирования перечня критериев, позволяющих ограничить применение
публичного порядка. Такой подход повысит устойчивость третейских решений
и сократит вмешательство государства в частноправовые отношения.
Как показывают исследования, реформирование системы ПДАУ в 2015
году дало значительный положительный эффект. Но это не должно становиться
последним этапом развития. Следующий шаг должен заключаться в повышении
прозрачности
и
стандартизации
деятельности
третейских
учреждений.
Установление единых требований к профессиональной квалификации арбитров,
введение единых образовательных программ, стандартов этического поведения
и механизмов профессиональной ответственности позволило бы выровнять
качество
третейских
учреждениями.
Это
разбирательств
и
также
риски
снизит
уменьшить
различия
столкновения
между
сторон
с
недобросовестными организациями и повысит общий уровень доверия к
институту12.
Примирительные процедуры, такие как мировые соглашения и медиация
позволяют сторонам экономить ресурсы и поддерживать долгосрочные деловые
отношения. Исследователи отмечают, что третейский суд, благодаря гибкости
процедуры и возможности выстраивать диалог между сторонами, обладает
значительным потенциалом для интеграции примирительных средств. Однако
практическая реализация примирительных процедур остаётся ограниченной
из-за
отсутствия
чёткого
нормативного
регулирования,
что
создаёт
неопределённость в отношении роли арбитра при содействии примирению.
Разработка процессуальных стандартов, допускающих инициативу арбитра при
соблюдении нейтральности, станет важным шагом для полноценного внедрения
12
Федеральный закон «Об арбитраже» от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ. // Собрание законодательства
Российской Федерации. – 2016. – № 4. – Ст. 499.
11
примирительных процедур в арбитражную практику.
Современная правовая среда диктует необходимость активного внедрения
цифровых технологий в третейское судопроизводство. После 2020 года
введение такого рода форм производств стало необходимым. Уже сегодня
электронный документооборот, онлайн-заседания и цифровые доказательства
становятся неотъемлемой частью судебного и арбитражного процесса. Однако
технологическая
модернизация
обеспечивающей
защиту
требует
электронных
создания
данных,
нормативной
стандарты
базы,
технической
надёжности платформ и процедуры идентификации участников. В научных
публикациях подчёркивается, что цифровизация способна существенно
повысить доступность третейского разбирательства, уменьшить сроки и
расходы, а также упростить участие сторон, особенно при рассмотрении
международных
споров13.
Развитие
единой
цифровой
платформы для
третейского разбирательства, включающей защищённый документооборот,
систему видеозаседаний и автоматизированные инструменты управления
процессом, станет важным направлением эволюции арбитража.
Следующим
важным
направлением
совершенствования
является
повышение уровня прозрачности арбитражных учреждений. Создание единой
открытой
базы
арбитров,
публикация
статистики рассмотренных дел,
информации о сроках, успешности исполнения решений и основаниях их
отмены позволило бы участникам гражданского оборота принимать более
информированные решения о выборе учреждения. Такие меры также создадут
условия для конкуренции между ПДАУ на основе качества, а не только
известности или масштаба деятельности14.
Кроме того, в перспективе важным задачей становится гармонизация
третейского разбирательства с международными стандартами. Россия активно
участвует в международных коммерческих отношениях, и для обеспечения
13
Казиханова С.С. Отношения, складывающиеся в третейском разбирательстве, и предмет гражданского
процессуального права // Актуальные проблемы российского права. – 2024. – № 2.
14
Маколкин Н. Н. Потенциал цифровой трансформации третейского разбирательства // Арбитражный и
гражданский процесс. – 2023. – № 4.
12
привлекательности российской юрисдикции необходимо учитывать лучшие
практики международного арбитража. Речь идёт о стандартах, связанных с
процедурой назначения арбитров, соблюдением принципов беспристрастности,
прозрачности,
защите
персональных
данных,
стандартах
раскрытия
информации и этике арбитража. Использование международного опыта
позволит гармонизировать российскую модель третейского разбирательства и
укрепить её конкурентоспособность на международном рынке юридических
услуг.
Совершенствование третейского процесса невозможно без налаженного
взаимодействия с государственными судами. Судебный контроль должен
оставаться ограниченным, но при этом эффективным. Для этого требуется
формирование
устойчивой
судебной
практики,
которая
обеспечит
предсказуемость процедур отмены решений и выдачи исполнительных листов.
Государственные суды должны чётко соблюдать пределы своей компетенции, не
подменяя оценку третейского суда собственным пониманием обстоятельств
дела15.
Подводя итоги, потенциал развития третейского судопроизводства связан
с необходимостью достижения баланса между свободой сторон и защитой
публичных интересов. Только при наличии чётких и стабильных нормативных
ориентиров,
профессиональных
стандартов,
развитой
цифровой
инфраструктуры и прозрачных процедур третейское разбирательство сможет
выполнять свою функцию эффективно и на высоком уровне доверия. Институт
третейского суда предназначен не заменить государственные суды, а дополнить
их, обеспечив участие специалистов, ускорение разбирательства, снижение
нагрузки на государственные суды и создание пространства, ориентированного
на интересы сторон.
15
Носырева Е.И Новые аспекты примирения сторон в арбитраже (третейском разбирательстве) // Вестник
гражданского процесса. – 2024. – № 1.
13
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
НОРМАТИВНО ПРАВОВЫЕ АКТЫ
1 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от
14.11.2002 №138-ФЗ (ред. от 31.07.2025), в редакции, действующей на момент
написания). // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2002. – №
46. – Ст. 4503.
2 Федеральный закон «Об арбитраже» от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ. //
Собрание законодательства Российской Федерации. – 2016. – № 4. – Ст. 499.
3 Постановление Пленума ВС РФ от 10.12.2019 № 53 «О выполнении
судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении
третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража»//
Вестник Верховного Суда Российской Федерации. – 2020. – № 1.
УЧЕБНАЯ ЛИТЕРАТУРА
4
Казиханова
С.С.
Отношения,
складывающиеся
в
третейском
разбирательстве, и предмет гражданского процессуального права // Актуальные
проблемы российского права. – 2024. – № 2. – Текст : электронный //
КонсультантПлюс.
5 Лебедев М.Ю. «Отложенное правосудие» в рамках третейского
разбирательства // Мировой судья. – 2024. – № 2. – Текст : электронный //
КонсультантПлюс.
6 Маколкин Н. Н. Потенциал цифровой трансформации третейского
разбирательства // Арбитражный и гражданский процесс. – 2023. – № 4. – Текст
: электронный // КонсультантПлюс.
7 Носырева А. Н. Особенности мирного урегулирования споров в
третейском разбирательстве // Закон. – 2023. – № 4. – Текст : электронный //
КонсультантПлюс
8 Носырева Е.И Новые аспекты примирения сторон в арбитраже
14
(третейском разбирательстве) // Вестник гражданского процесса. – 2024. – № 1.
– Текст : электронный // КонсультантПлюс.
9 Трезубов Е.С., Курносов А.А. Базовые проблемы третейского
разбирательства в свете Постановления Конституционного Суда РФ от
03.10.2023 № 46-П // Третейский суд. – 2023. – № 1/2. – Текст : электронный //
КонсультантПлюс.
10 Фатыхова А.Р. Реформирование института третейского разбирательства
в России: между автономией воли и публично-правовыми гарантиями //
Современное право. – 2025. – № 10. – Текст : электронный // КонсультантПлюс.
11 Шиткина И.С., Гурьянов А.В. Третейское разбирательство как
эффективный способ разрешения споров: актуальные проблемы // Вестник
арбитражной практики. – 2023. – № 2. – Текст : электронный //
КонсультантПлюс.
12. Шугулбаева А.А. Новый взгляд на третейский суд как субъект
отправления правосудия // Российский юридический журнал. – 2024. – № 6. –
Текст : электронный // КонсультантПлюс.
15